Грозовой вал

      Подниматься выше оказалось болезненно. Одна Мария чувствовала себя, как рыба в воде. Остальная команда быстро начала зеленеть и плохеть. Чем выше поднималось судно, тем хуже чувствовали себя люди.       — Сколько еще? — протянул Асперитас, утыкаясь носом в локоть, лежащий на борту. — Сил моих нет, дышать нечем…       Мария хмыкнула, покосившись на него. Ей-то плевать на изменения атмосферы.       — Совсем недолго, капитан. Но я могу помочь тебе и команде справиться с качкой. — С этими словами она изящно опустилась на колени и прикрыла веки.       Коснулась обеими ладонями палубы, шепча что-то на незнакомом Кристиану языке. Но вскоре дышать стало и вправду легче. Корабль окутало белесой дымкой, как пузырем, и все выдохнули с облегчением. А Мария стала выглядеть хуже, отдав часть сил во благо команды.       — Долго еще? — спросил Кристиан, поднимая ведьму с колен, чтобы остальные не заметили.       — Асперитас, ты же подобен грозовому небосводу, — рассмеялась она, обмякая в его руках. — Можешь и без меня узнать.       — Чертова ведьма, — ругнулся капитан, подхватывая ее, ослабевшую, на руки. — Сколько раз просить предупреждать заранее…       — Нельзя, Кристиан. Иначе — смерть.       — Я обещал команде злато и богатство по прибытии в Грозовой перешеек, — фыркнул он, прижимая к груди ношу в виде одному ему ценной ведьмы.       И при этом — не ведьмы вовсе.       — Они получат злато. Все, кто выживут, — усмехнулась Мария, обвивая его шею худыми руками.       — А каков шанс, что они выживут? — тише спросил капитан, распахивая дверь в каюту.       Там малышка Ли скакала по полу, как вошь, играя с кальмаром. Боцман Джонстон лишь с умилением наблюдал за девчушкой.       — Папа! — воскликнула она, мчась в его сторону.       — Детка, дай-ка пройти, — тут же смягчился капитан. Не мог он быть суровым командиром в присутствии дочери.       Он уложил бледную Марию на кровать, и Ли моментально вскочила верхом.       — Русалочка, не трогай… — воскликнул он, не зная, как и назвать-то Марию, чтобы дочь поняла запрет.       Но Ли уже вовсю изучала ее, дергая за косы и тыкая пальчиком в лицо.       — Все в порядке. Пусть, — миролюбиво протянула Мария, с недоумением глядя на человеческое дитя. — Иди, капитан, без тебя там быть беде.       Кристиан, поколебавшись мгновение, все же оставил их одних.       Стоило выйти на палубу, к нему подлетел старпом. Рик, обеспокоенный и взбудораженный происходящим, заговорщицким шепотом обратился к капитану:       — Команда недовольна, сэр. Я слышал, штурман подначивает матросов на бунт.       — Пусть, — отмахнулся Асперитас. — Пойдет он первым к чертям при случае. Мы в небе, и каракатица пусть меня поберет, если мы благополучно опустимся на воду.       Звезды, большие и малые, яркие и тусклые, рассекали черноту бушующей ночи вокруг корабля.       — Но, сэр, и мне, и остальным хотелось бы знать, куда путь держим, — усмехнулся беззубым ртом Рик, поправляя редкие русые волосы.       — Я сказал. Мы идем на перешеек.       — Мифические земли? — оскалился Рик, желая добавить что-то.       — Я не тащил никого насильно. Все добровольно согласились на приключение с неизвестными координатами ради легендарных сокровищ, — грозно молвил Асперитас, — так что так и передай недовольным. А с ведьмой, — блеснув изумрудной молнией взгляда, добавил он, — могу управиться и договориться один лишь я. Задумаете бунт, и умрете раньше, чем «Вал» коснется воды. Поди прочь, Рик, и следи, чтобы твои тупицы не касались светил.       — Так точно, капитан, — благоразумно согласился Рик и ретировался на мостик.       А Кристиан прошествовал к носу корабля, вглядываясь в переливающийся жемчужным перламутром мрак. Но, едва он коснулся ладонями борта, с марсы послышалось:       — Судно! Капитан, на нас идет судно!       — Морской дьявол, упаси нас всех, — ругнулся Асперитас, сжимая кулаки.       Он знал, как биться на воде, но никак не в небе.       Наблюдая траекторию движения корабля, мало чем на первый взгляд отличающегося от «Грозового вала», Кристиан понимал, что оно намерено идти на абордаж. Пусть здесь, в странном пространстве без ветра и привычного света, сложно определить его намерения, но отчего-то Кристиан уверен, что не мимо идет чудесатый корабль с парусами наизнанку по низу борта странного лазурного цвета.       