Моё сердце принадлежит тебе

Много разных есть людей на свете.

У каждого из них своя мечта.

Как хорошо здесь встретить человека,

Чтоб было раз и навсегда.

Чтоб вместе за руки держаться,

Смотреть на звёзды поздней ночью,

С дурацких шуток улыбаться

И видеть в луже только солнце!

      — Капитан Леви, это правда, что в столице на собрании утвердили бюджет пятьдесят шестой экспедиции? — с удивительным для него интересом спросил Эрд.       — Да, — немногословно, как и всегда, ответил Леви.       — Но почему на май? — мужчина продолжает пытать своё начальство, — мы итак никуда не выходили два зимних месяца, а теперь ещё и март с апрелем. Не слишком ли большой перерыв?       — Составлять план вылазок не входит в мои обязанности, — мрачно ответил капитан. Он и сам не хотел прохлаждаться четыре месяца, но зажравшиеся чиновники были иного мнения. Пытаясь обогатиться, они, как только могли, растягивали промежутки между вылазками разведкорпуса.       — Долго не засиживайтесь здесь, — мужчина встал из-за стола и задвинул за собой стул, — завтра утром отчётная тренировка с УПМ. Если опоздаете, я не ручаюсь за последствия.       — Так точно, капитан, — ответила Петра вслед удаляющемуся силуэту собеседника.              Разведчики продолжили свои разговоры, в которых Диана старалась не принимать участие. Время от времени в её сторону, конечно, прилетали назойливые вопросы, и она односложно отвечала на них, пытаясь всем своим видом показать отношение к данной ситуации. Поэтому товарищи старались лишний раз не трогать её во имя сохранности целостности своего черепа.       — Пей чай, а то остынет, — эта фраза явно адресовалась ей. Подняв голову, девушка отметила, что за столом с ней остался только Гюнтер.       — Я не пью сладкий чай, — подумав, она подвинула свою чашку в сторону парня. — Хочешь, можешь выпить, я не прикасалась к нему. Правда.       — Так почему же ты сразу не сказала нам, что не любишь сахар. Мы бы уже давно перестали тебе его класть, — Гюнтер всё же принял чай и сделал небольшой глоток. — Сахар — большая редкость в разведке, но капитан специально покупает себе отдельно и делится с нами, — а вот это Диану очень удивило, она бы сама и не догадалась об этом. Для неё сахар никогда не являлся роскошью. — Лишние калории никому не помешают, — прервал её мысли парень, — но я скажу, чтобы тебе больше не клали его.       — Спасибо, — произнесла Диана, — но к чему такая забота? — такое отношение для неё было непривычно и этим настораживало.              — Мы не просто элитный отряд, — воодушевлённо и некомфортно громко отвечает парень. — Мы семья! И ты нам уже не чужая. Может тебе и кажется, что в каких-то моментах мы к тебе предвзято относимся, но это на самом деле не так. Ты нравишься нам. Даже Оруо это признает.

***

      Произошедшее дало Диане почву для размышлений. Она не сразу это осознала — но позже, вернувшись к себе и оставшись наедине с мыслями, начала прокручивать в голове мелочи, которые прежде будто бы не замечала.       Они относятся ко мне… как к равной?       Мысль прозвучала удивлённо. Она и не думала, что всё именно так. Всё это время Диана была уверена, что держится особняком — и что остальные так же держат её на расстоянии. Её внезапное появление, её странности, прошлое, потерянность… Всё это, как она считала, отгораживало её от других. Но оказалось, мир не так уж враждебен.       Вспомнился Гюнтер. Он, не говоря ни слова, передал ей дополнительную порцию воды, когда увидел, что она закашлялась на тренировке. Мелочь. Не геройство. Но всё же — забота. Пусть не громкая, но настоящая.       «В прошлом отряде вряд ли кто-нибудь стал бы так делать», — подумала она, и в этой мысли не было ни обиды, ни сожаления. Просто констатация.       Петра… Петра всегда помогала. Не навязчиво, не с наставническим тоном, а просто — по-свойски. Если была свободна, то бралась за часть её поручений или подсказывала, как будет проще и быстрее. И делала это так, будто они знакомы всю жизнь. Словно это не было чем-то особенным.       А Эрд… Эрд однажды подошёл к ней после тренировки и, ничего не говоря, поправил стремена на её седле. Потом — показал, как лучше посадить новую лошадь, чтобы та быстрее привыкла. Его голос был спокоен, движения уверенные. Он не ждал благодарности. Просто знал, как сделать правильно — и делился этим.       Даже Оруо. Да, он всё ещё был самим собой — самовлюблённый, громкий, иногда утомительный. Но даже его колкие замечания в её адрес не были злыми. Более того — в них часто скрывалась польза. Дельные советы, замаскированные под ехидство. Он просто не умел говорить по-другому.       И тогда Диана вдруг поняла: она окружена хорошими людьми. По-настоящему. Не идеальными. Не без недостатков. Но — живыми, тёплыми, настоящими.       В голову постучалась мысль — простая, трезвая, неожиданно разумная: она сама выдумала своё одиночество. Сама выстроила вокруг себя стены. Сама решила, что не подпустит никого. Из страха. Из усталости. Из желания не переживать новую потерю.       Но именно это и грозило ей самым страшным — настоящим одиночеством.       Сидя у окна, глядя в пасмурное небо, она вздохнула. И вдруг — впервые за долгое время — разрешила себе немного поверить. Пусть не полностью. Пусть осторожно.       Они считают меня частью своей семьи. Может… мне стоит попробовать тоже идти навстречу?       Она не знала, получится ли. Она могла снова отступить. Но для себя — тихо, без клятв — решила: она хотя бы попробует.       Наверное, это правильно.

