Не все чувства на поверхности

Пат запутался. Он должен был быть сейчас в баре, пить с друзьями, заливая алкоголем поражение в конкурсе, и свою несостоявшуюся любовь. Вместо этого он сидел на ступенях у входа в общежитие, пьяный, с дикой головной болью, и пялился на сторис Прана. Тот смеялся с экрана, обнимаясь и чокаясь с Ваем в баре. Счастливый, весёлый, светящийся своей дурацкой улыбкой с ямочками. Пат злился. Руки не слушались, когда он попытался открыть бутылку с водой. Его затрясло, и больше всего на свете захотелось высказать этому засранцу всё, что он сейчас думал: о песне, о Вае и об их отношениях. О том, что Пат устал делать вид, что жизнь Прана его не касается. О том, что присутствие Корапата в его жизни необходимо ему, как воздух. Звук подъехавшего мопеда вывел Пата из задумчивости. Вай. Опять этот чёртов Вай, лучший друг, которому можно обнимать и касаться Прана, который смешит его Прана и может быть рядом. Открыто и без придуманных поводов. - Иди сюда. Мягко, слишком мягко для врага. Пат сам понял, что прозвучал неправильно, но ничего не смог с собой сделать. Пока Пран там, рядом с Ваем, всё вокруг неправильно. То же чувство было, когда Корапат пел на сцене их песню вместе с этим мудаком. Будто свело все внутренности, а кровь стала кипеть. Пран посмотрел на него удивлённо, снова начал отыгрывать роль недруга, косясь на Вая, и это стало последней каплей. - Ты что творишь?! Шёпот Прана, его лицо и дыхание так близко, а запах: с примесью алкоголя и его геля для душа, такой родной, такой его, что предохранители Пата слетели. Желание. Обнять, забрать себе, не отпускать дальше вытянутой руки. Кричать о том, что эту песню Пран может петь только с ним, и смотреть так он тоже может только на него. Пата накрыло в тот момент, когда Корапат уверял своего друга, что между ними ничего нет. Дикая обида зажгла изнутри, проливаясь через край. Он поддразнил Вая, со злой удовлетворённостью наблюдая, как изменилось лицо парня. Пран разозлился - это было видно по гневу в глазах и скривившимся губам, но Пату было плевать. Корапат схватил его за грудки, и остатки контроля утонули от понимания, что он опять защищает Вая. Когда последний крикнул ему отвалить от его лучшего друга, Пат даже не почувствовал боли от удара, только ярость. Пран всегда выбирал не его. Всегда оставлял его, Пата, заставляя давиться одиночеством. Он плохо помнил, как оказался на земле, до него смутно дошло, что Пран уговорил друга уехать. Лишь когда мопед Вая скрылся за углом, Пран повернулся и посмотрел на него. "Лучше бы ударил", - пронеслось в голове Пата. Пран смотрел с разочарованием. И молча ушёл, ни разу не оглянувшись. Панический страх обрушился неожиданно, пробрал до костей и сделал ноги ватными. Пат понял, что был неправ. Знал, что перешёл границы, обидел единственного человека, которого боялся потерять. И осознал, что если сейчас он не поднимется на четвертый этаж и не вломится в комнату напротив, то потеряет шанс. И единственное, чего Пат не знал: это шанс на что? Чего он сам хочет..? Пока бежал по лестнице наверх, он представлял их с Праном друзьями. Как Корапат будет обедать с ним, смеяться над его шутками, сверлить Пата своими яркими глазами за подколки. Он будет рядом, на расстоянии руки, и можно будет звонить ему и заваливаться в гости, не боясь наткнуться на недовольную мину. Пран станет частью его жизни, той, которую он, Пат, будет беречь и защищать, чего бы ему это не стоило. Сделает всё, чтобы этот вечно хмурый парень был счастлив. Да, он должен стать другом Прана. Пат стучал в комнату уже минут 5, но хозяин явно не собирался ему открывать. - Если ты сейчас не откроешь, я выломаю эту чертову дверь! Угроза была так себе - Пат в жизни не опустился бы до порчи имущества - но знать этого Прану не обязательно. Тот открыл дверь через