Пекло

      Тема главы: Disturbed — The Game       В мае начались экзамены, однако Криса они мало волновали. Всю его голову занимала ситуация с философским камнем и музыка. Гарри и Рон вовсе не думали ни о чём, кроме камня, и только Гермиона могла сосредоточиться на экзаменах, которые сдала без проблем. Даниэльссону было сложнее, ибо Снейп пытался его завалить. Он чудом сдержался, чтобы во всеуслышание не вынести подозрения всей четвёрки о его связи с Волан-де-Мортом. Однако он всё же этого не сделал и экзамен таки сдал. Гарри и Рону было ещё труднее, но всё получилось.       Был тёплый весенний день, когда четвёрку вместе с остальными отпустили с последнего экзамена.       — Все говорили, что экзамены в Хогвартсе такие сложные, — делилась впечатлениями Гермиона. — А на деле они даже приятные.       — Не думаю, что Рэндл Патрик МакМёрфи словил кайф от лоботомии, — бросил Крис.       — А это кто? — спросил Рон.       — Главный герой из книги «Пролетая над гнездом кукушки», — ответила ему Грейнджер. — Но это плохой пример.       — Я хотел сказать, что испытывать наслаждение от того, что другим причиняет неудобство — это, как минимум, странно, — пояснил Даниэльссон. — Понятное дело, что о вкусах не спорят, и я не призываю тебя перестать ловить кайф от нервотрёпки на экзаменах, но остальными, боюсь, это будет восприниматься, как нездоровый фетиш, так что рекомендую тебе об этом особо не распространяться.       Гарри их особо не слушал, всё время потирая свой лоб в месте, где был его шрам. Судя по всему, боль была всё сильнее, отчего Поттер зашипел.       — Что такое? — спросила у него Гермиона.       — Шрам болит, — ответил Гарри. — Как будто там ножом ковыряются.       — Такое раньше бывало? — поинтересовался Рон.       — Не так сильно, — пояснил Поттер. — Я думаю, это сигнал, что приближается опасность.       Квартет сам не заметил, как вышел на опушку леса к хижине Хагрида. Сам лесничий сидел на крыльце и что-то наигрывал на флейте. Ребята невольно на неё взглянули, и Гарри вдруг хлопнул себя по лбу:       — Как же я сразу не догадался?!       — Ты о чём? — спросил у него Крис.       — Не странно ли то, что Хагрид так мечтал о своём драконе, и тут же появляется тип с драконьим яйцом. Много ли народу позволяет себе расхаживать с драконьими яйцами в карманах?       — А в этом есть логика, — отметил Даниэльссон. — И этот кто-то должен был хорошо знать Хагрида и его причуды, чтобы найти, чем его подкупить.       Все четверо уже перешли на бег и довольно быстро оказались у хижины Хагрида.       — Привет, ребята, — поздоровался он, оторвавшись от флейты. — Всё сдали уже?       — Да, — кивнул Гарри. — Но это мы потом обсудим. Ты случаем не помнишь, как выглядел тот, кто дал тебе драконье лицо?       — Честно, не вспомню, — заявил Хагрид. — На нём был капюшон. Лица было не разглядеть. Может, он чем-то нелегальным приторговывал и не хотел светиться.       — А голос ты не запомнил? — спросил Крис.       — Хриплый такой, — ответил лесничий, с трудом вспомнив события того вечера. — Как будто он простудился.       — А о чём говорили, не помнишь? — спросила уже Гермиона.       — Ну, он спрашивал о том, за кем я раньше ухаживал, — начал рассказывать Хагрид. — Я ему сказал, что после Пушка дракон не доставит особых проблем.       — То есть, он интересовался Пушком? — переспросил Рон.       — Естественно, он им интересовался. Не каждый же день доводится обсуждать трёхголовую собаку, даже если ты торгуешь всякими диковинками, — подтвердил лесничий. — Помните, я говорил о музыке? Так вот, каждую животину нужно знать, как успокоить. Вот на Пушка действует музыка. Включишь ему, так он сразу уснёт. Впрочем, этого не стоило говорить.       — Да ничего, — отмахнулся Крис. — Нам всё равно нечего делать с этой информацией. Мы вечерком зайдём, а то сейчас надо бы после экзаменов дух перевести. Башка трещит.       — Хорошо, — Хагрид довольно легко повёлся на увещевания Даниэльссона и успокоился, а ребята поспешили в замок. По правде говоря, они не знали, где Дамблдор проводил своё рабочее время, потому они решили обратиться к профессору МакГонагалл, которая заполняла табели в своём кабинете.       Стоило только четвёрке ворваться в кабинет, как Гарри тут же объявил:       — Нам нужен профессор Дамблдор!       