Секрет Носферату / The secret of the Nosferatu

Как и предполагала Александра, Аллен вернулся несколько раньше, чем ожидалось. Он выглядел отдохнувшим и необычайно посвежевшим, словно провëл время на одном из лучших курортов. Встав со стула, Александра подошла к своему помощнику и прислонилась к его лбу своим. Еле ощутимое чувство тревоги не давало ей начать этот разговор. – Я не знаю, как это выразить правильнее, но я сожалею, что тебе пришлось увидеть подобную картину. Аллен отодвинул голову и сказал, улыбнувшись: – Говорите так, будто в тот день лишили невинности юную деву. Со мной всë в порядке. Правда, госпожа. – Ты хорошо скрываешь свои эмоции, братишка. – Это моя работа. Однако с вами мне нет смысла этого делать. Вы видите меня насквозь. – И с этим ребëнком тоже? – внезапно поинтересовалась Александра. Аллен вздрогнул и с нескрываемым чувством сожаления ответил: – Он мне напомнил вашего отца в тот момент... – Отца? Нашëл с кем сравнить. Александра рассмеялась. – На первый взгляд это больше походит на шутку, но... – Не будем об этом, а то моя серьëзность помашет белым платком. Ты лучше расскажи, как обстоят дела с моим запросом? – Да, госпожа. Он в действительности действовал по приказу главы. Перебирая пальцами по столу, вампирша умиротворëнно взглянула на папку с информацией. – Впрочем, я предполагала, что так и будет. В последнее время он был слишком напорист и неосторожен. Слегка сдавила глотку и он выложил все карты. Слабак. – Больше всего на него надавили. – Впрочем, это уже не важно, – бросила безразлично вампирша. – Вы правы, госпожа. Взяв со стола чëрный конверт, она протянула его Аллену. Тот, не до конца поняв еë жест, взял конверт. – Передай, пожалуйста, этот конверт моему наложнику в качестве компенсации. – Я правильно понимаю, что вы дали ему шанс? – осторожно спросил Аллен. – Мне нужна подстраховка, ему нужна иллюзия, что его чувства важны. Разве это не хорошая возможность поездить на нервах главы? М? Пусть все еë шпионы, приставленные ко мне, сломают клыки, гадая, что творится в моей голове. – Хорошо, я передам. Как только Александра взяла в руки сигару, Аллен крепко обнял еë и тихо проговорил: – Отец сказал обнять вас от него и проследить, чтобы вы не курили. Улыбнувшись этой редкой нежной улыбкой, Александра потушила сигару и обняла Аллена в ответ. – Как он себя чувствует? – Как всегда переживает за вас. – За нас, брат. Ты же знаешь, какой он. *** Выйдя из кабинета, Аллен уловил запахи, исходящие из кухни. Это был аромат стейка средней прожарки в брусничном соусе. Аллен до этого момента был единственным, кто заведовал продуктами и приготовлением пищи, которую Александра пробовала редко, но из чувства вежливости по отношению к брату бывало разделяла трапезу и дегустировала блюда. Аллен любил готовить, считал это своим хобби и в моменты, когда удавалось выкроить немного времени, он посвящал себя готовке и изучению новых рецептов и кулинарных техник. Возле плиты он увидел Ноэля, который сосредоточенно занимался сервировкой. Аллен прислонился к дверному косяку и наблюдал за ним до тех пор, пока Ноэль не обратился к нему. – Вы явно цените кулинарное искусство. Прошу простить за то, что вторгся в ваши владения, господин Аллен. – Можете звать меня просто по имени. – В таком случае, и вы зовите меня по имени. Ведь, как я могу судить, с некоторых пор у нас появились точки соприкосновения. Аллен рассмеялся и без лишних церемоний сел за стойку, сложив руки в замок. Ноэль поставил искусно сервированное блюдо перед Алленом и встал напротив. Аллен отрезал небольшой кусочек и, положив его в рот, сделал очень удивлëнное выражение лица. Мясо было бесподобно. Насыщенный вкус и палитра ароматов трав вместе с соусом из брусники привели его в восторг. – Это потрясающе! – Матушка научила меня готовить. По мне не скажешь, но я люблю поесть, причëм поесть вкусно и сытно. Приятного аппетита. Ноэль всë время разговора даже не присел, и до Аллена дошла наконец та неприятная мысль, с которой он вышел из кабинета госпожи. Эта мысль, точнее даже сказать, ощущение, подтачивало что-то внутри. Ему стало не по себе. Он ппрекратил есть