***

      Наступило время пятьдесят шестой экспедиции за стены. Сидя на лошади, девушка прислушивалась к обычным горожанам, которые сейчас радостно кричали солдатам слова поддержки.       — Давно нас так не провожали, — произнесла Петра. — Разведкорпус начинает возвращать свою былую популярность.       — Да, люди начинают снова верить в нас, — поддержал девушку Эрд.       Эта экспедиция сильно отличалась от предыдущих. Может, дело было в маршруте — более опасном, пролегающем через заброшенные деревни и леса, где даже птицы казались затихшими. А может — в том, что Диана сама стала другой. Она смотрела на всё иначе. Острее. Вдумчивее.       Особенно — на него.       Капитан Леви. Её командир. Человек, которого она поначалу боялась, потом уважала, а теперь… теперь начала видеть глубже, чем просто в чёрно-белом. Она наблюдала за ним украдкой — в движении, в коротких приказах, в едких комментариях. Но теперь слышала в них больше, чем раньше. За каждой резкой фразой скрывалось беспокойство. За каждым грубым тоном — внутренняя тревога. Леви не был безразличным. Напротив, он, казалось, чувствовал слишком много, но не позволял себе выдать ни капли.       Его лицо оставалось бесстрастным, словно высеченным из камня. Но Диана ощущала — под этой маской таится лава. Тихая, неостановимая сила, готовая в любой момент прорваться наружу, если случится нечто непоправимое.       Он заботился. Искренне. Глубоко. О каждом из них.       «Как сказал Гюнтер… все мы — семья».       И теперь она начала это понимать. Иногда она ловила себя на мысли: «Сколько же товарищей похоронил этот человек?» Сколько лиц, имен, голосов он носит с собой, не давая себе забыть. Какое количество вины и долга он прячет за идеальной осанкой и сдержанным тоном?       Диана понимала — ей ещё долго учиться. Не боевым приёмам и стратегии — а умению быть собой и при этом выдерживать всё, что приходит вместе со званием. Она мечтала хоть немного научиться держать то же спокойное лицо, сдержанное и собранное. Не потому, что в нём нет чувств, а потому что внутри этих чувств — настоящая мощь. Сила, которую можно направлять.       Она чувствовала: Леви понимает её. Всегда. Даже когда она молчит. Даже когда пытается скрыть свои настоящие эмоции — он видит. Он различает. Он читает её не как Ханджи — не с яркой экспрессией и восторгом учёного, — а осторожно, почти бережно. Он не нуждался в её признаниях. Он уже знал.       Он был единственным, кто неизменно различал ложь в её словах. Единственным, кто смотрел сквозь броню, которую она упорно строила вокруг себя. И, возможно, именно потому она чувствовала… стремление. Хотела понять его так же, как он понимал её. Научиться видеть сквозь холодный взгляд и немую челюсть, замечать чувства в том, что никогда не проговаривается.       Какие эмоции он испытывает, когда умирает солдат? Когда кто-то проявляет слабость. Когда она — снова — говорит не то, что думает?       Диана хотела знать. Не из любопытства. Из уважения. Из той внутренней связи, которую ещё не осмеливалась назвать вслух.

