Братские обязанности

В холодный вечер ноября разбушевался сильный ветер, и дождь лил, как в последний раз. За окнами традиционного японского дома семьи Сано эта картина казалась наоборот очень привлекательной и даже умиротворяющей. Доракен стоял напротив окон на кухне и смотрел прямо в небо, пытаясь взглядом поймать каждую каплю. В доме царило спокойствие и ароматный запах свежезаваренного зеленого чая и выпечки. Эмма носилась у плиты, торопясь с ужином для гостя и своего старшего брата, который за весь вечер так ни разу и не спустился со второго этажа, демонстрируя максимальную «гостеприимность». В комнате было более, чем тепло: жар от плиты и духовки, а так же общее отопление дома. Рюгуджи ловил себя на мысли, что именно такой дом он себе хотел бы, ведь только в таких местах можно почувствовать себя действительно спокойным и расслабленным. - Кен-кун, я пойду позову брата, а ты располагайся, - окликнула высокого блондина девушка и с легкой улыбкой покинула кухню. Парень обернулся, но успел увидеть только край длинной домашней юбки младшей Сано, который не успел спрятаться за дверь. Доракен подумал, что Майки очень повезло с тем, что у него есть такая сестра. Зная её темперамент, можно легко сказать, что эта девушка всегда готова поддержать. Она и поддерживает: не словами, а действиями, отсутствием лишних вопросов, взглядами. - А этот придурок даже по дому ей ни разу сам не поможет, - процедил сквозь зубы блондин. На самом деле, он прекрасно понимал, что Манджиро очень сильно любит свою младшую, но он просто физически не способен это как-то продемонстрировать. Подумав об этом, Рюгуджи внезапно покраснел - кому-кому, но точно не ему осуждать за это Майки. Сам Доракен давно уже понял, что испытывает к Эмме не только дружеские чувства. Это больше напоминало какое-то чувство из романтических фильмов, которое главные герои должны донести до зрителя. Видимо, не донесли. Блондин сел на ближайший стул и, быстро пораскинув мозгами, вспомнил, что уселся он очень даже правильно. Напротив него должна будет сидеть Эмма, а справа Майки. НЕТ. Лучше не так. Кен пересел на стул справа, тем самым дав право старшему брату любоваться своей младшенькой, не поворачивая голову в сторону. Прогремел гром, и лампочка на кухне мигнула. Доракен счёл это очень атмосферным. Вообще, всё в доме семьи Сано казалось ему невероятно атмосферным: стены, окна, двери, дед, который уехал по делам в Киото на пару дней. Не то что бы все детали дома были выполнены в сугубо японском стиле, но почему-то складывалось впечатление, что даже если внести сюда все самые современные вещи и провести ремонт, то ничего особо не изменится, а ощущения останутся такими же, как и были. - Спит, как убитый, - пробурчала себе под нос Эмма, входя на кухню, - представляешь, я не смогла его разбудить! - Это очень в его духе, - Рюгуджи широко улыбнулся, - а что он вообще забыл на втором этаже? - А? - сначала девушка не поняла, что значит вопрос высокого блондина, - ты ,наверное, забыл. Это редко упоминается, но у Майки помимо гаража Шиничиро есть изначально его собственная комната. - Точно ведь! - Доракен слегка скривился из-за того, что забыл такую простую вещь. - С кем не бывает, - весело ответила младшая Сано и принялась накладывать гостю ужин. Парень не успел снова залюбоваться видом из окна, как вдруг перед ним появилась тарелка с супом Мисо. От первого исходил горячий пар и потрясающий запах. Вид тоже очень впечатлял, особенно мелко порезанный зеленый лук, который только Бог и Эмма знают, где был купленный поздней осенью. Пока Рюгуджи любовался картиной в виде супа, девушка успела налить его себе и даже поставить вторую тарелку рядом с гостем. Подняв голову выше, Кен удивился ещё больше: прямо перед ним стояли крокеты с рисом. Запах свежих котлет взбудоражил желудок парня. - Выглядит невероятно, - сдерживая из последних сил слюну, что вот-вот и капнет у него изо рта, сказал блондин. - Спасибо, конечно, но ты сначала попробуй,- на лице девушки появился румянец от смущения. На столе появились ещё салат из огурцов, картофельный салат, салат из дайкона и морской капусты и немного темари. Вид был просто потрясающий. Кен быстро свёл руки вместе и ,крикнув «приятного аппетита», принялся за разнообразные блюда. Эмма