Сквиб

      Аккуратно переставляя ноги, я спускался по узкой лестнице вниз. Тусклые лампы слегка освещали мне путь. Внизу ждала открытая дверь, и чем ближе я к ней подходил, тем сильнее ощущался аромат алкоголя вперемешку с резким запахом пороха. Оказавшись внизу, передо мной открылся вид обшитого деревом помещения. Мягкий свет жёлтых ламп придавал ему особый элемент уюта. Посреди стояло несколько круглых столов, чуть поодаль пустующая барная стойка, позади были лишь блестящие стаканы да выставленные в ряд бутылки. Ещё дальше стоял бильярдный стол. Прямо джентльменский набор классического бара. Однако кое-что выбивалось из общей картины. Параллельно бару была стена, вдоль которой шли окна. За ними, правда, ничего не было видно. Лишь темнота смотрела на меня с той стороны. Сделав несколько шагов, я наконец приблизился к стойке. Бармена не видать, да и вообще кого-либо из персонала. C этого угла я смог увидеть дверь между стеллажами, судя по всему, ведущую в подсобку. Она была слегка приоткрыта. Подождав с минуту, я вскоре начал барабанить пальцами по стойке. Ощущение от нахождения здесь в одиночестве было странным. Что мешало мне вынести кассу и сбежать? В итоге нарочито громко кашлянул. Звук эхом ударился о стены. — Эй, здесь есть кто-нибудь? — крикнул я в сторону подсобки. После чего услышал с той стороны шевеления и бормотание. Вскоре дверь открылась. Из проёма показался мужчина в полосатой жилетке и с аккуратной бородкой. Сам он выглядел немного помятым. На лице его красовалась извиняющаяся улыбка. — Ох, прошу прощения, сэр. Совершенно забыл закрыть дверь, — смысл фразы не сразу до меня дошёл, но когда бармен скосил глаза в сторону входа, я увидел, что возле двери висел колокольчик. Видимо, будь она закрыта, то тот непременно бы подал сигнал. — Чего желаете? У нас нечасто бывают посетители по понедельникам. — Хм. Ну я бы не отказался от бокала тёмного пива. День сегодня выдался непростой. Да и пострелять бы, может. У вас ведь стрелковый клуб, верно? — Да, всё верно, но я вижу, вы у нас впервые. По крайней мере, не припомню вашего лица, уж простите. В нашем клубе есть правило: «Сначала стрельба, выпивка потом». — Звучит разумно. Полагаю, что это небезопасно, — неловко ухмыльнулся. Честно говоря, я даже не был уверен, разрешено ли в этой стране располагать тир и бар в одном месте. Хотя, если уж Хейден сюда ходил, то, значит, всё должно было быть нормально. — Конечно, но дело не только в этом, — бармен назидательно поднял палец вверх, — в этом правиле содержится также дух нашего клуба. Оружие требует уважения к себе, и если берешь его, то нужно иметь свежую голову на плечах и крепкую хватку. На секунду бармен словно замечтался о чём-то своём, совершенно позабыв о моём присутствии здесь. — Ага… Значит, давайте начнём с тира. Сколько это у вас стоит? Мой вопрос выдернул бармена из раздумий. Прежде чем ответить, он почесал бородку, словно пытался вспомнить сумму. — Три фунта. В эту сумму входят патроны на десять выстрелов и износ оружия. До сих пор не привыкну к местным ценам. Вроде, с точки зрения обывателя, это не так уж и много, а если мыслить привычными мне измерениями, когда мало какая цена состояла из суммы меньше десяти, то это вообще копейки. Выудив из кармана кошелёк, который был тщательно высушен после погребения под водой, я достал оттуда три аккуратные бумажки.