и, задумавшись, спросил: – Госпожа рассказала вам причину моего отсутствия? – Да. И я искренне вам сочувствую, – отодвинув тарелку в сторону, ответил Ноэль. – А себе? Атмосфера стала напряжëнной из-за неожиданно откровенного вопроса, которого Ноэль не ожидал. Подложив руку под подбородок, его выражение лица стало в известной степени серьëзным. – Не скажу, что было приятно. Я помню это всë так отчëтливо, что мне становится противно от одной мысли... – От какой мысли? Глаза Ноэля чуть прикрылись, а голос понизился, что явно показывало скрытое раздражение: – Что занимаясь этим со мной, она видела на моëм месте кого-то другого. У Аллена всë внутри упало от этих слов. Он предполагал крайние формы обвинений и укоров, обиды, но никак не это. – Ноэль... – Но, конечно, я не требую никаких объяснений, потому что вы не можете их предоставить. Аллен достал из пиджака конверт и придвинул его рукой к Ноэлю. Он понял, что сейчас больше всего занимало мысли юноши, чувствовал его потерянность во всей этой ситуации и прекрасно осознавал, что значит оставаться в неведении и мучиться догадками, а потому больше ничего не спрашивал. Ноэль открыл конверт и увидел в нëм карту на своë имя. Он криво улыбнулся. – Интересно, и сколько же я стою? – язвительно отозвался Ноэль, поглаживая конверт. Аллен схватил его за руку и чуть наклонил к себе. – Никогда не задавайте подобных вопросов госпоже. Никогда. Вам не с чем сравнить, но сейчас это самое выгодное и вместе с тем самое опасное положение, которое можно себе представить. Пользуйтесь всем, что предоставляет ситуация. Смените имидж, на вас больно смотреть, усмирите желания, рассейте гнев, ведь в этом кукольном домике помимо вас есть немало других игрушек, желающих занять место рядом с госпожой, Ноэль, – строго, но выказывая самое искреннее участие, прошептал Аллен. – Сколько на моëм счету средств? Отпустив руку, Аллен был рад тому, что Ноэль понял его правильно и не отрицал очевидного. – На этой карте полмиллиона греев. – Поменять... Ноэль взъерошил волосы для ободрения. – Пока вы думаете с чего начать, я сниму оставшуюся боль и видимые повреждения. *** После оздоровительной процедуры Аллен взял свою личную машину, предупредив Александру, что уедет вместе с Ноэлем развеяться. Махнув рукой, она, казалось, была даже рада, что останется в одиночестве на какое-то время, так как по всей видимости ожидала чей-то визит. Переживать было не о чем, потому что Аллен как никто другой знал, что госпожа просчитала каждый шаг своих реальных и потенциальных недоброжелателей ещë до того, как они подумали что-либо предпринять. Зайдя в один из самых дорогих торговых центров Нейтральной Зоны, Мерилиз, Аллен привëл Ноэля в бутик, где ценники расширяли глаза до размера блюдец. Элегантная одежда, эксклюзивные аксессуары и много прочих дорогих безделушек, которые по мнению богатых являлись беспрецедентным доказательством их превосходства над другими и естественным правом смотреть на всех сверху вниз. Ноэль засмотрелся на ценники. Как юноша, привыкший не тратить больше, чем нужно для жизни, он был озадачен в правильности своих действий. Аллен тут же взял его под локоть и подвëл к двум миловидным леди. Ноэль на несколько минут выпал из реальности и прослушал, что говорил Аллен тем консультанткам. Он почему-то вспомнил о своих родных в это мгновение. – ...ну и пять пар кожаных туфель со шнуровкой из последней коллекции. – Будет сделано, сэр. Консультантки быстро откланялись и уже через десять минут принесли всë, что заказал Аллен. Ноэль вздрогнул от количества принесëнных вещей: костюмы, водолазки, рубашки, брюки, кофты, шарфы, перчатки, пальто, куртки, всевозможные аксессуары красовались на вешалках и подушечках. – Мне обязательно... Это расточительство на мой взгляд. Аллен махнул рукой и женщины ушли, оставив их в огромной примерочной. – Создатель этого бренда один из моих лучших друзей. В мире вампиров он является самым известным и дорогим дизайнером. Наверняка вы и сами это поняли, только взглянув на эти вещи. – Одежда и правда великолепная. – Так вот, больше семидесяти пяти процентов выручки с продажи бренда "Aritel" идëт на благотворительность. – Это