смотрела на парня, немного гуще покраснев. Её однозначно привлекал блондин, но она не могла ему этого сказать, не могла обременить его этим своим чувством. - Попробовал! И на вкус это тоже невероятное! - в перерыве между заглатыванием супа сказал Доракен. - Спасибо, - девушка улыбнулась и принялась за еду. Направление ветра изменилось и теперь дождь стал бить прямо по окну на кухне. Снова прогремело, но в этот раз лампочка даже не думала мигать. - А вот Майки совсем не нравится моя готовка, - вдруг заговорила Эмма, ведь ей очень хотелось скрасить этот вечер наедине с Кеном хоть каким-то разговором, пусть даже построенным на самых вежливых высказываниях, общих темах и критике её умений. - Он ничего не понимает, - отставил в сторону пустую тарелку от супа Рюгуджи и подтянул к себе крокеты с рисом, - даже не так. Он просто очень вредный! Говоря это, блондин посмотрел в глаза младшей Сано, от чего края её ушей невольно загорелись. Пусть сидели они не совсем друг напротив друга, но девушка всё равно находила это размещение их в пространстве довольно интимным. Высокий юноша принялся за второе, время от времени подбирая палочками огурцы из салата и темари. Эмма позволила своему взгляду опуститься ниже лица своего гостя. Сегодня на Доракене был черный облегающий гольф, который отлично подчеркивал красивую фигуру заместителя «Свастики». Низ ,конечно, не было видно, но ещё, встречая парня у входа в дом, девушка заметила широкие штаны, которые никак не планировали показать однозначно длинные ноги Рюгуджи. От своих мыслей и стройного тела Кена Сано совсем раскраснелась, но это не замечал парень напротив, чему она была очень рада. - Майки вообще постоянно вредничает, - вдруг продолжил, казалось бы уже забытую тему, юноша, - понеси его туда, принеси оттуда ! Мне не тяжело, конечно, но у него ведь тоже есть ноги. И очень сильные, между прочим! А эти таяки? Он сходит по ним с ума. Я покупаю ему их чаще, чем думаю о байках! - Да ты страдалец, Кен-кун, - Эмма немного рассмеялась. - Это всё кажется очень простым и не существенным, но если бы никто не знал, какая сила в нём таится, то и я бы не жаловался, - Рюгуджи размахивал палочками в воздухе, демонстрируя своё раздражение. - Майки тебе очень доверяет, раз так на тебя полагается, - спокойно вставила девушка, на подсознательном уровне сглаживая углы недовольства Кена, которые могли бы перерасти в возможный конфликт, - ваша дружба очень впечатляет. Иногда я искренне удивляюсь тому, как вообще вас привело друг к другу. Удивительно, что такие разные люди смогли так хорошо поладить. - Мы очень разные? - Рюгуджи поднял взгляд на Сано, которая и без того в открытую смотрела ему в лицо. - Есть, конечно, схожести, но в самом общем смысле, вы очень отличаетесь, - легкая улыбка на лице девушки почему-то немного уколола сердце парня. Он и вовсе считал до этой секунды, что они с Майки практически идентичны по характерам, потому что как иначе они могли общаться такое долгое время без серьёзных разрывов и подобного. - И чем мы так отличаемся? - немного грубоватым голосом спросил блондин, но Эмма этого не заметила. - Ну как же? - удивленно взглянула на гостя Сано, - начнём с самого простого: Манджиро любит сладости, а ты нет; он ведёт себя, как ребёнок в большей половине случаев, а ты нет; он в любой момент может загореться, словно спичка, а ты нет; он максимально ленивый, а ты нет; Майки очень привередлив ко всему, а ты довольствуешься всем, без лишних слов; он говорит всё, что в голову взбредёт, а ты нет; у него в голове нет никаких правил этикета и вежливости, а ты этим обладаешь; брат очень горд и часто груб со всеми, а ты помягче будешь. И это только малая часть! Доракен сидел обездвиженно пару секунд после завершения речи младшей Сано. Она действительно назвала много отличий между своим братом и его лучшим другом. Самое странное было то, что он и без помощи Эммы знал все эти нюансы, но вот никак не думал расценивать их как серьёзные отличия. - Я очень рада, что у Манджиро, несмотря на все недостатки его характера, есть такой хороший друг, как ты , Кен-кун, - снова слегка покраснела девушка. Рюгуджи немного растерялся и не знал что сказать. Только что эта маленькая Сано словно снег ему на голову высыпала, а сейчас словно собрала его