В моем тихом омуте

«Почему никто не спас, когда из радужек глаз в меня брызнули иглы?»

♡♡♡

      Он был поражен. Вся его душа прогнила, все его сердце болело только по одному человеку. Не сказать, что он был святым, нет. Напротив, он был так грешен, что порой забывал об этом, продолжая идти на поводу у своей нездоровой любви. Его не смущали ночные слежки за неимоверно прекрасным омегой, не смущало нарушение личного пространства и бесконечные мысли только о нем. Грязные, похотливые, они сменялись на что-то поистине теплое и неведомо приятное, о чем он знал лишь понаслышке. О чем грезил изо дня в день, чем жил и питался, когда в очередной раз провожал взглядом спину человека, в которого был так ослепительно влюблен. Такой красивый, добрый и чистый, он привлек внимание Тэхёна своей улыбкой и звонким смехом. А потом Тэхён услышал что-то еще. Звон колокольчиков, точно. Эти многочисленные истории твердили о том, что так звучит любовь. Что так бьется покоренное кем-то сердце.       Влюбленность? Смешно. Тэхён был уверен, что никогда не столкнется с этим, но когда это постигло его, он больше не смог спать спокойно. Не тогда, когда карие глаза омеги, такие пленяющие и горящие чем-то неизведанным, приходили ему во снах. Не тогда, когда его естественный запах будоражил сознание, заставляя в удовольствии вздрагивать все тело. Не тогда, когда его голос звучал так мягко и отзывчиво или ощущался как мед, тающий на губах.       Не тогда, когда Чимина окружало так много людей. Так много чужих альф.       Их запахи мешались с чистотой омеги, портили его. Их прикосновения впитывались в его гладкую кожу, пачкали ее, покрывали пятнами неприязни и отвращения к рукам, которые смели прикоснуться к запретному. Их многочисленное внимание беспокоило Тэхёна, ведь каждый из них представлял для него угрозу. Каждый из них был так или иначе ближе к Чимину в отличие от Тэхёна, с которым он был даже не знаком. О существовании которого даже не догадывался, как и не имел представления о том, что кто-то тенью может ходить за ним по пятам и оберегать от чужих назойливых взглядов.       А потом эти угрозы стали так отчетливо ощутимы, особенно когда к дому Чимина стал провожать кто-то еще. Тэхён и раньше замечал этого альфу в окружении омеги, но никогда прежде не видел как он на него смотрел. Как оба они робко держались за руки, делали эти маленькие шажочки на встречу друг к другу. Как перешептывались с улыбками на лицах, когда вокруг шумел целый мир. Как бесконечно долго заключали друг друга в объятиях, а потом отстранялись со смущенными взглядами и красными щеками. Как неумело дарили друг другу теплый поцелуй, окончательно выбивая Тэхёна из колеи.       И все это было его реальностью, которую он отказывался принимать. В которую отказывался верить, как и в то, что, наблюдай он со стороны хоть вечность, Чимин никогда не будет его омегой. И пока он продолжал тонуть в тени, кто-то зарился на сокровенное, принадлежащее только ему. Прикасался к нему, обнимал и целовал.       Это сводило с ума. Не давало уснуть, злило и заставляло в который раз громко закричать в тишине холодной комнаты и ударить кулаком по стене, в надежде отвлечься от моральной боли физической. Но даже это не спасало, и он продолжал смотреть на истекающую кровью руку, находя в этом ответ на вопрос как сохранить мир, который он так тщательно выстраивал вокруг своего омеги.