Только корпус незнакомца походил на привычную бригантину. Остальные же детали снаряжения разительно отличались. Да и бойцы на судне, насколько мог судить Асперитас, отличались от его команды. Как минимум, цветом кожи. Даже издалека видно, что их лица сияли ярким синим цветом.       — Капитан, что делать? — растерянно пробормотал Рик, подошедший к левому плечу.       — Недруг явно идет на столкновение, лучше опередить, — шепнул на ухо боцман Джонстон справа.       — Ждать, но готовиться к абордажу, — с непроницаемым лицом молвил Асперитас. — Мы не знаем здешних правил. Возможно, пройдут мимо.       — Не пройдут, — услышал он слабый голос и обернулся — Мария, бледнее обычного, стояла за его спиной, глядя остекленевшим взглядом в сторону чужаков.       — Кто это? Знаешь их? — встряхнув ее за плечи, грубо спросил капитан.       — Да, знаю, — сказала она, выглядывая из-за него. — Это Стормборн.       — И о чем это должно мне сказать? — рявкнул Кристиан, снова встряхнув ее.       — Готовься к абордажу, капитан! — вмиг посуровев, отчеканила она. — Они тоже идут за ключом. Увязались за мной.       — Кракен тебя побери, клятая ведьма! — бросил Кристиан. — Я вздерну тебя на рее когда-нибудь!       — Но точно не сегодня! — огрызнулась она. — Готовь кошки и людей. Им нужна я для открытия чертога, так что за мной они и будут охотиться!       — Чтоб тебя… — пробормотал Асперитас так, чтоб услышала лишь она. — Готовить кошки! Сабли наголо! Идем на абордаж!       События разворачивались, как в жутком сюрреалистичном кошмаре: корабли стремительно приближались, беззвучно разрезая килями бесконечную небесную ночь. Ни слова не было произнесено: напряженная тишина рвала перепонки и сковывала мышцы.       Аспериас стоял во главе команды с саблей в одной руке и фитильным пистолетом в другой, ожидая столкновения. По правую руку от него высился квартирмейстер Джим в полной боевой готовности. Странное судно подходило к правому борту, сопровождая гробовым молчанием скрип такелажа. Но стоило бортам поравняться, а синелицему капитану — раскрыть рот, Кристиан завопил, опережая его:       — На абордаж! Пушки на изготовку!       И началась бойня.       Мария, метнувшись в гущу матросов, лишь на миг остановила взор на Кристиане. Но этой секунды оказалось достаточно, чтобы замешкать. Капитан схватил ее за запястье и дернул на себя.       — Ли! Охраняй девочку! — рявкнул он, толкая ее к каютам.       Мария нахмурилась. Выругалась, как последний пират, но подчинилась.       Крюки, сцепившись с бортом незнакомого судна, издали лязг, и тросы заскрипели, подчиняясь силе, вынуждавшей их сокращать расстояние между кораблями. По веревкам, как мартышки по ветвям, с катлэссами в зубах переползали пираты, изголодавшиеся по доброй битве и наживе.       И последовали окрики вперемешку с грохотом орудий. Лязг сабель и лезвий друг о друга. Выстрелы пистолетов. Шлепки и хлопки плоти о плоть. Вопли боли смешивались с боевым кличем, и где кто — не разобрать.       Дым от пороха заполонил все пространство.       Кристиан сражался на палубе с существом, больше похожим на акулу-переростка. Рик бился с капитаном неприятеля, синелицым лысым человеком, а боцман Джонстон — с девицей с десятком щупалец вместо волос.       Не щадили никого. Кровь и отрубленные головы были повсюду. Но внезапно нечто заставило остановиться. Бойня прекратилась, и десятки глаз устремились на черный шар, возникший из ниоткуда и движущийся в никуда.       — Кристиан! Не тронь! — послышалось с нижней палубы. Перепуганная Мария с Ли на руках с мольбой глядела, протянув руку к капитану. — Не тронь, воронка поглотит весь корабль!       Шарахнувшись, как от огня, Кристиан опустил оружие, отступая от непонятного шара. Его оппонент не желал прислушаться к Марии, и, замахнувшись клинком, вдруг разделился надвое.       Кристиан ощутил жгучую боль, пошатнувшись. Истошное «Нет!», пронзившее тишину, проникло в сознание, и последнее, что он осознал — существо с мордой акулы утянуло в черную сферу целиком. Сначала тело, а после — что-то, напоминавшее душу. Прозрачную сущность, больше походившую на человека.       — Кристиан! — пульсировало в его сознании, но, приложив ладонь к кровоточащей ране вдоль ребер, он рухнул на колени, теряя сознание от боли. Под ногами палуба «Вала» обагрилась кровью.       Но чьей, капитану осталось неведомо…