Некоторые любят и постарше

— Проснись и пой, Т/И! Уже девять ноль-ноль! — Да иди ты, Люси… Стоп! Сколько?! Чёрт, я опаздываю на… — Дурочка, выходной сегодня! Сходим в бар? Я угощаю! — Откуда у тебя деньги? У ёбырей насосала? — Да ладно тебе так с утра грубить. Лежи уже. Противная ты. Фыркнув, Люси, бегло поправив причёску, направилась в сторону двери, добавив: — И вообще, сейчас два часа дня, так что не ворчи, что не выспалась. Дверь захлопнулась — с недовольным стоном Т/И, сев в кровати, прикрыла лицо руками. От исходящего с улицы солнечного света в глазах неприятно защипало. Протирая их кулаками, девушка с подступающим в ноги холодом вспомнила: остались считанные дни до оплаты аренды! Но на работе, как назло, задерживают зарплату, о чём Т/И собиралась сообщить арендодателю. Скорее всего, думала проснувшаяся с ироничной усмешкой, он не пойдёт ей навстречу, помня выходку Люси в прошлом месяце, где она наврала ему с три короба, а затем притащилась домой пьяная в хлам с непонятным пареньком, которого Т/И пришлось выпирать чуть ли не с полицией. — Голова раскалывается. Как знала, что надо было лечь пораньше… В горле пересохло. Встав и какое-то время не двигаясь с места — спросонья пошатывало — Т/И, шлёпая босыми пятками, потащилась на кухню. Налив из кувшина воды в стакан, она выпила тот залпом, поперхнулась и, в попытке остановить кашель, подняла руки над собой. — Ну вот, теперь переодеваться. Только после стирки! Но делать было нечего. Раздевшись и оставшись в одних трусах, Т/И, держа одежду в руках, уже было направилась в сторону ванной комнаты, как в дверь постучали. — Люси! Какого лешего ты снова натворила?! — раздалось по ту сторону. — Мне опять позвонили из полиции, клянусь, если это снова из-за твоего очередного парня, я… — Кто это? Ничего не соображая, Т/И, зевая, накинула на себя первое, что попалось под руку — небольшой халатик чуть выше колен, неприятного для девушки пастельного розового цвета. — Ваш арендодатель, кто же ещё! — недовольно прохрипели в ответ. — Или вы уже в своих гулянках напрочь забыли как я звучу? Поёжившись, Т/И всё же открыла дверь, говоря: — Простите, но я… Оборвавшись на полуслове, девушка, увидев пришедшего, замерла. Уже довольно зрелый, но в хорошей форме мужчина, в майке-безрукавке и джинсах, скрестил руки на груди. На нахмуренном лице красовалась лёгкая небритость, лоб прикрывала небольшая чёлка кофейных — Т/И не знала, как точно называется этот цвет, но она часто видела его в латте или капучино, когда относила очередной заказ — волос. Коротко стриженные, местами непослушно торчащие, словно мужчина только-только причесался и пришёл сюда, забыв об укладке. Впрочем, вряд ли он чем-то похожим увлекался, в отличии от той же Люси. А вот его мускулистые плечи и торс явно показывали его интерес к поддержанию себя в здоровой физической форме. Когда Т/И только поселилась здесь, то она находила в углах гантели и убранные установки для турника. — Эм… В повисшей неловкой паузе мужчина, при взгляде на Т/И, на миг растерялся и опустил взгляд вниз. — Здравствуйте, — начал он. — Я ищу Лизу… ой, то есть Люси, вы видели её здесь сегодня? — Д-да. То есть нет, она меня разбудила и ушла… Простите, я как раз собиралась вам… — Т/И, растерявшись не меньше, ощутила, как к щекам подступал румянец. Становилось жарко. Их арендодатель, несмотря на разницу в возрасте — Т/И слышала, у него есть сын, с коим он не особо общается, но который был почти её ровесником — был довольно горяч. Сколько раз девушка, ловя на себе взгляд этих жгучих карих глаз, теряла связь с реальностью — не сосчитать. И всё же, сглотнув, она с трудом, но смогла вслух сказать: — Проходите, пожалуйста, я как раз собиралась поставить чайник. Простите за