5.1.Отражение
20 марта 2022 г., 09:11
Примечания:
•Если отрубить корень, то вся красота сразу же испарится•
6 июня 849 год
Всех офицеров разведкорпуса во главе с Эрвином Смитом вызвали в столицу для отчёта о пятьдесят третьей экспедиции. Леви совершенно не понимал, для чего здесь требуется его присутствие, ведь всё, что он сделает, так это покивает головой, соглашаясь со словами Смита.***
Как и предполагал мужчина, заседание было максимально скучным. Ему скорее хотелось это закончить, вернуться в штаб, заварить свой любимый чай и начать разгребать документы, которые на него вывалил Эрвин. Но по дороге к конюшне они услышали крики***
7 июня 849 год
Очередное утреннее построение, на котором по уставу должны были присутствовать все разведчики без исключения. Но Леви не был бы самим собой, если бы не положил на это хер. Он принципиально не хотел стоять в одном ряду с остальными солдатами. Единственное место, которое он иногда занимал, было рядом с Эрвином. И никто ничего не мог с этим поделать, даже приказы командующего со временем перестали действовать относительно данной ситуации. Этот раз тоже не стал исключением. Пока остальные стояли в ровных шеренгах по стойке смирно, он, облокотившись о ствол, находился в тени дерева, спокойно наблюдая за всем происходящим. Смотря на троицу новобранцев, он непроизвольно стал искать сходства между ними и собой пять лет назад. «Нет, эти сопляки и рядом с нами не стояли», — сделал вывод мужчина. На этот раз его реакция на девушку ничем не отличалась от реакции на любого другого человека, ведь в нем властвовал не банальный недотрах, а присущее хладнокровие. — Диана, Диана Асеева. — Леви, просто Леви. Почему-то эта девчонка не вызывала никакого доверия у капитана. Она явно что-то скрывала. Леви привык доверять своей интуиции, потому решил тщательнее присматриваться к ней, чтобы предотвратить возможные печальные последствия.***
— Прежде чем нам такое говорить, почистили бы свои зубы. «Хмм, неплохо, но как свинья, которая моется раз в несколько дней, может думать о таких вещах как чистка зубов?», — Диана хоть и настораживала Леви, но здесь он был полностью согласен с ней. Его сильно раздражали такие люди как Дирк. Была бы его воля, мигом бы выбросил отсюда, хорошенько отпинав перед этим. Но Эрвин говорил, что способности этого разведчика приносят много пользы корпусу. Леви доверяет Эрвину. «А она не такая глупая, как я думал». Также Леви не оставил без внимания тот факт, что девушка была одета во все чистое и выглаженное. Ногти на пальцах рук были ровно и коротко подстрижены, а волосы собраны в непонятную мужчине, но довольно аккуратную причёску. Смотрелось, по мнению Леви, неплохо. Он ценил в людях такое. Но вопрос заключался в другом: всегда ли она так выглядит или только, когда её представляют всему разведкорпусу?***
15 июня 849 год
— Та девчонка полоумная, взяла этого больного коня, теперь возится с ним, — вещал на собрании Дирк. — Ставлю всё на то, что её вместе с дружками сожрут, как только они вступят за стену. Подземным отребьям нечего делать на поверхности. Сказанные слова, ужасно злили Леви. Ему в принципе было все равно на оскорбления жителей подземелья. В его адрес летели слова и похуже. В данной ситуации мужчину скорее раздражал сам Дирк, сбивающий с толку. Ведь Леви пытался понять, каким человеком является Диана. А в речи этого обиженного ублюдка явно отсутствовал хоть какой-нибудь конструктив. — Леви, ты себя нормально чувствуешь? — Эрвин, как всегда, замечал малейшие изменения в своих подчинённых. Поймав взгляд Леви, говоривший, что всё в порядке, он продолжил собрание. — Инструктор говорит, что она безнадёжна! — большую часть своего доклада Дирк, как неудивительно, посвящал Диане. И в его словах, конечно же, не было ничего хорошего. Он, как будто специально, хотел выставить её в самом дурном свете. «Идиот!» Леви, будучи***
