Lie/Ложь

Вот и закончилась вторая неделя без Юнги. Я ожидал как минимум звонка или сообщения. Думал, он хотя бы попытается извиниться и узнать в порядке ли я. Но видимо я не стою даже этого. Я продолжаю пытаться вышвыривать его из своих мыслях, но это никогда не работает. Моя жизнь сейчас прекрасна – Юнги единственный, из-за кого я не могу быть счастлив. Просто не могу поверить, он использовал «Я люблю тебя» в качестве извинения. Как способ сменить тему. Если для него это могут быть просто слова, то я действительно люблю его. Он сумел залечить так много шрамов за то короткое время, которое мы были вместе, и все же он ранил меня, а я не могу ненавидеть его. Я сбрасываю с себя одеяло и выхожу за дверь в одной футболке и спортивных штанах, несмотря на факт, что уже два часа ночи. Холод кусает мою кожу как только я открываю входную дверь. Я обнаруживаю себя идущим по улице. Может это и не лучшая идея, учитывая, что мой район не особо безопасный по ночам, но мне отчаянно надо проветрить голову. Я делаю глубокий вдох и выдыхаю, глядя на пар поднимающийся вверх как белый дым. Тело начинает трястись от холода, но это не сильно беспокоит меня, мне даже нравится боль.

***

Не знаю как и почему, но я обнаруживаю себя стоящим перед дверью дома Юнги. - Ебать, - ругаюсь я, разворачиваясь прочь. Даже мое подсознание хочет, чтобы я вернулся к нему. И конечно, в самый неподходящий момент, дверь открывается. - Чимин? – это Хоби. – Что ты здесь делаешь в такой час? Заходи! - Н-нет хён, я должен идти, - говорю я, стараясь скрыть дрожь. - Нет блять, я не позволю тебе идти обратно в три ночи да еще в такой холод, - от втаскивает меня внутрь. - Нет, - шепчу я, пытаясь вырваться из его рук. – Юнги не будет... - Чимин, - я слышу тихий голос позади Хоби. Я зажмуриваюсь. Его голос звучит сломлено, я не хочу видеть его в таком состоянии. - Вы оба должны разобраться с этим, - решает Хосок, толкая меня к нему. – Большая часть всего этого просто недоразумение. Он уходит без долгих слов, оставляя меня в гостиной Юнги с мужчиной, который разбил мне сердце. - Чимин, - повторяет он. Это просто шепот. - Пожалуйста, больше не делай мне больно, - шепчу я в ответ. - Никогда не хотел, - говорит он, придвигаясь ближе. - Но сделал, - бросаю я, непонимая, откуда взялась внезапная уверенность. Мои глаза распахнуты и я тыкаю в него пальцем. - Я доверял тебе, а ты уничтожил это. Ты заставил меня почувствовать так много и ты никогда не чувствовал ничего. Сколько из всего этого было ложью, Юнги? Сколько? Он выдыхает и поднимает руку – я вздрагиваю и отворачиваюсь, зажмуривая глаза. Я слышу тихий вздох, но не чувствую прикосновения. Я открываю глаза, чтобы увидеть руку Юнги в его волосах, а его челюсть отвисшей. - Т-ты подумал, что я ударю тебя? Я практически могу услышать, как его сердце разбивается еще сильнее с каждой секундой тишины, которая висит между нами. - Амм... – он смотрит в сторону увлажненным глазами. – Ты знаешь где гостевая спальня. Мы поговорим утром. Он не глядя уходит в свою спальню. Снаружи льет и думаю, если уйду сейчас, то домой я не доберусь. Чувствую, как мой желудок урчит, но я изо всех сил стараюсь игнорировать его и сажусь на диван, прижав колени к груди, трясясь от холода. Я слышу сдавленные рыдания идущие из спальни Юнги, не могу сдержаться, и плачу сам. Звучит так, как будто его сердце разбито так же, как и мое. Почему я вздрагиваю? Господи, почему я такой чувствительный? Вместо того, чтобы пойти в другую спальню, я сажусь на пол, прижимаясь к двери в спальню Юнги, слушая его тихие всхлипы пока не засыпаю сам. Как я могу взваливать всю вину на него, если он так же ранен, как и я?