минуту и Пат снова завис. Пран явно только вышел из душа: у него были мокрые волосы, и капельки воды стекали вниз по шее к ключицам, выпирающим из ворота футболки. - Убирайся. Мне не о чем с тобой говорить. Голос Прана - уставший и злой. Но Пат этого не заметил. Он вообще ничего не заметил, потому что Пран пах. И у него были розоватый румянец и красные губы. А Пат совсем не был уверен в том, что готов стать просто другом парня напротив. - Пат? Эти губы что-то говорили, но Пават не слышал. У него океан шумел в голове, и бабочки в животе настолько сильно трепетали, что дышать получалось через раз. А хотелось больше и глубже, потому что запах Корапата был восхитительным и возбуждающим одновременно. И Пават злится от мысли, что таким его Прана мог кто-то видеть. Пат сделал глубокий вдох, чтобы успокоиться, но это не помогло. Он не знал решения проблемы, но сначала... - Я не люблю Ин. Глаза Прана расширились, в них было непонимание и что-то ещё, что Пат был не в силах расшифровывать. Он сейчас едва стоял, осознав, что его облегчение от ответа Прана на вопрос про чувства к Ин имело совсем другие корни. Если бы Корапат сказал, что любит её, Пат бы сошёл с ума. Как чуть не свихнулся, когда увидел их вместе на футбольном поле. Как был близок к помешательству, смотря сторис с Ваем. Пат ревновал парня напротив: глупо, слепо и выставляя себя дураком. Не имея права даже стоять рядом, он хотел запереть его и никого к нему не подпускать. И без того тонкая нить сомнений лопнула вместе с уверенным шагом вперёд. Запах Прана стал ещё ощутимее. Пата накрыло. Удивлённое лицо Прана в паре сантиметров, он пытался что-то сказать, но тормоза Пата отказали. Он наклонился вперёд и поцеловал. И тут же бабочки разлетелись по всему телу, заставляя потерять контроль совсем. Губы Прана, такие горячие, мягкие, податливые. И это сводило с ума, хотелось глубже, сильнее. Забраться под кожу этого невозможного человека и укутаться в его запах. Пат не выдержал, притянул его за затылок ближе, обнял за талию, но поцеловал нежно, боясь, что Пран оттолкнет. И через пару секунд тот действительно толкнул его, разрывая поцелуй. - Пусти. Хрипло, с надрывом. Пат растерялся. Он знал, что надо объясниться, поговорить с Праном, но язык не слушался, а в голове была пустота, и всё, что Пават мог - это ещё крепче обнять парня, притягивая к себе. - Пат, чёрт возьми, дверь... Пават оглянулся и посмотрел на открытую дверь, секунд 10 пытаясь вспомнить, что надо сделать. Закрыть, точно. "Руки... Нельзя убирать, иначе Пран ускользнет или побьёт" - билось в мозгу, и Пат ногой захлопнул ни в чем не повинную дверь. И опять поцеловал начавшего возмущаться Прана. Тот замер и... ответил. Медленно, тягуче закинул руки на шею Пата и поцеловал в ответ. Мятный аромат его геля для душа, смешанный с запахом самого Прана, его руки, зарывшиеся в волосы, губы, отвечающие на поцелуй - всё это заставило Пата позорно застонать и притянуть его ещё ближе. Дрожь; и непонятно, чья она, потому что тела находились слишком близко, но этого было мало. Он прижал парня к стене и вжался в него сам, всем телом, чтобы не осталось и миллиметра между ними. Хватит с Пата расстояний, во всех смыслах. Он так долго мечтал стать ближе к Прану, что теперь не мог контролировать себя. Его навязчивые мысли и мечты о дружбе с этим парнем сейчас казались бредом наивного идиота. Оба задыхались. Поцелуй давно потерял нежность, опалял страстью и откровенным желанием. Пават оторвался от губ Прана и посмотрел на его лицо. Опухшие губы, расфокуссированный взгляд и лохматые волосы, в которые Пат старательно запускал руку. От такого Прана возбуждение накатывало как цунами, пальцы и губы покалывало от желания дотронуться до кожи, пометить, сделать так, чтобы все видели, что Корапат занят. Что он его, Пата, любовь, жизнь и душа.