очень благородно, я полагаю. – Раз вы так считаете, то перемерить все эти вещи не составит труда? – с довольной усмешкой, Аллен провëл Ноэля за ширму. – Нет, но... – Вот и прекрасно. Тем более через два часа у нас запланирован ужин. – А вы предусмотрительны, Аллен. – О чëм вы сейчас размышляете, Ноэль? – У меня сложилось впечатление, что за нами следят. Аллен снова улыбнулся и подойдя к Ноэлю встал за ним. – Это шпионы, но могут быть и мелкие сошки более посредственных группировок или прихвостни охотников. – Охотников? – Чуть позже я вам объясню. Но знайте, что вы теперь являетесь объектом их интереса. Всë внимание приковано к вам. К слову, почему вы не дали мне залечить раны на шее? Это весьма болезненно, насколько я могу судить. – Вовсе нет, – потерев бинт на шее ответил Ноэль. – Просто не хочу, чтобы следы исчезли. Пусть заживают естественным образом. – Вот как. Но это неудивительно. Ха-ха. Аллен обошëл столик и удобно развалился в огромном тëмно-синем кресле с подлокотниками в виде львиных голов. – Что вы имеете в виду? – Укус госпожи схож с эффектом афродизиака. Когда клыки пронзают кожу, в кровь попадает особое вещество, которое в больших количествах способно свести с ума даже мужскую особь вампира, не то что человека. Вы явно не обычный, раз до сих пор находитесь в здравом уме. Понимаете теперь, почему вы использовали шприцы для сдачи крови? – Да. Теперь да. Ноэль снял пиджак и накинул лëгкое пальто на чëрную водолазку, закрывавшую следы укусов. Стоя у зеркала, он только сейчас заметил, что сильно похудел и как-то осунулся. Волосы потускнели, глаза выглядели уставшими и странно блестели, из-за чего выглядели, как стекляшки. Да. Трещина внутри него начала разрастаться. Он выглядел иначе, чем когда впервые встретил Александру. Он менялся медленно, мучительно и бесповоротно. Процесс был уже необратим. Ноэль это чувствовал, но вспомнив совет Аллена, попытался заглушить самоанализ. – Пойдëте так. – Что? – У нас мало времени. Пройдясь по ещë нескольким бутикам, Ноэль немного устал и Аллен, заметив это, решил передохнуть и наконец поужинать в ресторане на первом этаже торгового центра. Следуя за помощником, Ноэль отметил простоту и уют атмосферы ресторана. Играла фортепианная композиция "Музыка ангелов". Ноэль узнал это произведение и на душе стало как-то удивительно легко. Он вспомнил, как играл эту мелодию с матушкой по вечерам после ужина. Аллен выбрал самое закрытое и труднодоступное для обзора место. Официант выказал почтение и без лишних слов принял заказ, поставив таймер на пятнадцать минут. – Ноэль, вы умеете играть в шахматы? – Немного, но не думаю, что сейчас смогу. Аллен взял из декоративного уголка коробку с шахматами и попутно говоря, начал расставлять фигуры на доске в произвольном порядке. – Это кафе госпожа специально выкупила для приезда своего отца, чтобы ему было уютно и комфортно. Всë здесь обустроено, учитывая его вкусы, вплоть до специального меню, которое вы сегодня оцените. А пока мы ждëм, я попытаюсь объяснить более детально правила этой увлекательной игры, в которую играли многие, но выиграли лишь единицы. – Говорите так, Аллен, будто это в действительности какая-то игра. – Это игра жадности и тщеславия. – Звучит устрашающе. – Итак. Существует четыре могущественных клана, которые управляют миром вампиров. Во главе каждого стоит свой князь. Аллен выдвинул пять фигур : чëрного коня, белого коня, чëрного короля, белую королеву и пешку. Указав на фигуру чëрного коня, Аллен начал говорить: – Чëрный гримуар, клан безжалостных палачей, с полудемонической силой, способной только разрушать. Они занимают западные границы, рядом с землями охотников. Главами этого клана становятся исключительно мужчины. Они обращают в себе подобных человеческих женщин и таким образом продолжают свой грязный род. – Грязный? – Они имеют много жëн, но и не меньшее количество любовниц сомнительного происхождения, которые тоже производят на свет их потомков. Мужчина, которого вы видели в клубе тогда, был одним из незаконнорождëнных детей нынешнего главы клана Тенебрис, Каина Тенебриса. Аллен указал на белого коня. – Это клан Синего