Все волки воют на луну

- Роза Тайлер, я… И снова, и снова сон обрывается на том самом месте. Его прерывает ее, Розы, собственный сдавленный крик. Уже столько времени прошло… Почти целый год. А пустота все не исчезает. Напротив – она все сильнее разъедает душу и разум, будто туда плеснули растворителя, и он безжалостно съедает, распыляет в ничто самое дорогое – образы памяти. От этого еще больнее, чем от оглушающей потери надежды. Что может быть хуже, чем погибшая надежда? Да что вообще может остаться жить после нее? Разве только существовать. Физически. «Это история о том, как я умерла». Больно ли преображаться Повелителям Времени? Может, это так же странно и страшно, как ее мучения? А может, просто пробуждение в новом молодом теле, очередном из тринадцати? Это не так важно. Теперь неважно. У нее, Розы Тайлер, жизнь только одна. Вернее, была одна, и она осталась в том, другом мире, за тонкой белой стеной, за бесконечной пустотой между параллельными мирами. Там, с Доктором, в ТАРДИС. Там, где она больше никогда не окажется. Там, откуда никогда больше не попасть в ее мир. Там, где ее прокляли. Любовь – проклятие, когда невозможно быть с тем, кого любишь. «Хватит, Роза Тайлер, прекрати себя жалеть! Помнишь, что он сказал… успел сказать? Защитница Земли. Ты – защитница, как он, Доктор. В твоих силах помогать Вселенной, так иди и помогай!» - каждое утро начиналось с подобного мысленного понукания. Иначе Роза просто оставалась в постели, бездумно глядя в потолок и почти не моргая. Омерзительное слабоволие окутывало ее тело, и не хотелось ничего – только лежать и ни о чем не думать. Ни о чем. Только чтобы в памяти не всплывали непрошеные жгучие образы. Все вокруг напоминало о Докторе, и никак не спрятаться от едких капель, причиняющих тупую боль где-то в груди. Мало-помалу успокоившись, Роза скосила глаза в сторону окна. Сквозь плотные шторы по каплям сочился новый хмурый день. Спать уже некогда – да и не слишком хочется после такого, - время вставать. Время спасать мир, усмехнулась себе девушка. Она уже полгода как перешла на полноценную работу в Торчвуд. Куда уж еще ценнее, чем человек, так тесно соприкасавшийся с внеземным? Так считали многие, в том числе руководство Торчвуда. Роза была принята на постоянную работу и постепенно научилась всему, что нужно знать. Кто-то попадал в институт по рекомендациям сверху, кто-то – за недюжинные знания и смекалку… А Роза попала в Торчвуд по велению самой судьбы, которая столкнула ее с внеземным. Так или иначе, не только время подгоняло ее. Вчера Джек очень заинтриговал ее своим таинственным видом и пафосно сообщенным «Я кое-что тебе покажу завтра». Ох уж этот шутник-извращенец с вечной его порно-улыбкой и попытками флиртовать со всем, что движется… Но это хоть кто-то, помимо матери, оставшийся от прошлой жизни и от другого мира. Они и не заметили, как подружились за этот год. И вот теперь Роза, торопливо шагая по асфальту и поправляя на ходу плащ, спешила на работу, подгоняемая ветром и любопытством. Правда, каждый день весь этот год ей было не по себе от постоянного ощущения присутствия Доктора. Это одновременно пугало и вселяло отголоски надежды, которая цеплялась за жизнь всеми силами. Каждое синее пятно ослепляло, а резкие порывы ветра, гудевшего в ветвях, напоминали родной звук сирены ТАРДИС. Казалось, что вот-вот Роза снова услышит задорный голос ее милого пришельца, самозабвенно вещающего об очередной планете. И сердце постоянно сжималось в этом ожидании, не прекращало ждать ни на миг. Он был таким теплым, ее Доктор. Дружелюбным, милым, взъерошенным и таким беззаботным. И все его рукопожатия и объятия были такими крепкими, родными и знакомыми, будто так было и будет всегда. Какая восхитительная мечта. Осталась ли она хоть в одном из его сердец? Может, он уже и забыл ее вовсе, как Сару Джейн. И просто живет дальше, путешествует, спасает Вселенную с улыбкой на губах. Может, у него появилась новая спутница… Роза прерывисто вздохнула и оперлась спиной о стену, запрокинув голову. Она часто моргала, убирая с глаз непрошеные слезы, и злилась на себя. Злилась потому, что надеялась на слишком многое. И все это у нее внутри. Только там. Никому не нужно знать, никому не удастся понять. Стены Торчвуда стирали все своей шокирующей белизной, тянули в пустоту, где есть только тишина и покой. - Привет, Роза! – услышала она и повернула голову. К ней спешил Джек, держа почему-то руку за спиной, и, судя по его очень довольному виду, он явно нес обещанный сюрприз с собой и желал его показать. Капитан выглядел как нельзя лучше – наверное, все из-за блеска в глазах и искренней улыбки, которую не портил даже убийственный заряд сексуальности, вложенный в нее по привычке хозяина. - Привет, Джек. Ну, что ты хотел мне показать? – к счастью, ее голос даже не дрожал и звучал вполне естественно. Разве что в нем прозвучало многовато энтузиазма, но глаза Джека выражали такое предвкушение, что он не заметил этой маленькой лжи в голосе. Мужчина медленно вытащил руку из-за спины и протянул ей что-то длинное и серебристое, странно знакомое издали и пугающе узнаваемое вблизи. Роза мысленно обрадовалась, что все еще опирается на стену – иначе она упала бы. Колени задрожали, все усилия