Пекло

      Тема главы: Testament — Brotherhood Of The Snake       Гарри и Крис возвращались в гостиную после отменённого урока травологии в гостиную Гриффиндора. Поттер до этого немного сцепился с Эрни МакМилланом, который был источником сплетен о Гарри. До драки дело не дошло, но по лицу Поттера было видно, что распускание слухов со стороны МакМиллана его доконало. Эрни считал, что личные конфликты Гарри могли стать поводом для его агрессии. При этом, его не смутило, что, будь Поттер зол на Филча, то навёл бы оцепенение на него самого, а не на его кошку, которая ничего плохого Гарри не сделала. А в момент нападения на Колина Гарри был в больничном крыле без костей в правой руке, что на корню отметало возможность наложить на Криви хоть какое-то заклятие, ибо Гарри был правшой. Но МакМиллана было уже не остановить. Его словно зациклило на том, что возможность говорить со змеями автоматом записывает волшебника в злодеи. Да и покушение Волан-де-Морта на Поттера Эрни связывал с тем, что первый чувствовал в Гарри угрозу и хотел избавиться от потенциального конкурента.       Чтобы снять с Гарри напряжение, Крис делился с ним историями про поиски подходящего лейбла для выпуска новой музыки.       — Так Metal Blade вам отказали? — Гарри немного запутался в рассказах Криса.       — Нет, — ответил Даниэльссон. — Нам присылали предложения Roadrunner, Metal Blade и Nuclear Blast. Мы отправляли запросы в Atlantic Records и к ребятам из Warner Bros. Они нам отказали. У Nuclear Blast нам не понравились условия, а письмо от Metal Blade я куда-то положил и в итоге так его и не нашёл.       Ребята вышли к лестницам, где оказался Хагрид. Он был одет в кротовую шубу, а в руках держал дохлую курицу.       — Привет, Хагрид, — окликнул его Гарри, и лесничий обернулся к ребятам.       — Привет, — поздоровался он. — А что это вы не на уроке?       — Отменили. Вот к себе идём. Вся эта болтовня про наследника достала, — Крис развёл руками. — А у тебя что за неопознанный объект в руке?       — Уже третья за полгода. То ли лиса где-то в округе завелась, то ли кровососущее пугало. Хочу вот Дамблдора попросить, чтобы разрешил защитные чары на курятник наложить, — посетовал Хагрид, показывая курицу. — Как там Сигурни, Крис?       — Супер, — отозвался Даниэльссон, будучи польщённым таким вниманием к своей новой подруге. — Прекрасно питается, чувствует себя хорошо. Надо бы, наверное, спасибо Малфою сказать за такой презент. Так, глядишь, к совершеннолетию буду готов уже сам плодоносить.       Хагрид улыбнулся и сказал:       — Вы, ребята, заходите вечером на чай. И Рона с Гермионой не забудьте.       — Без проблем, — дал согласие Гарри и вместе с Крисом продолжил идти, куда шёл.       Когда Поттер и Даниэльссон вышли к восточной галерее, оба вновь услышали тот самый голос:       — Я чую кровь… Дай мне тебя разорвать… Дай мне тебя убить…       — Не может быть, чтобы нам так не пёрло, — протянул Крис и вместе с Гарри поспешил туда, куда двигался голос. Стоило им только выбежать в коридор, как они увидели бесцельно висящего в воздухе Почти Безголового Ника, а под ним оказался оцепеневший Джастин, который стеклянными от ужаса глазами смотрел куда-то в пустоту.       — Иисус и Святая Дева Мария раком… — выругался Крис, устремив взгляд на оцепеневшего Финч-Флетчли и выронив из рук сумку. Гарри же вообще не знал, что сказать. Однако Даниэльссон оклемался первым и тут же обратился к Поттеру:       — Зови людей!       — Кого? — Гарри от шока не знал, кого позвать.       — Любого! — воскликнул Даниэльссон. — Давай живее!       Гарри побежал к ближайшему классу, который был в другом конце коридора, а Крис остался с Джастином.       В этот момент из-за угла возник Филч.       — Так это ты, — прохрипел он, глядя прямо на Даниэльссона. Того весьма разозлило подобное заявление, и он резко прорычал:       — Вы что, спятили?!       — Теперь тебе не отвертеться, — ехидно произнёс Филч.       Тут подоспел Гарри, который нашёл профессора МакГонагалл. Увидев Джастина, она закрыла рот рукой. Крис же заметил вереницу пауков, бегущую в сторону окна, а после обернулся к МакГонагалл.       — Мы с Гарри нашли его здесь, — сказал он. — Мистер Филч считает, что это я, но это не так.       — Это уже не моя компетенция, — сказала профессор. — Идёмте.       Она повела Гарри и Криса дальше по коридору, пока они не оказались напротив прохода, который закрывала статуя.       — С вами ситуацию обсудит профессор Дамблдор лично, — поведала МакГонагалл и произнесла пароль, открывающий проход. Им оказалась фраза «лимонный щербет». В таких вещах крылась любовь Дамблдора к сладостям. Стоило паролю прозвучать, статуя начала подниматься, открывая спрятанную винтовую лестницу. Так ребята и попали в кабинет Дамблдора. Изнутри он был довольно просторным. Внутри почти всё пространство было чем-то заставлено: разные приборы, книги, посуда, артефакты. На одном из стеллажей была Распределяющая Шляпа. Она сразу увидела Гарри и Криса, а потому спросила:       — Ты хочешь что-то узнать, Поттер?       У Гарри вопросов было явно больше, а потому обращение было адресовано именно ему.       — Я хотел бы уточнить, — немного помявшись, решился спросить Поттер. — На тот ли факультет вы меня определили?       — Что тогда, что сейчас моё мнение такое же, — ответила Шляпа. — Ты бы весьма неплохо учился на Слизерине.       — Разве? — Гарри не был уверен в словах Шляпы. Та нахмурилась, но ничего более не сказала.       Крис прошёл немного дальше и увидел птицу с ярким золотисто-красным оперением. Сама птица была размером с лебедя. Даниэльссон узнал в ней феникса. До сего момента он вживую его не видел.       — Гарри, гляди, какой красавец, — Крис ладонью указал на феникса. — Я таких только на фото видел.       Вдруг феникса объяло пламя, и он моментально исчез, осыпавшись горсткой пепла на блюдце снизу жерди. Гарри в шоке взглянул на пепел, не зная, что сказать. Крис знал, что с фениксами такое бывает, но и процесс самовозгорания он тоже лицезрел впервые.       — Гарри, Крис, — окликнул ребят Дамблдор, что спустился со второго этажа своего кабинета.       — Профессор… — Поттер не знал, что сказать, а потому запинался. — Ваша птица… Мы ничего не могли сделать… Она вдруг сгорела…       — Что же, давно пора, — Дамблдора рассмешило озадаченное лицо Гарри. — Он неважно выглядел в последние дни. Я его просил не тянуть с этим. Жаль, что вы застали его в момент сгорания.       — Фениксы самовоспламеняются в момент смерти, — пояснил опешившему Поттеру Крис, который оклемался чуть раньше. — Потом из осыпавшегося пепла возрождаются.       — Его зовут Фоукс, — продолжил Дамблдор. — Гляди.       Горстка пепла пошевелилась, и оттуда показал голову птенец.       — Восхитительные создания, — отметил директор. — Могут нести по воздуху громадную ношу, а их слёзы могут лечить серьёзные раны. И ещё фениксы — очень преданные друзья.       Не успел Дамблдор закончить, в кабинет ворвался Хагрид. Шуба с него сваливалась, а курица по-прежнему была у него в руке.       — Профессор Дамблдор, сэр! — грохотал он. — Я общался с Гарри и Крисом совсем недавно…       — Хагрид, — попытался успокоить лесничего Дамблдор, но тот продолжал:       — Это точно не они. Если нужно, я дам показания под присягой перед Министерством…       — Хагрид! — уже чуть повысив голос, сказал директор, и Хагрид замолчал. — Спокойно. Я уверен, что ни Гарри, ни Крис никого не трогали.       Хагрид замялся. Поняв, что зря поднял панику, он переступил с ноги на ногу и сказал:       — Ох… Хорошо… Я лучше подожду за дверью…       — Да, — кивнул Дамблдор, и лесничий удалился за дверь.       — Так вы действительно не считаете, что это я или Крис? — спросил Гарри у директора, и тот, покачав головой, ответил:       — Нет, Гарри. Я не считаю, что это ты или тем более Крис. Но я хотел бы спросить одно. Не хотите ли вы что-нибудь нам рассказать?       Гарри потупился. Он не знал, что ответить. Однако вместо него ответил Крис:       — Мне кажется, что время ещё не пришло. Нам нужно самим понять кое-что, а уже потом делиться выводами.       Даниэльссон ответил тем же образом, что Дамблдор, когда Крис спрашивал у него о матери.       — Тогда ладно, — директор принял такой ответ. — Идите к себе.