♡♡♡

      Промозглый воздух наполнял легкие, целовал покрасневшие щеки и мокрый нос. Ночь казалась по-особенному тихой и темной. Идеальной, чтобы скрыть все неразумные поступки Тэхёна от чужих глаз.       Его высокая фигура замерла в тени какого-то дома, а взгляд упал на тело человека, бездыханно лежащего на холодном асфальте. Было в этом что-то красивое. Перед глазами всплывали недавние воспоминания того, как отчаянно он цеплялся за свою жизнь, ударяя Тэхёна в ответ на его сильную хватку сзади. То, как хрипел и кряхтел, когда тонкая проволока обвила его шею, отчаянно пытаясь оттянуть миг неизбежного. То, как не сумел защитить себя от цели человека, возомнившего себя вершителем судеб. То, как упал на землю со стеклянными пустыми глазами.       Это радовало, непременно. И пускай бок до сих пор неприятно ныл от недавней схватки, Тэхён все равно был рад. Хотя бы потому, что этот альфа больше никогда не прикоснется к его сокровищу. Не посмеет вызвать на красивом лице Чимина улыбку своими глупыми шутками и не станет отравлять его сердце нелепыми чувствами.       Тэхён глубоко вдохнул, вновь опуская на тело взгляд. В тот момент его глаза загорелись чем-то опасным, сравнимым с тем, как горят очи хищника, наконец догнавшего свою жертву спустя долгие часы охоты. Вонзившего в ее плоть свои острые зубы, ощутившего вкус ее крови на своем языке. Непременно победившего в этой жестокой битве за жизнь. Только вот Тэхён не хищник, а мертвый альфа — никакая не жертва. Все это просто безумный спектакль одного актера, ослепленного своими ноющими чувствами и отстраненного от понятия «совестно».       Итак, Тэхён от него отвернулся. Затем его внимание привлек чужой телефон, который он держал в своей руке, а точнее — открытая переписка с Чимином. И пускай в ней было много ласкового, посвященного отнюдь не Тэхёну, что болью отзывалось в его сердце, там нашлось то, что сумело удивить его еще больше.       Никогда прежде он не видел Чимина таким. Таким открытым, таким доступным, таким откровенным с чужим человеком. И мысль о том, что это видел другой альфа, разжигала в сердце Тэхёна неистовый пожар из чувств. Карие глаза горели яростью, когда бродили по изображенным на снимках обнаженным частям тела, жадно их рассматривали, впитывая то, о чем прежде он мог только мечтать. А потом Тэхён достал свой телефон и, выполняя несколько незамысловатых действий, переслал фотографии себе. И не было в этом ничего такого, не считая мыслей о том, что альфа был убит не зря. Ведь он видел то, что не следовало, прикасался к тому, кто ему никогда не принадлежал. За что и поплатился.       Тэхён мигом очистил беседу с омегой на телефоне убитого альфы, а вместе с ней и галерею, чтобы после выбросить его рядом с владельцем. И только тот упал на асфальт с глухим звуком, Тэхён снова посмотрел на труп, и язвительная ухмылка дернула уголки его губ. Вот что бывает с теми, кто смеет перейти дорогу безумцу. Он тут же натянул на голову капюшон, спрятал одетые в перчатки руки в карманы и, ни разу не сожалея о содеянном, стал неспешно покидать место преступления, радуясь, что на одну проблему стало меньше.       Но его радости не суждено было продлиться долго. Вскоре, спустя несколько недель отсутствия Чимина в университете, он наконец появился в поле зрения Тэхёна, и это тронуло чувства альфы. Не только потому что он все это время сходил с ума от разрывающих голову мыслей, но и потому, что впервые ощутил свое влияние на омегу. Так странно было чувствовать себя ответственным за опухшие от слез глаза и мешковатую одежду, скрывающую результаты стресса. Так больно было наблюдать за тем, как когда-то самая яркая улыбка в компании погасла, а ее обладатель стал прятаться в тени своих друзей. И пускай в голове Тэхёна раздался тонкий голос совести, он быстро её заткнул, как только нашелся тот, кто стал утешать Чимина. Стал ненавязчиво обнимать и прижимать к груди, шептать слова, способные отвлечь от недавнего горя; стал разжигать в сердце Тэхёна искру из ревности и ненависти, которая безмолвно обещала разрастись в неизбежный пожар.       И всё это так сложно было сдерживать в себе. Тогда в одной чаше весов оказалась боль в глазах любимого человека и мысли о том, что он не должен всё это испытывать, а в другой — дикое желание разобраться с тем, кто полез не в свое дело, уничтожить того, кто снова встал на пути безумца. И так жаль, что неизменное чувство любви подтолкнуло вторую чашу опуститься ниже.       И вот снова всё повторялось. Той ночью Тэхён стоял перед телом только что убитого альфы, замершего в сидящем положении на качели, и хмурился в ответ на её ноющий скрип. Лицо, до носа скрытое черной маской, освещал свет, исходящий от экрана смартфона, и карие глаза поспешно исследовали чужую галерею, с целью отыскать фотографии Чимина. Найдя пару-тройку его совместных фото с мертвым альфой, общие снимки компании с вечеринок и нелепые видео оттуда же, Тэхён позволил себе улыбнуться. Эта искренность играла морщинками в уголках его глаз, и он в который раз влюблённо вздохнул. Хотелось еще, хотелось больше наблюдать за тем, каким Чимин был красивым и счастливым, но труп напротив напоминал о том, что веселья в глазах омеги не будет еще очень долгое время. Это заставляло задуматься о том, а правильный ли путь он выбрал? — но чем были эти секундные размышления по сравнению с его желанием быть единственным, о ком будет думать Чимин.       Пускай даже в таком отвратительном контексте.       Хмм… Стать тем, кто отдаленно владеет омегой?.. Куда более привлекательной была реальность, где он мог владеть им сполна.       Тем временем новые фотографии Чимина переносились в телефон Тэхёна. По завершении он привычно очистил чужую галерею и бросил сотовый у ног мертвого альфы — конкурента, пораженно склонившего перед ним голову. И он, вновь окинув холодным взглядом тело, от него отвернулся, следом утопая в тени высоких домов и ничуть не задумываясь о последствиях своих злодеяний.