беспорядок, я не успела убраться после работы. — Да что ты, я на пару минут от силы… Ладно, может заодно перекушу, если не против. Неловко улыбаясь, Т/И, отходя от двери и давая мужчине зайти, лишь теперь вспомнила об одежде для стирки, которую всё ещё держала в руках. Впопыхах бросив ту в первый попавшийся шкаф, она помчалась на кухню, где гость, стоя у холодильника, что-то искал. — Давай на ты, ладно? Я всё время забываю, что ты, в отличии от Люси, мне не грубишь и стараешься платить вовремя. Лучше называй меня Дон. — Хорошо, Д-Дон. Я как раз хотела обсудить это… Уверенность, ещё не до конца помогающая Т/И оставаться с твёрдым голосом, сменялась отчаянием. Чайник, наполненный водой из-под крана, стоял и тихо булькал на плите. Дон, сделав пару бутербродов с маслом и сыром, сидел за столом и, откусив от одного кусок, жевал. Эти массивные челюсти, эти небольшие скулы, сосредоточенность и пыхтение… Сглотнув, Т/И, опираясь о дверной косяк, сказала: — Нам задерживают зарплату. Какие-то вопросы с бухгалтерией — говорят, что будут заключать договор с новым банком, старый обанкротился… Я не знаю, как скоро смогу всё выплатить. — Да что ж ты будешь делать! Вздрогнувшая Т/И, опустив голову при рассказе, испуганно посмотрела на Дона, но тот, глядя себе на брюки, ворчал и пытался с них что-то вытереть. — Прости. Не хотел напугать, масло уронил, когда ел, — хмыкнул мужчина. — Не возражаешь, если сниму штаны и в воде замочу? — Эм, я… То есть нет, всё в порядке, можете… Кхм, можешь кинуть их в общую корзину, я потом верну. Встав и выйдя в коридор, Дон, прислонившись спиной к стене, начал расстёгивать ремень, попутно спросив: — Так о чём ты говорила? Зарплату задерживают? — Да, — пролепетала Т/И, стараясь не глазеть на Дона. — Можно в этом месяце попозже заплачу? Я найду деньги, обещаю! — уже пищала она, стыдясь своего положения. Ей так надоело видеть Люси вечно в долгах! — Нет, я не позволю тебе лезть в этот омут. Не хватало ещё тебе нахватать неприятностей… Не сдержав улыбки, Т/И, с порозовевшими щеками и носом, полезла доставать чай, как вдруг увидела пустые полки, но тут же вспомнила об оставшейся в спальне пачке. И, проходя в коридоре, неосторожно наступила на штанину, отчего, споткнувшись, упала прямо на Дона… -Т/И! Ты где там, засоня? Оу… Оба повернулись — хлопнув дверью, Люси, с округлившимися глазами и приоткрытым ртом, какое-то время тупо пялилась. Когда же все сообразили, как всё это выглядело, Люси, вовсю улыбаясь, нараспев сказала: — Извиняюсь, я не знала, что вы тут заняты, меня не будет до вечера, до свидания! — Люси, стой, ты не так всё поняла… — Досвидос, голубки! Т/И не успела сказать и пары внятных слов, как Люси, подмигнув ей, выскользнула из жилища. Дон, в свою очередь, недовольно заворчал и, поднимая злосчастные штаны, пробормотал: — Лишь бы слухи не пустила. — Не, Люси не из таких, — сказала Т/И, не поворачиваясь. В помещении, и без того тёплом, становилось жарко. Стыд и странное недовольство нарастали в груди девушки, но она не осмеливалась посмотреть на Дона. — Только вот шуток я теперь на всю жизнь наслушаюсь. — В общем, в этом месяце с тебя ничего не попрошу, но в следующем придётся поторопиться со днём выплаты. У меня тоже задержка на работе, прости. — Ладно, Дон, спасибо… большое. Мужчина, надев испачканные штаны обратно, не глядя на Т/И, направился к двери. Едва та хлопнула, как девушка, пискнув, села на корточки. Не зная, чего ей хотелось больше — дать Люси на орехи или извиниться перед Доном? — Вот тебе и выходной. — пробубнила Т/И, беря с тумбочки свой телефон. Как же вовремя она оставила его там днём ранее, когда поздно пришла с работы. Сейчас хоть отвлечётся на видео с котиками. Может, получится забыть весь этот стыд.