Неидеальный мир

Свет и тень неразрывно связаны и нет одного без другого. Мир наполнен множеством событий, что не счесть и не описать и десятком книг и путевых записок. Солнце согревает и дарит заботу, а луна является проводником в тёмном и мрачном путешествии, превращая дорогу в череду приключений. Тяжёлые веки слиплись от долгого безмятежного сна. Вставать не было никакого желания. Усталость накопилась и казалось, что даже голод и жажда не смогут вытянуть из постели. Алые пряди были разбросаны по подушке и при малейшем движении прилипали к лицу. Рука сама потянулась ко второй половине постели, но не нащупала ничего, кроме прохлады раннего утра. Вторая подушка была аккуратно взбита, а покрывало сложено и разглажено. Абсолютный порядок. Дилюк вскочил, небрежным движением нарушив идиллию. Взгляд заметался по комнате, утреннее солнце приятно грело кожу, его мимолётный свет казался мягким и нежным. Сердце заглушило все посторонние звуки, так, что даже собственное дыхание терялось в ритмичных стуках. Бледные пальцы сжали багровые ткани, внутри лишь абсолютное непонимание и страх. Прикрыв глаза он ещё раз прокрутил события прошлой ночи, но никак не мог понять, когда они легли спать и что было дальше. Беспокойство не отпускало, он быстро встал, заметив, что спал не в уличной одежде, а в полноценном шёлковом одеянии для сна. Однако, когда он успел переодеться, тоже открытый вопрос. Хаотичными движениями он разгладил чёрную рубашку, немного приводя её в надлежащий вид, и босиком вылетел из спальни. Тишина вокруг казалось удушающей, но не было ни малейшего желания произнести и слова, чтобы разрушить её. Непроизвольно Дилюк нашёл себя возле старой комнаты Кайи, дверь в которую по какой-то причине была приоткрыта. Солнечные лучи первыми достигали эту комнату, от чего та казалась светлее любой иной, однако в груди заметно похолодало. Столько воспоминаний хранится здесь, а он просто позволил занять её другому ребёнку. Хотя всё же, внутри он понимал, что это правильное решение. Всё в мире меняется и движется дальше, так и детские спальни однажды передаются другим детям. Невольная улыбка застыла на вечно напряжённом и хмуром лице. Внезапный грохот заставил отвлечься от мыслей и бегом спуститься к источнику шума. Ноги путались от усталости, однако рефлексы и натренированность не позволяли упасть. На первом этаже не было ни единой души, Дилюк уже хотел схватить клеймор у входа и пойти на разведку, как с кухни прозвучало громкое ругательство. Осторожные шаги прекратились и в голове закружились десятки мыслей. Дилюк сорвался с места и почти пинком открыл дверь. На него смотрел обеспокоенный и немного испуганный Кайя. Указательный палец был в плену губ, что обхватывали его со всей тщательностью. Кухня была в жутком беспорядке, повсюду были овощи, а в печи, кажется томилось мясо. На столе стояла небольшая вазочка со свежими цветами. Кайя неловко улыбнулся. — Я впервые проснулся раньше тебя, так что хотел попросить приготовить что-нибудь на завтрак, но никого не оказалось, так что… — Он растерянно развёл руками. С пальца упала маленькая капля крови, звучно ударившись о паркет. Дилюк схватил повреждённую кисть и стал тщательно осматривать. — Как, будучи мечником, ты умудряешься резаться кухонным ножом? Он аккуратно подвёл Кайю к раковине и начал промывать рану. — Как можно быть таким неаккуратным? Не мог разбудить? Он протёр её сухим полотенцем и взял небольшую коробочку в углу комнаты. Кухня — опасное место и без аптечки было никак, Дилюк едва касаясь нанёс мазь из волчего крюка и чуть затянул бинтом. — Не сильно? Скоро пройдёт. Кайя виновато отводил взгляд, он не решался и слова сказать, будто в горле застряли все мысли и если он попробует высказать хоть одну, получится безумная мешанина. Капелька холодного пота скатилась по смуглой щеке, губы поджались, а кисти едва задрожали. Несколько незамысловатых блюд теснились на маленьком столике, который остался единственным чистым местом на этой кухне. Металлический чайник ритмично покачивался в такт бурлящей воды, однако Кайе казалось, что этот звон едва ли перебивал внутренний бит сердца. После того, как последствия потери глаза бога были устранены и память встала место, внутри образовалась мешанина из чувств, которые путали всё сознание, не оставляя и места ясности. Голова раскалывалась даже при лёгком напряжении, в попытках