Scream

Снег падает на длинные ресницы мужчины. В голубых глазах свет яркого города смешался с болью и плавает там, в попытке осветлить хоть что-то в этой душе. Черной, потерянной, опасной. Он стоит на улице и совершенно обескуражен. Куда ему идти? Есть ли смысл вообще пытаться его найти? И даже если удастся, что он ему скажет? Прости? Я был не в себе? Мне так тебя не хватает? Я изначально любил тебя не так? Что предложит? — Как же я скучаю… — пропуская пар изо рта, шепчет мужчина. Его маленький Питер наверное вырос. Возможно стал как папа, весь такой большой и сильный. Возможно поступил на Нью йоркский колледж искусства. Наверное, многие восхищаются его талантом. Наверное, он бросает полные благодарности милые улыбки со сцены. Наверное, все восхищаются изгибами его гибкого тела. Ох, какой его мальчик гибкий, Барнс помнит его каждой клеточкой тела. Его самого хорошего мальчика. Мужчина улыбается мыслям. Конечно вырос. Его маленький, самый лучший. Самый красивый. Но как найти его? Кто поможет ему — насильнику и педофилу. Все, наверное, презирают его, не понимая его чувства. Он ведь хотел как лучше. Хотел быть для Питера тем самым родным. Ты и был самым родным. Колется неприятно где под ребрами. Это что-то не давало ему нормально спать все 5 лет. Это что-то говорил голосом Питера и смотрел из тьмы глазами плачущего Питера, осуждающе, ненавидя, в ужасе. Это больно. Не больнее той боли, что ты причинял Питеру. Беря телефон в руки, Барнс пытается отвлечься. Смотрит в сохраненные контакты. Все чужие, такие до тошноты незнакомые. Кусает губу, долго смотрит на «Натали». Надо ли? Мужчина не успевает делать хоть что-то, когда телефон начинает вибрировать и высвечивается панель того, кто ему звонил. Он тут же бросил трубку. Но Натали не сдается и звонит ещё. Глубоко вздохнув, мужчина отвечает. — Ты еще бы покрестился из приличия, Баки. Усмехается, смотрит по сторонам. Никого нет, ни души. Снег лежит, обнимая мертвую тишину. На белом снегу играют лучи уличного фонаря. Пушистое одеяло отсвечивает, неприятно коля глаза. — Серьёзно? Ты думаешь так просто меня найти. — издевательски тянет женщина. — Нет, тебя не так уж и просто отыскать — выдал Баки шагая в сторону остановки, — не всем под силу сделать это. Натали ухмыляется на том конце провода. — Но кому, если не тебе, —говорит и выходит из-за дерева. — Нашёл, — по доброму ухмыляется Барнс. — Нашёл, — с улыбкой соглашается Натали. — Ну? Что же ты тут делаешь. — Я знаю где он, —мягко улыбаясь, говорит женщина. Брови мужчины удивлённо прыгают вверх, рот открывается в немом вопросе. Это Натали. Наташа Романофф. Она насколько красива, настолько же опасна. Зачем ей его мальчик? Барнс злобно смотрит исподлобья, его губы плотно сжаты в тонкую ниточку. Пытается не сорваться. Цедит сквозь зубы, беря женщину за воротник её белой кофты. Не грубо, только чтобы напугать. — Не смей даже думать прикоснуться ему. Я тебе все кости переломаю. Женщина улыбается. Он ошарашенно пялится на эту улыбку. Честную, сочувствующую. — Ты не хочешь ему зла? — непонимающе говорит Барнс. — Да, ты угадал. — Тогда, что за игры, Нат? — Я сказала точно ту же фразу Старку. Знаешь что он ответил? Барнс молчит. — Что я его не достану, — ухмыляется Натали. — Вполне в духе Старка. — Да. Но будь у меня сын, я бы никогда не была столь холодна к нему. — Питер ему не сын, — злобно говорит Барнс. Питер — его мальчик, ничей больше. —Да, Питер твой со Ствиом мальчик. Барнс улыбается. Ему правда на душе становится тепло от ее слов. —Как же я рада, что не ошибалась на твой счёт. — То есть? Романофф молчит. Смотрит под ноги. Как только Барнс вбирает воздух в легкие, чтобы говорить, женщина начинает медленно, нежно, любя. —Баки, Джеймс, я не верю во всё то, что о тебе говорят, — беря руки мужчины в свои, говорит женщина, — это же Старк, ему надо было раз улыбнуться нужным людям и вуаля, Баки Барнс, русский шпион изнасиловал сына гордости всея Америки. И когда это случилось? Именно в день смерти Стива. Слишком против тебя всё, слишком тупо. И почему Старк так вовремя? Я думаю… Женщина продолжала говорить, а Баки пялился где-то через нее, смотря в некуда. То есть враги Старка — его же друзья? Как никогда правильно сказано. Нужно взять за момент. Нат стоит погрузиться немного в дело, всё разузнать и понять, и Баки конец. Она узнала лишь долю правды, только благодаря своей неприязни к Старку. — Да, ты права. Можешь найти мне его? — Могу, особенно сейчас. — уверенно сказала она. — Сейчас? — преспросил удивлённо Джеймс. — Мои люди сейчас копают под Старка. Клинт сказал, что видел, как Питер пришел в башню веселым, а ушел в слезах, нервно время от времени оборачиваясь назад. Кстати об этом, — смотря на вопросительный взгляд собеседника, Наташа начала пояснять — они появились немного позже случившегося. Это и заставляет меня всё больше и больше верить в тебя. Парень рядом с ним чувствует себя не очень хорошо, это не только мне видно. — И люди верят, что это только из-за меня? — резко спрашивает Барнс. — Нет, не все. Все кто более ли менее знает, или знал мальчика, видел, как он изменился года так два назад. — То есть, до этого с ним всё было хорошо? — Нет, он был разбит, но это скорее из-за смерти Стива. «Все не против меня. Все против Старка.» — Улыбаясь и смотря куда-то в пустоту подумал Баки. — Скучал по нему, так ведь? — благодушно улыбается Натали. — Да, очень. — совсем не врёт Барнс. Он скучил за ним.

