Пророк

***

      — Волнуешься?       — А разве похоже, чтобы я волновался? — молодой парень негромко фыркнул, всем своим видом пытаясь показать, насколько глупый был заданный ему только что вопрос, однако внимательный человек мог заметить в его движении некоторое волнение, несмотря на показательную храбрость. Будто бы встреча с самим Наследником Слизерина не является чем-то особенным или достаточно впечатляющим для проявления эмоций! — Я в порядке.       — Я тоже переживал перед первой встречей, — словно не услышав ответа собеседника, произнес Люциус Малфой, единственный наследник древнего чистокровного рода волшебников, входящего в «Священные двадцать восемь» семей. Одетый с иголочки, словно сошедший со страниц какого-нибудь журнала по типу «Ведьмополитена», с идеально уложенными платиновыми волосами, и с уже ставшей неизменным атрибутом в его руках тростью с серебряным набалдашником в виде змеиной головы. Люциус выглядел потрясающе, особенно сейчас, на фоне стоящего рядом с ним юноши: грязные темные волосы, свисающие по обе стороны лица, из-за чего крючковатый нос и бледная кожа лишь сильнее бросались в глаза; старая, местами потертая мантия с зелёной нашивкой факультета на груди, и затравленный взгляд темных глаз, прямо как у дикого зверька, — весь внешний вид юного слизеринца просто кричал о бедности, но Малфой словно ничего из этого не замечал, продолжая: — Не каждому даётся такой шанс. Лорд Мракс очень внимательно относится к своему окружению и то, что он захотел встретиться с тобой лично, — очень многое значит. Тебе следует оправдать оказанное доверие, Северус.       — Да, Люциус, я помню. Все будет хорошо, я… Я очень ценю это приглашение, честно. И я оправдаю ожидания Лорда, — пообещал Северус Снейп, студент седьмого курса факультета Салазара Слизерина, мельком взглянув на своего собеседника.       Получив несколько недель назад письмо от Люциуса Малфоя, Северус очень этому удивился и, честно признаться, даже растерялся. Во-первых, ему в принципе никто не писал писем, — у их семьи никогда не было домашней совы, к тому же его мама умерла прошлой зимой, аккурат на его каникулы, а потому не смогла бы ничего написать сыну, даже если бы вдруг у нее появилось подобное желание. А во-вторых, нельзя было сказать, что Снейп тесно общался с Люциусом, да, на его младших курсах Малфой взял под «свое крыло» невзрачного слизеринца, разглядев в маленьком полукровке нечто особенное, что могло бы пригодиться в будущем. Но после выпуска из Хогвартса Люциуса они с Северусом практически не контактировали, если не считать вежливых поздравлений с праздниками, являющихся некой традицией на факультете Салазара, и редкими столкновениями в Косом переулке, когда Снейп покупал там все необходимое к новому учебному году в Хогвартсе.       Именно поэтому, получив письмо, в котором его приглашали на весенние каникулы в Малфой-мэнор, дабы познакомиться с неким волшебником, интересующимся юным дарованием в сфере зельеварения, Северус собственным глазам не поверил. Неужели он действительно смог кого-то заинтересовать?.. И не просто кого-то, а наследника самого Салазара Слизерина?       — Поверь, я очень на это надеюсь. Когда меня спросили, считаю ли я кого-то достойным личной встречи с Лордом, я сразу подумал о тебе, — задумчиво проговорил Люциус, глядя в алое пламя камина. Они находились в одной из гостиных его родного мэнора, в ожидании гостя, который, насколько он знал, прибыл не так давно и пока обсуждал дела с его отцом, Абракхасом Малфоем. — Несмотря на то, что мы не столь тесно общаемся лично в последние годы, я узнавал все необходимое через других студентов, с которыми поддерживаю связь. Меня всегда радовали твои успехи в учебе, я словно ещё при первом знакомстве с тобой понял, что однажды гадкий фестрал превратиться в прекрасного пегаса, стоит лишь немного подождать. Умные люди сейчас на вес золота, Северус. А ты ведь не дурак, верно? И я надеюсь, что твое согласие означает, что ты все хорошо обдумал и действительно готов к тому, как может закончиться эта встреча. И не важно, когда именно это произойдет, — сегодня или же через несколько лет.       Глубоко вздохнув, Северус невольно облизал пересохшие губы, — он очень переживал, но отступать даже не собирался. Северус уже здесь, в гостиной Малфой-мэнора, в ожидании встречи, которая может изменить всю его жизнь. Которая наверняка изменит абсолютно все! Отступится ли он?       «Я не трус!»       — Я готов, Люциус, — стараясь вложить в голос больше уверенности, слизеринец взглянул на Малфоя, чуть прищурив глаза. Даже если бы Снейп вдруг передумал, он не сказал бы этого вслух, — слишком упрям. Это у него от матери…       Люциус лишь чуть улыбнулся на это заявление, не став ничего отвечать. Он словно ждал этого ответа.       