Секрет Носферату / The secret of the Nosferatu

Ноэль достаточно быстро нашëл комнату, о которой ему сообщил один из слуг Клода, принявший его за одного из вызванных мужчин. Несколько секунд и двери в его личный ад распахнулись, явив невообразимую картину. Ноэль видел это в своих самых ужасных кошмарах, которые начали мучить его с того самого дня, как он приехал в дом Александры. В лицо ударил едкий дым расслабляющего наркотика, пропитавшего даже стены небольшой комнаты. И вот дверь предательски захлопнулась, перекрыв последние пути отступления. Это было зрелище не для слабонервных. Возле большой кровати лежали двое молодых мужчин. Их одежда была зверски разорвана и валялась на полу, тела выглядели измождëнными, словно из них вытянули все жизненные силы. Могло даже показаться, что они мертвы, но один из них слегка застонал, сжимая задеревеневшими руками ковëр. Внимание Ноэля привлекли истошные мольбы мужчины, который бился в конвульсиях под Александрой, крепко сжимающей его горло руками. Ноэль, не выдержав столь шокирующей картины, отшатнулся назад и задел локтëм небольшую вазу. Она разбилась вдребезги. В этот момент внутри него тоже что-то дало трещину. – Прекратите, госпожа, – тихо сказал он, рассчитывая привлечь внимание вампирши. Фигура Александры замерла. В темноте засверкали два алых огонька, которые с молниеносной скоростью приблизились к нему. Еë взгляд был пустой, словно затуманенный. Послышался щелчок. Это была потайная дверь, в которую из последних сил выскользнул Клод, дабы избежать незавидной участи. Обнажив улыбкой пару белоснежных клыков, Александра грубо вонзила их в его шею и сразу же вытащила, наблюдая за рубиновыми струями крови, вытекающими из ран. Вытерев губы, она замахнулась и ударила Ноэля по щеке так, что он упал прямо в лежащие на полу осколки. – Больно? – свирепо задала вопрос Александра. Ноэль посмотрел вверх, пытаясь понять, что происходит. – Александра... За этим последовал ещë один более сильный удар носком ботинка, из-за которого Ноэль ударился затылком об ножку стола и потерял сознание, испустив протяжный стон. *** В глазах всë плыло. Нечëткие образы, смазанные мысли, странный запах кожи вокруг пугали. Спустя несколько минут Ноэль окончательно пришëл в себя и увидел комнату, в которой все вещи были чëрными, вплоть до наличников в дверях, но ещë больше его потрясли инструменты, которые красовались на стене: различного вида плети, кляпы, металлические стеки, цепи, наручники, от вида которых незнакомого с такими развлечениями человека бросило бы в дрожь. Руки Ноэля были закованы в цепи и подвешены за железный крюк, а ноги зафиксированы внизу таким образом, что он не мог двинуться с места даже если бы приложил все усилия. В затылке пульсировала жгучая боль. Попробовав приподнять голову, болезненные ощущения усилились. Послышались шаги, отчëтливый звук каблуков приближался и внезапно затих. – Госпожа, это какое-то недоразумение. Александра взяла одну из плетей с острыми железными наконечниками и подошла к Ноэлю со спины. – Недоразумением является тот факт, что ты до сих пор можешь что-то говорить своим грязным ртом. Проведя рукояткой плети по позвоночнику, Александра приобняла Ноэля и прикоснулась к его груди. Медленно водя рукой вокруг места, где находилось сердце, она резко впилась ногтями в кожу. – Примерно здесь бьëтся сердце. Как же хочется его вырвать и порвать на мелкие куски. – Госпожа, это немного... – Сыграем в игру? – с нескрываемой злобой прошипела Александра. – К-какую игру? – Если ты издашь хоть один стон или писк, я буду бить плетью сильнее. Чем громче твои крики и мольбы - тем сильнее удары. Отказаться ты, к счастью, всë равно не можешь. Плеть рассекла воздух и со свистом опустилась на спину Ноэля. Он вскрикнул. – Госпожа-а-а-а-а! Ах, ахаагх-ха-хааа. Ноэль закусил губу, но не издавать ни звука не получалось. Удары сыпались один за другим, пока тело не перестало реагировать из-за сильного болевого шока. Рваная плоть сильно кровоточила, окрашивая белую рубашку в багровые тона. Горло свело от судороги из-за невозможности говорить. Александра не остановилась, пока не заметила, что пленник давно потерял сознание. Выйдя вперëд, она схватила Ноэля за волосы и потрясла его голову из стороны в сторону, чтобы убедиться в его бессознательном состоянии. С отвращением смотря на лицо несчастного, она разжала руку и стряхнула еë, будто прикоснулась к чему-то грязному. – Сучка потеряла сознание. Скучно, скучно, ску-у-учно-о-о-о. – Александра бросила плеть. – Что же нам делать? Опять ждать, пока ты очнëшься? Или же нет? *** Удар по спине привëл Ноэля в чувства. Он снова очутился