21 июня 849 год
Ночь светит с неба блеклыми звездами. Все давно спят, но две фигуры всё же нарушают эту идиллию своими поздними разговорами. — Диана уверяла меня, что родом не из Подземного города, — командующий разведкорпусом сидел, откинувшись на стуле, спокойно попивая чай, который ему с любезностью предоставил Леви. — Что ещё она говорит? — капитан понимал, что неспроста Эрвин рассказал ему об этом. — Чего молчишь? — Говорит, что должна была пойти работать личным врачом у одного аристократа из столицы, — на этих словах Леви поморщился. — Если она врёт, то выходит очень убедительно. — А если не врёт? — полчаса назад, увидев, как кто-то нагло нарушает комендантский час, мужчина вышел на крышу, где ему и удалось подслушать разговор молодых людей. Опять же доверяя своей интуиции, он принял к сведенью, что они говорили. К тому же Леви признал, что эта девчонка оказалась лучше, чем он думал. Если раньше он считал, что она это сделала единожды для первой встречи с разведчиками, то сейчас заметил, что девушка всегда выглядела аккуратно: следила за руками и зубами, носила чистую и поглаженную одежду, её сапоги всегда были идеально вычищены, а волосы она красиво собирала, чтобы они не мешали ей на тренировках. — Если девчонка на самом деле не из Подземного города? Будешь силой держать? — Так значит ты тоже думаешь, что это правда, — произнёс Смит. Он и сам решил, что Диана не врёт, но решил убедиться в этом. Ведь кому, как не Леви, лучше всего будет видна принадлежность человека к подземным трущобам. — Она очень умна и смекалиста, понаблюдай за ней, если шестое чувство меня не подводит, то её способности могут нам здорово пригодиться. Нужно выяснить что-то, что поможет удержать её в разведке. — Дирк считает, что она ни на что неспособное ничтожество, — произнёс Леви, делая глоток чая. — Именно поэтому я и прошу тебя понаблюдать за ней.***
26 июня 849 год
Ужин был в самом разгаре. Леви сидел за столом вместе со своим отрядом, потому что приятнее находиться было рядом с ними, а не с командирами. Он, конечно, уважал Эрвина и некоторых других, но постоянная болтовня Ханджи и нытьё Дирка перевешивали чашу весов не в их пользу. По просьбе командующего мужчина уже пятый день вёл тщательное наблюдение за Дианой. За это время не было абсолютно ничего интересного или необычного. Конечно, если не считать того, что девушка просто ужасно скрывала свои способности владения клинком. Правда инструктор этого не замечал, а Леви не вмешивался. Было забавно наблюдать за этим: одна делает вид, что мозг в её голове явно отсутствует, другой же охотно клюёт на это. В какой-то мере он был удовлетворен заданием начальства, ведь девчонка не вызывала никакого доверия. Теперь пристальное наблюдение за ней не вызовет подозрений у окружающих. Капитан не думал, что на вечерней трапезе может произойти что-то интересное, из ряда вон выходящее, но вдруг услышал разговор своих подчинённых: — Что там произошло? Почему она так быстро ушла? — Да ещё и тарелку с собой прихватила. А эти смеются. — Эй, о ком вы? — влез в разговор мужчина. — Да новенькая из отряда капитана Дирка опоздала и, не посидев и минуты, встала и убежала вместе с едой. А остальные как будто забавляются. После небольшого пояснения Леви примерно понял, что там могло произойти. Спешно доев безвкусную кашу, он встал и направился на поиски. Кто знает, что может натворить обиженная девушка. Сбежавшая нашлась в конюшне. Мужчина