гримуара. Земли этого клана располагаются на юге. Они имеют силы управлять сознанием без физической манипуляции. Представители клана очень расчëтливы и умны, они преследуют выгоду только тогда, когда высоки ставки. В данный момент этот клан склоняется к мирному решению вопросов, повторяя за своим союзником, кланом Белого гримуара. Главы клана придерживаются моногамии, чтобы не "загрязнять" кровь. Мой отец был вторым сыном главы клана Ришель. – Значит ваша мать была сестрой отца госпожи? – Всë верно. Аллен выдвинул фигуру белой королевы. – Клан Белый гримуар, клан целителей. Они известны своей добродетелью и аристократизмом. Занимают восточные территории. Их потомки выдающиеся политики и дипломаты. Этот клан больше всех выступает за объединение рас и мирного решения конфликтов. Отец госпожи, был наследником клана, но став первым супругом главы клана Красный гримуар, потерял права наследования. – Вы сказали, что он первый супруг... Есть и второй? – Мы пришли к самому интересному моменту. – Аллен выдвинул чëрного короля. – Клан Красный гримуар, самый крупный и могущественный клан из четырëх. Занимает обширные северные территории. Представители клана славятся мудростью и справедливостью, а потому все вампиры без исключения подчиняются главе клана Гроссчестер. Наследницами становятся только женщины, властные и порой очень коварные. Глава может иметь несколько супругов и бесчисленное количество наложников. Отец госпожи, Великий князь Евгений, отец наследницы, а потому даже в опале пользуется популярностью среди граждан. Второй супруг, совершенный мерзавец и интриган, четвëртый сын главы клана Тенебрис. В общей сложности у Великой княгини пятеро детей. Трое от Великого князя, один ребëнок от второго супруга и один от наложника. – По какой причине отец госпожи оказался в таком положении? – Он отказался от любви ради защиты детей. – Это наверняка был тяжëлый выбор, – ощутив смешанное чувство, сказал Ноэль. – О да. Теперь понимаете, что в этой игре ваша роль, это роль пешки. Даже с тем условием, что ваша кровь необычайно редка, вы всë равно остаëтесь на данный момент не более чем редкой игрушкой. Аллен выдвинул пешку вперëд. – Значит я стану самой нужной пешкой госпожи в этой игре. Юноша усмехнулся, уверенным взглядом смотря в глаза Аллена. – Если хотите попытаться, то запечатайте свои чувства глубоко в душе, Ноэль, не позволяйте никому читать движения ваших мыслей и эмоций. Если, конечно, не хотите проиграть ещë до начала игры. Ноэль отодвинул доску в сторону и с особым интересом спросил Аллена: – Скажите, зачем вы помогаете мне? Неужели лишь потому, что вас так воспитали? К ним как раз в этот момент подошëл официант с заказом. Он мельком взглянул на Ноэля и, поклонившись, удалился. – Скажем так, я не хочу видеть, как страдает моя сестра. Вы ведь сами сказали, Ноэль, что роль брата подходит мне больше. Я подумал, что вы сможете оценить мои старания. – То есть, проще говоря, вы сделали на меня ставку? – Я сделал выбор. И ответственность за все последствия этого выбора - моя. Вы ведь тоже сделали выбор. И последствия вашего выбора легко читаются на вашем лице. Не так ли? – Нет, это всего лишь минутная слабость тела. – Тогда приятного аппетита. Надеюсь, блюда придутся вам по вкусу. Аллен развернул салфетку и с удовольствием начал трапезу. Ноэль последовал его примеру и уже через час они направлялись в поместье. Ноэль по мере сил старался обдумать всë сказанное за сегодняшний день и пришëл к выводу, что теперь у него появился союзник, который хоть и скрывал свои истинные намерения, но мог в должной степени помочь ему в осуществлении задуманного. *** За пятнадцать минут до возвращения Аллена и Ноэля Александре нанëс визит мужчина. Это был Клод.