обратно в своё ведро или где там она его хранит. - Майки повезло, что у него есть такая сестра, как ты, - широко улыбнулся парень, заставив теперь растеряться саму хозяйку дома, - пока ты рядом с ним, он не будет чувствовать себя плохо. Может и слукавил с последней фразой, а может и нет. Кен сказал то, что думал. Судя по красным щёчкам Сано, он её обрадовал. Вообще Доракену нравилось это выражение лица Эммы. Нравилось её смущение, нравился её смех, нравились выразительные глаза и пухлые губы, нравились светлые волосы и от природы сильная, готовая в любой момент сорваться в бой натура. Вся она была такой неповторимой и одновременно такой похожей на кого-то. Может похожей на… - Кееееен!!! - со второго этажа послышался душераздирающий крик старшего Сано, от которого хорошее настроение между Рюгуджи и Эммой улетучилось за миллисекунду, а их сердца моментально укутала паника. Рефлекторно Доракен подскочил и сорвался с места. Его длинные ноги значительно ускоряли процесс бега на второй этаж, откуда донесся болезненный крик главы «Тосвы» - самого «Непобедимого Майки». * * * Над самим лицом Манджиро навис Доракен. Его глаза были широко открыты от удивления. Глава спал, полностью сбросив одеяло на пол, а его подушка была частично мокрая от пота проступившего на коже её хозяина. Сано тяжело дышал. Его брови были сведены домиком, что очень сильно контрастировало с его обычно спокойным выражением лица. Кен стоял, молча наблюдая за беспокойным действом рук и головы командира на своей кровати. Он дёргался, не находя в себе силы нормально перевернуться на какой-то бок и слабо постанывал, сквозь сомкнутые губы и стиснутые зубы. - Майки!- наконец-то добежала Эмма и резко бросилась к постели, - просыпайся! Это просто сон! Девушка, что есть сил трясла брата, пытаясь пробудить его от крепкого сна, который не хотел его отпускать до последнего. - Майки! - крикнул уже Рюгуджи. Его голос был полон необычного глубокого страха, который прорывался из горла парня с каждым звуком. Вдруг глаза Манджиро широко распахнулись и он весь застыл с эмоцией безмолвной паники. Голос зама разбудил его. Два зрачка вдруг стали метаться по потолку в надежде наткнуться на что-то, чтоб успокоиться, но у них не получалось. Прямо сейчас старший Сано лежит и ничегошеньки не видит. - Майки, принести тебе тёплого молока? - сквозь темноту прорезался напуганный голос младшей сестры, - может зелёного чая? Я приготовила бисквит, а Кен-кун принёс дораяки. - Кенчин?.. - только смог услышать Манджиро. - Да, Майки, я здесь! - снова приблизился к кровати своего командира блондин и сел на колени рядом, - что случилось? На тебе лица нет! - Кенчин...- повторил Сано тихим шепотом. Его чёрные глаза снова закрылись и он спокойно выдохнул, - хорошо, что ты здесь… Эмма взглянула на Рюгуджи, который пристально смотрел прямо на её старшего. Она едва заметно прикоснулась рукой к плечу гостя, как вдруг тот резко повернул голову в её сторону. - Я всю ночь буду смотреть фильмы в гостиной. Если что-то будет нужно, то только скажи, - после этого девушка тихо ступая вышла за дверь, бросив легкий взгляд на старшего Сано. Доракен ещё немного был повернут в сторону двери, раздумывая над тем, как Эмма так легко смогла покинуть Майки, когда он в таком состоянии. Вывод напрашивался сам — это уже не впервые. Сердце защемило. Неведомый прежде груз вины лег на широкие плечи парня. Он догадался, что взбудоражило сон главы, что заставило его кричать. - Майки, - спокойно, почти нежно, обратился блондин. - М? - совсем тихо, почти глухо промычал Манджиро. К счастью, его лицо обрело прежний равнодушный вид, но глаза, которые его только подчеркивали были всё ещё закрыты. - Прости, что заставил тебя тогда поволноваться, - слабо продолжил Рюгуджи. В воздухе повисло извинение, которое нагло пытался перебить дождь за окном. Кен знал, за что просит прощения. За то, что подставился в тот ужасный день под нож Киёмасы. За то, что почти умер. Но парень совсем не думал, что для Сано это стало таким ударом. Изначально Рюгуджи расценивал себя для Майки кем-то на уровне с Мицуей и Па-чином. Однозначно их потеря для Манджиро стала бы ужасным шоком и трагедией, но почему-то своё имя слышать из постели своего лучшего друга было всё-таки слишком тяжело и