тихо зашёл и сел за стог сена, наблюдая за её действиями. Сначала она покормила, как понял Леви, своего коня, который и вправду выглядел болезненно, а потом протянула половину яблока его кобыле. Но всё это удивило капитана не так сильно, как то, что он услышал после. Конечно, верилось во всё сказанное с трудом. «Какой другой мир? Что за телефоны? Как это, вставлять линзы в глаза?» — много вещей были непонятны мужчине, но основную суть он уловил. Дальше Диана стала рассказывать про издевательства и свои страхи. В этот момент Леви открылась совершенно другая сторона этой девушки. Он понял, что конкретно ошибся на её счет. Не дожидаясь завершения монолога, он поднялся и спешно покинул помещение.***
Тёмная ночь. Отбой наступил пару часов назад. Мужчина спокойно шёл по коридору, направляясь к себе в кабинет. У него была очередная бессонная ночь. Но это не сильно огорчало. Лучше пусть будет бессонница, чем кошмарные сны. Рассказывать Эрвину о недавно услышанном он пока не спешил. Не хотелось, чтобы командующий подумал, что у него не все дома. К тому же, вдруг всё сказанное девчонкой, лишь её дурная фантазия. Это нужно было выяснить, как можно скорее. Он так бы и находился в своих мыслях и этой удушающей тишине, если бы в него не врезались. — Тебя не учили под ноги смотреть, идиотка, — подняв взгляд, Леви увидел перед собой Диану. «Неужели она так долго сидела в конюшне», — задался он вопросом, пока не услышал в свою сторону язвительный ответ. — А тебя? — это девчонка и понятия не имела с кем сейчас разговаривает. Пожалуй, субординация — одна из вещей, которую сам капитан не особо любил, но от окружающих требовал её соблюдения. Ведя с ней диалог, мужчина заметил на запястье её руки небольшой синяк. Приглядевшись повнимательнее, он отметил то, что руками она пытается прикрыть свой живот, будто опасаясь чего-то. В голове сразу возникла одна мысль, и, Вселенная, как же он сейчас хотел, чтобы его догадка оказалась ложной. Но этому случится было не суждено. — Это кто тебя так? — весь торс девушки был в синяках, некоторые были обработаны, что свидетельствовало об их тяжести. Мужчина стал вспоминать, когда в последний раз он так избивал людей, и остановился на том, что это было в его далёком прошлом в Подземном городе. Конечно, она соврала ему. Наплела какой-то бред про падение с лестницы. Леви понял, что она либо боится, либо стыдится произошедшего. Поэтому отпустил её, а сам продолжил путь в кабинет.***
27 июня 849 год
— Дирк, почему твои подчинённые шастают по коридору во время отбоя? — не совсем понимая зачем, Леви решил оказать благородный поступок и помочь Диане. Ради этого он даже на завтраке сел за офицерский стол. Леви был кем угодно: циничной мразью, надеждой человечества, отродьем из подземелья… Кем угодно, кроме бездушной твари. Он был человеком. Он дышал, помнил и чувствовал. Слишком много было пережито, слишком многие остались позади, что бы кто-то заставил его остановиться. Всего лишь девчонка с грустной вечностью внутри. Что же зацепило остывшее от боли сердце? Почему хотелось хоть как-то защитить это ничтожество? Почему, ответьте мне, почему глаза его матери так похожи на её?! Таких у счастливых людей нет. Не должно быть, поверьте. Синяки на её теле заставляли закаленное сознание капитана содрогнуться, словно срывая все замки с воспоминаний. Он был ребенком. Слишком маленьким, чтобы понять до конца, и слишком взрослым, чтобы не осознать. Она, его мама, стояла, опираясь на дверной косяк. Её дыхание постоянно прерывалось тихими всхлипами, а светлые глаза будто потемнели на несколько ступень отчаянья. Вся в синяках и ссадинах, измученная жизнью. Может, побил очередной клиент, а может, что ещё. Леви не любил драть зажившие раны, но прошлое находило его само. — Ты про ту наглую девчонку? Я уже наказал её, — мужчина стал волноваться. Но Леви не предал этому значение. Многие люди опасались находиться рядом с ним, не говоря уже о разговорах. — Будь с ней помягче, кто-то её вчера сильно приложил. — Не знаешь кто? — Она говорит, что это лестница. Но что-то я ещё не встречал лестниц, умеющих драться.***