***

      Диана вместе с Оруо закончили с убийством десятиметрового титана. На горизонте других гигантов больше не было, можно было немного отдохнуть. И как только они приняли решение это сделать, рядом с ними приземлилась Петра.       — Ищите своих лошадей, мы отступаем! — произнесла она ломаным от волнения голосом.       — Какого черта, Петра? — Оруо как и Диана ничего не понимал       — Командующий предполагает, что титаны прорвали стену Роза.

***

      — И чтоб никто не смел сейчас подохнуть! — солдатам нужно было в срочном порядке очистить Трост от оставшихся там титанов. — Ослушаетесь приказа, наказание в вашем кармане! — хоть угроза капитана и была абсолютно бессмысленной, но в солдат она вселяла скудное чувство уверенности.       Было сильно заметно, что навыки Дианы за месяцы тренировок бесспорно улучшились, но она все же предпочитала сначала отрезать ноги титанам, чтобы те свалились на землю, а уже после вырезать шею. Для своей безопасности девушка проделывала это только с маленькими чудовищами, которых было не так много. Поэтому большую часть времени она всё же работала в команде с кем-нибудь из своего отряда.       Зачищать город оказалось гораздо легче, как минимум из-за того, что это территория людей. А на своей территории всегда спокойнее. К большому счастью, здесь обошлось без жертв. Да, были раненные. Но, как говорится, раненные не мертвые.       Диана поражалась мастерству капитана Леви. Этот мужчина не только молниеносно уничтожал гигантов, но и умудрялся в перерывах педантично очищать свои руки и оружие от крови этих тварей. Девушка не рисковала повторять за ним. Понимала, что в её случае всё закончится ещё большей кровью.       Выполнив данную задачу, разведчики направились в штаб. Сейчас, когда многие отошли от шока, было над чем подумать. Например: как удалось закрыть пролом в стене? Да, повсюду все кричали, что это сделал человек-титан, но верилось в это не особо.       Возле штаба капитан снял с себя форменную куртку и отдал в руки Дианы, сказав при этом лишь сухое: Постирай!       Девушка опешила от этого. Но возразить ничего не успела, так как мужчина уже успел исчезнуть из поля её зрения. «И что мне теперь с этим делать?» — думала она. В разведке не было людей, которые отвечали за стирку вещей, солдаты сами стирали свою форму. Переложить на кого-то это дело она тоже не могла: «Если что-то случится с курткой капитана, накажут только меня», — кричало подсознание. Поэтому, ещё немного повозмущавшись про себя, Диана все же смирилась и пошла стирать данную ей вещь.       В отличие от девушки, куртка Леви была гораздо чище, поэтому её стирка не отняла много времени. Сказав, что капитан поручил ей постирать его вещи, Диане выделили дополнительный кусок мыла, который она убрала в запас.       Забирая вещь после сушки, девушка заметила, что на куртке капитана стал немного отрываться правый карман. В принципе можно было отнести командиру и такую вещь, ведь в её задачу входила только стирка. Но неожиданное проявление перфекционизма не позволило это сделать. Поэтому она решила зашить этот несчастный карман.       Проблема заключалась в том, что девушка совершенно не умела шить. Точнее умела, но это выглядело совершенно ужасно. Капитан за такое шитьё сто процентов отрубил бы ей руки.       При попадании в этот мир она старалась как можно сильнее беречь свою одежду, потому что бабушки, которая могла бы аккуратно все зашить, рядом не было. Из всех вещей пока успели порваться только носки. И слава Вселенной, что разведчики ходят в сапогах, и никто не видит этот ужас, который сделала Диана.       Надо было что-то срочно придумать. Единственная адекватная мысль, которая посетила голову девушки — это попросить у кого-то помощь. Перебирая всех, Диана остановилась на Гюнтере и Петре. «Кого первым встречу, того и попрошу», — думала девушка, направляясь на поиски товарищей.       Долго искать не пришлось. В конюшне Гюнтер кормил лошадей. Диана подошла к нему и помогла закончить данный процесс, после чего обрисовала всю свою ситуацию парню.       — Эй, не смей смеяться надо мной, — конечно, Гюнтера позабавил факт того, что девушка не умеет пользоваться ниткой и иголкой. — Меня никто не учил этому, я не виновата, — продолжала оправдываться Диана.       — Ладно-ладно, я помогу тебе со столь сложной задачей, — Гюнтер постарался сделать своё лицо как можно серьёзнее. — Но с тебя желание.       — Окей, спасибо, — Диана почему-то была уверена, что желание парня будет вполне адекватным.       — Что значит слово «Окей»? — и тут девушка вспомнила, что в этом мире все люди говорят, слава всему, только на русском языке. А это слово, хоть и является вполне нормальным в её современном мире, для здешних людей совершенно незнакомо.       — Это значит, что я согласна, — она старалась выкрутиться из этой ситуации. — Мой брат всегда так говорил, любил придумывать разные непонятные словечки, поэтому не бери в голову.