в странном месте, напоминающем подвальную комнату. Юноша лежал на животе, привязанный к кровати по рукам тугими верëвками. На этот раз его ноги были свободны, и он смог ими пошевелить. Повернув голову в сторону он увидел окровавленную плеть и вздрогнул. Она лежала рядом вместе с кляпом, и это не предвещало ничего хорошего. Внезапно поясницу Ноэля придавила весом Александра, оседлав его спину. Ноэль не посмел говорить, так как понял, что сейчас госпожа просто не в состоянии осознать, что она делает, словно перед ней был вовсе не истерзанный Ноэль, а кто-то другой, очень хорошо знакомый и не меньше ненавистный. Он решил во что бы то ни стало перетерпеть боль. – Ааах, какая великолепная работа, – смотря на обширные раны, с удовлетворением сказала Александра, облизнув губы в сладостном предвкушении. – Но мне и это надоело. Я не хочу слышать твои противные крики. Александра застегнула кляп, потянув волосы Ноэля на себя. Он еле слышно замычал от неприятного ощущения и хотел посмотреть на выражение еë лица, как Александра со всей силой вжала его лицо в подушку, дав понять, что этого не следует делать. – Мало. Мне хочется лицезреть агонию. Тебе ведь тоже это нравится? Ведь так? – впившись ногтями в плечи, Александра резко провела вниз, задевая израненную кожу, превратившуюся в кровавое месиво. Ноэль замычал сильнее, чем несказанно порадовал свою мучительницу. Она наклонилась к шее и резко вцепилась клыками, начав высасывать разгорячëнную кровь, которая ещë больше дурманила вампиршу. Ноэль почувствовал жар внизу живота и разливающееся по всему телу приятное чувство напряжения. Всë смазывалось болевыми ощущениями, напоминавшими о себе при малейшем движении. – Понравилось? Это пройдëт. Через несколько минут я сделаю каждый твой вздох невыносимо болезненным. Александра порвала пальцем кожаный ремень брюк Ноэля и небрежно спустила их, потом провела по подбородку несчастного, взяв небольшое количество слюны, и смазала его задний проход. Закрепив на себе среднего размера страпон, она приставила головку ко входу. Ноэль дëрнулся от неожиданности и, довольно усмехнувшись, Александра процедила сквозь зубы: – Не терпится, наглая сучка. Сейчас ты познаешь адские муки. Александра со всей силой надавила на анус и с трудом вошла в девственное отверстие. Это была ни с чем не сравнимая боль. Нутро будто начало разрывать на части. Ноэль изо всех сил старался меньше двигаться, запястья рук уже были изранены впившимися в них верëвками, а сил приглушать крики, больше похожие на мычание, не было. Немного вынув страпон, вампирша с нескрываемым восторгом заметила: – Ты похож на течную суку. По внутренней стороне бедра стекали несколько капель крови. Схватив Ноэля за плечи, Александра снова вошла внутрь, прогнув ему спину рукой. Она начала хаотично двигаться, то наращивая, то замедляет темп, тем самым не давая Ноэлю передохнуть. Через несколько минут непрекращающейся пытки тело стало настолько податливым, что Александра без труда вдалбливалась в него без остановки. Кровь сработала, как смазка. Головка члена ударила по простате и Ноэль, содрогнувшись, обильно кончил на простыню. Однако вампиршу это не успокоило, и она продолжила вбивать в изнурëнное тело силиконовый стержень, даже на секунду не задумываясь об измученном юноше, который в эту самую минуту лишился чести и достоинства. Ноэль кончил ещë несколько раз и вскоре вовсе перестал понимать происходящее. Александра сорвала кляп. Тело его больше не слушалось, конечности, словно онемели, лишь тянущее ощущение внизу живота ощущалось так же отчëтливо. Он решил предпринять последнюю попытку достучаться до сознания разгневанной вампирши. В исступлëнии Ноэль назвал еë имя. – Са...ша... – чуть слышно просипел он и рывком повернул голову так, чтобы посмотреть в глаза Александры. Не от боли и оскорблëнного положения, но от собственного бессилия, от невозможности что-либо изменить в данный момент из глаз Ноэля хлынули слëзы. Он смог разглядеть лишь два расплывающихся огонька, которые в какой-то момент потухли, погрузив его в беспросветную тьму. *** По спине бежал лëгкий холодок и едва ощущались чьи-то прикосновения. Ноэль не хотел открывать глаза. Он практически не чувствовал боли, лишь тяжесть в теле и тошноту, которые сильно раздражали и без того расшатанное моральное состояние. Эта физическая беспомощность, слабость и вместе с тем злость на самого себя терзали душу. Ноэль решился и веки чуть дрогнули. У его кровати сидела Александра в очках, внимательно читающая инструкцию к лекарству. Она была напряжена и еë брови то и дело хмурились, из-за чего оправа постоянно сползала на переносицу. Юноша с