Вечный снег

Кэйа с трудом разлепляет ресницы. Так холодно, что они словно примерзли друг к другу. Все тело ломит, как во время лихорадки. Взгляд падает на частую решетку из тёмного металла и сознание услужливо восстанавливает в памяти недавние события. Руки почти не чувствуются, сказываются несколько дней проведенных в закованном положении. Парень пытается пошевелиться, но слышит только бряканье цепей, стягивающих запястья. Внезапно стена, к которой он все это время был прикован, кажется особенно холодной. Пустой камень выморожен насквозь, и этот холод теперь стремится проникнуть в тело, выморозив и его. Дыхание отдается шумом в ушах и болью в груди. Ледяной воздух пещеры приморозил рану, но зато теперь хотя бы смерть от потери крови можно отложить. Остается смерть от обморожения, голода или насильственная. Кэйа ухмыляется сам себе. Привычка. Однако он лучше предпочел бы свою смерть, чем жизнь ценой гибели еще хоть одного дорогого ему человека. Эти молодые ребята явно заслуживали большего, чем быть погребенными под вечными снегами кучкой обезумевших бандитов. Еще одно воспоминание и дыхание точно обрывается. Глаза бога больше нет. Капитан бросает взгляд на безделушку, лежащую рядом с ним на полу. Маленький камешек потускнел, потеряв весь цвет, стал просто серым кусочком пустоты. Разве так бывает? Интересно, что бы сказал на это бармен, по совместительству владелец таверны «Доля ангелов». Может быть, как всегда, ничего? Да и к чему здесь какие-то слова. «Из-за меня снова умирают люди, а я обещал тебе совсем другое..» Кэйа хотел бы вернуть себе ироничную ухмылку, но вместо нее глаза жгут горячие слезы. Ничего уже не исправить. Он, верно, так и умрет здесь, так и не сказав самого важного. Сквозь густой ледяной воздух послышался звук приближающихся шагов. Кэйа встрепенулся, быстро сморгнув непрошенные слезы, и настороженно прислушался. Из темноты показалось лицо. Точнее не лицо, а маска. Впрочем, создавалось жуткое впечатление, что лица под ней и нет вовсе. Она словно жила своей жизнью, походя на отдельное отвратительное существо. - Оо, очнулся, щеночек? Вновь услышав сладкий театральный голос, Кэйа неосознанно поджал ноги поближе к себе, словно пытаясь отдалиться. - Ты знаешь, я вот что надумал, - мужчина вынул из кармана ключ, заходя внутрь камеры, - ты можешь сдохнуть хоть сейчас. Какая разница, живой червяк на крючке или мертвый, если рыба все равно на него клюет? Будет даже вдвойне забавно, что Джинн подохнет, разыскивая твой труп, а? Пленника точно передернуло бы от этих слов, если бы он не знал этого с самого начала. Смертельный приговор был очевиден. - И вправду забавно, - Кэйа удивился от того, насколько хрипло и бесцветно прозвучал его собственный голос, - так и будешь жить как паразит, ничего из себя не представляя, а? - Вздумали дразнить меня, капитан? – вор перешел на игриво-деловой тон, но от этого интонация стала еще более пугающей, - Я, если ты не заметил, представляю из себя справедливость, - по камере эхом прокатился хриплый смешок, - Мои способности нужны мне лишь для того, чтобы извести всех ублюдков с глазом бога, возомнивших о себе не весть что. А потом я создам новый мир, где все будут равны и счастливы, вот только без вас, - голос улыбнулся, - вы будете мертвы. - А как по мне и сейчас все довольны, одному тебе на заднице не сидится. - Конечно, ты думаешь, что все довольны. У тебя ведь все прекрасно: должность, друзья, уважение, высшая миссия… Знал бы ты как я ненавижу таких... - Кто лучше тебя? – Кэйа схватывает еще одну ссадину на щеке, но зато улыбка хоть ненадолго возвращается к нему. - Дело не в этом, а в том что на деле ты лишь жалкий беспомощный мальчишка! – разбойник