разобраться. Сон не шёл, вот и с первыми посветлениями неба Кайя спустился в поисках ответа. Лилии, расставленные по всему дому, открытая детская комната, освобождённый от досок проход в кабинет на первом этаже… Столько всего произошло… Кайя три года жил в полной уверенности, что дорогой брат ненавидит его всем сердцем. Нет, не раны и ожоги отравили сознание юного тогда рыцаря, даже оскорбления не оставили настолько больших шрамов. «Он оставил меня одного. Он бросил меня. Я снова стал никому ненужным» Однако, похоже это было ложью. Ведь именно Дилюк ворчит о несостоятельности рыцарей, неспособности позаботиться о себе и неаккуратности, пока осторожными движениями перевязывает такую маленькую ранку. Да как она вообще может навредить? Если бы Кайя настолько следил за ранениями, то с миссий возвращался от головы до ног перебинтованный. Ранее Дилюк лишь равнодушно хмыкал, наблюдая, как сёстры Фавония бережно перебинтовывали сочившиеся кровью порезы и рваные раны, что были рассыпаны по всему смуглому телу после важных миссий. Хмуро отворачивался, что-то бурча себе под нос, когда вместо реабилитации Кайя наведывался в таверну. Задерживал взгляд лишь на доли секунды, чтобы мельком посмотреть на него. Почему он так сильно изменился? Тем временем Дилюк обессиленно вздохнул и опустил несчастный палец. Он с необъяснимой (нежностью?) тревогой взглянул в сияющий голубой глаз, будто дожидаясь ответа на его (заботу?) действия. Кайя заметно вздрогнул от перемены чужого настроения, но мгновенно сменил растерянное выражение лица на дежурную улыбку и поблагодарил волнующегося братца. — Что ты успел приготовить? Можно уже садиться за стол или мне помочь закончить? Дилюк с неизменным выражением лица уставился на Кайю, терпеливо ожидая, пока дрожащая улыбка станет более уверенной. — Я хотел приготовить «Расти гору», но с нарезанием мяса появились некоторые проблемы, — Он показательно поднял покрытый тканью палец, — Но в принципе завтрак не должен быть настолько сытным, того, что уже есть, вполне хватит. По комнате прошлось тихое ворчание, Дилюк крепко сжал кухонный нож и принялся нарезать мясо ломтиками средней толщины. Кайя растерянно замахал руками, отговаривая, но насколько тот был навязчив, настолько же Дилюк был упрям. Тогда Кайя сдался под напором брата и принялся помогать, однако ножи оказались в запрете, так что ему оставалось следить за процессом, помешивая суп, салаты и прочие блюда. Внезапно наставший обед они провели в полной тишине. Дилюк мельком поднимал взгляд к увлечённому едой Кайе. Он будто не замечал странную атмосферу, наслаждаясь минутами спокойствия. Поглощая каждую секунду мирной жизни с таким упоением, будто боялся, что в любой момент его трапеза будет прервана. — Только бокала вина не хватает, — Промычал себе под нос Кайя. — Ты не до конца оправился от ран, нельзя алкоголь. Серебряный нож со звоном опустился на край тарелки. Дилюк поднял тканевую салфетку и аккуратно протёр губы от соуса. Кайя быстро заморгал, ему же показалось? Нет, Дилюк точно не мог ему улыбнуться. — Думаю стоит сходить в собор, там тебя хорошо осмотрят. — Да я отлично чувствую себя, не стоит… — Я настаиваю, одевайся и пойдём. — Разве Барбара не может сама прийти? Дилюк шумно выдохнул. Бледные ладони опустились на стол. — Кайя. Ты не хочешь идти в город? Со лба скатилась капля холодного пота. Кадык судорожно забегал по горлу. Кайя сам не понимал, почему он не может оставаться спокойным перед таким Дилюком. Нет, проблема абсолютно точно в нём. Он совершенно изменился, он ведёт себя не так, всё неправильно. — Ты не должен быть… Дилюк поднял бровь в вопросительном взгляде. Его всегда уверенный брат сейчас будто пытался спрятаться и сбежать, однако в сердце не закралось ни единого желания указать на чужую слабость. — Объясни. — Я…я… Не хочу идти в город, — Он сказал это настолько тихо, что могло показаться, что он и сам не слышал своих слов. — Что? — Не хочу… — Я не расслышал, у тебя болит что-то? Дай посмотреть. Дилюк быстро оказался рядом и протянул руку к чужому подбородку. Кайя оцепенел, не в силах и дрогнуть. Обжигающие пальцы невесомо проскользнули, очерчивая скулы, Кайя плотно закрыл глаза, не в силах выдержать натиска. Дилюк неожиданно сильно надавил на челюсть, непрозрачно намекая открыть рот. Сглатывая ком в горле, Кайя зажмурился до цветных пятен в глазах и приоткрыл