***

Темнота комнаты за стеклом уже не казалась такой пугающей и загадочной, как на первый взгляд. Яркие лампы осветили коридор. Выставленные свежие мишени ожидали своего часа. Бармен сказал подождать пару минут, попросив перед этим заполнить анкету. На бумаге, помимо стандартных полей для личных данных, были также указаны вопросы, на которые следовало ответить. Такие как: «Испытывали ли вы когда-нибудь внезапные приступы агрессии» или «Приходилось ли вам в осознанном возрасте мочиться в постель». Как только я поставил последнюю галочку, бармен подошёл ко мне. За спиной на небольшом столике уже стояли несколько пачек с патронами и лежал наполовину разобранный пистолет. — Так, значит, вы мистер Палмер? Приятно познакомиться. Меня зовут Алмонд Моррис, и сегодня я буду вашим инструктором. — Погодите… Вы и бармен, и инструктор? — Недостаток персонала, — Алмонд вновь коснулся бородки. — А как же ваш брат? Он вам не помогает? — Какой брат? — глаза Алмонда на секунду округлились, но затем он улыбнулся. — А, вы про вывеску. Нет, это всего лишь рекламный ход. Знаете, было замечено, что посетители отдают предпочтение семейному бизнесу. Всему виной современные телесериалы. А может, это просто ностальгия? В любом случае брата у меня нет. На его размышления я ответил кивком. Довольно своеобразная бизнес-модель, к тому же учитывая, как пусто сегодня здесь. Да, он сказал, что всему виной понедельник, но разве нормально, что я единственный клиент здесь? Моя анкета отправилась в папку, лежащую на небольшой тумбочке, после чего мы проследовали в сторону столика с оружием. Плотно закрытая за нами дверь наглухо отрезала и так едва слышимые звуки улицы. Тут я обратил внимание, что от входной двери тянулась тугая леска. Она связывала колокольчики и проходила сквозь тонкую дырку в стене, отделяющей тир и бар. Дальше она присоединялась к лампочке. Судя по всему, эта хитрая конструкция должна была сигнализировать тем, кто находился в тире, что в бар зашёл новый посетитель. Алмонд продемонстрировал устройство оружия. Как правильно проверять на наличие мусора, остаточного пороха, патрона в патроннике. В каком порядке следовало собирать пистолет. Когда он уже был собран и практически лежал у меня руках, Алмонд начал его тут же разбирать. — Эм… — только и успел высказаться я. — Теперь ваш черед, — он отошёл в сторону от деталей, — покажите, как хорошо усвоили урок. — А это вообще обязательно? Я ведь только пострелять зашёл. — Если вы пришли сюда лишь за весельем, то предлагаю вернуться бар. Владение оружием — духовный процесс. Это инструмент, обладающий высоким уровнем опасности, особенно в руках тех, кто не готов к нему отнестись серьёзно. Вздохнув, я попытался вспомнить, в каком порядке он мне всё это показывал. Это сюда… Нет. Так, а эта штука вообще откуда? Ага… — Нет-нет, вы делаете не так. Давайте вам ещё раз продемонстрирую. Следите внимательно за руками. Его пальцы запрыгали по деталям, очевидно Алмонд мог делать это гораздо быстрее, но останавливался на одну-две секунды на каждом этапе сборки. В итоге спустя минут пять повторений мне всё-таки удалось разобраться в конструкции и собрать оружие. С громким щелчком я вставил магазин с патронами. — Приятное чувство, не правда ли? Теперь этот пистолет гораздо ближе к вашим рукам, чем несколько минут назад. В этом была своя доля истины. Усилия, которые были вложены, чтобы просто иметь возможность пользоваться оружием, отдавали болью в подушечках пальцев, но внутри ощущалось удовлетворение. Я был доволен собой. — А теперь перейдём к тому, зачем пришли, — Алмонд протянул мне наушники. Надев их, я ощутил как тугой каркас стягивал голову. Мягкие подушки полностью покрывали уши, нейтрализуя оставшиеся здесь звуки. В