наклоняется, порывисто хватая парня за волосы, - Я просто являю миру ваше истинное лицо, в этом вся моя работа. Мужчина тянет сильнее, заставляя пленника сесть ровно. - Ты надоел мне своими шутками, пора бы тебе уже уяснить одну простую вещь, - глаза под маской прищурились, - скоро ты помрешь, но до тех пор ты моя игрушка, с которой я могу сделать все, что посчитаю нужным, - мужчина окидывает пленника взглядом, - даже это. Вор, все еще крепко сжимая отливающие синевой волосы, опустился рядом, кладя свободную руку на внутреннюю сторону бедра. От такого прикосновения Кэйа нервно дернулся, но вышло только вырвать себе пару волос и ободрать запястья о цепи. - Знаешь, если ты не будешь сопротивляться, то тебе, возможно, даже понравится… - А я-то думал природа тебя и здесь обделила. Сильная рука со злостью сжала чужое горло, обрывая поток слов. Кэйа попытался схватить ртом воздух, но мужчина тут же заткнул ему рот второй рукой. Пара секунд показались капитану вечностью, и он хрипло закашлялся, как только ему вновь позволили дышать. - Тебе не стоит открывать рот, если не хочешь откинуться раньше времени, - с этими словами главарь опустил обе ладони на чужие колени, грубо раздвигая их и усаживаясь еще ближе. Теперь даже дышать удавалось только с глухим хрипом в горле. Кэйа старался как можно сильнее вжаться в ледяную стену, лишь бы не видеть перед собой деревянную маску с прорезями и не чувствовать отталкивающий чужой запах. Разбойник посчитал, что находится достаточно близко, и, удерживая одной рукой согнутое колено, другую запустил под местами разорванную рубашку. Кэйа зашипел и выругался, когда чужая рука принялась грубо пересчитывать ребра на теле, специально задевая рану, снова начавшую понемногу кровоточить. - Я убью тебя… - выплюнул парень сквозь зубы, на что вор вынул руку из-под рубашки и, мерзко погладив пленника по щеке, опустил руку ему между ног. Руки дернули цепь, но силам просто неоткуда было взяться. Мужчина расстегнул несколько застежек на штанах, а те, что посложнее, просто выломал. Чувство беззащитности и безысходности накатывало, словно огромная ледяная волна. Пуговицы на рубашке тоже за секунду оказались разорваны и разлетелись по камере. Кэйа не ждал такого от себя, но из ниоткуда взявшиеся слезы буквально застилали глаза. Чужая рука грубо зацепилась за пояс на брюках, пытаясь сломать последнюю застёжку. - Срежу с тебя эту тряпку ножом, - тяжело дыша, главарь на время отдаляется, Кэйа прикусывает губу до крови, чтобы не разрыдаться прямо здесь, и рефлекторно сводит вместе подрагивающие колени. Садист в деревянной маске ухмыляется, легко раздвигая ноги парня одной рукой, а другой берет его за подбородок, заставляя посмотреть на себя. - Да вы только гляньте, - мужчина доволен, это слышится в голосе, - ты что, плачешь? Может тогда еще поумоляешь меня не трахать тебя? Тогда я и сам расплачусь. Кэйа хочет ответить, и много чего, но из груди вырывается только проклятый всхлип, а вода не только застилает глаза, но и, как назло, начинает скатываться по щекам. - Очаровательно, может мне не убивать тебя, а оставить при отряде как общую шлюху? Правда, сначала придется отрезать тебе язык. Наступившую тишину рушит громогласный топот одного из разбойников. Спустя минуту источник шума уже стоял у решетки. - Господин, срочные новости, кто-то пробрался в лагерь! Главарь с физически ощутимым недовольством оставляет в покое Кэйу, позволяя ему сжаться у стены. Однако новость приходится ему по вкусу и он бросает самодовольный взгляд на пленника. - Отлично, и сколько их? «Быть не может, чтобы Джинн сделала глупость… » Молодой бандит выглядит как-то сконфуженно и изумленно выдавливает: - Один…