♡♡♡

      Небольшой, но довольно просторный кабинет был освещен осенним солнцем. Его лучи падали на деревянный стол, обставленный папками с бумагами, и рабочий компьютер; на большой шкаф, что стоял позади стола, и на уставленный горшками с бонсаями подоконник. Что говорить о красивых руках, играющих с карандашом, и о задумчивом лице детектива Ким Намджуна, терпеливо ожидающем, когда Пак Чимин придет в себя и продолжит свой рассказ.       — Еще раз, — вздохнул Намджун, — господин Пак, расскажите нам, где вы были 25-го октября этого года. Спокойно, не торопясь, — подталкивал он, откидываясь на спинку своего стула и поднимая на омегу глаза.       Чимин кратко кивнул и сжал в руке мокрую от слез салфетку. Он поджал губы и прикрыл глаза, снова вспоминая тот злополучный вечер.       — Весь день я провел в университете, — тихо начал Чимин, вновь сминая салфетку в руке. — Тогда ничего необычного не происходило, все было как всегда. После лекций я должен был идти на подработку в школу танцев и обучать нового специалиста работе с младшей группой, но мне вовремя сообщили, что он заболел и не сможет прийти, поэтому я решил заняться подготовкой к своей курсовой работе и отправился в библиотеку. Нужно было найти некоторую литературу и… — Он поднял на Намджуна глаза, а тот вскинул брови, безмолвно прося продолжить. — И Хван пошел со мной, за компанию. — Пожал плечами Чимин, снова опуская взгляд на свои руки. — Он был так добр ко мне, помог найти нужные учебники и пособия, отвлекал своим присутствием от… от плохих мыслей. Я даже не заметил, как быстро прошло время и как потемнело на улице, а потом он настоял на том, чтобы провести меня домой.       — Провел? — послышался другой голос, и Чимин, поднимая глаза на молодого альфу по имени Чан, который был помощником детектива, кивнул в его сторону.       — Провел, но сам домой так и не вернулся, — произнес Чимин, и на глазах тотчас выступили слезы.       Намджун бросил взгляд на своего помощника и попросил принести омеге воды. Чан тут же подорвался со своего места и уже совсем скоро подал ему полный стакан.       — Спасибо…       — Значит, вы были последним, кто видел Ли Ёнхвана живым? — немного погодя спросил Намджун, внимательно наблюдая за Чимином.       — Я не знаю, — пожал плечами омега. — Он провел меня до моего дома, помог донести книги из библиотеки, и это был последний раз, когда мы с ним виделись.       Намджун подался вперед и, упираясь локтями в стол, подпер подбородок руками. Что-то в его голове не сходилось, и это начинало беспокоить. Следом он бросил неоднозначный взгляд на Чана и, вновь глядя на омегу, спросил:       — Он не говорил вам о своих ближайших планах?       — Хван хотел… встретиться с кем-то, — дернул плечами Чимин, — но я не знаю с кем. Он был так взволнован, говорил, что очень торопится, поэтому отказал мне, когда я пригласил его подняться ко мне и согреться, ведь вечер был таким холодным, а он как всегда был легко одет. Я не знаю… Мне жаль, что я ничем не могу вам помочь.       — Нет, вы помогаете, — добродушно ответил Намджун и поджал губы в улыбке. — Скажите, Чимин, тогда в библиотеке Ли Ёнхван вел себя как обычно?       — Ну… Да. Разве что время от времени проверял свой телефон.       — Проверял который час или ждал от кого-то звонка? — вновь встревая в диалог, спросил Чан.       — Не знаю, но я не видел, чтобы он говорил с кем-то по телефону, — переводя взгляд на молодого альфу, ответил Чимин.       — Он никуда не отходил и все время был с вами? — спросил Намджун, возвращая себе внимание омеги.       — Если не считать тех случаев, когда он уходил за книгами, то мы весь вечер провели вместе.       — Хорошо, — вздохнул Джун, — думаю, на этом мы закончили. Вы можете идти. Чан, проводи господина Пака!..       — Нет, спасибо, я справлюсь сам, — поднимаясь на ноги и хватая свою сумку, слабо улыбнулся Чимин. — Пожалуйста, звоните, если вам еще что-нибудь понадобится. Я очень хочу, чтобы его… чтобы их убийцы были найдены.       — Оставьте это следствию, — открывая перед омегой дверь, произнес Намджун. — Все, что вы можете сейчас сделать, это позаботиться о себе, чтобы ваши близкие и друзья не беспокоились о вас. А все остальное решим мы.       — Спасибо… До свидания. — Кратко кланяясь, попрощался Чимин.       — Всего доброго, — кивнул детектив Ким и закрыл за ним дверь. Он тут же встретился глазами с Чаном, и тот, дергая бровью, тихо спросил:       — Что думаете?       — Складывается впечатление, что в городе завелся маньяк, но чего-то словно не хватает для того, чтобы подтвердить мои догадки, — падая обратно на свой стул, вздохнул Намджун.       — Думаете, это кто-то из окружения убитых? Они, вроде как, были из одной компании.       — Вероятнее всего, — бросил старший. — Но, прежде чем делать выводы, нужно допросить всех, с кем был знаком Ли Ёнхван. Поэтому, будь добр, пригласи следующего, кто там на очереди.       — Выполняю.