***

      После того как с карманом было благополучно покончено, Диана отнесла вещь в кабинет Леви. К её удивлению, он был открыт. Скорее всего мужчина сильно спешил и не успел закрыть его. Только настоящий идиот мог зайти сюда без стука и разрешения, поэтому, наверное, Леви и не волновался. Девушка же, проявляя большую смелость или глупость, всё-таки зашла и аккуратно положила куртку на спинку кресла.       — Ну, давай своё желание, — сказала Диана, покинув кабинет. — А то я же потом забуду про это, — девушка улыбнулась, повернув свою голову в сторону молодого человека.       — Можешь мне составить компанию до конца дня, а то одному очень скучно, — начал парень. — Тем более сейчас. Всё руководство уехало в столицу, а нам даже не сказали причину, да и пролом стены ока…       — Погоди, — Диана внезапно прервала монолог Гюнтера. — Пошли сядем где-нибудь и продолжим, а то я уже слишком устала стоять на ногах.

***

      Ребята сидели на лавочке во дворе штаба разведкорпуса и обсуждали недавние события. Вот так посидеть и спокойно поговорить удавалось крайне редко. Только в увольнение или после экспедиции. Обычно солдатам давали пару дней отдыха после вылазок, чтобы навестить семью, прийти в себя, съездить в город.       — Если в твоей жизни нет смысла, то нужно обязательно его придумать. Иначе ты перестанешь бороться. А перестав бороться — умрёшь.       — Слишком банально, — Диана уже слышала подобные высказывания от других разведчиков, и её это понемногу начинало бесить. — Ну да, убить всех титанов. Лучше цели и смысла и не придумаешь, — с иронией отвечала девушка, искренне не понимая, почему все солдаты так помешаны на титанах и рвутся за эти стены.       — Свобода, вот моя цель, — парень поднял голову и посмотрел на птиц, летящих в небе, — как же хорошо им живётся, они могут полететь туда куда захотят, и никто не сможет им в этом помешать.       На несколько минут Диана замолчала, задумываясь над словами Гюнтера и над желаниями остальных разведчиков. И наконец-то, собравшись с мыслями, выдала:       — Существуют бабочки, которые живут всего один день. И когда эту бабочку ловят и сажают в банку, всё, что она делает, — это бьётся о стекло, пытаясь выбраться наружу. Хотя какой смысл? Проживи свои последние часы спокойно, не причиняй себе боль. Но дело в том, что она желает свободы. И готова ради неё биться об стенку до последнего вздоха, пока не умрёт. Получается, что и разведчики такие же. Они будут выходить за стены до тех пор, пока не умрут или не получат желанной свободы. Глупо это, конечно, но что поделаешь.       Договорив это, девушка повернулась в сторону парня, для того чтобы услышать ответ на её короткий, как жизнь этой бабочки, монолог. Но, не дожидаясь его, всё же добавила:       — А знаешь, вообще-то птицы тоже не свободные. Они привязаны к небу. Хотя, да, ты прав. Если они захотят, то спустятся на землю. А страусы и пингвины вообще не летают.       — Пин- Кто? — Гюнтер удивленно посмотрел на Диану. О данных представителях животного мира внутри стен явно никто не знал.       — Не важно, опять я какую-то ерунду сморозила, — чтобы избежать дальнейшего расспроса, девушка решила перевести тему, — Скажи, почему капитан так помешан на уборке?       Резкий поворот в их диалоге немного дезориентировал парня. Поэтому его мозг выдал совсем не то, что могло бы сойти за ответ, — Ну он даже проводил для нас проверку, прежде чем принять в отряд.       — Проверку? — девушка была удивлена, она всё-таки считала, что профессиональные качества должны быть важнее уборки. — Мне он такого не делал.       — И Петру он тоже не проверял, — ответил ей Гюнтер. — Могу предположить, что к девушкам он не так категоричен.       Диана уже собиралась произнести свои мысли на этот счёт, но по какой-то иронии судьбы сделать она это не успела. Их окликнул и перебил знакомый голос.       — Диана, Гюнтер, живо поднимайте свои задницы и бегом в учебный кабинет! — хоть лицо и голос у мужчины были ровными, девушка чувствовала, что капитан чем-то взволнован. Отдав честь, разведчики пошли в нужное помещение, где их уже ждали остальные товарищи.