свою очередь, мужчина тоже надел наушники. Потянув за небольшой рычажок в стене, он приблизил одну из мишеней и немного резко начал касаться меня, показывая, как держать стойку. Поправил руки. Пистолет был тяжёлым. Запястья начинали ныть, дуло ходило из стороны в сторону. Бармен прислонил ладонь к моей груди. Да, вроде видел это в кино, нужно задержать дыхание. Вдох. Крепче сжал пальцы. Мишень оказалась в прицеле. Я надавил на тугой спусковой крючок. Пламя вырвалось из дула. Сквозь наушники едва доносился звук. Уверен, что без них меня бы ждал тот ещё звон в голове. Алмонд махнул рукой, показывая продолжать. Выстрелил снова. Второй, третий раз. Вибрации отдавали в мышцах. Запах пороха будоражил кровь. Дышалось чище, мир ощущался ярче, насыщенней. В конце концов магазин опустел, о чём знаменовали глухие щелчки при повторных нажатиях на крючок. Мишень медленно приблизилась к нам. Да уж, стрелял я как попало. Часть выстрелов ушло за границу нарисованного человеческого силуэта. Одна дырка, правда, проделана в голове, но это скорее была счастливая случайность, чем расчёт. — Неплохо, вполне неплохо, — с улыбкой произнёс Алмонд, когда я снял наушники, — вам будет, что продемонстрировать парням в пятницу. — В пятницу? — Да, именно. Основная часть приходит в конце рабочей недели. Конечно, бывают и исключения. Как, например, вы сегодня. Положив пистолет на полку, посмотрел в сторону выставленных в ряд мишеней. Чувство остроты и силы, которое я испытал, не покидало меня. — Подумаю об этом.

***

Горьковатое тёмное пиво остудило мой обострившийся разум. Не зря Хейден посоветовал это место. Сочетание тира с баром действительно волшебное. Круглый солёный арахис коснулся моего языка. Мысли ползли в голову. Правильно я поступал сейчас? Может, стоило уже вернуться домой? В конце концов, я оставил свою жену в полном одиночестве. Если, конечно, она вернулась домой, а не продолжила выискивать меня по кустам возле дома Голдов. — Мне кажется, вам уже пора, — мягко проговорил Алмонд, отодвигая опустошенный бокал в сторону, — я вызову для вас такси, мистер Палмер. — Вот как этих женщин понять? — внезапно вырвался с моих уст вопрос, оставив проигнорированным предложение Алмонда. — Если она следует за тобой по улице. Значит, она мне не доверяет? Но почему, что я сделал не так? Скажи мне? Бармен изучающе осмотрел меня. Особенно внимательно он ощупывал взглядом моё лицо. — Иногда любимые следят за нами, проявляя беспокойства. Возможно, вы действительно могли вызвать недоверие, но, полагаю, все действия, которые от этого следуют, вызваны исключительно любовью. Прощать их или нет, зависит только от вас и ваших собственных чувств. Пытаясь сфокусировать внимание на Алмонде, я едва улавливал суть его слов. Затем увидел, как он поднял трубку телефона, стоящего на краю стола. — Вы сможете назвать адрес, куда вас отвезти? — Да… улица… — Не мне. Водителю. На секунду я замялся, пытаясь провернуть язык во рту. — Да… В глазах начала появляться туманная дымка. Нет, я не должен отключаться. Хотя, почему нет? Может, меня прикончат по пути до дома и мне больше не придётся решать чужие проблемы. Проблемы этого тела. В памяти всплыла девушка у автомата. Её лицо размыто. Почему она показалась мне знакомой, если я даже лица её вспомнить не могу? Почему именно этот мир? Я даже едва помню, что там было в этих книгах. Ради чего прожил столько лет? Чтобы оказаться в теле лысеющего бухгалтера? Повернув голову, я увидел на стене со стороны выхода календарь. На нём была изображена красавица модель в ковбойской одежде. Снова 1980-й год. Знал бы, что окажусь здесь, заучил бы хронологию. Не имею малейшего понятия, почему оказался именно в этом году и что меня ждёт. Почувствовал, как Алмонд брал