♡♡♡

      Это не было привычным для Чимина делом. Никогда прежде он не сталкивался с полицией и не хотел бы еще очень долгое время, но, к его несчастью, нашелся тот, кто решил иначе. А потому вся размеренная и в каком-то смысле хорошая жизнь Чимина резко приобрела новые оттенки. Его будние дни окрасились в синий и серый, и больше не было того тепла и солнца, которые могли развеять смуту в его сердце. Все стало развиваться слишком быстро, и сложно, а точнее, невозможно было сказать, когда все это прекратится.       Поэтому, что первая встреча с детективом Кимом и его допросы, что последующие, дергающие за живое, не успевшее зарасти и окрепнуть, высасывали из Чимина все силы. И он снова возвращался домой разбитым.       Переступив порог своей квартиры, он даже не стал мыть руки и переодеваться в домашнюю одежду, а просто рухнул на кровать, с головой зарываясь под тонкий плед. Хотелось раствориться в тишине и пустоте этой комнаты, забыться или хотя бы сделать вид, что все это происходило не с ним. Сначала смерть альфы, к которому, как бы громко это ни звучало, он испытывал искренние чувства, кому впервые доверился и открылся, в кого стал влюбляться, на мгновение представляя их долгую счастливую совместную жизнь; потом убийство хорошего друга, единственного в его окружении, кто пытался оставаться веселым, пряча под улыбающейся маской свою истинную тоску по лучшему другу детства. А… что потом? — эти мысли пугали, и сложно было сказать почему. Возможно, потому что сейчас Чимин не представлял, как жить дальше, или потому что не видел будущее без своих друзей. Может, он был глубоко поражен и задет последними несчастливыми событиями в своей жизни, а, может, все сводилось к тому, что он неосознанно ждал новость об очередном убийстве и был готов ждать до тех пор, пока эти злобные костлявые руки смерти не доберутся до него.       Только вот руки убийцы были отнюдь не костлявыми, а сам он мечтал защитить и уберечь омегу от всего прочего мира, что был полон зла и несправедливости.       Сам он не осознавал, что был частью этого мира, и защищать Чимина нужно было от него самого.       Но а пока Чимин даже не догадывался о приближении начала своего конца, коротая часы в глухом одиночестве. Как бы он ни пытался, сон наотрез отказывался принимать его сознание в свои объятия, а потому в голову снова начали лезть плохие мысли. В какой-то момент эта нелепая цепочка из раздумий была готова замкнуться на том, что Чимин винил в смерти Хвана себя, а сам омега — был готов разрыдаться от разрывающей сердце боли, но потом…       Все это в одно мгновение прервалось краткой вибрацией со стороны смартфона, — и когда только Чимин успел вытащить его из сумки и бросить на соседнюю подушку?       Он замер, а потом вибрация послышалась вновь, тотчас разливаясь дрожащими волнами по поверхности кровати. Тогда Чимин несмело стянул с головы плед и, вытирая мокрый нос рукавом поношенного худи, протянул руку к своему смартфону. Не то чтобы он был расположен на беседу, но факт того, что в последнее время никто из его друзей не писал первым, заставил открыть до боли знакомое приложение с чатами в надежде хоть как-то отвлечься от самого себя.       Но не было среди них ни одного знакомого, за исключением совершенно нового.       Беседа с пользователем «Скрытый номер» горела шестью непрочитанными сообщениями.       Чимин непонимающе моргнул, и его сердце так необъяснимо сильно начало стучать в груди, словно предупреждая о том, что войди он в чат, пути обратно не будет. И так жаль, что омега к нему не прислушался, нерешительно открывая новую беседу.       И тогда сердце резко замерло, а у самого Чимина перехватило дыхание, стоило только увидеть несколько фотографий с обнаженными частями тела. Его фотографий. Отнюдь не предназначенных для кого попало, сделанных с трепетом для человека, которого больше не было на этом свете.       Чимина охватила паника, его руки начали дрожать, в легких, казалось, закончился воздух, и он ничего не мог с собой сделать, чтобы перестать смотреть на снимки сквозь выступившие на глазах слезы. Он пытался, правда пытался сдерживать всё в себе, прикрывая ладонью рот и не давая рвущемуся наружу крику сорваться с губ, но все это оказалось бесполезным, и в конечном итоге Чимин позволил себе сдаться. Все его тело дрожало, голова разрывалась от многочисленных вопросов, и сам он искренне не понимал, почему все это происходило именно с ним. Почему сейчас, когда он еле справлялся и бессовестно лгал каждое утро своему отражению в зеркале, что завтра все наладится.       Но ничего не менялось, а каждый новый день продолжал подкидывать ему новые испытания, и Чимин уже знал, что не сможет уснуть этой ночью.       Как только он немного отошёл от увиденного, глаза заметили еще кое-что — подпись, гласившую незамысловатое «Ты невероятно красивый». И руки тут же принялись писать ответ.

