Вечный снег

Красные волосы мелькают в темноте яркими всполохами. Будто сила элемента никуда и не делась. Алое пламя, исчезнув с лезвия меча, словно с новой силой вспыхнуло в таких же алых глазах. Происходящее опустилось на сердце тяжелым камнем тревоги, но не сковывая, а, наоборот, делая движения быстрее, а взмахи меча четче. - А я смотрю глаз бога не единственный твой козырь! – мужчина в окружении морозной дымки тяжело дышал, - Другое дело твои мотивы… - Мои мотивы – твоя смерть! – еще один удар разрезает воздух. - Какая честь, а я-то думал твои мотивы – спасти жалкого капитана кавалерии, - парень напротив на секунду замирает, прожигая взглядом противника. - Ты все расскажешь мне, когда я начну отрезать тебе пальцы, один за другим. - Нечего так злиться, - незнакомец стал плавно обходить парня по кругу, оба держали оружие наготове, - Я думал еще немного с тобой поразвлечься, но ты мне надоел. Красноволосый мечник раздраженно прищурился, наблюдая за каждым действием разбойника в маске. - Можете разворачиваться и возвращаться в свою таверну, уважаемый господин Дилюк, - неизвестный остановился, обращая ледяной взгляд на ночного гостя, - Ваш брат мертв. Слова сначала пролетают мимо, смысл сказанного доходит лишь спустя несколько секунд. Маленькое замешательство, но его хватает, чтобы пропустить одну единственную атаку. Дилюк вскрикивает и падает, прижимая ладонь к рассеченному боку. - Извини, что не сказал сразу, за тобой было слишком забавно наблюдать, - подойдя ближе, мужчина подальше отбросил ногой выроненный меч, - Но неужели ты думал, что эти милые ледяные безделушки можно одолжить, точно какой-то галстук? Сделав еще пару шагов, разбойник наклонился, заглядывая в опущенные глаза. Было сложно определить какую именно эмоцию они выражали. Может быть, ничего? - Вовсе нет, я вырвал энергию прямо из сердца. Жаль, ты не видел это зрелище! - Лживая тварь!! Одним резким движением он дотягивается до меча, собираясь возобновить схватку, но снежный вихрь тут же подхватывает его, отбрасывая в направлении груды камней. - О нет-нет-нет, ты у нас уже отвоевался, - главарь хватает парня за горло, с силой прижимая к земле, - Но кое-что хорошее ты все же сможешь сделать… Дыхание становится хриплым. Дилюк в ответ смыкает руки вокруг горла главаря банды, но хватка разбойника и не думает слабеть. Рука в механической перчатке резко перемещается к области сердца и алые глаза широко распахиваются от незнакомого ощущения. Дилюк пытается убрать руку, словно приросшую к коже, но с ужасом понимает, что не может даже пошевелиться. - Не волнуйся, я позабочусь о том, чтобы ты встретился с братом как можно ск.. Внезапно, мужчина замолкает, хватка слабеет. Из-под деревянной маски несколько красных капель падает Дилюку на лицо. Разбойник издает какой-то булькающий звук, а затем заваливается на бок. Перед глазами чуть подрагивающее тело, насквозь пробитое клинком, а мгновенье спустя.. - Хах, как думаешь, его устроит такая смерть, а то вдруг он снова ущемится и,.. – Дилюк резко подрывается со снега, сжимая Кэйу в судорожных объятиях. Капитан от неожиданности издает какой-то сдавленный звук, да и сломанные ребра, наверное, дают о себе знать. Холодный ветер пробирает до костей, бесприпятственно проникая под тонкую рубашку. Однако никакая боль не способна шокировать так же сильно, как такое простое действие. Кажется, проходит вечность, прежде чем смуглые руки несмело опускаются на чужую спину, отвечая. Дилюк на мгновенье прерывает объятия и, мягко положив руки на плечи брата, отстраняется и быстро снимает с себя плащ. Накинув одежду на Кэйу, снова крепко прижимает его к себе, с какой-то давно забытой нежностью проводя рукой по спутавшимся ясно-синим волосам. Кэйа хочет что-то сказать, но слова так и не находятся. Зато, впервые за долгое время, они находятся у кое-кого другого. - Прости меня, - слова на грани слышимости, но для того, кому они предназначены, этого более чем достаточно. Капитан кавалерии не знает что ответить, а потому просто сильнее прижимает брата к себе. Дилюк снова мягко отстраняется, но лишь для того, чтобы обхватить ладонями лицо Кэйи, направив его взгляд на себя. - Идем домой, - кажется, прошла целая жизнь с тех пор, как этот голос звучал так.. любяще? - Ага, только стяну у кого-нибудь сапоги, а то босиком по снегу не слишком весело. Дилюк разжимает руки, снова ловит взгляд брата, кивает, и, впервые за долгое время, тепло улыбается.