Путь Непризнанной

— Ведьма! Именно это Данна услышала в первую очередь, едва ли выйдя из комнаты в коридор ранним утром. Не поднимая глаз, она попыталась тихо-мирно проскочить мимо, в направлении, известном одному Шепфа, но Ости не дала сделать ей это просто так - толкнув крылом так, что девушка припечаталась спиной к стене, демоница с сарказмом, издевательски прикрыла рот рукой, самодовольно ухмыльнувшись. — Прости, я такая ужасно неловкая! — фальшиво-виновато сказала она и ретировалась в наипрекраснейшем настроении. Данна ощутила, как кол обиды вонзился ей в сердце. Она ведь не сделала ничего плохого! Она просто шла мимо, по своим ещё непридуманным делам. «Раз она так поступила, значит, я это заслужила. Видимо, так...», — мысленно вздохнула земная и отошла от стены, отряхивая слегка белую от щебневой пыли фиолетовый свитер. — Что произошло? Её плеча коснулись. Будто узнав, когда именно нужно его присутствие, Дино вышел из комнаты, глядя на Данну. — С тобой всё нормально? — посмотрев на немного смятый край её одежды, перепачканный в белой пыли, ангел нагнулся и осторожно, как брат - младшей сестре, смахнул непривлекательные пятна, сделав свитер снова чистым и опрятным. — Спасибо, — пробормотала она. — Не уходи от вопроса, — строго сказал Дино. Похоже, девушка только сейчас убедилась в том, что Дино - сын именно Фенцио: так похож был у них тон, когда они хотят знать ответ на прелюбопытнейший для них вопрос. — Просто Ости, — призналась она. — Снова? — недовольно скривился ангел. Точно, как Фенцио. — И что она? — Назвала меня ведьмой и толкнула... Почему? Это всё из-за чайки? — Наверняка, — с сочувствием вздохнул парень. — Но почему? Это ведь всего лишь чайка! — Данна с вопросом, с удивлением некоторой обидой в глазах посмотрела на Дино, как ребёнок смотрит на своего покровителя. Она надеялась найти отражение в голубых глазах, но его совсем не было. — Здесь всё иначе. Чайка - чёрный предвестник. Если над школой пролетит чайка, значит, скоро должна случиться беда. — А если чайка села кому-то на плечо? — с надеждой спросила Непризнанная. — Не знаю, — беспомощно пожал плечами ангел. — Такого не случалось раньше. По крайней мере, ни разу за всю мою жизнь. — А это сколько? — живой интерес загорелся в двух изумрудах. — Мы не отмечаем дни рождения, как вы, люди, — сказал он, никаким образом не желая её обидеть. — Но, поверь, это очень много. — Привет, — вдруг к ним подошли Ади и Сэми, и демон сразу вцепился в воротник её одежды, потряхивая с таким шоком, что, казалось, он сейчас вскипит и взорвётся. — Что вчера было? Как такое могло произойти??? — Ади, отпусти её. Мало того, что Ости к ней пристаёт, так ещё и ты. — Да ладно тебе, — фыркнул Ади и покорно отстранился от девушки. — В смысле, Ости? — не понял Дино. — А ты не знаешь? — повёл вверх бровями рыжий. — Она уже всем о том, что произошло с Данной, рассказала. Теперь в школе нельзя найти такого Бессмертного, который был бы не в курсе. — Но с того момента не прошло и суток! Как так быстро? — А вот так вот. У Ости язык длиннее Великой китайской стены, — озлобленно рыкнул Сэми с сочувствием к бедняжке. Да, меньше всего Данна хотела такой "славы". Всегда тихая и спокойная, она привыкла к незаметному для остальных образу жизни, и чтобы эта история распространилась так быстро... Да уж, первый день не задался. — Эй, ну ты чего, Данна, — Дино положил руку на плечо девушки. В энергии откликнулись распереживавшиеся языки яркого пламени. Её уши слегка покраснели, создавая контраст с, наоборот, побелевшим личиком. — Не волнуйся, ты не виновата. Просто Ости... — Редкостная мразь, — закончил для него Ади. — Так что наплюй на неё с высокой колокольни, — не в силах противостоять своим желаниям, он кончиками пальцев коснулся тёмных девичьих кудряшек, едва ли не запищав от милоты, как тогда, в первый раз. — Хорошо... Спасибо вам, — Данна слегка улыбнулась. «Раз они так говорят, значит, так и есть», — удовлетворённо проскочила в голове мысль, наполнившая её ни с чем не сравнимым теплом. Теплом, которое оказалось приятнее пледа в дождливую погоду. Дружеским теплом.

***

Снова раннее пробуждение. Просто для Данны это осталось неизменной привычкой, которая перешла с ней даже на тот свет: просыпаться раньше Солнца, чтобы ничего вдруг не случилось. Мало ли что. Тихонько зевнув, Непризнанная подошла к окну, слегка приоткрыла мелкую форточку. Из неё по лицу девушки протекла прохладная струйка утреннего ветра. Играясь в ней, она потрепала выбившуюся чёрную кудряшку, пробираясь под свитер. Девушка глянула на соседнюю с ней кровать: Дино мирно спал, опять зарывшись в одеяле, как в собственном коконе. Такой забавный. Ей вдруг вспомнилась одна красивая земная песня. Голос её как раз к ней подходил, и, стараясь не разбудить своего соседа по комнате, она пропела несколько строчек. Где-то далеко-далеко откликнулись птицы и стали подпевать её словам. Песня была похожа на колыбельную: тихий, девичий голос убаюкивал, и хотелось слушать это вечность напролёт. Ветер дунул ещё раз, будто бы в благодарность принеся Данне сладкий аромат цветов Поднебесья. «Да уж... Ради такого и умереть не жалко», — усмехнулась она про себя, оглядывая пушистые облака за окном. Спокойствие - впервые за полжизни - казалось драгоценным, словно алмаз, что нужно было беречь, но одновременно с этим и таким же неуловимым и неосязаемым, как эфир. Жаль, что оно ушло сразу, стоило Данне снова начать переосмысливать своё текущее положение. Она умерла, её убили, забрали её жизнь! Нет, её совершенно не интересовало то, кто это сделал: она пыталась понять, зачем кому-то это было нужно, именно зачем. Ну, и как - тоже, как небольшой бонус. Дальше: Данна находилась в неизвестном ей толком месте, вокруг её окружают сотни ангелов и демонов с Непризнанными, вроде мирных, но пугающих загадочностью своей внутренней сути. Ости это, конечно, не касалось - к сожалению, своё дорогое внимание она обращала на кудреволосую вот уже трижды. «Глубокий вдох, глубокий выдох... Ты должна быть сильной, ты должна справиться», — приказала девушка сама себе. — «В конце концов, ты не первая, и, наверняка, не последняя». Быстро приведя в порядок непослушные волосы (а именно - заковав их в донельзя растянутую резинку перламутрового цвета) и поправив тёмно-серую рубашку, она выдохнула и решительно направилась навстречу новому дню... ... не видя, как притворявшийся до этого спящим, Дино поднялся на локтях.