Кто ты /20:31/

Где ты это взял /20:31/

      Но, несмотря на то, что человек, приславший ему фотографии, был в сети, скорого ответа не последовало. Он прочел сообщения, да, но отвечать, кажется, не торопился.       … Либо тоже был впечатлён происходящим…       Тогда к глазам снова начали подступать слезы. И Чимин был рад поддаться этому, но что-то в его голове щелкнуло, и он резко оторвал от лица руки.       — Успокойся! — сказал он сам себе. — Ты разберешься с этим, прекрати вести себя, как тряпка!       А потом он на долгие минуты пропал в ванной, где приводил себя в порядок и вел мысленный диалог со своим отражением. Ничего удивительного. Единственным, кто по-настоящему всегда был с ним, это он сам; он же у него и остался. Поэтому Чимин, по возвращении в свою спальню, нашел телефон и смелее открыл беседу, что все это время не покидала его мыслей.       Теперь его глаза встретил ответ. Мне действительно нужно тебе все рассказать? /21:04/ Или лучше подержать интригу? /21:04/ Где ты? /21:07/ Подумай хорошо, прежде чем творить необдуманные поступки /21:08/ Потому что мне вовсе не хочется показывать эти фотографии кому-то еще /21:08/ Но если ты расскажешь кому-то обо мне /21:08/ Мне придется это сделать /21:08/ А потом убрать всех, кто их увидит /21:09/ Потому что никто /21:09/ Не смеет видеть то /21:09/ Что принадлежит мне /21:09/       Это все так пугало и сводило с ума. Жаль, но этот крепкий стержень уверенности так не вовремя куда-то испарился, от чего на глазах снова выступили слезы.

Да кто ты черт возьми такой /21:56/

Что тебе от меня нужно /21:56/

Прошу оставь меня в покое мне и так нелегко /21:57/

      Ответ не заставил себя долго ждать. Поговори со мной. Это все, о чем я прошу /21:58/

Ты сумасшедший /21:58/

Не пиши мне больше /21:58/

      И Чимин был бы рад закрыть чат или вовсе его удалить, но мгновенно пришедший ответ снова поселил в душе страх. Чимин, пожалуйста /21:58/       Омега моргнул, словно открой он в то же мгновение глаза, все изменится и окажется лишь сном. Его руки дрожали, когда он печатал новое сообщение, а сердце переполнял микс из безысходности, ненависти и страха.