меня под локоть. — Давайте, я вас провожу до машины. *** И снова я в роли зрителя. Наблюдал за проплывающими мимо фонарными столбами. Они одновременно и били светом по глазам, и гипнотизировали, вводя в некое подобие транса. На небе мигали огоньки самолётов, что, пролетая, оставляли едва заметный в темноте след. Вскоре мы свернули с шоссе и оказались на знакомой улочке. Впереди виднелся мой дом. Внутри горел свет. Очевидно, меня ждал неприятный и тяжёлый разговор. Хорошо, что мне сейчас всё равно. Мой страх и рассудок похоронены под литрами пива. Сильно же меня развезло. Наверное, всё потому, что Эрик не большой любитель выпить. Покинув машину и пройдя между парой цветущих кустов, я в итоге вставил дрожащей рукой ключ в замок и повернул ручку. Дверь открылась, и теплота домашнего очага окутала моё тело. Как-то сразу захотелось спать. Но времени для сна не было. Из гостиной выскочила Николь. Её глаза были опухшие, красные. Щелчок закрывшейся за мной двери словно стал сигналом. — Где ты был, чёрт возьми? — она сделала шаг вперёд. Деваться было некуда, я лишь старался удержать равновесие на ногах, навалившись на дверь спиной. — И что это за запах? Ты, что пил? — Ну да… Чуть, — пролепетал я, стараясь собрать мысли воедино. Женщина повернулась ко мне спиной. — Ты мог бы хоть предупредить, что поедешь куда-то после работы. Я не находила себе места… Я… — она снова повернулась ко мне и посмотрела в мои глаза, её облик слегка двоился в них. Снова попытался сфокусироваться. — Скажи мне, что с тобой происходит, Эрик. Ты так переживаешь из-за ограбления? С того дня ты словно чужой стал. Я не понимаю, что происходит. Мне… Она сделала глубокий вдох. — Мне страшно. Происходят вещи, которые я не могу объяснить. Даже сегодня я видела, как ты… — прикусив губу, она замолкла на полуслове, после чего посмотрела на меня. В её глазах пылали искры. Николь приблизилась вплотную ко мне. — Может, ты скажешь что-нибудь? Какого чёрта ты молчишь? Разве я совсем для тебя ничего не значу? На последнем вопросе она вновь повернулась в сторону. Прислонив ладонь ко рту, сделав глубокий вздох, словно ей не хватало воздуха. На мгновение я увидел, как по её щеке скатывались слёзы. Вот она провела по лицу запястьями, словно пытаясь заткнуть открывшийся потоп. Я начал чувствовать, как мой рот открывался сам собой. Ну вот, сейчас она повернётся и наблюю ей на лицо. Отличное завершение этого диалога, и я наконец-то смогу пойти… — Вот, возьми платок, дорогая, — говорил голос из моей гортани. Местами несвязный, но отчётливый. Рука сама собой вытянула белый платок и протянула в сторону Николь. Так… Секунду, я это не планировал. Что происходит? Женщина молча взяла платок и провела им по лицу, высморкалась. — С чего ты взял, что мне нужен твой дурацкий платок? Вопрос вогнал в ступор. Ты же сама только что… — Ни с чего. Просто так показалось, что всё-таки нужен, — моя рука выдвинулась вперёд. Пальцы нежно скользнули по медным волосам. — Прости, что напугал тебя, солнце. Мне действительно было не по себе от недавнего, и я сходил по совету Хейдена в один бар. Там очень приятная атмосфера. Можешь сама его спросить. Что. Здесь. Происходит? Мой язык не слушался меня. Даже тело. Сознание отходило на второй план, я… Пассажир на заднем сиденье авто. Нет, это несправедливо. Не… — То, что ты видела сегодня, звучит очень странно. Возможно, нам действительно нужен отпуск. Ты ведь знаешь, что я люблю тебя. Последнее время мне очень не хватает времени наедине с тобой… Я Уже не успевал следить за диалогом. Серая пелена полностью перегородила обзор. Слух, обоняние. Ничего не чувствую. Только холод. Темнота. Это смерть? Пожалуйста, нет! Я сгоряча сказал, что хочу умереть. Верните меня назад! Умоляю.