сдержать слезы пошли насмарку. - Это же… это… - Звуковая отвертка как у него. Помнишь мой старый разряженный звуковой бластер? Я не нашел для него ни одной подходящей батарейки. Единственная наиболее годная давала слишком слабое напряжение, и мне пришла в голову эта идея. В общем, того бластера больше нет, ну да он и был бесполезен, - бодро сообщил капитан, внимательно следя за ее меняющимся лицом. Дважды Роза протягивала руку к отвертке и дважды отдергивала ее, будто боясь обжечься. Джеку это надоело, и он сам вложил отвертку ей в руку и силой сжал ее пальцы. Металл был чуть теплым и влажным от пальцев Джека, а сам инструмент слегка вибрировал. Роза не могла на нее смотреть и вгляделась в лицо друга. Простая улыбка стоила для нее огромных усилий. Сунув отвертку в сумочку, девушка пожала ему руку. - Спасибо тебе. Что там у нас с исследованиями? Джек рассмеялся. - Когда тебя в последний раз волновали образцы микроорганизмов из астероида или подсчет солнечных вспышек? Меня просили передать, что папки на столе. Посмотришь сама. Пока! – и он быстро зашагал прочь. Роза вошла в свой кабинет и, даже не взглянув на папки, села и достала из сумочки звуковую отвертку. Такая знакомая и совсем не та. Нет, другая где-то там, в параллельном мире, у него… Воображение тут же живо нарисовало ей светло-коричневый плащ, взъерошенные волосы, карие глаза и заразительную широкую улыбку. Так просто было забыть, что он не человек, глядя в них… Нет-нет. Именно он и человек. Никакого оружия, никакого насилия. Спасает Вселенную раз за разом, а о нем так никто и не узнает, чтобы даже просто сказать спасибо… Мысли Розы прервал страшный грохот за стеной. Послышался звон, свист, странное шуршание, как от штор на сквозняке. Через секунду все здание ощутимо тряхнуло, задребезжали стекла в рамах. Все кончилось так же внезапно, как и началось, и сквозь пелену гнетущей тишины вдруг прорвались приглушенные крики. Случилось что-то явно посерьезнее сгоревшего предохранителя. Намного серьезнее – поняла девушка, увидев хмурое, без тени улыбки, лицо Джека, зашедшего к ней. - Что… - Прости, Роза, но тебе нужно уйти. Все сотрудники, кроме сектора 1-С, покидают здание. У нас… хм, некоторые проблемы. Как разберемся – всем сообщат. Роза не сопротивлялась и даже не пыталась узнать, что произошло, когда Джек выводил ее из здания. Он полушутливо отдал честь и скрылся за дверьми. Правда, почти сразу вернулся и подошел к ней почти вплотную. Он был серьезен как никогда, девушка не узнавала его. - Роза, я не знаю, что с тобой, но ты будто… умираешь. Что-то разрушает тебя изнутри. Прошу, прекрати это и вернись. Стань такой, какой ты была. Джек снова ушел, и на этот раз он даже не обернулся. Роза обняла себя руками, задумавшись о его словах. И правда. Она будто угасала, как свеча на сильном ветру. Но гораздо медленнее и неотвратимее. Что с ней? Ей почему-то до дрожи захотелось к морю. Каменистый пляж, мерный рокот прибоя, полнолуние. И вой одинокого волка… Злого Волка. Порой Роза ловила себя на чуть пугающей мысли, что хотела бы подчинить себе силу сущности Злого Волка. Это странное существо, что создает время и пространство вокруг себя, создает себя самого… Оно могло бы помочь ей снова увидеть Доктора. Иногда мир в ее глазах окрашивался в золотисто-желтый, в ушах начинало звучать странное протяжное пение, а зрачки светлели. Контролировать себя в таком состоянии Роза Тайлер не могла. Сущность пробивалась, ненадолго одерживала верх. Но разве они не должны быть единым целым? Почему идет борьба? Вызвать Волка намеренно не получалось никак, и даже моменты непроизвольного обращения к нему были скоротечны, всего несколько секунд. И то это больше напоминало помрачение разума, чем великую созидающую силу. Несмотря на это, в те минуты Розе открывались многие секреты, и она воспринимала их как данность. Возможно, Волк просто предупреждал ее каждый раз. Он знал гораздо больше, если не все во Вселенной. В последний месяц приступы случались все чаще и были все дольше. Это пугало Розу, которая чувствовала, что становится слабее. Сейчас она снова услышала тоскливое чарующее пение и закрыла глаза. Сквозь розоватый искрящийся полумрак она увидела трещину. Резкая, чуть извитая, она рассекала белую стену, и из нее по каплям сочилась пустота. Трещина между мирами. Неужели рядовое происшествие в Торчвуде могло пробить брешь в ткани миров? Что такого они могли собирать, что повреждение механизма породило такую чудовищную реакцию? Роза повела руками и неожиданно наткнулась на теплый мокрый камень. Открыв глаза, она увидела пляж – тот самый, о котором мечтала минуту назад. Но как это возможно? Ей стало по-настоящему страшно. Обойдя небольшую рощу неподалеку от пляжа, Роза разглядела знакомый кардиффский аэропорт, одиноко реющий над ним вертолет, и немного успокоилась. Что ж, она недалеко от дома, в том же городе, по крайней мере. Но как это произошло? Неужели Злой Волк? На что же еще он способен? Возможно, небольшая прогулка поможет успокоиться. Роза пошла вдоль побережья, потом по обочине дороги, возвращаясь в город. Сильный ветер трепал ее волосы, воротник плаща. Небо было угрожающего свинцового оттенка. Собиралась гроза. «Где ты сейчас, Доктор? Надеюсь, тебе лучше, чем мне…»