Откуда /21:58/

Откуда ты знаешь мое имя /21:59/

Откуда у тебя мой номер /21:59/

Откуда у тебя эти фотографии /21:59/

Почему ты делаешь это со мной /21:59/

      Чувства взяли вверх, и он снова начал задыхаться и пытаться удержать воздух в груди, прижимая рукав ко рту. Я не могу /22:02/ Извини /22:03/ Мне так жаль, Чимин, но я ничего не могу с собой сделать /22:03/ Я так сильно /22:03/ Хочу быть на месте любого, на кого ты смотришь и кому улыбаешься /22:03/ Я тоже хочу обнимать тебя и держаться с тобой за руки, как это делали они /22:03/       Чимин сглотнул и замер. Ну конечно. Фотографии не могли попасть в руки незнакомца по вине Досонга — альфы, с которым встречался Чимин, а значит… Этот тип достал их сам.

О боги /22:05/

Ты- /22:05/

Их убил ты /22:05/

Нет. /22:05/

Ну конечно /22:06/

Ты убил моего альфу /22:06/

Ты убил моего друга /22:06/

Вот откуда фотографии у тебя /22:06/

Зачем /22:06/

О боги зачем ты- /22:06/

Чимин /22:07/

И ты смеешь говорить мне, что хочешь держаться со мной за руки /22:07/

Хватит. /22:07/

Ты чудовище /22:07/

Прошу, молчи. /22:07/

Я немедленно иду в полицию /22:08/

Нет. /22:08/ Уже поздно. /22:08/ И если ты обратишься в полицию, то навсегда останешься грязным в глазах своих знакомых и друзей, потому что я опубликую твои фотографии. /22:08/ Ты потеряешь возможность узнать, что произошло на самом деле, и никакая полиция тебе не поможет. Они не смогут меня найти, потому что я /22:09/ Один /22:09/ Из них. /22:09/ А ты под моим прицелом, Чимин. Не зли меня и играй по моим правилам. /22:09/       И этого было достаточно, чтобы выронить телефон из рук и снова заплакать. Боги, и во что он только ввязался?.. Быть слабым, остаться один на один со всем, что свалилось на него за последнее время, и не знать, что делать дальше — вот во что превратилась его жизнь. И не было ни единого лучика света, внушающего надежду на то, что скоро это всё закончится. Не было ничего, за что он мог бы ухватиться, чтобы перестать медленно и мучительно опускаться на дно.       В голове путались мысли, и он не осознавал, насколько вся эта ситуация была серьезной и бесповоротной. Он словно сам подписал контракт с дьяволом, доверяя ему свою душу, сам продолжал играть с огнем, уже сидя в окружении тлеющих углей. И не было ничего, что могло бы уберечь его от ответа:

Каким правилам /22:11/

      И ловушка захлопнулась, Пак Чимин, а довольная ухмылка украсила лицо человека, который уверенно и неспешно добивался своей цели. Хороший вопрос.) /22:11/ Итак, 1) Ты будешь общаться со мной, но никому об этом не расскажешь. 2) Ты не подпустишь к себе больше ни одного альфу, иначе мне снова придется замарать свои руки. 3) Ты будешь временами выполнять мои просьбы, но не волнуйся, ничего грязного я от тебя не потребую. /22:13/ И последнее. /22:13/ Помни, что я всегда за тобой наблюдаю. /22:14/

А если я нарушу твои правила /22:15/

Тогда я очень разозлюсь, Чимин, и тебе лучше не испытывать мое терпение. Не думай меня игнорировать и запомни, что все, что происходит в этом чате, остается здесь. /22:15/ Пойдешь в полицию — я достану тебя. /22:15/ Поэтому будь хорошим омегой, и никто не пострадает точно так же, как и не увидит твои прекрасные фотографии. /22:16/ А теперь иди спать. Добрых снов) /22:16/

Какой же ты- /22:16/

      Но незнакомец мгновенно вышел из сети и оставил Чимина наедине с безысходностью, беспокойством и камнем на сердце.       В тот вечер его мир окончательно рухнул.