неожиданно. Доракен повернул голову в сторону Майки. Чёрные глаза главы наконец были полуоткрыты. Он испепелял ними потолок. Пусть лежащего почти не видно из-за темноты в комнате, но за то хорошо слышно. Рюгуджи слышал каждый вдох и каждый выдох, как свой — так и Сано. Прогремел гром и раздалась молния. Она на долю секунды осветила комнату и дала высокому юноше увидеть тихую слезу, текущую с правого глаза Манджиро. - Майки, - совсем нежно и совсем тихо вымолвил Кен. Он протянул свою руку к лицу главы, поднимаясь с колен и усаживаясь на край кровати. На миг застыв над самим лбом Сано, парень всё же положил её частично на тот самый бледный лоб, но большей мерой на часть головы, которая скрывается под волосами. Может этот жест и был неумелым, несколько странным и неуклюжим, но Доракен решил, что именно он поможет Манджиро прийти в себя и познать реальность, в которой Кен цел и невредим. В конце концов, просто жив и сидит рядом с ним. Слегка потрепав волосы главы своими длинными пальцами, блондин уже приподнял руку, чтоб убрать её и не смущать Майки, но лежащий в последний момент положил свою руку поверх руки друга, не желая возвращать её законному хозяину. Кен опешил. Он не ожидал ответного жеста. Ждал скорее отторжения или какого-нибудь пинка, но никак не этого милого ответа. Немного смутившись, высокий юноша расслабил свою руку, давая возможность своему маленькому командиру почувствовать всю её тяжесть. Он хотел было уже пошутить о том, каким особенно миниатюрным кажется лицо старшего Сано на фоне крупной ладони его зама, с целью разрядить обстановку, как вдруг услышал тихий всхлип. - Майки… - только и смог выдавить из себя Доракен. - Когда я увидел тебя тогда, лежащим на асфальте, я подумал, что это конец, - сквозь шум дождя просочился тихий и совсем неровный голос Манджиро, - я не мог отбиться от тех Мёбиусов, я думал, что не смогу добежать… Я крикнул Такемичи, чтоб он о тебе позаботился. Он каким-то чудом смог, но… - парню было сложно продолжать говорить из-за слёз, - но тебя увезли в скорой. Я видел как текла твоя кровь, твоя рана. Это был нож… Я поклялся себе, что убью их всех, если ты больше не откроешь глаза. Последняя фраза прозвучала максимально ровным тоном, давая Доракену понять всю серьезность сказанного. - Я очень испугался. Испугался, что больше не смогу увидеть тебя живым. Что буду смотреть только на твоё надгробие… - слёзы потекли сильнее. Фантазия Сано вырисовывала чёткую картину, которой так боялся её хозяин, - мне было очень страшно, Кенчин. - Прости меня! - уже более резким, громким, рваным голосом выдал Рюгуджи, - прошу прости меня, Майки. Я не знал, что такое могло произойти. Мне так жаль, что ты переживал, что я стал причиной твоих переживаний. Рефлекторно Доракен сжал пальцы, стиснув между ними светлый волос командира на что последний слегка вздрогнул. - Я бы ни за что не полез под нож, ты же знаешь, - продолжил высокий блондин, - особенно, если бы знал, что ты будешь так тяжело это переживать… - Пообещай, что не умрёшь, пока я жив, - теперь интонация Майки совсем не выдавала его истинных эмоций. Уравновешенный и безэмоциональный глава снова с нами. В глубине души Кен хотел бы ещё хоть каплю дольше послушать голос настоящего Манджиро с его уязвимостью и печалью, а не хладнокровного командира всея «Тосвы», который всё равно тоже очень нравился заместителю. - Обещаю, - достаточно громко, чтоб его слова не перебил дождь ответил Рюгуджи,- а ты больше не плачь из-за меня. Я не так слаб, как ты думаешь. Завершающая фраза должна была немного поднять настроение Сано, но тот и бровью не повел. Его черные глаза теперь полностью сливались с темнотой в комнате. - Живи и я не буду, - ответил глава и потянул руку своего зама вниз ото лба. Не прошло и секунды, как Доракен почувствовал едва уловимое прикосновение довольно пышных губ Майки ко внутренней стороне его широкой ладони. Осознание не сразу пришло, а только после того, как он услышал от своего маленького командира «Спокойной ночи, Кенчин» и вышел из его комнаты. Рюгуджи окутало какое-то странное чувство. Непонятное выражение эмоций Майки в виде поцелуя его руки и недавний крик сквозь сон. Манджиро очень задел тот случай с ранением. Юноша присел на корточки у двери старшего Сано. Подумать было о чём.