4 июля 849 год
— Так значит говоришь, что она совершенно не хочет за стены? — Эрвин вызвал Леви отчитаться по наблюдениям за девушкой. — Эрвин, она готова поломать себе ноги, лишь бы остаться здесь, — капитан считал, что у каждого должен быть выбор: выходить за стены или нет. И он совершенно не понимал, зачем Смиту нужно брать её в экспедицию. — Хоть она и пытается это скрыть, но у неё неплохой потенциал. Правда, чем она поможет, если застынет перед титаном? Это будет очередная бессмысленная жертва! — А Леви такое не любил. Не любил напрасно обрезать нити судеб. Каждая жизнь должна чего-то стоить. Каждая без исключения. Смит стал что-то говорить про человечество, свободу, долг. И Леви увидел, что этого упрямого ублюдка он никогда не сможет понять. Командующий готов пожертвовать всеми солдатами ради достижения цели, а Леви пожертвовал бы собой, чтобы спасти этих самых солдат. Но, несмотря на это, он продолжает следовать за Эрвином.***
28 августа 849 год
На тренировочной площадке находился практически весь офицерский состав разведкорпуса, всем было очень интересно узнать, каких результатов смогли достичь люди из подземного города за три месяца. Леви, как всегда, стоял в стороне, отдельно ото всех. Он уже больше месяца не наблюдал за Дианой. После того, что мужчина услышал в конюшне, и после того, как узнал, что девушка подвергается избиению, он снял с неё все свои подозрения. И предъявил Эрвину, что ничего не сможет удержать её здесь. Ведь глаза этой девочки были наполнены упрямством и горели свободой. Казалось, что она никому не позволит навязать ей свою волю. И уход Дианы из разведки лишь вопрос времени. Смотря на её друзей, мужчина подметил, что они довольно хорошо развили свои навыки за столь короткое время, но смогут ли они также воспользоваться ими в бою — уже другой вопрос. Когда наступила очередь Дианы, то посыпалось много не самых лестных комментариев в её адрес из уст военных. Ведь на каждом собрании Дирк говорил о неё только плохое, а сейчас все увидели: девушка не уничтожила ни одну мишень, лишь попросту перевела казённое имущество. Взглянув на неё, Леви не заметил в её глазах разочарования. Наоборот, на лице читалось облегчение и какая-то радость. Мужчина про себя усмехнулся, понимая, что Эрвина это всё равно никак не остановит. Он уже давно решил, что Диана будет принимать участие в экспедиции во что бы то ни стало. Все разошлись, на площадке остались только Эрвин, Леви и Майк. Пока блондины о чём-то переговаривались между собой, капитан решил поближе осмотреть испорченные макеты титанов. То, что он увидел, удивило его. Девушка и вправду очень сильно старалась ради того, чтобы остаться внутри стен. — Леви, ты что-то интересное заметил? — спросил командующий, увидев удивлённое лицо своего товарища. — Если эта девчонка выживет, и тебе удастся удержать её в корпусе, то я заберу её к себе в отряд, — капитан сделал небольшую паузу, после чего продолжил, — Она сделала двенадцать идеально ровных и одинаковых по размеру и месторасположению надрезов.***
4 сентября 849 год