***

      Прошло около недели со дня последней экспедиции. Все разведчики да и просто люди были на взводе. Мальчик — титан. Никто не хотел верить в это. Скорее всего люди просто боялись и поэтому, пытаясь обезопасить себя, отрицали его существование.       Капитан Леви приказал своим подчинённым прочитать все рапорты и доклады, касаемо Эрена — того самого титана. Спустя некоторое время им пришёл приказ об изменении местонахождения штаба разведкорпуса. Элитный отряд отправился на новое место самым первым, так как именно его задачей стал контроль над этим чудо-пареньком.       В отличие ото всех Диана верила в то, что этот мальчик и вправду обладает силой титана. Ведь она и сама столкнулась с недоверием окружающих по поводу своего происхождения. Поэтому именно она старалась объяснить Эрену, как тут всё у них устроено, и что надо делать. По глазам парня было видно, что он итак знает все, что она пыталась рассказать, возможно, даже больше неё самой. Но слушал он её, не перебивая, потому что видел в ней искренность и чувствовал поддержку. А поддержка в такой ситуации никогда не может быть лишней.

***

      — Мы должны убрать весь замок всемером? — после инцидента с деньгами и неудачной вылазкой Диана перестала оспаривать решения своего капитана, но в данной ситуации у неё никак не получалось промолчать.       — Есть какие-то проблемы? — Леви даже не поднял голову в её сторону, продолжая набирать из колодца воду в вёдра.       — Нет, но это же не справедливо, — Диана старалась понять мотивы мужчины, касаемо уборки. Гюнтер так и не дал ей ответ на этот вопрос. Поэтому она решила, что единственный, кто знает настоящую причину такого чистоплюйства, — сам капитан Леви. Но спросить напрямую об этом смелости у девушки пока не хватало.       — Жизнь вообще не справедлива, — мужчина уже полностью заполнил вёдра и встал, направляясь ко входу в здание, — Ты разве не заметила этого?

***

      Вечером после длительной уборки и ужина отряд Леви сидел в столовой и пил чай. Разведчики что-то говорили и обсуждали, но Диана их не слушала, потому что наблюдала за Эреном. Было видно, что ему все ещё неловко находиться тут, но он старался держать себя в руках. Его очевидно выдавали напряженные ноги и резкие движение, нехило раздражавшие многих присутствующих.              Из своих мыслей девушку вывел настойчивый стук в дверь. Диана даже и не заметила, что кто-то закрыл вход в помещение. Спустя минуту Петра сняла засов, и в комнату зашла Ханджи.       Все сразу занервничали, что очень насмешило Диану. Так ещё и после просьбы Эрена рассказать всё о титанах, разведчики во главе с капитаном тут же встали и спешно покинули помещение.       Диана же предпочла остаться. Ей было интересно узнать какую-нибудь интересную информацию о чудовищах, с которыми она познакомилась восемь месяцев назад.       — Майор Ханджи, вы же не будете против, если я тоже посижу здесь с вами, — спросила девушка, доставая с полки чашку для учёной.       — А тебе интересно? — удивленно спросила женщина. — Подожди, не говори мне, что ты ничего не знаешь о титанах.       — Не говорю, — Диана уже наливала в чашку чай, — что-то уже знаю, но думаю, что дополнительная информация не будет лишней.       После сказанных слов глаза Ханджи засветились, и она стала с бешеным энтузиазмом рассказывать о титанах и своих экспериментах.       Диана с интересом всё внимательно слушала, но усталость от прошедшего дня взяла вверх, и девушка провалилась в сон.       Проснулась она от какого-то громкого звука. Подняв свои сонные глаза, девушка увидела перед собой парня, находившегося далеко не в самом лучшем состоянии. «Как хорошо, что Ханджи была сосредоточена на Эрене, и я смогла поспать благодаря этому», — думала Диана, не замечая встревоженной женщины.       — Кого убили? Что случилось? — задала она вопрос парню, потому что учёная уже покинула помещение.       — Я до конца не понял, — начал Эрен. — Но, по-моему, кто-то убил подопытных титанов майора Ханджи.