губы. — Шире, плохо видно. Этот глубокий, практически томный голос сводил с ума. Подчинившись Кайя раскрыл рот до своего предела, пока не послышался глухой скрип челюсти. Прерывистое дыхание то проскальзывало по языку, то шумно выходило через нос. — Всё ещё плохо. Внезапно язык оказался сильно придавлен, от неожиданности Кайя инстинктивно закрыл рот и распахнул глаза. Ему открылась невероятно странная картина. Дилюк стоял перед ним практически опустившись на колени, выражение лица не поддавалось описанию, а его палец… Они оба быстро среагировали и через мгновение до ужаса смущённые они отвернулись друг от друга. — В комнате недостаточно света, не зажигать же огонь прямо возле лица. — Ты мог использовать ложку… От перепада температур в зале поднялся ветер. Дилюк полностью осел на пол и хотя его лица не было видно, но уши точно нельзя было отличить от алых локонов. Сам Кайя, казалось забыл, что для жизни не нужно так много кислорода и от частого дыхания у того потемнело в глазах. — В любом случае, ничего страшного я не заметил… Но я обещал привести тебя на осмотр, надо выдвигаться. Дилюк постарался максимально уверенно подняться с пола, но уставшие от долгого неудобного сидения ноги не держали как надо, и он несколько раз покачнулся. Кайя также встал со стула, и они вдвоём в полной тишине отправились в Мондштадт ни разу не взглянув друг на друга. Непривычная для Кайи закрытая одежда была ужасна под палящем летним солнцем. Крио в крови охлаждал, но слабость так и растекалась по венам. Сапоги с каждым шагом казались тяжелее, каблуки стали ударяться о каменистую землю, проскальзывая. Дилюк старался даже не поворачиваться в сторону Кайи, но внезапной глухой стук заставил резко развернуться. Обострённые чувства и инстинкты дали мгновенные инструкции телу. Через секунду Кайя распластался в чужих объятьях, тяжело дыша и обливаясь потом. Дилюк крепко сжал руки на спине и талии, не давая окончательно упасть. Он быстро отпрыгнул в тень, опуская брата на землю. Ладонь упала на чужой лоб, но смысла от такого измерения не было. Дилюк лишь понял, что вопреки утверждениям Кайи, тот не в полном порядке. Раньше и в самую страшную жару Кайя просто создавал снег вокруг, охлаждая до осенних температур окрестности. — У тебя какие-то проблемы с глазом бога? Кайя пытался приподняться, но руки обессиленно прогнулись, и он снова свалился на землю. — Нет… — Хватит. — Что? Дилюк грозно посмотрел прямо в душу, Кайе показалось, что с таким жаром он точно не справится. — Хватит говорить, что у тебя всё хорошо, а потом страдать в одиночку… Просто… Хватит. — Я не… — Подожди, дай мне высказаться. Он перехватил Кайю, облокотив его о прохладный камень и усевшись напротив. — Ты лезешь туда, откуда выбраться невозможно, постоянно подвергаешь себя опасности, ты что… Совсем жизнь свою не ценишь? — Дилюк… Я… — Если свою жизнь не ценишь, то неужели и моя для тебя пустой звук? — Чт… Что? Нет! Я… — Ты мстишь мне за то, что я оставил тебя тогда? Хочешь чтобы и я остался одинок? Кайя изо всех сил пытался дотянуться до дрожащего Дилюка и подарить тому звучный подзатыльник. Но силы полностью покинули. — Когда ты исчез после праздника… Я не мог найти себе место. Мы только начали восстанавливать всё… Что разрушили… А ты просто решил оставить меня с этими чувствами одного? Дилюк сжал подол своего верхнего одеяния и опустил взгляд. Кайя не решался даже вздохнуть лишний раз. В тени ему действительно становилось немного лучше. Кайя нашёл в себе смелость и изо всех сил ударил Дилюка в плечо. Едва ли это могло быть хоть немного ощутимым, но в этот удар Кайя вложил всё, что мог. Подсохшие губы сжались в тонкую линию, так, что капельки крови потекли из маленьких трещинок. Сильные руки проскользнули под коленями и крепко ухватили под поясницу, намертво фиксируя ослабшее тело в объятьях. Уверенным быстрым шагом направляясь в сторону Мондштадта Дилюк не заметил, что Кайя успел задремать. Ворота были в зоне видимости, было несколько выходов из ситуации. Первый — обойти город и залезть прямо к собору, отметается. Второй — разбудить Кайю и заставить его самому пройтись наверх. Учитывая его состояние, он не дойдёт и будет только больше вопросов. Третий — просто пройти с ним на руках через весь город… Вариант интересный, но вопросов меньше не станет. Дилюк остановился на наиболее простом варианте, что пришёл ему в