Ф, а точнее Кайл Тенебрис, дитя одной из любовниц Каина Тенебриса, главы Чëрного гримуара, а по совместительству подосланный шпион, который должен был следить за действиями Александры. Зная пристрастие наследницы Гроссчестеров к особым сексуальным утехам, Каин рассчитывал сделать своего сына подстилкой, связующим звеном, которое бы способствовало в дальнейшем возможности оказывать влияние на решения будущей главы Гроссчестеров. Но этот план изначально не имел возможности быть успешным, так как Александра узнала эту информацию задолго до знакомства с Клодом и в итоге получила максимум выгоды, используя его, как успокоительное во время приступов. Сейчас Клод стоял перед ней и готов был пасть к ногам и молить о прощении. Впрочем, ещë немного и он бы сделал это, но вдруг ему пришла в голову мысль, что более действенным сейчас было предложить в качестве извинений себя и без всяких прелюдий он забрался на сидевшую в кресле Александру. Не заметив никаких перемен в выражении лица, он потëрся бëдрами и выдохнул прямо ей в ухо: – Госпожа, простите мне этот проступок. Вы злитесь? Поймите, я не мог пойти против главы, – сладко пел Клод, надеясь изменить ситуацию. – И поэтому ты решил, что, как обычно подставив свой зад, я пойму всю трагичность твоего положения? – ухмыльнувшись, Александра поправила загнувшийся воротник его рубашки. – Мне жаль, госпожа. Ах... Александра сжала его бëдра руками и не без удовольствия сказала: – Ты даже не представляешь, как сейчас я жажду насадить твою бесполезную тушу на раскалëнный железный наконечник так, чтобы твои внутренности расплавились и превратились в биомассу. Клод даже не вздрогнул от этих слов. В поместье Тенебрис он наблюдал за ещë более жестокими и изощрëнными пытками, которыми не брезговал глава. – Если вам это доставит удовольствие, то... Александра посмотрела на него и рассмеялась до слëз в глазах. Успокоившись, она хитро улыбнулась и, взяв Клода за кончик подбородка, сказала, не скрывая насмешки: – Какой же ты дурачок, Клод. Нет, правда. Я бы довольно долго могла ещë подыгрывать твоему спектаклю, но увы. Ты мне наскучил, как и многие такие же честолюбивые и самодовольные ублюдки до тебя. Но осмелюсь сказать, что из тебя вышла неплохая дырка для утех. Советую тебе продолжать в том же духе. А сейчас, будь добр, слезь с меня и убирайся. После этих слов в кабинет постучали. Ноэль вошëл первым и увидел Клода, того самого мужчину, который сбежал через потайной ход. Взгляд Ноэля стал в один миг холодным и надменным, словно это уже стало обычным делом для него, заставать Александру при таких пикантных обстоятельствах. Клод не ожидал увидеть этого юношу. Он растерялся и сполз с Александры, словно гад с ветки дерева. – Не ожидал вас увидеть. – Госпожа, мы вернулись не вовремя? – проигнорировав Клода, обратился Ноэль. – Удивительно, но сейчас вы как никогда кстати, Ноэль. Знакомься, Клод, это мой официальный наложник, Ноэль Ферзе, аристократ по крови и пылкий любовник по призванию. – У меня плохая память на лица, но ваш поджатый хвост, мелькнувший в тайном проходе я запомнил совершенно точно, как и ваши тошнотворные мольбы. Клод подошëл к Ноэлю и чуть наклонившись спросил: – Такой пафос. Но чем же вы отличаетесь от меня, Ноэль? Взглянув на госпожу, которая наблюдала за ним, он ответил: – Я продал себя единожды и с тех пор принадлежу госпоже целиком, весь, без остатка, вы же продавались каждый раз, когда появлялась такая возможность. Клод сверкнул глазами и, стиснув зубы, вышел вон, что-то пробурчав под нос. Но это было уже не имело никакого значения. Аллен подошëл к Александре, которая не сводила взгляд с Ноэля. – Госпожа, что нам сделать со шпионом? – Аллен, ты ведь знаешь, что мы делаем в подобных случаях. Сделай, как всегда. – Понял, госпожа. Аллен незамедлительно покинул кабинет, чтобы исполнить приказ госпожи в ближайшее время. – Мой пылкий любовник обратился в ледышку? Подойдите. Ноэль подошëл и тут же был схвачен за руку и притянут на кресло. Она вдохнула аромат его шеи, спрятанной за воротником и посмотрела на его слегка недовольное лицо. – В чëм дело? Вас заботит то, что я сказала своему помощнику? – Зачем мне переживать о вещах столь незначительных, госпожа. Сейчас меня больше волнует этот отвратительный запах, что осел на вас. Схватив Ноэля за талию, Александра притянула его ещë ближе и стянула пиджак. Оценив выпирающие ключицы и рельеф шеи, она облизнулась и не без ехидства предложила: – Перебейте этот запах своим. Вы ведь догадываетесь о чëм я говорю? Или мне нужно объяснять? – Не нужно, госпожа.