***

Тони бросает телефон на стол, берет бокал, подносит к губам. Делает глоток. Закрывает глаза, вздыхает. — Какой ты упрямый, Питер. Парень не берет трубку. Локи не отвечает на звонки. Старк опустошен. Хочется вырвать сердце и дать этому маленькому наглецу. Хочет умереть, лишь бы не чувствовать это чувство. Он не должен. Не надо. Он всё сделал верно. Он спас Питера не для того, чтобы сделать больно. Он не может отпустить парня просто так. Ведь Питер спасает его душу.

***

Питер не вставал с постели три дня. Ноги затекли, голод режет желудок, ужасно хочется подышать чем-то свежим. На улице идёт снег. Питер хочет стоять под падающими снежинками, которые похожи на маленьких танцовщиц. А если честно, Питер хочет умереть. В целом, Питер ничего не хочет. Ничего большего. Одиночество. Дальше от чёртового Старка и Барнса.Далеко от ночных кошмаров, боли, всех этих ощущениях и чувств. Возможно Питер хочет к папе. Получается, Питер хочет умереть. — Какой ты ничтожный, — хрипло шепчет Питер не много севшим голосом, — ты хочешь к Тони. Вот что ты хочешь, — он встает с кровати и идет к окну. Смотрит, как дети не играют на детской площадке. Как никому не радостно, никто не улыбается. И улыбается сам. Так им и надо. Вдруг взгляд цепляет что-то черное на белом снегу. Кто-то смотрит прямо на него. Кто это? Хэппи? Слишком худой для него. Клинт? Слишком высокий. Кто ещё знает о нем? Тони? От Тони не несёт опасностью даже на таком расстоянии. И единственный, кто на это способен — это Он. На этой мысли Питер отпрыгивает назад, вжимаясь в стену. Задыхается. Хочет звонить Старку, но придёт ли тот? Не слишком ли груб был Питер до? Питер не успеет сбежать, конечно, не успеет.У него никого нет, совсем никого, чтобы спасти его этого. Раздается звонок в дверь и это не Он. Парень медленными шагами ещё подходит к двери. Питер открывает дверь и смотрит на незнакомца. Тот мило улыбается. — Мистер Старк попросил охранять тебя. — Да, —открывая дверь пошире, Питер улыбается, он спасен, — войд… — Было бы лучше, если бы ты вернулся в башню, — перебивает его мужчина. Питер хочет к Тони. Хочет к своему спасителю. Там тепло и безопасно. — Да я сейчас, только возьму плащ. — Он внизу. Тони купит тебе другой, быстрее. — как-то подозрительно кося взглад вниз, произносит мужчина. Его руки трясутся, он смотрит на то, как Питер пытается закрыть дверь. Когда у парня не получается, мужчина сам закрывает дверь, толкнув парня к лестницам. — Черт, он уже здесь. —Вы не можете с ним справится? Может, нужно стрелять в него? — куда-то бежа за незнакомцем, просто вверх, спрашивает Питер. —Мальчик, ты хотя бы знаешь кто он, черт возьми, такой? — в панике проговаривает мужчина. Они бежат вверх, в надежде успеть выйти с пожарных лестниц. Мужчина то и дело звонит по телефону, но, кажется, его нагло игнорируют. — Мне не сказали, что он уже здесь. Если бы я только знал, не согласился бы, твою же! Ответь Старк, ну же! — Вы звоните мистеру Старку? — Хватит! Как они тебя только терпят! — Это же просто Джеймс! Не надо так боятся его! — крикнул Питер. — Тебе напомнить, что сделал с тобой твой просто Джеймс? — мужчина всё ещё бил напуган, но пытался скрыть весь страх за едкой ухмылкой. — Я и не забыл. — сдавленным голосом произносит Питер, наконец добравшись до пожарных лестниц. — Прости парень, — стоя на последней ступенке, говорит мужчина, — я забыл. Тяжело наверное, — беря какое-то черное оружие из своего кейса, который парень попросту не заметил у него до, передает его парню, — бери и беги отсюда. — Как же вы, сэр? Питер держит эту вещь в руках впервые в жизни. Странное ощущение. Питер чувствует себя в безопасности. —А я люблю холодное, — умело играя с ножами в руках, отвечает он, улыбаясь. — Но, как же... — И у меня есть козырь в рукаве, — хитро шуря глаза, — у меня он всегда есть. Питер улыбается. Искренне, впервые за долгое время. Наверное, думает он, этому человеку можно доверять. Не впервые он так думает. Питер бежит другой лестницей вниз. Воздух превратился в иглы и колит легкие уже на третьем этаже. Питер задыхается, ноги не слушаются, он почти падает. На один крошечный момент Питер думает, что скоро умрет. Да, именно сейчас он умрет. Он так готов к этому, лишь бы не в руки этому страшному зверю. — Ой, поймал. — сильные руки обнимают нежно, прижимая к широкой груди. Тёплое дыхание щекочет шею, носом нежно водит от шеи до подбородка, губы искривляются в ухмылке. — Ни ты, ни твой прекрасный аромат не изменились. Питер теряет связь с миром.