***

      Как только начались рождественские каникулы, из Хогвартса случился самый настоящий исход. Одновременное нападение на Джастина и Почти Безголового Ника взбудоражили школьную общественность, и под Рождество Хогвартс практически опустел. Остались, как ни странно, Малфой с Крэббом и Гойлом. Блейз Забини уехал к родным. С Малфоем они особо не общались, и тот не отслеживал перемещения Блейза. Впрочем, Даниэльссону это было на руку, ибо, если Малфой будет знать, что Блейз уехал, то раскусит уловку.       Вечером ребята собрались за праздничным ужином. Гермиона немного задержалась, но вскоре тоже прибыла. Она принесла поднос с едой и положила сумку рядом с собой.       — Всё в ажуре? — поинтересовался Крис.       — Да, — ответила Гермиона. — Осталось лишь раздобыть частицу тех, кого нам нужно скопировать. И наши господа должны на время исчезнуть из поля зрения, пока мы будем общаться с Малфоем.       — Как? — спросил Рон.       — Есть на этот счёт инструкции, — заявила Грейнджер и выложила на стол два шоколадных маффина. — Вот здесь снотворного хватит, чтобы усыпить медведя. Как Крэбб и Гойл вырубятся, вы должны будете вырвать у них по паре волос.       Увидев непонимающие лица Гарри и Рона, Крис пояснил:       — Как вы собрались копировать кого-то без генного материала этого «кого-то»? Только я и Гермиона рецепт полностью прочитать удосужились что ли?       Поттер и Уизли мрачно усмехнулись себе под нос, и Даниэльссон закончил:       — Впредь читайте, а то подсунут однажды кредитный договор или нотариально заверенный документ о передачи имущества в чью-то собственность.       — Вернёмся к теме, — Гермиона прервала лирическое отступление Криса. — Вы поняли, что надо сделать?       — Вырубить Крэбба и Гойла и вырвать у них по паре волос, — повторил Гарри.       — А вы у кого волосы возьмёте? — поинтересовался Рон у Гермионы и Криса. Грейнджер достала колбу с волосом и ответила:       — Миллисента Булстроуд.       — Блейз Забини, — поведал Даниэльссон, показав свою колбу с лежащим в ней ногтем Блейза. — Он уехал, так что ловить его не придётся.       — Так вот зачем ты с ним после дуэли ручкался, — догадался Уизли. — А я уже начал себе накручивать.       — Я пойду помешаю зелье, а вы изловите Крэбба и Гойла, — уведомила друзей Гермиона и взглянула на Даниэльссона. — Крис, лучше иди с ними. Вдвоём они этих кабанов не утащат.       — Их и втроём спрятать будет проблематично, — усмехнулся Крис.       — У тебя левитация получается лучше, чем у меня. Наложи на них чары и отбуксируй в какое-нибудь тихое и тёмное место, — сказала ему Грейнджер. — В общем, вы справитесь. Я в вас верю.       Даниэльссон тихо засмеялся и, встав из-за стола, рывком головы откинул свои длинные волосы за спину.       — Пошли на кабанов охотиться, — он позвал Гарри и Рона за собой. Они взяли выданные Гермионой маффины вместе с тарелкой и направились в пустынный холл.       Крэбб и Гойл появились не сразу. Они ещё довольно долго уминали десерты в Большом зале. Крис положил тарелку на пол, а Рон поставил на неё маффины. Гарри направил на неё палочку и произнёс:       — Вингардиум Левиоса!       Тарелка воспарила над полом и повисла примерно на уровне головы. Как раз в этот момент в холле появились Крэбб и Гойл. Гарри, Рон и Крис мгновенно ретировались за рыцарские доспехи, откуда наблюдали за своими «жертвами». Завидев левитирующую тарелку с пирожными, слизеринцы тут же подошли к ней, без особых раздумий схватив десерт и начав уминать его за обе щёки. План срабатывал. И вот что Крэбб, что Гойл покачнулись и рухнули на пол.       — Мнят себя аристократами, а лопают столько, как будто второй раз Британская империя развалилась, — пошутил Крис.       — Надо спрятать их, — резюмировал Гарри и вместе с Роном взял Гойла за ноги. Кристиан же потащил Крэбба в одиночку.       — Тяжёлый, падла, — прошипел он, когда укладывал Винсента рядом с его другом среди вёдер, швабр и тряпок. Гарри и Рон выдрали у них по клоку волос и вместе с Крисом поспешили к Гермионе. Та мешала зелье, которое было практически готово.       — Взяли волосы? — спросила Грейнджер у ребят. Те показали по клоку волос и обратили внимание на три комплекта слизериновской формы. Рон указал на неё и спросил:       — Это что такое?       — Вы же не пойдёте к Малфою в форме цветов Гриффиндора. Да и ваша после превращения явно будет вам мала, — ответила Грейнджер. — Пришлось стащить из прачечной.       — Ты входишь во вкус, — отметил Крис ощутимый отход Гермионы от бескомпромиссного следования правилам.       — Можешь считать меня панком, — отшутилась она. — Как выпьем зелье, у нас будет ровно час. После этого нам вернётся наш облик.       Квартет взглянул внутрь котла. Там слегка пузырилось зелье, внешне походившее на жирную чёрную грязь, которая обычно бывает на грунтовых дорогах во время распутицы.       — И нам это пить? — спросил Гарри, немного скривившись от неприятного вида зелья.       — Да, — кивнула Гермиона. — Выглядит оно так, как описано в рецепте. Вариантов у нас нет, так что, как Крис однажды сказал: «Бог терпел и нам велел».       Даниэльссон тихо усмехнулся. Стиль общения Грейнджер тоже попал под его влияние, хотя она не язвила, подобно Кристиану.       Гарри, Рон и Гермиона переоделись в слизеринскую форму, которая висела на них мешками, ибо Булстроуд, Крэбб и Гойл были людьми габаритными. Не переоделся лишь Крис. Форма размера, подходящего Забини, на него не налезала.       Гермиона выставила четыре стакана и принялась разливать по ним варево.       — А пахнет как… — протянул Крис, иронично обыгрывая запах зелья.       — Теперь добавляем волосы и ногти, — дала указание Грейнджер. Крис бросил ноготь Блейза в стакан, и зелье, вспенившись, обрело сероватый оттенок. У Гарри зелье стало болотно-зелёным, у Рона тёмно-коричневым, а у Гермионы ядовито-жёлтым. Пахнуть всё это начало соответствующе. Только лишь у Криса пахло сравнительно нейтрально. Блейз Забини особо не крутился в компании Малфоя, которую тот вокруг себя сколотил. Однако интеллектом Крэбба и Гойла он значительно превосходил.       — Крэббом за милю несёт, — прошипел Рон, держа свой стакан.       — До дна, — «подняла тост» Гермиона, и квартет, чокнувшись стаканами, практически одновременно хлебнул зелья. Варево на вкус было просто омерзительным.       — Меня, наверное, вырвет! — просипел Рон и, поставив стакан в раковину, убежал в туалетную кабинку.       — Редкостное говнище, — протянул Крис, поставив свой стакан рядом со стаканом Уизли и склонился над раковиной, ожидая рвотных позывов.       — Гадость, — Гермиона, выронив стакан, убежала вслед за Роном. Гарри не успел дойти до кабинок и упал на колени. Кристиан его не видел. Его внутренности словно завязались в узел. Кожа начала гореть так, словно вот-вот расплавится и растечётся по полу. Взглянув на руки, Даниэльссон увидел, как пальцы начали уменьшаться в длине, ногти укорачиваться, а сама кожа темнеть. Посмотрев в зеркало, Крис начал отмечать, как его лицо принимает более острую форму, а волосы утягиваются под скальп. Буквально через полминуты в отражении был уже вылитый Блейз Забини. От шока Даниэльссон не мог вымолвить ни слова. Он попытался пойти к Гарри, однако споткнулся и упал. Повседневные ботинки Криса в новом обличии оказались ему велики.       — Гадство! — прошипел Даниэльссон, встав на ноги и столкнувшись лицом к лицу с Гарри, который выглядел в точности как Гойл, но на нём всё ещё были очки. Из кабинки вышел Рон, выглядящий как Крэбб.       — Ну… — протянул Уизли. — Ну и дичь.       — У нас всё ещё наши голоса, — отметил Гарри. — Рон, сделай голос как у Крэбба.       — Ну и дичь, — теперь внешнее сходство Рона и Крэбба было неотличимым.       — Отлично, — голос Гарри зазвучал в интонации Гойла. — Крис, а ты?       — Вроде так Блейз разговаривает, — голос Даниэльссона зазвучал выше его собственного. — Сейчас шмотки другие напялю.       — А где Гермиона? — спросил Рон, пока Крис переодевался.       — … Идите без меня, — послышался голос Грейнджер.       — Гермиона, мы и так знаем, что Булстроуд выглядит, как корова на сносях, так что этим ты нас не удивишь, — попытался подбодрить её Крис, решив, что Гермиона стесняется появляться перед ними в облике Милисенты Булстроуд.       — Не в этом дело, — отозвалась Грейнджер. — Не теряйте время. Идите скорее!       — Идём, — сказал Крис и запустил заранее выставленный таймер на своих наручных часах. Он, Гарри и Рон поспешили к гостиной Слизерина. Однако они там никогда не были и не знали, как туда попасть.       — Кажется, нам туда, — Даниэльссон указал на спуск в подземелья.       — Рон, не маши руками, — Поттер обратился к Уизли вполголоса. — Крэбб себя так не ведёт.       — Прости, — отозвался Рон и прижал руки к телу.       Ребята по мраморной лестнице спускались всё глубже. Вокруг не было ни души, что троицу очень расстраивало. Без кого-нибудь со Слизерина в гостиную было не попасть.       — Слизеринцы на завтрак идут обычно оттуда, — Рон указал на проход к нижним ярусам подземных помещений.       — Здесь бы фильмы ужасов снимать, — бросил Крис, отмечая довольно мрачный окружающий интерьер. Он взглянул на часы и обнаружил, что прошло уже двадцать минут с момента превращения.       — Надо пошевеливаться, — шепнул Даниэльссон друзьям. — У нас сорок минут.       — Да нет никого! — Рон от отчаяния готов был завыть, но тут из коридора послышались шаги. Ребята ожидали, что это будет кто-то из Слизерина, но это оказался Перси, один из старших братьев Рона и школьный староста. Рон, решив, что типичная пренебрежительная манера общения слизеринцев с гриффиндорцами поможет ему лучше удержать образ, резко спросил:       — Что здесь забыл?       — Это уже не ваше дело, мистер… Крэбб, если я не ошибаюсь, — ответил Перси.       — Да, — вяло ответил Рон, стараясь максимально достоверно копировать Крэбба.       — Я школьный староста, мистер Крэбб, — с важным видом протянул Перси. — Советую вам помнить об этом.       — Крэбб! Гойл! — вдруг окликнул их со спины голос Малфоя. — Где вас носит? Опять в Большом зале жрали пирожные?       Крис, Гарри и Рон обернулись, увидев Драко, который шёл к ним, держа в руках газету.       — Блейз, я думал, ты уехал, — сказал он, завидев Даниэльссона в облике Забини. Крис нутром ощутил, как Рон и Гарри нервно сглотнули, ожидая, что их сейчас раскроют. Однако Кристиан не растерялся и сказал:       — Опоздал на рейс.       — Гойл, почему ты в очках? — спросил Малфой, переключившись с Криса на Гарри, который забыл снять очки после превращения. Поттер резко их снял и, потупившись, ответил:       — Я читал. Не хотел есть вхолостую.       — Не знал, что ты умеешь, — Драко устроил ответ Гарри, а Крис мысленно похвалил друга за очень умелую импровизацию. Внимание Малфоя переключилось на Перси, и он грубо спросил:       — А ты что делаешь у нас на этаже, Уизли?       — Ты всё ещё говоришь со старостой, Малфой. Поумерь свой пыл, — осадил его Перси, и Драко, не решившись продолжать, пошёл к гостиной. Крис, Гарри и Рон пошли за ним. Малфой привёл их в гостиную Слизерина, которая находилась за одной из стен. Она представляла из себя продолговатую комнату, оформленную в зелёных тонах. В камине потрескивал огонь, а свет свисавших с потолка ламп поблёскивал на стенах, украшенных искусной резьбой.       Малфой устроился на диване, Гарри и Рон сели напротив него, а Крис прохаживался вокруг.       — Посмотришь, как себя ведут Уизли, не скажешь, что они чистокровные, — принялся насыпать Драко. — В «Пророке» написали, что их папашу штрафанули на пятьдесят галлеонов за то, что он с маггловским автомобилем сделал. Его обожание магглов позорит расу волшебников.       Крис увидел, как заиграли желваки на лице Рона. Он еле сдерживался, чтобы не встать и не прописать Малфою в лицо. Однако Уизли сдержался. Впрочем, Малфой всё равно заметил напряжение на лице Рона.       — Что с тобой, Крэбб? — спросил он, на что Уизли проблеял:       — Живот крутит.       Драко принял ответ и сменил тему:       — Странно, что в «Пророке» не написали ни слова о нападениях. Походу, Дамблдор пытается замять ситуацию. Однако, если же нападения продолжатся, его с должности попросят. Отец говорит, что Дамблдор — худшее, что случалось со школой. Его потакание грязнокровкам с ума сводит. Нормальный директор даже не подумал бы взять в школу людей, типа Криви.       Малфой попытался изобразить из себя Колина:       — Ой, Гарри, подпиши фото. Ой, Гарри, встань поровнее. Я снимок сделаю.       — Ну преследовал он Поттера, и дальше что? — несколько небрежно бросил Крис. — Тебе же от этого ни жарко, ни холодно.       — Криви мне не интересен, — заявил Драко. — Меня больше бесит вся эта аура святости вокруг Поттера. И ведь находятся люди, что готовы едва ли не до посинения оберегать его. Чёртов Даниэльссон.       — Так расскажи отцу о нём, — предложил Рон, держа образ.       — Бесполезно. Отец уже встречался с ним, — отмахнулся Драко. — Даниэльссон его вообще не боится.       Судя по проскочившей на миг гримасе удовлетворения на лицах Рона и Гарри, Крис понял, что Малфой действительно с ним считался. Если уж он не боялся Даниэльссона, то, как минимум, опасался.       — Самый главный моралист наряду с Поттером, — бросил Драко. — Никакого чувства гордости. Ни один нормальный волшебник не стал бы даже смотреть в сторону Грейнджер, грязнокровой зубрилы. А ведь некоторые всерьёз думают, что Поттер наследник Слизерина. Я, конечно, всякие анекдоты слышал, на такой впервые.       — А кто бы это мог быть? — Гарри старался сделать так, чтобы данный вопрос прозвучал максимально глупо, дабы не разбить образ.       — Без понятия, — Малфой развёл руками. — Отец говорил, что Тайную комнату в последний раз открывали пятьдесят лет назад. Задолго до того, как отец вообще поступил. Кто именно открыл, он не сказал. Этого человека исключили и вроде даже посадили. Когда Комнату открывали, умерла грязнокровка. Не удивлюсь, если в этот раз тоже кто-то помрёт. Как по мне, хорошо бы Грейнджер.       Крис украдкой взглянул на Малфоя, подавляя в себе жгучее желание избить его до полусмерти. Точно то же самое испытывал и Рон, но сумел сдержать себя.       Вдруг часы на запястье Криса запищали. Он прикрыл их ладонью, дабы заглушить звук, и заметил, как кожа на руке руке начинала белеть. Сердце учащённо забилось, и Даниэльссон взглянул на Рона и Гарри. У Поттера на лбу начал проявляться его шрам, а у Уизли проявились его рыжие волосы. Все трое переглянулись и поняли, что пора делать ноги. Крис побежал первым, а Рон и Гарри за ним.       Когда троица достигла туалета, свой образ к ним полностью вернулся.       — Гермиона, выходи скорее! — сходу начал Гарри. — Нам столько нужно тебе рассказать.       — Уходите, пожалуйста, — послышался из-за кабинок голос Гермионы. Судя по всему, всё время она сидела там.       В этот момент сквозь створку одной из кабинок прошла Миртл, которую явно что-то развеселило. Она весёлым голосом оповестила ребят:       — Вы там такое увидите. Просто ужас.       Крис подошёл к дверце кабинки и строго сказал:       — Гермиона, открывай! Иначе я дверь буду ломать!       Щёлкнула задвижка, но дверь открывать ребятам пришлось самим. За ней стояла Гермиона… или точнее результат скрещивания Гермионы и кошки. Её лицо было копией кошачьей морды. Под высоким лбом горели два зеленоватых глаза с вертикальными зрачками. Под носом длинными лесками для спиннинга поблёскивали кошачьи усы. Под ногами же колыхался длинный пушистый хвост.       — Едрить того через коромысло… — протянул шокированный Крис. — Как же тебя угораздило?       — Волос с одежды Милисенты был кошачьим, — пояснила Гермиона. — Зелье не возвращает первоначальный облик, если использовались фрагменты тел животных.       — Теперь тебе придумают гадкое прозвище, — Миртл откровенно издевалась над ситуацией Гермионы, давя, тем самым, свои комплексы. Гарри это очень не понравилось, и он довольно резко к ней обратился:       — Миртл, заткнись, пожалуйста. Мы над твоими проблемами не смеялись. Вот и ты сделай одолжение.       Миртл фыркнула и удалилась. Рон и Крис подошли к Гермионе и повели её в сторону больничного крыла.       — Идём, — приговаривал Уизли. — Сейчас придём к мадам Помфри. Она всё поправит.       — А что мы ей скажем? — поинтересовался Гарри. — Скрещивание с кошкой явно её насторожит.       — Скажем, что Малфой, ввиду своих ксенофобских замашек, послал по почте ей конфеты с какой-то дрянью, а никто не проверил, — предложил Крис. — Гермиона одну конфету съела и через минуту уже вот эта мордоплясия.       Ребята ушли из туалета и повели Гермиону в больничное крыло. Мадам Помфри действительно была в шоке. Помесь человека и кошки ей ещё не приводили. Крис, Рон и Гарри рассказали отрепетированную историю того, как Гермиона получила свой «недуг», с той лишь разницей, что Малфоя они только подозревали. Мадам Помфри в очередной раз посетовала на глупые детские шуточки и, заявив, что Гермионе придётся задержаться в больничном крыле, выгнала Гарри, Рона и Криса восвояси. Им было жутко обидно, что из-за ситуации с Грейнджер они не могут вчетвером нормально обсудить то, что рассказал им Малфой.