А уже через несколько минут двери в гостиную распахнулись и оба юноши обернулись, приветствуя вошедших волшебников:       — Отец, Лорд Мракс, — вежливо кивнул Малфой и положил ладонь на плечо Северуса, стоящего столь прямо, словно он проглотил шпагу, как один из этих маггловских шутов, выступающих на публику. — Позвольте вам представить Северуса Снейпа, о котором я вам столь много рассказывал.       — Доброго дня Лорд Малфой, Лорд Мракс, — Северус кивнул обоим мужчинам, приветствуя их, и едва удержался от того, чтобы поправить собственную мантию, в попытке выглядеть хоть немного лучше, чем есть на самом деле. Это было естественным желанием, ведь до этого дня Северус не общался ни с одним Лордом в живую, только с наследниками, с которыми жил и учился на одном факультете в Хогвартсе. — Я рад познакомиться с Вами лично.       — Мы тоже рады этой встрече, мистер Снейп. Мой сын действительно много рассказывал о ваших талантах и, надеюсь, он ничуть не приукрасил все те достоинства, о которых упоминал, — Абракхас Малфой едва заметно улыбнулся и взглянул на вошедшего вместе с ним волшебника, который оценивающе оглядывал стоящего перед ними юношу. — Марволо, не будешь ли ты против, если мы с сыном займёмся насущными вопросами? Столько дел, ума не приложу, откуда они только берутся.       — Конечно нет, друг мой, я ведь прекрасно все понимаю. Дела рода должны быть на первом месте, — кивнул мужчина, едва заметно улыбнувшись старшему Малфою. — А мы пока пообщаемся с мистером Снейпом, мне очень интересно узнать мнение молодого поколения на некоторые темы.       — Вот и прекрасно, — Абракхас кивнул и подал короткий знак сыну, вместе с ним покидая гостиную на некоторое время.       Северус немного неловко переступил с ноги на ногу. Он предполагал, что встреча будет проходить наедине, но так и не смог морально к этому подготовиться, — создавалось ощущение, словно Снейп один из флоббер-червей, которых внимательно рассматривает зельевар перед тем, как достать из банки и разрезать ножом для своего очередного зелья. Весьма некомфортное чувство, словно он «не в своей тарелке», с которым, пусть и не сразу, но Северус справился. И после молчаливого кивка он опустился в одно из мягких кресел, прямо напротив Лорда Мракса.       — Итак, Северус… Могу ведь обращаться к тебе по имени?.. Люциус действительно часто упоминал о тебе в разговорах, настолько часто, что мне стало любопытно посмотреть на столь талантливого и перспективного юношу, — Марволо, напротив, чувствовал себя весьма уверенно, словно находился сейчас в своем собственном доме. Закинув ногу на ногу, он расслабленно откинулся на спинку кресла, наблюдая за юношей напротив, — словно не зельевар и флоббер-червь, а ядовитая змея и мышь, попавшая в хитроумную ловушку. — Ты увлекаешься зельями, верно?       — Да, сэр. Зелья — моя страсть, если можно так выразиться, — Снейп согласно кивнул, радуясь, что разговор перешёл на тему, которая была ему хорошо знакома. Так будет легче взять себя в руки. — Мне бы хотелось в будущем связать свою жизнь с этой наукой и, возможно, заработать свое собственное имя на мировом рынке.       — Так значит, ты хочешь заниматься именно зельями? Не чем-то, что они дополняют, а именно этой наукой… Ты меня приятно удивил. Редко кто выбирает столь сложное направление и уж тем более добивается в нем успехов, — мужчина задумчиво и словно как-то одобрительно кивнул. — Профессор Слагхорн тебя хвалит?       — При всем моем уважении, сэр, профессор много кого нахваливает. К сожалению, я не являюсь для него студентом, достойным внимания, — ответил Северус, немного неловко пожимая плечами.       — Я прекрасно тебя понимаю. Я тоже учился у старины Слагхорна, видимо, за эти годы он так и не изменился. Полагаю, одним из аргументов стала твоя родословная? — предположил Марволо, замечая, как при его вопросе юноша едва прикусывает нижнюю губу. Кажется, тема ему не слишком приятна. — Твоя фамилия мне незнакома, сколько поколений насчитывает ваш род?       — Я полукровка, сэр. Мой отец, он… Не волшебник, — словно заставляя себя говорить, Северус опустил взгляд на собственные ладони, сложенные на коленях, чтобы не видеть презрения в глазах мужчины. Снейп не знал, что, подними он голову, никакого презрения он бы так и не увидел, напротив — в глазах Реддла был интерес.       — Значит, отец маггл… А мать волшебница? Конечно волшебница, наверняка чистокровная, — Марволо ответил на свой же вопрос даже не задумываясь, и не давая юноше вставить и слова. — Любопытно… Северус, знаком ли ты с работами такого зельевара, как Либациус Бораго? — вдруг поинтересовался мужчина, резко переводя тему в другое русло. Снейп, хоть и удивился этому, достаточно быстро сориентировался:       — Конечно, сэр. Мы проходим высшие зелья по его учебникам и многие его труды вызывают у меня восхищение. Но, полагаю, некоторые его рецепты подвергались изменению под указом Министерства, по крайней мере в тех книгах, которые предоставляют школьникам, — заметил юноша, легко переключаясь на любимое увлечение. Все лучше, чем говорить о его семье и чистоте крови. — Особенно заметно это стало на последнем курсе, когда глядя на некоторые рецепты возникает вопрос: а действительно ли их автор знаком с таблицей совместимости ингредиентов?       — Это весьма серьезные рассуждения. И ты можешь привести мне примеры таких рецептов?..       Последующие несколько часов прошли более спокойно, на взгляд юноши, — оба волшебника обсуждали различные рецепты зелий, всевозможные чары и заклинания, школьную программу Хогвартса в целом и некоторые ее особенности в частности, чему Северус, откровенно говоря, был рад. Он мог на протяжении долгого времени говорить о магических дисциплинах, обсуждая те или иные вопросы, ставя под сомнения «непреложные истины», как утверждали некоторые старожилы магического мира, и особенно приятно было обсуждать это со взрослым, образованным магом, который не отмахивался от «глупого школьника», а наоборот, прислушивался к нему. Забылся и страх, что Снейп испытывал в самом начале, перед этой встречей, и смущение из-за своего положения «нищего полукровки», ведь Лорд Мракс говорил с ним практически на равных! Сам Наследник Слизерина не отмахивался от него, а очень даже увлеченно участвовал в рассуждениях!       «Определенно, это лучшие несколько дней в моей жизни за последнее время,» — пронеслась мысль в голове Северуса, когда он очередным вечером ложился спать в гостевой комнате Малфой-мэнора.       И вот, когда до конца весенних каникул оставалось всего пара дней, Марволо пригласил Снейпа в свой кабинет, для более личного разговора, чем все те, что были в прошлые дни. Северус догадывался, о чем будет идти речь, а потому заранее все обдумал и принял, как ему казалось, взвешенное решение.       Решение, которое повлияет на всю его дальнейшую жизнь.       — Да, Лорд Мракс. Я с честью приму от Вас знак верности и преданности, и буду служить вашим идеям и убеждениям, — Северус говорил уверенно, глядя прямо в глубокие, синие глаза с алым отливом сидящего напротив мужчины. Его слова, его открытость и честность очень понравились Марволо, но уловить его настроение было слишком сложно, особенно для столь юного и неопытного волшебника. — Если Вы позволите мне равняться на Вас, быть рядом, позволите мне развиваться, вдохновляясь Вашими знаниями, клянусь, я не подведу Вас.       — Открой мне свое предплечье, Северус, — коротко приказал мужчина, наблюдая за тем, как подросток оголяет свою левую руку, после чего достал волшебную палочку. — Подойди, Северус Снейп. Я хочу, чтобы столь юное дарование развивалось под моим началом. Я дам тебе все, что необходимо, а взамен затребую лишь верности. И этот знак станет нашей взаимной клятвой.       — Да… Повелитель, — Северус склонил голову, чувствуя, как кончик чужой волшебной палочки прикасается к его предплечью, и услышал змеиное шипение из чужих уст. Уже в следующее мгновение юноша ощутил невероятную боль, пронзившую его руку, а следом и все тело, и не сдержал болезненного вскрика…       …Северус резко садится на кровати, слыша лишь собственное, невероятно громкое сердцебиение, и глухой хрип, вырвавшийся из его горла вместо болезненного крика. Несколько мгновений ему потребовалось, чтобы все осознать:       «Сон… Это был лишь сон, одно из множества воспоминаний, не больше. Просто сон,» — глубоко вздохнув, Северус провел ладонями по лицу, утирая выступившие в уголках глаз слезы, и чуть повернул голову, опуская взгляд на мужчину рядом. Марволо крепко спал, не проснувшись от посторонних звуков.       На первый взгляд это был все тот же мужчина из его воспоминаний — все такой же властный, опытный волшебник, который мог повергнуть оппонента в страх, даже не доставая своей палочки… Но если присматриваться к нему лучше, то можно увидеть и различия, — нет больше этого алого блеска в глазах, нет тяги к бессмертию, нет жажды чужой крови. Зато есть внимание к другим, забота, уважение, ласка… Различий намного больше.       Глубоко вздохнув, Северус лег обратно, прижимаясь вплотную к Марволо, и крепко его обнял, уткнувшись лицом куда-то в районе плеча. Это его жених. И он никогда больше не причинит Северусу боли.