Профессор на секунду даже растерялась, но быстро пришла в себя и ответила:       — Боюсь, профессора Дамблдора здесь нет. Ему пришло донесение из Министерства, и он срочно отбыл в Лондон.       — Уехал?! — шокировано произнёс Поттер. — Дело важное! Это касается философского камня!       — Откуда вы о нём знаете? — спросила изменившаяся в лице профессор МакГонагалл.       — Кто-то собирается его украсть! — добавил Гарри, умолчав про Снейпа. Такая новость явно встревожила профессора, но она не подала виду, а лишь сказала:       — Я понятия не имею, как вы узнали о камне, но уверена, что он прекрасно защищён. Так что не могли бы вы вернуться к себе в гостиную, но только без паники?       Гарри хотел было что-то сказать, но передумал и, развернувшись, потопал к выходу. За ним последовали и Рон с Гермионой, а Крис замыкал процессию.       — Это произойдёт сегодня, — заявил Поттер, когда ребята вышли в коридор. — Сегодня он заберётся в тайник, чтобы украсть камень. Он узнал всё, что ему нужно и просто ждал, когда Дамблдор уедет. Либо он сфабриковал приглашение.       В этот момент сзади ребят возник Снейп.       — Добрый день, — огласил он своё появление, и четвёрка обернулась. — Что же делают четверо гриффиндорцев в такое время? По вашему виду можно сказать, что вы что-то задумываете.       Так как Гарри, озвучивая свои подозрения, имени Снейпа не назвал, то профессор и не подумал, что ребята обсуждали его.       — Хотели про табели узнать, — мгновенно сориентировавшись, соврал Крис, говоря расслабленным тоном, словно об обыденном. — Ник рассказывал, что ему в том году оценку не ту поставили, потому что перепутали с одним парнем. Неприятно же будет потом открыть журнал и увидеть, что рядом с твоим именем стоит не то, что ты получил.       Судя по всему, Снейп ожидал, что они все будут жаться, но Даниэльссон опять обломал всю малину, выдав чёткий и последовательный ответ.       — Осторожнее, — наконец, резюмировал профессор. — Лучше не привлекайте к себе лишнее внимание.       После чего он удалился. Крис шумно выдохнул. Несмотря на внешнее спокойствие, ему было весьма не по себе.       — Да как ты это делаешь? — поражённо спросил Рон, едва не хватаясь руками за голову.       — Как-то само собой получается. Сам не знал, проканает или нет, — Даниэльссон развёл руками. — Что со всей этой ситуацией делать будем? Будить многочисленных начальников себе дороже.       — Да, ты прав, — Поттер согласно покивал головой. — Придётся всё делать самим.

***

      Крис с трудом мог нормально репетировать после ужина, так как все его мысли занимала предстоящая авантюра, которая могла либо оставить его калекой и положить конец всем его творческим устремлениям, либо и вовсе лишить жизни. Однако отступаться Даниэльссон не был намерен.       После репетиции, когда ушедшие последними Фред и Джордж уже легли спать, Крис присоединился к ждавшим его Гарри, Рону и Гермионе, которые прихватили с собой мантию-невидимку, дабы опять по глупости не засветиться. Однако незамеченными покинуть гостиную у ребят не получилось, ибо стоило им только спуститься, как они услышали поквакивание. На подлокотнике одного из кресел сидел Тревор, жаба Невилла.       — Вы что здесь делаете? — послышался голос и самого Невилла. Он встал с кресла и встал напротив четвёрки. Очевидно, Тревор опять норовил улизнуть, и Лонгботтом его искал.       — Вы опять собрались бродить по школе? — с нажимом спросил он.       — Невилл, это не то, что ты думаешь… — попытался объяснить ему Гарри, но тот слушать был не намерен.       — Нет. Я вас не пущу. От вас и так у факультета куча проблем, — осуждающе произнёс Невилл. — Я… Я буду драться!       Для вида он даже вскинул кулаки, на что его попытался образумить уже Крис:       — Невилл. Не надо. Нас же больше. Мы же тебя уделаем.       — Невилл, прости, — Гермиона встала перед Крисом и подняла палочку, после чего произнесла:       — Петрификус Тоталус!       Лонгботтом резко вытянулся стрункой. Руки сами собой оказались по швам, а глаза остекленели, после чего Невилл бревном рухнул на пол.       — Нормально… — многозначительно произнёс Даниэльссон. — И долго он так пролежит?       — Паралич пройдёт минут через пять, — ответила Грейнджер.       — А вот голова, похоже, всю ночь болеть будет, — добавил Рон. — Так больно шлёпнулся.       — Идём, — Гарри позвал остальных за собой, и четвёрка покинула гостиную.       