Lie/Ложь

- Хён, ты же понимаешь, что мы не можем это опубликовать? - говори Джисан, глядя на меня с тревогой во взгляде, которую я ненавижу. - И какого хрена нет? - выплевываю я. - Ну, например, потому что главный герой умирает в середине истории? – указывает он. – Мы продаем романтику, не депрессию. - А у меня депрессия, - я передергиваю плечами. – Во мне нет романтики. Я не должен писать такие истории. Я, вероятно, наименее квалифицированный для этого человек в мире. - Ты не можешь позволить своим персональным проблемам становиться на пути у твоей работы, - говорит новый голос. Чен с замкнутым лицом входит в комнату совещаний. - Я знаю, извини, - быстро говорю я своему боссу. - Извини не поможет Мин. Ты валишься и твоя работа далеко не так хороша, как была, - говорит он, заставляя меня нервничать из-за того, к чему он ведет. - Если ты не вернешься в график у нас не будет другого выбора, как только закрыть этот проект, - без эмоций говорит он. - Нет! Нет, вы не можете этого сделать. Столько людей ждут книгу, - говорю я, думая о фанатах, которые говорят о книге с таким воодушевлением. Все люди, которые поддерживают меня и привели меня туда, где я есть сейчас. Я не могу подвести их. - Именно, - резко говорит Чен. – Так что, соберись или у тебя больше не будет контракта с SKZ. Он уходит без единого слова, оставляя меня и Хана глядящими друг на друга в шоке.

*** Я не могу потерять эту работу. Это уничтожит мою репутацию, если публика узнает, что я был вышвырнут одним из лучших издательских домов мира. Мои родители, я никогда не смогу посмотреть им в лицо снова. - Мы можем это сделать, хён, - говорит Хан с решительным видом. – Не волнуйся. Его поддержка обычно поднимает мне настроение, но не в этот раз. Я не уверен, верю ли я ему. Я не уверен, могу ли я все исправить. Я сижу перед своим лептопом с совершенно пустой головой. Я точно знаю, ЧТО я должен написать. Я знаю слово за словом, но я не могу найти силы, чтобы поднять руки и нажать на клавиши. Я не ел несколько дней, но не могу найти причину пойти на кухню и приготовить что-нибудь. Мои собственные друзья едва узнают как я. Они заняты успокаивая Чимина. Хоби сказал мне, что он предложил Чимину работу у него в студии. Это хорошо, как раз время, чтобы он начал снова танцевать. Он все время говорил мне о том, как сильно он любил танцевать. Я любил наблюдать за ним, когда он крутился по гостиной, когда я включал музыку. Хотел бы я видеть его снова. Хоби также рассказал мне, что Чонкук попал в аварию. И подчеркнул, что это именно моя вина. Он сказал, что Куки поправляется и, очевидно, сблизился с Чимином. Я притворяюсь, что ничего из этого не ранит меня. Что я не потерял любовь всей моей жизни. Что не я был причиной того, что мой бывший почти покончил жизнь самоубийством. Что все мои друзья ненавидят меня. Что не я могу потерять свою работу. Мой телефон звоним, номер не с моей работы, впервые за несколько дней. К удивлению моему это Джин. - Алло, - я стараюсь не съеживаться от того, насколько устало и болезненно звучит мой голос. - Ты звучишь ужасно, - заявляет Джин. - Спасибо, - безжизненно отвечаю я. - Юнги, - он не завершает свою мысль, и вместо этого спрашивает, - Ты ел что-нибудь? Я трясу головой и понимаю, что он не может меня видеть. - Нет. - Угу, я понял, - вздыхает он. – Я зайду. - Что? Зачем? Ты вообще знаешь, где я живу? – задаю вопросы я. - Конечно, я знаю. Ты встречался с моим малышом, я должен был быть готов ко всему, - заявляет он. Встречался. ... В прошлом. Я игнорирую несколько быстрых слезинок, которые собираются у меня в глазах. - Я приготовлю тебе ужин. Ты сейчас тоже не должен быть один, - говорит он, не зная, как сильно я нуждаюсь, чтобы кто-то мне это сказал. Я ненавижу как его слова согревают мое заледеневшее сердце. Я не заслуживаю такой доброты, но соглашаюсь в любом случае. Теперь мне отчаянно нужен кто-то рядом.

*** Никогда не думал, что буду рыдать на руках у Джина. Он так добр ко мне в последние два часа, которые он здесь. Совсем не так он должен обходится со мной после того, как я ранил того, кого он считает «своим малышом». - Почему ты так мил со мной, - я шмыгаю носом. – То, что я сделал, непростительно. - Простить можно все, если ты делаешь все, что можешь, чтобы исправить свои ошибки, - говорит он, поглаживая мою спину в странной, несколько материнской манере. – Даже если ты ужасно налажал, ты можешь все исправить. - Как? – рыдаю я. – Пожалуйста, скажи мне как. Все говорят «исправь», но блять, скажите мне как. Как мне сохранить свою работу? Как мне вернуть друзей? Как мне вернуть Чимина? - Я не могу тебе помочь в этом. Если я скажу, ты никогда не выучишь свои уроки, - он улыбается. – Но я могу сказать тебе одно. Чимин все еще хочет тебя. Он ведет себя, как будто он в порядке, но это не так. - Почему ты говоришь мне это? – спрашиваю я. – Не должен ли ты желать, чтобы я был как можно дальше от него? - Пока вы были вместе, Чимин был в самом лучшем состоянии, которое я когда-либо видел. Он никогда не улыбался так широко, что его глаза закрывались. Он никогда не смеялся, и не шутил, не заботился о себе. Ты причина того, что ему стало лучше, что он снова стал самим собой. Стал самим собой... И это полностью моя вина. - Должен ли я поговорить с ним? Не думаю, что он хочет меня, - неуверенно говорю я. - Он ждет, - говорит Джин с мягкой улыбкой. – Но не приходи в мой дом. Уверен, ты слышал о состоянии Чонкука и, думаю, для него будет лучше быть подальше от всего этого. Я понимающе киваю. - Ему лучше? - Чимин и Чонкук как-бы сблизились из-за всей этой ситуации, так что, да, ему немного получше. Я не знаю, как долго это продлится, если вы с Чимином опять будете вместе, - честно отвечает Джин. - Я никогда не хотел ранить его, - почти неслышно говорю я. - Знаю, ты не хотел, - говорит он. – Я попытаюсь убедить его обратиться к психологу. Способ его мышления нездоровый. Я киваю. - Это может ему помочь. - Хорошо, я должен вернуться домой. Я оставил одних дома четверых детей и Бога Разрушения. - Ох, окей, - отвечаю я, пытаясь не показать, как больно мне от того, что вся компания тусит вместе без меня. - Скоро все будет нормально, слышишь, - говорит Джин, притягивая меня в свои объятия. – Просто поговори с ним. И не лги снова. Но я не лгал... Я действительно люблю его.