Уже как полчаса длилась пятьдесят четвертая миссия разведкорпуса за стенами. Пока всё шло тихо, придерживаясь их обычной стратегии, строй лишь менял своё направление, избегая встречи с титанами. Но, когда до их места стоянки оставалось всего пара вёрст, откуда-то сбоку показался чёрный дым. Девиант. Одни из солдат сейчас сражались с гигантами, рискуя своими жизнями. В заброшенной деревне, где разведчики остановились на перерыв, к командующему подошли офицеры и некоторые служащие, видевшие сражения с аномальными титанами. Никто никогда не мог знать, уцелеет ли или погибнет. Поэтому, на всякий случай, как только выдавалось свободное время, всё, что происходило во время экспедиции, всегда докладывали Эрвину. Вот и сейчас, Смит выслушивал устный рапорт, не забывая при этом задавать уточняющие вопросы. — Я был прав, навыки Дианы и в правду могут помочь разведкорпусу, — говорил мужчина то ли себе, то ли стоящему рядом Леви. Капитан подметил, что, несмотря на прекрасное владение клинками, приводом эта девчонка явно управлять не умеет. А это значит, что толпа, нет, всего один, но достаточно шустрый и большой гигант легко сможет отправить её на тот свет. Проверив свой УПМ на исправность, пополнив газ и клинки, Леви сидел на лошади, готовый в случае чего обороняться от титанов. Спустя некоторое время, из центра деревни послышался какой-то шум. Поспешив туда, он увидел плачущего солдата на земле и Диану, находящуюся в не самом лучшем состоянии. Девушку поддерживал её друг, помогая передвигаться. Они двигались в сторону повозки с лекарствами. — Эрвин, объяснишь, что здесь произошло! — это не был вопрос, мужчина требовал объяснений. — Я не знаю, Леви, — командующий и в правду не понимал всего происходящего. Буквально на его глазах девушка исцелила раны умирающего солдата. Это совершенно не поддавалось логике. — Мы всё выясним в штабе, — Эрвин решил, что сейчас не время думать над этим. Были проблемы посерьёзнее: толпы титанов надвигались на них, срочно нужно было прекращать вылазку и отступать. — Передайте Дирку, — Смит остановил кого-то из подчинённых этого мужчины, — Обратно Диана поедет в составе моего отряда.***
— Леви, она нам нужна! Живой! — Понял, — ответил мужчина, запрыгивая на лошадь, — Если титан ещё не успел закусить ею, то вернёмся вдвоем. По дороге к лесу капитану встретилась пара титанов, которых он успешно ликвидировал. Прибавив к этому стычки, происходящие по дороге к стене, можно получить то, что у него остался всего один клинок. Леви старался не думать о том, что будет, если ему попадётся огромная толпа этих тварей. Сейчас его главной задачей было найти Диану, предпочтительнее живой, и вернуться к разведчикам. Увидев коня девушки, он оставил рядом с ним свою лошадь и перешёл на привод. Леви быстро пролетал мимо деревьев, используя при этом газа больше, чем обычно. Очень сильно надеялся успеть. Непонятно, чем было вызвано это желание: приказом Смита или нежеланием мужчины того, чтобы эта девчонка погибла. Так или иначе откуда-то со стороны послышался шум, поэтому капитан сразу же направился туда. Издалека он заметил, как девушка передвигается с одной ветки на другую, держа в руках канат. — Чёрт, — выругался мужчина, поняв, что скорее всего у неё закончился газ. Вылетев на поляну, Леви увидел перед собой не самую лучшую картину: титан собирался сожрать её, а она предположительно хотела прикончить себя, чтобы лишить чудовище такого десерта. Ни медля ни секунды, он подлетел к Диане и перетащил её на ветку повыше, сразу после этого раздался противный звук зубов. «Эй, тварь, тебе что тех солдат было мало? Или ты просто получаешь удовольствие, когда поедаешь людей?» — мысленно обратился к титану Леви. Этот девиант был очень шустрый, увидев, что баллоны девушки находятся на земле, капитан понял, что