Гори-гори ясно

Передать эмоции Кайла на тот момент было просто невозможно. Мысли, как только тот немного пришёл в себя, так и путались, перебиваясь между собой: — «Что за хуйня сейчас происходит?? Что со мной?? Что этот ублюдок вытворяет?? Может это сон??» — всё так морально и давило, да ещё этот расплывчатый вид перед собой из-за нарушения процесса внутренних органов ещё больше доставляло угнетение общего состояния. Тем временем Эрик и часа не теряет, и внимание на прелюдия не давал от слова совсем, от чего вдруг тело жертвы пронизает легко-неприятное ощущение, заставляя Кайла невольно содрогнуться, дерганно оглядываясь, заметив, что этот жиртрест уже на полную пользуется как привелегиями ситуации, так и его задницей. — Картман, блЯТЬ! — это всё, на что хватило пока жида, после чего последовал нервный вздох и такой же нервный взгляд на свои органы, замечая, что от каждого толчка, произведенного этой сволочью, они сами по себе висели лишь на честном слове анатомии человека, и если бы не обезболивающее, то, видимо, Брофловски давно бы валялся трупом на этой злосчастной кровати, испустив дух, что и последует того в ближайшее время. При такой мысли голова болела только ещё больше, а в этот момент шатен вдруг убирает шапку еврея, тут же грубо хватая парня за кучерявые волосы, натягивая на себя с последующей расгоряченной усмешкой. — Ну, как тебе, Каиил? Как ощущения? — в стёбном тоне сквозь тяжкое дыхание от активного темпа, спрашивает нашего парня нацист, вовсе не жалея тело, неожиданно впившись зубами в шиворот того, оттягивая больно кожу, чуть ли не прокусывая с концами заднюю сторону шеи от крайнего наслажденного господства над тем, кого всей душой и телом не переносил. Сам же Брофловски только и может издавать возмущенные, но ослабленные маты, вперемешку со вскриками от странных ощущений во время такого «неправильного» соития. — «Какого хрена сейчас происходит...Ебанный стыд, блять, неужели я заслуживаю такое??» — генерировалось в голове рыжеволосого, с каждым разом чувствуя крайний упадок сил вплоть до предобморочного состояния в один момент, совсем потеряв надежду на своё выживание или хотя бы прекращение этой гомосятины.