голову, пройти через боковые ворота и оставить Кайю в таверне. Несколько удивлённых взглядов рыцарей конечно задержались на них, но грозный багровый взгляд ясно дал понять — молчать. Спустившись в подвал и положив Кайю на лежанку, по рукам прошлась заметная дрожь. Вся эта ситуация до боли напоминала ему что-то, но зацикливаться на этом не стоило. Кайя мирно сопел, грудная клетка едва заметно поднималась, спокойное и мерное дыхание не было ни горячим, ни холодным. Дилюк невольно задержал на нём взгляд. Впервые за столько времени, Кайе не снились сны, он лишь отдыхал от всего происходящего и восстанавливал силы. В глазах приятно мелькали жёлтые и оранжевые пятнышки. Вокруг было темно, лишь небольшая свеча в углу нарушала абсолютный покой. Кайя приподнялся на локтях, замечая, что тело стало ощутимо легче. Он рефлекторно облизнул губы, почувствовав приятный бальзам на них. Дышать в прохладном помещении было заметно проще. Вокруг стояли стеллажи с бочками и бутылками. Знакомое и приятное место. — Проснулся? Голос будто прозвучал в голове, настолько неуловимо и тихо. — Д-да, я долго проспал? — Не очень, — Багровые глаза показались в просвете между бочек, — Таверну только что закрыли. Его лицо окутывал тёплый свет свечи, тени бегали по острому подбородку и едва заметной улыбке. В глазах отражались языки пламени, взгляд казался немного уставшим, но от того не менее… Нежным? Скорее беспокоящимся. Верно. — Прости, я не заметил, как заснул, почему не разбудил? Кайя встал, немного восстанавливая равновесие, подошёл к занятому брату. — Если устал, то стоит спать. Тем более я позвал Барбару прямо сюда, не без проблем, но она осмотрела тебя. Жить будешь. — Понятно… Что читаешь? Глаза опустились на старую потрёпанную книгу, на ней чёрно-синими чернилами были нарисованы странные картинки, вперемешку с вычурными буквами, что отдалённо напоминали древние письмена. — Вот разбираюсь в книгах из секретного раздела, Лиза сказала, что некоторые из них написаны на неизвестном языке, пытаюсь расшифровать. Ничего особенно интересного. Он показательно развёл руками. — Дай-ка посмотреть, — Кайя одним движением повернул толстую книгу к себе, внимательно вглядываясь в текст, — Интересно… — Что там? — А? Нет, текст я тоже не особо могу разобрать, но то, что я понял… Откуда эта книга в Мондштадте? — Лиза сказала, что она была в секретной части библиотеки, которую мы открыли недавно. Там было много документов старого Мондштадта, и вот один из них. — Ох… — Что-то случилось? — Просто… Наверное мне показалось, не бери в голову. — Кайя, сейчас мы совершенно не понимаем, что здесь написано, даже догадки будут полезны. — Почерк. Он мне кажется до ужаса знакомым. Я не особо понимаю слова, но эта манера письма… Понимаешь, почему я не хотел говорить? Это до ужаса глупо. Кого я мог знать из старого Мондштадта… — А если предположить… То ты можешь хотя бы попытаться догадаться, что здесь зашифровано? — Шифр? Хм… Он несколько раз просмотрел слова по диагонали. Брови в задумчивости свелись к переносице. Тонкие карамельные пальцы, то проходились по чернилам, то возвращались к подбородку. Спутанные волосы то и дело падали на лицо, мешая читать, от чего Кайя часто отвлекался. Дилюк нахмурился и громко хмыкнул, отвернувшись. Подумав несколько секунд он встал, уступая место брату. Тот не задумываясь сел, увлечённо перелистывая страницы. Волосы неприятно потянули, от чего Кайя недовольно прошипел. — Что ты? — В каком беспорядке у тебя голова, сиди смирно. Аккуратным движением он вытянул тёмно-синий атлас, пальцами разглаживая локоны. Алым гребнем несколько раз прошёлся по длинным концам, постепенно поднимаясь к макушке. — Волосы совсем отросли, не хочешь постричься? — А чем тебе такая длина не по душе? Ай! Будь понежнее! — Вот чем. Слишком много мороки. Но… — Что но? Я не могу сосредоточиться на книге! Дилюк быстрым движением собрал высокий хвост, оставив небольшой пучок, затянул ленту. — Тебе идёт. Они некоторое время провели в тишине, пока Дилюк не стал часто зевать. — Ложись спать, я отоспался, ещё немного посижу. — Ладно. Кайя даже удивился такой покорности, ни уговоров, ни пререканий… Раньше бы Кайя сказал, что это его мечта, но такие резкие перемены в поведении навевали тревогу. Он ещё некоторое время записывал свои мысли по поводу старой книги и странных иллюстраций, пока сон совсем не сморил его.