был прав в том, что у Дианы и вправду закончился газ. Это было плохо, он не сможет унести их двоих отсюда. Нужно прикончить чудовище. Сделать это с одним мечом было крайне проблематично. — Блять, плохо дело, — произнёс капитан. — Быстро дай мне свои клинки, — приказным тоном он обратился к девушке. Получив оружие, Леви рванулся вперёд, как разъярённый зверь. Его клинки врезались в плоть титана с нечеловеческой точностью, и каждое движение было выверено до миллиметра. Бешеная скорость, с которой он кромсал врага, вызывала благоговейный ужас. Всё происходило почти беззвучно — лишь шорох ветра, разрывающего воздух, да визг металла по плоти. Через считанные секунды титан рухнул, беспомощный, разодранный в клочья. Когда всё было окончено, он обернулся. Диана сидела на коленях, съёжившись, будто весь вес мира разом обрушился ей на плечи. Её руки дрожали. Лицо было скрыто, но по тому, как вздрагивали плечи, было ясно — она плакала. Слёзы. Живые, настоящие. Без театра, без свидетелей. Просто боль, вырвавшаяся наружу. Та, которую нельзя остановить, как ни старайся. Леви остановился, вытирая клинки, и невольно задержался взглядом на ней. Он знал эту боль. Слишком хорошо. Он сам однажды плакал — по-настоящему. Рвал себя изнутри, как она сейчас. Тогда, много лет назад, перед Эрвином. И это был последний раз, когда он позволил себе упасть. Разревелся, как ребёнок. Или, как он теперь говорил — «как девчонка». Хотя это была лишь защитная насмешка над собой. Над уязвимостью, которую он больше не мог себе позволить. Он подошёл ближе. Осторожно. Как к дикому зверю, который может сорваться, не осознавая, что ты пытаешься помочь. В такие моменты слова — как мины. Скажешь не то — и всё станет только хуже. Может, где-то там и были «правильные» слова. Тёплые, утешающие. Но он не мог подобрать их. И не верил, что они сейчас сработают. Он делал то, что должен был делать командир. — Эй… идиотка, — голос его был сдержанным, но в нём была мягкость, едва уловимая, словно он наступал на хрупкий лёд. — Давай успокаивайся. Диана не ответила, но перестала дрожать. — Твоих друзей уже не вернуть. Надо идти. Я понял, ты любишь пользоваться верёвками… но далеко так не уедешь. Не надо устраивать себе петлю. Слова были грубоваты. Почти жёсткие. Но в них не было злобы. Только забота, спрятанная под слоем иронии. Его способ сказать: «Я рядом. Я вижу. Я понимаю». К его удивлению — она послушалась. Просто… встала. Смахнула слёзы. Не сказала ни слова. Но поднялась и пошла рядом с ним. Ни взгляда, ни благодарности. И всё же — он знал, что она поняла. Поняла всё, что он не сказал. Когда они вернулись к отряду, никто даже не заметил, что с ней что-то произошло. Ни Эрд, ни Петра, ни даже Эрвин. Она снова была спокойна, собрана, будто ничего и не случилось. Но Леви знал. Каждый раз, глядя в её зелёные глаза, он вспоминал тот момент. Слёзы на молодом лице. Потерю, с которой нельзя спорить. И тот хрупкий миг, когда он всё-таки позволил себе быть не просто командиром.***
Когда разведчики вернулись в штаб, на Леви сразу же свалилась куча работы. Эрвин приказал ему проследить за тем, чтобы ни один солдат не покинул территорию штаба, пока тот не даст на это разрешение. По предположению капитана, это было связано с тем, что произошло на вылазке с Дианой. А именно то, как она спасла разведчика, который уже всеми ногами и руками находился на том свете. Помимо этого Леви ещё ждал рапорт. Нужно было в подробностях описать, произошедшее в лесу. Конечно, капитан был человеком и прекрасно понимал, что в тот момент чувствовала девушка. Он не мог её винить в том, что она совершила. Вспоминая свою первую вылазку, мужчина