До заветной двери ребята добрались довольно быстро. По пути им едва не попался Пивз, но всё обошлось. Открыв дверь, квартет вошёл внутрь. Их взору вновь предстал злополучный трёхголовый пёс с милым именем. В комнате играла заколдованная арфа, из-за чего Пушок спал и громко храпел.       — Дрыхнет, — заключил Крис, когда ребята скинули с себя мантию-невидимку. — Правда, зараза, на люке.       — Снейп тут уже побывал, раз арфа играет, — отметил Гарри, и четвёрка подошла к Пушку вплотную. Однако в этот момент мелодия кончилась, и Пушок, почуяв гостей, начал просыпаться. Глаза Криса тут же метнулись к арфе. Не имея альтернативы, он аккуратно прошмыгнул к ней, чтобы окончательно не разбудить Пушка. Даниэльссон никогда не играл на арфе, но выбора не было. Приходилось импровизировать. Из головы Криса вылетели почти все баллады, которые он мог бы сыграть, кроме одной. Того самого нового хита Metallica. Набрав воздуха в грудь, под крайне перепуганные взгляды друзей он принялся играть и для пущего эффекта петь:       Моя близость к тебе не знает границ,       И все вопросы всегда ждут ответа.       Доверие в нас, а не в тысячах лиц,       Посему важно только лишь это.       Гарри и Рон с круглыми глазами уставились на друга. Они помнили, как Крис репетировал с Nothingsphere. Его вокал напоминал скорее звериный рёв, нежели пение. Однако в действительности Даниэльссон обладал совершенно чарующим, убаюкивающим голосом, отчего Пушок вновь начал засыпать, и Даниэльссон, не отвлекаясь от игры и пения, взглядом указал на люк.       — Надо отодвинуть его лапу, — понял Поттер и вместе с Роном сдвинул здоровенную конечность пса с люка, после чего открыл его.       — Я пойду первый, — заявил Гарри и, тяжело вздохнув, принялся спускаться. Через пару секунд снизу послышался его голос:       — Нормально, спускайтесь!       Следом за Гарри спрыгнула Гермиона, а затем и Рон. Крис затрясся, но, взяв себя в руки, прекратил играть и, словно насмехаясь, бросил в сторону Пушка:       — Прости, братан. Не допою.       После чего ринулся к люку и едва успел спрыгнуть, так как Пушок проснулся от звука шагов. Даниэльссон упал на какие-то лианы, которые сильно смягчили падение.       — Хорошо, что тут эти растения, — отметил Рон. — Так бы ноги себе переломали.       Впрочем, растения оказались очень даже живые и принялись сползаться к ребятам, обвивая их подобно щупальцам.       — Э-э-э, только тентаклей мне тут не хватало! — воскликнул Крис, когда побеги растения обвили его ноги и намертво пригвоздили к себе.       — Это не тентакли, это Дьявольские силки, — поправила его Гермиона.       — Я уже понял, что не Божьи! — позволил себе немного поострить Рон, который пытался вырваться из «объятий» растения.       — Лучше расслабьтесь, иначе оно вас раздавит! — предостерегла Грейнджер остальных.       — Легче сказать, чем сделать, — это сказал уже Гарри, который тоже пытался вырваться. Гермиона на это лишь хмыкнула, и её тут же потянуло куда-то вниз.       — Гермиона! — хором воскликнули, Гарри, Рон и Крис, но, как ни странно, Грейнджер ответила:       — Я здесь, внизу! Расслабьтесь!       Крис попробовал расслабиться, и его тоже потянуло вниз. Силки его отпустили, и он провалился вниз, не очень приятно шлёпнувшись на твёрдый пол.       — Хоть бы матрас положили, — проворчал Даниэльссон, отряхивая штаны.       Следом за ним вниз упал Гарри, а вот Рон всё никак не мог заставить себя расслабиться.       — Ты как? Нормально? — Даниэльссон помог другу встать.       — Да, отлично, — ответил тот. — Но вот Рон.       — Он никак не расслабится, — добавила Гермиона.       — Они его задушат! — воскликнул Крис, начиная паниковать и не зная, что делать. — Надо что-то делать!       — Чёрт, знаю! — бросила Гермиона. — Мы изучали их на травологии, помнишь?       — Вроде говорили, что они растут только в тёмных, сырых и прохладных местах, — начал вспоминать Крис уроки по травологии.       — Именно, — подтвердила Грейнджер. — Они не выносят солнца. Я знаю, что надо делать!       Направив палочку на растения, Гермиона произнесла:       — Люмос Солем!       Из палочки вырвался настолько яркий свет, что Крис и Гарри закрыли глаза руками, опасаясь того, что свет сожжёт им сетчатку. Однако затея сработала, и растение, испугавшись, отпустило Рона.       — Живой? — спросил у него подбежавший Гарри, помогая другу встать.       — Да. Спасибо, — ответил Уизли, кивнув Гермионе. — Только вот теперь я понимаю Криса. Штаны придётся менять.       Даниэльссон глянул Рону ниже пояса, и там виднелось мокрое пятно.       — Товарищ по несчастью, блин, — рассмеялся Крис. — Идём.       Ребята двинулись дальше по коридору, который уходил ниже. Идти пришлось довольно долго, пока они не дошли до двери, из-за которой доносилось какое-то шуршание.       — Что это? — спросил Рон, пытаясь представить источник звука. — Там что, привидение?       — Похоже на крылья, — сказал Гарри и толкнул дверь. Она со скрипом открылась, и квартет оказался в довольно просторной комнате с высоким сводчатым потолком, в которую через небольшие окошки проникал солнечный свет. Сверху было куча странных летающих существ, тела которых отдавали металлическим блеском.       — Очень странные птицы, — заявила Гермиона, также смотревшая наверх.       — Это не птицы. Это ключи, — опроверг её домыслы Гарри. — Один из них явно отпирает дверь.       — Значит, простой Алохоморой нам её уже не открыть, — добавил Крис.        Гарри обходил зал и за одной из колонн заметил метлу.       — Похоже, придётся искать нужный, — заключил он, оглядывая летающие ключи.       — Но только какой? Их же здесь сотни? — Рон несколько растеряно задал этот вопрос, так как не знал, как определить нужный ключ.       — Должно быть, это грубый и простой ключ, — предположил Крис, осмотрев дверную фурнитуру. — Ещё он должен быть серебристым и немного подёрнутым ржавчиной.       — Вон он! — воскликнул Гарри, углядев искомый ключ. — У стены со сломанным крылом. Значит, его уже недавно ловили.       Однако он немного задумался.       — Что такое? — спросила его Гермиона.       — Слишком просто, — высказал свои опасения Поттер.       — Ой, да ладно! — решил подбодрить его Уизли. — Ты же самый молодой ловец за последние сто лет. Снейп на старой метле его словил, а ты и подавно словишь!       Гарри вздохнул и, приободрившись, взял метлу. Однако стоило ему её коснуться, как поведение ключей резко изменилось. От инертности они перешли к агрессии и начали летать вокруг Поттера подобно назойливым мухам, мешая ему. С трудом поднявшись в воздух, он принялся кружить, преследуя нужный ключ, пока, наконец, его не поймал. Спикировав вниз, Гарри крикнул остальным:       — Ловите ключ!       После чего бросил ключ вниз, и его тут же поймала Гермиона, которая бросилась отпирать дверь, пока Поттер носился туда-сюда по залу, а за ним, словно пчелиный рой, летали ключи. Наконец, не без помощи Рона и Криса, Гермиона открыла дверь, и Гарри тут же рванул к ней. Стоило только ему залететь внутрь, Даниэльссон и Уизли тут же захлопнули дверь, и ключи начали на полной скорости в неё врезаться.       — Да уж… — усмехнулся Кристиан. — Что нас дальше ждёт? Кинг-Конг?       Ребята пошли дальше и оказались в следующем зале. Он был буквально заставлен странными фигурами, словно все рыцарские доспехи из замка сгрузили сюда.       — Не нравится мне всё это, — посетовала Гермиона.       — Я тут тоже не в восторге, — добавил Крис.       — Что это за место? — спросил Гарри. — Похоже на кладбище.       — Внутри замка? Скорее уж тогда склеп или крипта, — хмыкнул Даниэльссон.       — Это не то и не другое, — опроверг их заявления Рон, указывая на чёрно-белые квадраты на полу. — Это шахматная доска.       Судя по всему, верное опознание места служило выключателем, и вокруг загорелись светильники, залив зал светом. Доска вплотную опоясывалась стенами, и возможности обойти её не было. Фигуры были здоровенные, а особенно король и ферзь, которые в высоту были выше даже весьма долговязого для своего возраста Криса.       — Вон дверь, — Поттер указал на арку за белыми фигурами. Ребята пошли к ней, однако стоявшие первым рядом пешки синхронно вынули тальвары и заблокировали ими проходы.       — Так, — шутливо протянул Даниэльссон. — Кажись, фейс-контроль мы не прошли.       — Мы не пройдём здесь, если не выиграем партию, — заявил Уизли.       — Ты у нас тут гроссмейстер, — развёл руками Крис. — Говори, что делать.       Рон зарылся руками в волосы и тяжело вздохнул. Наконец, придумав план, он скомандовал:       — Гарри, ты занимаешь свободную клетку слона. Гермиона, на тебе свободная позиция ладьи. Нам с Крисом достаётся по коню.       — Ох, чую, грядёт замес, — Даниэльссон в нервном предвкушении потёр руки и пошёл к фигуре коня. Рон пошёл к своей, а Гарри и Гермиона заняли свободные позиции.       — Отлично, — резюмировал Уизли. — Белые ходят первыми. Что же, поехали.       Первой выдвинулась одна из пешек, заняв место F4.       — Если они ходят по-настоящему, то и бить друг друга они будут по-настоящему, — заметила Гермиона.       — Это осложняет ситуацию, — добавил Крис, поёрзав на фигуре коня и откинув сползшие на лицо волосы за спину.       — Пешка на E5, — скомандовал Рон, и фигура, повинуясь его приказу, выехала на указанную клетку. Белая пешка тут же выхватила тальвары и со всей силы полоснула по чёрной. Та с грохотом разлетелась на части, словно внутри неё взорвалась динамитная шашка.       — Друзья мои, я, кажется, описался, — протянул фальцетом Крис, с округлившимися глазами глядя на раздолбанную фигуру пешки и представляя, что будет с ним, если его фигуру срубят.       — Так, теорию проверили, — Рон нервно сглотнул, после чего принялся вновь за игру. Начался самый что ни на есть эпичный замес. Крис был готов поклясться, что даже в кино такого не видел. Фигуры крошили друг друга. Уже через полчаса доска была похожа на поле битвы из какого-нибудь исторического фильма. Повсюду валялись обломки шахматных фигур. Рон буквально вжился в роль полководца и командовал фигурами, представляя себя Юлием Цезарем.       Когда вражеский ферзь снёс ладью ребят, перед ними открылся проход к выигрышу, однако это поняли Рон и Крис, но при этом такой вариант им обоим был не по душе. Впрочем, это был единственный вариант, о чём догадался и Гарри.       — Рон, даже не вздумай! — воскликнул он.       — Боюсь, другого варианта нет, — заявил он. — Если я сделаю ход, ферзь меня заберёт. Но тогда Крис сможет перехватить ферзя, а ты объявишь мат королю.       — Что он задумал? — Гермиона не совсем уловила намерения Уизли.       — Он хочет пожертвовать собой, — пояснил Даниэльссон, и Грййнджер тут же принялась протестовать:       — Нет! Должен быть другой способ!       — Ты хочешь, чтобы Волан-де-Морту достался философский камень? — не поддавался Рон. — Гарри, оставшаяся дорога только для тебя. Не для меня или Гермионы. И даже не для Криса. Для тебя.       Тяжело вздохнув, Рон скомандовал:       — Конь на G3!       Фигура передвинулась на указанную клетку, и ферзь противника, развернувшись лицевой стороной к Рону, начал зловеще на него надвигаться. Крис был готов поклясться, что не слышал ничего, кроме стука сердца в своих ушах. Пот стекал с него рекой. Он не знал, чего ждать, и жутко боялся того, что видит Рона в последний раз.       Ферзь приблизился вплотную к коню и, схватив длинный двуручный меч, пробил им фигуру насквозь. Рон с воплем полетел на пол, крепко приложившись головой о доску. Фигура коня же с грохотом рухнула на пол.       — Рон! — прокричал Гарри, а Гермиона хотела было бежать к нему, но Поттер её остановил:       — Стой! Не шевелись! Игра ещё не закончена!       Грейнджер встала, как вкопанная.       — Крис, твой ход, — сказал Гарри уже Даниэльссону, и тот, кивнув, объявил:       — Конь на G3!       Фигура двинулась в сторону ферзя, после чего, ожив, развернулась и со всей силы лягнула ферзя прямо в область живота, из-за чего фигура разломилась надвое. Ходов у противника не оставалось, кроме как закрыть ладьёй путь Даниэльссону к королю, но при этом открывался другой фланг, и Гарри, будучи в роли слона, двинулся по диагонали к королю. Достигнув нужной позиции, он объявил:       — Мат!       Огромный двуручник и металлическая корона рухнули с фигуры короля на доску. Игра была окончена.       — Чёртов Пёрл-Харбор! — бросил Крис, спрыгивая с фигуры коня и устремляясь прямо к Рону.       — Как он? — спросил у него Гарри.       — Живой, но синяки останутся, — ответил Даниэльссон прощупав пульс Уизли и осмотрев его. — Ну и голова после того, как очнётся, будет болеть. Скорее всего, у него сотрясение.       — Гермиона, присмотри за ним, — сказал Поттер уже Грейнджер. — Нужно послать сообщение Дамблдору. А я пойду дальше.       — Я тоже иду, — заявил Крис. — Не оставлять же тебя одного.       — Я даже не сомневался, — хмыкнул Гарри.       — Всё будет хорошо, ребят, — решила приободрить обоих Гермиона. — Вы оба — великие волшебники.       — Ой, да ладно, — засмущался Крис. — Я всего лишь клоун, орущий в микрофон.       — В этом куда больше волшебства, чем в летающих перьях и живых шахматах, — заверила его Гермиона. — Да и потом, вы оба смелы, цените дружбу и всегда готовы прийти на помощь. Это куда более важные вещи. Идите. Времени мало. Удачи.       Крис и Гарри двинулись дальше по коридору и оказались в следующем зале. В нем стоял омерзительный запах, подобный тому, что исходил от тролля на Хэллоуин. Впрочем, сам обладатель этой вони лежал на полу, а на его голове красовалась здоровенная шишка. Этот тролль был несколько крупнее того, что ребята встречали ранее. Скорее всего, его поместил здесь Квиррелл.       — Как можно так вонять? — с отвращением произнёс Даниэльссон, зажимая нос. — Фу!       — Хорошо, что хоть драться с ним не нужно, — добавил Поттер, намекая, что Снейп с ним уже разобрался.       Тихо приоткрыв дверь, Гарри прошмыгнул в следующий зал, а за ним туда зашёл и Крис. Помещение отдалённо напоминало зал со Святым Граалем из фильма «Индиана Джонс и Последний крестовый поход», только вместо разных версий Грааля были склянки с разными жидкостями, а в центре зала был небольшой стол.       Стоило только двери за Гарри и Крисом захлопнуться, как по периметру зала вспыхнуло пламя, отрезая как выход из него, так и переход в другую комнату.       — Гляди! — Крис указал на лист пергамента на столе. Гарри подошёл к нему и, взяв в руки, прочитал стихотворную инструкцию к выполнению задания. Даниэльссон совершенно не оценил потуги Снейпа в поэзию, так как ровно рифмовать слова профессор зельеварения совершенно не умел. Однако вместе с этим он понял, что задача не на магию, на логику.       — Это загадка, — сказал Крис. — У нас есть семь бутылок. В трёх отрава, а в двух вино, а две дадут пройти.       — Но какие из них? — Гарри разглядывал бутылки, даже не представляя, в какой то, что им нужно. Крис принялся рассматривать ёмкости и вслух рассуждать:       — В крайних не одно и тоже, но если надо вперёд, они не помогут. Значит, в них вино и отрава. Их убираем.       Даниэльссон взял бутылки и отставил в сторону, после чего вновь принялся вычислять нужные бутылки:       — В большой и малой нет смерти, значит, в них не отрава. В одной вино, а в другой нужное нам зелье. Вторая слева и вторая справа. В них одно и то же, но они разные. Значит, это то, что нам нужно.       Крис взвесил на руках обе бутылки и заявил:       — Там одинаково налито. Я беру большую. Ты возьми поменьше.       Он дал Гарри бутылку и словно бы объявил тост:       — Ну, будем!       Оба синхронно залпом выпили жидкость. Она оказалась ледяной, и Крис поморщился, словно бы проглотил мороженое целиком.       — Жесть, — прошипел Даниэльссон, поставив бутылку на стол. — Ну что, пошли, пока это варево действует.       — Пошли, — кивнул Гарри и вместе с Крисом пошёл прямо через огонь. Пламя не обжигало их и даже не опалило одежду. Наука такое объяснить бы точно затруднилась.       Следующий зал был последним. И там уже кто-то был. К удивлению Гарри и Криса, это был вовсе не Снейп, а Квиррелл. Он стоял и смотрел в то самое зеркало Еиналеж, которое ребята нашли зимой.       — Ну охренеть теперь… — весьма многозначительно выпалил Даниэльссон.       — Вы? — Гарри был ещё более скуп на слова. Квиррелл развернулся к Гарри и Крису. Его лицо было совершенно статичным и лишённым конвульсивных подёргиваний, которые обычно сопровождали профессора.       — Как видите, — с некоторой иронией и совсем без заикания сказал Квиррелл. — Я всё гадал, придёшь ли ты сюда, Поттер. Но, беда, как можно судить, не приходит одна. Не так ли, Даниэльссон?       — Всё-таки не на того грешили. Признаю, актёр вы потрясный, — Крис на нервах пустился в сарказм. — Жаль, что человек паршивый.       — Я бы на твоём месте следил за языком, — Квиррелл надавил на Даниэльссона, но тот внешне, как мог, сохранял спокойствие. — Знаю. Вы подозревали Северуса. Он очень подозрительно выглядит, не так ли? Как летучая мышь, бродит по школе в своей чёрной мантии и терроризирует всех, кто не с его факультета. Да, его образ был мне очень полезен. На его фоне кто заподозрит б-б-бедного заикающегося профессора Квиррелла. Простая игра на контрастах всегда срабатывает.       — Но ведь тогда на матче Снейп пытался меня убить, — заявил Гарри.       — Вовсе нет, — покачал головой Квиррелл. — Это я хотел убить. И можешь мне поверить, если бы Грейнджер по указке Даниэльссона не подожгла мантию Снейпа и это не отвлекло бы меня, то я бы это сделал. Хотя Снейп пытался нейтрализовать проклятие.       — Так Снейп пытался меня спасти… — Гарри не мог поверить, а внутри Криса росло отвращение, и он был уже не в силах его сдерживать:       — Ну надо же, какой крутой. Пытался убить одиннадцатилетнего пацана.       — С самого начала я знал, что этот пацан опасен, мистер Даниэльссон, — Квиррелл злобно взглянул на Криса. — А поскольку у вас против меня шансов мало, так что попрошу без острот. Впрочем, тебя я недооценил. После Хэллоуина стоило присмотреться.       — Так это вы впустили тролля, — понял Гарри.       — Да, — кивнул Квиррелл. — Когда все побежали в подземелье, Снейп пошёл на третий этаж, чтобы остановить меня. Разумеется, больше он мне не доверял. Ему не хотелось оставлять меня одного, но он был не в курсе, что я не был один. Никогда. (Квиррелл вновь повернулся к зеркалу). Что же показывает это зеркало? Оно должно показать то, что я хочу. Я вижу, что в моих руках камень, но его не достать.       Вдруг послышался бестелесный голос, который звучал словно везде:       — Используй мальчишку…       — Ко мне иди, Поттер! — прорычал Квиррелл. — Живо!       Крис попытался удержать Гарри, но не смог. Тот на нервах потопал к Квирреллу, и Даниэльссону ничего не оставалось, кроме как следовать за ним. Поттер подошёл к зеркалу, и Квиррелл требовательно спросил:       — Скажи мне, что ты видишь.       Гарри тяжело дышал. Было заметно, как он нервничает. Крис же вовсе не желал смотреть в зеркало. Его взгляд перекидывался то на Поттера, то на Квиррелла, пока он сам гадал, кому мог принадлежать тот жуткий голос.       Тем временем страх на лице Гарри перерос в удивление. Он тихо потрогал карман штанов, словно туда магическим образом что-то поместили. Крис, заметив это, всё понял, но и Квиррелл тоже заметил.       — Что там? Что ты видишь? — резко спросил он, и Поттер от неожиданности вздрогнул, но еле как из себя выдавил:       — Я вижу, как жму руку Дамблдору. Наш факультет выиграл соревнование.       — Он лжёт… — вдруг вновь послышался тот самый голос.       — Скажи правду! Что ты видишь?! — уже на срыв начал вопить Квиррелл.       — Дай я с ними поговорю, — снова раздался голос неизвестного.       — Мой повелитель, вы ещё недостаточно сильны, — попытался его осадить Квиррелл, но неизвестный оказался иного мнения:       — Для этого у меня достаточно сил.       Квиррелл принялся разворачивать тюрбан, а Гарри и Крис отошли немного назад. Наконец, Квиррелл развернул тюрбан до конца, и, к ужасу Поттера и Даниэльссона, там оказалось лицо. Оно было мертвенно-бледным. Вместо носа на нём зияли прорези, как у змеи, а глаза были ярко-красного цвета с характерными вертикальными зрачками.       — Мать твою, — закрыв рот рукой, в ужасе прошептал Даниэльссон, вернувшись к привычной для него саркастичности. — У него уродец-близнец из затылка растёт.       Они оба поняли, кем был обладатель лица на затылке Квиррелла.       — Гарри Поттер, — прошипело лицо.       — Волан-де-Морт, — едва смог сказать Гарри.       — Да, — подтвердил тот. — Видишь, каким я стал? Видишь, что приходится делать, чтобы выжить? Жить за счёт другого. Всего лишь паразит. Кровь единорога поддерживает меня, но она не способна вернуть мне тело. Но это может та штука, что лежит в твоём кармане.       — Кажется, нам пора делать ноги, — шепнул Даниэльссон Поттеру, на что тот согласно кивнул, и они оба рванули к выходу.       — Останови их! — приказал Волан-де-Морт, и Квиррелл щёлкнул пальцами, после чего вокруг зала вспыхнуло пламя, беря помещение в кольцо и отрезая выход от Криса и Гарри.       — Зачем же умирать страшной смертью, если вы оба можете стать моими сторонниками? — Волан-де-Морт уже в открытую предлагал ребятам «присоединиться к тёмной стороне».       — Нормально, — уже с присущей иронией бросил Крис. — Присоединяйся к Тёмной стороне. У нас есть печеньки. Только для этого придётся убить парочку годовасиков. Это ведь так работает?       Даниэльссон практически в открытую говорил о покушении Волан-де-Морта на Гарри. Но Волан-де-Морт лишь рассмеялся:       — А ты смел. Твоя мама была точно такой же. Уверен, что вы оба хотели бы увидеть своих родителей. Вместе мы могли их вернуть. Взамен я прошу лишь эту вещь. Совсем небольшая плата.       