трудом понимал, что сейчас происходит. Обрывки прошлой ночи проносились в памяти, как фотографии на старой плëнке и из-за этого становилось ещë более тяжко. – Не двигайтесь. Будет только хуже. – Нет, госпожа, уже не будет. – Я нанесла мазь. Она должна помочь, – не отрывая глаз от инструкции, сказала Александра. – Что произошло? Вампирша сняла очки и положила их рядом с тумбой, заставленной лекарствами. – Я полагаю, вас шокирует то, что я сейчас расскажу. Около пяти лет назад мой помощник, как и вы, появился не в лучшем месте в самое неподходящее время и испытал на себе побочные эффекты моих приступов. Он застал меня в состоянии, которое сложно контролировать и подавить лекарствами. Состояние близкое к безумию, полная потеря пространственно-временного понимания. Я знаю, это шокирует. Вы оскорблены и унижены. Но я носила эту тяжесть с того самого дня и до сих пор мне сложно смотреть в глаза своему помощнику и, как вы теперь уже наверняка знаете, двоюродному брату. Из-за этой ситуации тяжесть удвоилась. Безусловно, я могу выдавить из себя несколько слов сожалений и даже извиниться, но они не будут значить ничего, кроме желания избежать объяснений, которых я не имею веской причины вам предоставлять. Ноэль был озадачен столь неожиданным признанием. Каждое слово Александры, словно игла впивалось в его сердце, но, скрыв это эмоциональное потрясение, он ответил со всей серьëзностью: – В этом не было вашей вины. И вам не за что извиняться. Да, сейчас мне больно, но я потерплю. Я вообще очень терпеливый человек, госпожа. Другой мужчина, быть может, давно бы возненавидел вас, но то ли от телесной слабости, которая влияет на рассудок, то ли из-за растущего чувства любви, которое всë больше превращается в одержимость, не могу сказать вам "ненавижу". И если после этих слов у вас возникло желание от меня избавиться, то лучше вам сделать это сейчас. – Волчонок обнажил свои зубки. А то только и делали, что падали в обморок и скулили по углам. Растëте. – Не хочу быть фоновой декорацией. – А чего вы ещë не хотите? – Быть вам неинтересным. – Так может быть станете моим наложником для разнообразия? Ноэль растерялся от этого предложения. – Разве эти отношения... – Обязанность наложника развлекать меня в постели, быть покорным и верным. Я предлагаю вам не роль декорации, а официальный статус, прочную опору под ногами. Вы всë равно моя игрушка, но в этом случае есть шанс получить некоторые привилегии. Ну так что? Согласны? Ведь в глубине души, признайтесь, вам понравилось надрывать голосовые связки подо мной. – Если я соглашусь, вы не будете посещать то ужасное место, которое зовëтся клубом? – Смотря как будете исполнять свои обязанности. Вы лишились анальной девственности несколько часов назад и многого я от вас ожидать не могу, но всë в ваших руках. Ноэль уткнулся лицом в подушку, чтобы скрыть смущение от дерзкой прямолинейности Александры. Тяжело выдохнув, он повернул голову и спокойно ответил, смотря в холодные алые глаза: – Я не разочарую вас, госпожа. – В таком случае, инцидент исчерпан. Александра приподняла специальную анестетическую гелевую накладку со спины Ноэля и нанесла мазь. Юноша вздрогнул и поëжился на кровати от странных ощущений. – Разве моим лечением не может заниматься ваш помощник, госпожа? – Лечение в моëм лице вас не устраивает, как я вижу. – Мне не хочется, чтобы вы видели меня в таком состоянии. – Почему бы и нет? Очень интересно наблюдать за вашей беспомощностью, – отстранëнно заметила Александра. – И всë же. – Аллен будет в ближайшие два дня занят. Вы ведь не хотите вскрыть его старые раны своим болезненным видом. Выдавив две таблетки из пластинки, Александра положила их на язык и приблизилась к лицу Ноэля. Приоткрыв его рот, она протолкнула их движением языка, заставив Ноэля проглотить их. – Я знала, что вы не принимаете эти таблетки. Они в полной мере восстанавливают силы. Всë равно встать вы не можете. Так хотя бы поспите и наберитесь сил. Они вам пригодятся. – Сильно... клонит в сон...эти таблетки... Ноэль практически сразу же заснул из-за действия лекарства и общего истощения организма. Александра пробыла с ним до позднего вечера, наблюдая за его состоянием. Она понимала, что ещë немного и, не задумываясь, убила бы столь уникальный экземпляр донора, но его голубые глаза подействовали на неë, как отрезвляющее ведро ледяной воды. Стоило ей вспомнить это выражение лица, искусанные в кровь губы, измождëнный, молящий о пощаде взгляд, по телу пробегала приятная дрожь. Удостоверившись, что юноша спит, вампирша ушла в свой кабинет, чтобы расслабиться за стаканом крепкого виски и переварить всë случившееся.