понял, что на месте девушки поступил бы точно также. Она плакала. Но никто кроме него не видел этого. Естественно, Леви не будет упоминать это в докладе. Когда они вернулись в строй, на её лице не было ни одной эмоции, которая могла бы раскрыть правду об её состоянии. Но были глаза, вмещающие в себя чистую концентрированную боль. Вечером Эрвин сообщил, что Диана покинет разведку. Капитан удивился, он не думал, что Смит может просто отпустить кого-то, кого давно для себя приметил. Помимо этого всем солдатам была рассказана сказка о том, что у девушки были с собой какие-то травы, которые помогли остановить кровотечение и снять боль, а сама рана солдата была не такой страшной, как могло показаться на первый взгляд. Сам же пострадавший или же чудом спасшийся поклялся, что никому не расскажет правду. Благо, что никто посторонний не видел этого. Своей спиной девчонка перекрыла всем вид. Почему-то Леви почувствовал облегчение. Это чувство удивило его. Почти разозлило. Неужели я рад, что она покинет разведку? Что больше не выйдет за стены? — мысленно проговорил он, как будто пытаясь убедиться, что услышал сам себя правильно. Если она и впрямь из другого мира — если всё, что о ней говорят, правда — то зачем ей оставаться здесь? Зачем рисковать собой? Ради кого? Ради чего? Ради какого-то человечества, — мысленно усмехнулся он, почти с горечью. Слишком часто он видел, чем это заканчивается. Он не знал, что чувствует сильнее: гнев от того, что теряет в перспективе хорошего бойца… или облегчение, что, возможно, ей не придётся умирать. Как другим. Как тем, кого он не смог спасти. Мужчина сорвал пару нашивок с окровавленных курток. Материя была влажной, тёплой, ещё дышала смертью. Эти нашивки уже не были нужны их владельцам. И не были нужны их семьям — не тем, кто действительно любил. Потому что разве можно вешать на стену вещь, которая каждый день будет напоминать: его больше нет? Но для Леви это было нечто иное. Это не просто эмблема. Не ткань. Не символ. Это — память. Материальное воплощение человека, который стоял рядом, который сражался, жил, шутил, умирал. Это часть их. И теперь — часть него. В его шкафу хранилось семь таких нашивок. Аккуратно сложенные, словно реликвии. Две — от друзей. Пять — от первого отряда, которым он командовал. Первый, и, пожалуй, самый тяжёлый. Тот, после которого он научился никогда не позволять себе слабости. Никогда. Он знал, что слова — ничего не значат. «Держись». «Ты справишься». «Они в лучшем мире». Бессмысленно. Пусто. Он больше в это не верил. И другим не говорил. Но кое-что он мог. Он мог передать эти нашивки. Той маленькой девочке, что осталась живой. Он даже не знал, что именно она с ними сделает. Сожжёт, спрячет, будет носить на сердце. Это уже неважно. Важно было — дать ей то, что он сам когда-тополучил. Материальное подтверждение: они были. Они сражались. Они значили что-то. Интуиция подсказывала, что он всё делает правильно. И она не подвела его. Когда он уходил с крыши, увидел, как прояснился её взгляд. Увидел, как Диана, склонив голову, едва заметно выдохнула. Словно впервые позволила себе отпустить хоть часть боли. Одно мгновение — слишком мало, чтобы смириться с потерей. Но для того, чтобы начать путь… иногда этого достаточно.
Примечания:
https://t.me/ackermandiane - Здесь выложила эстетику вышедшей главы. Можете посмотреть, чтобы больше прочувствовать атмосферу) Да и в принципе, там буду публиковать самую новую информацию, касаемо работы)
Наверное вы уже поняли, что это лишь первая часть данной главы. Вторая выйдет в течение недели, круто, да!
А пока можете оставить свой отзыв об этой части, мне будет интересно почитать)♡