Гарри вынул из кармана камень. Он блеснул густым красным цветом в свете огня.       — Вот и всё, ребята, — прошептал Волан-де-Морт. — Это ведь не добро и не зло. Это лишь сила. Остальные слишком слабы, чтобы добиваться этого. Все вместе мы могли бы творить необыкновенные вещи. Но только отдайте мне камень!       Крис задумался. Мог ли Волан-де-Морт знать, кто у него мама? Даниэльссон решил, что мог, но не понимал, почему Волан-де-Морт не называл её имени. При этом Крис понимал, что выпытывать у Волан-де-Морта информацию — это сделка с дьяволом, на которую Даниэльссон не собирался идти ни при каких условиях. Гарри тоже это понимал, а потому он уже знал, что ответит.       — А что есть сила? — задал философский вопрос Гарри. — Мне вот всегда казалось, что сила кроется в правде. Кто не врёт, тот и сильнее. Вот наговорил ты сейчас тут всякого, получил бы камень, вернул бы себе тело. И сильнее бы от этого стал? Не думаю. Потому что правды за тобой нет.       — Я думаю, он прав, — поддержал друга Крис. — С какой стати нам тебе верить? Ты пытался убить Гарри, когда он был годовалым ребёнком. О какой силе ты говоришь? Ты лишил родителей и поднял руку на ребёнка, который и осознать-то себя не успел. Ни одна долбанная идея о мировой гармонии, а особенно в твоём понимании, не стоит слезинки маленького годовалого ребёнка. Так что давай сыграем в игру «Иди в жопу». Ты водишь!       Такой словесной бравады Волан-де-Морт явно не ждал, а потому на секунду на его лице отпечатался шок, но он быстро сменился на ярость, и он прорычал:       — Убей обоих!       Квиррелл тут же рванул к Гарри, ибо у того был камень, и схватил его за горло. Крис тут же бросился вызволять друга, однако Квиррелл другой рукой схватил его за грудки и отбросил от себя. Даниэльссон больно приземлился на ступеньки лестницы. Гарри же сопротивлялся, как мог, но Квиррелл физически был намного сильнее. Наконец, Поттер, не имея выхода, схватил Квиррелла за руку, которой он его душил, и тот завопил, словно его рука загорелась. Тут же подоспел очнувшийся от падения Даниэльссон и окликнул Квиррелла:       — Эй, урод!       Тот инстинктивно обернулся и тут же получил удар кулаком в лицо. Раздался противный хруст. Очевидно, Крис сломал Квирреллу нос, однако это озаботило его куда меньше, чем рука, которая после прикосновения Гарри странным образом обуглилась и начала рассыпаться.       — Что за чертовщина?! — воскликнул Квиррелл.       — Идиот! Отбери камень! — осадил его Волан-де-Морт, и тот, как безвольная марионетка вновь пошёл на Поттера. Однако Даниэльссон хватил Квиррелла в объятия и сжал, что было силы. При этом кошмарное пульсирующее лицо Волан-де-Морта смотрело прямо на Криса, отчего внутри у него всё сжалось от страха. Гарри попытался оттолкнуть Квиррела от себя, случайно задев его лицо, и тот завопил от боли, случайно снеся Поттера с ног. Тот упал на пол, больно приложившись головой.       Лицо Квирелла покрылось ожогами, а тело начало будто бы изжариваться изнутри. Крис отшвырнул Квиррелла от себя, и тот, врезавшись в одну из колонн, буквально рассыпался в прах. Даниэльссон, тяжело дыша, бросился к Гарри, который от удара ненадолго потерял сознание, и подхватил его руками. Поттер довольно быстро очнулся.       — Ты как? — спросил он у Криса.       — Вроде целый, — выдохнул Даниэльссон. — Ничего страшнее я в жизни не видел. Пока я его держал, рожа Волан-де-Морта прямо мне в глаза пялилась. Этот образ мне теперь запомнится навек.       Гарри подобрал с пола философский камень и оглядел его.       — Надо же, — произнёс он. — Столько шума из-за такой мелочи.       — Из-за мелочей всегда куча проблем, — сказал Крис.       Вдруг сзади послышался какой-то звук. Стоило Даниэльссону и Поттеру обернуться, как прямо на них с диким воплем понёсся дух Волан-де-Морта, потерявший пристанище в виде тела Квиррелла. И без того перенасыщенные ужасом сегодняшней ночи головы Гарри и Криса уже не выдержали этого. В глазах всё помутилось. Ноги стали ватными, и Даниэльссон, уже падая, заметил, как Поттер рухнул на пол. После рухнул и сам Крис, ещё краем уха успев услышать, как кто-то выкрикивал его и Гарри имена. Впрочем, кто именно это был, он не запомнил, проваливаясь всё глубже в темноту, позволив себе наконец забыться и закончить этот кошмарный день…