***

      Отряд Леви пересёк достаточно длинное расстояние, для того чтобы вернуться в Трост. Там их ждало целое ничего. От гигантов не осталось и следа. Вокруг стояли разведчики и солдаты других подразделений.       В центре в истерике пребывала Ханджи. «Как будто детей потеряла», — подумала Диана и тут же дала себе мысленную пощёчину, понимая, как важны были эти титаны для людей и для Зое.       — Уходим отсюда, — раздался голос капитана. — Это работа военной полиции, пусть сами разбираются.       Диана была полностью согласна с мужчиной. Единственное, она не понимала для чего им нужно было срочно мчаться сюда, они даже позавтракать не успели. И, уже уходя с поляны, девушку остановил, как появившийся в мае снег, Эрвин Смит.       — Диана, скажи, что ты видишь перед собой, — произнёс он ей на ухо, кладя руки на плечи. — Кто наш враг?       Диану же, естественно, смутили действия командующего, поэтому она ловко выбралась из-под его рук и отошла в сторону, держа между ними дистанцию.       Девушка, конечно, не обладала супер умом, но и глупой совсем не была. Немного подумав над этой ситуацией, её больше озадачил заданный вопрос, чем убийства. Она повернула голову в сторону командующего и слегка приподняла её, чтобы поймать взгляд мужчины. После этого серьёзным тоном спросила:       — Вы шутите или и вправду не понимаете? — начала девушка. И, увидев во взгляде Эрвина всю серьёзность, продолжила. — Очевидно же, что среди солдат и людей есть предатели. Не исключено, что они могут обладать схожими с Эреном способностями, — Диана думала, что это здесь итак все поняли, но оказалось, что далеко не все.       — Спасибо за догадку Диана, я тебя понял. Можешь идти. Не говори только никому об этом разговоре, — после слов мужчины девушка пошла к своей лошади, ещё раз прокручивая в своей голове этот странный разговор со Смитом.

***

      Диана вместе с Эрдом и Гюнтером сидела на ступеньках и обсуждала последние события. Сегодня вечером в замок должны были прибыть оставшиеся разведчики, а завтра утром новобранцы. Как объясняли ребята, каждую весну к ним приходят новые солдаты из кадетского корпуса, и каждый раз их количество становится всё меньше и меньше.       — Будет чудо, если после событий в Тросте, к нам вообще кто-нибудь сейчас присоединится, — высказал своё мнение Эрд. — Нужно быть полным безумцем, чтобы пойти на это.       По словам Эрена много из его друзей хотели пополнить ряды разведчиков, но сейчас он уже не был ни в ком из них уверен. И по его интонации Диане казалось, что он и не хочет, чтобы его товарищи шли сюда. Мальчишка явно понимал всю опасность, что таили в себе титаны. Иронично всё это, он ведь и сам титан.       Уже по какой-то негласной традиции их беседу прервал появившийся на лошади Капитан. Мужчина забрал Эрена и парней на патрулирование территории и предупредил, что вечером он вместе с Оруо и Петрой поедет в кадетское училище «поддерживать» Эрвина Смита. Остальным же нужно было следить за замком, пока они вместе с другими разведчиками не вернутся.       После обеда замок почти опустел — всего четыре человека остались внутри. Тишина разлилась по коридорам, нарушаемая лишь лёгким скрипом половиц да звоном посуды на кухне. Каждый занялся своим: кто-то пошёл читать, кто-то — проверять снаряжение. А Гюнтер, заметив, что Диана осталась одна, предложил ей прогуляться. Просто так, без цели. Чтобы развеяться. Не заскучать.       Девушка немного колебалась, но всё же согласилась. Последнее время она всё чаще ловила себя на том, что рядом с этим парнем чувствует себя по-настоящему спокойно. Без тревоги, без напряжения. Рядом с ним не нужно было держать оборону, выстраивать стены и продумывать каждую фразу. Гюнтер был… просто хорошим человеком. Вежливым, внимательным, с лёгкой улыбкой, за которой скрывался ум и опыт.       Он рассказывал ей истории — настоящие и вымышленные, — а она слушала, не перебивая. Иногда даже смеялась. Он не был навязчивым, но его внимание к ней стало заметным. И, если честно, Диана не была против. Не сейчас.       Когда он предложил, почти небрежно, сходить вместе на июньский карнавал после возвращения из экспедиции, она, к собственному удивлению, кивнула. Без долгих раздумий. Просто кивнула — и почувствовала, как внутри разливается что-то тёплое, очень живое.       С каждым днём её эмоциональное состояние постепенно приходило в норму. Буря внутри утихала. Она училась снова быть собой — не раненой, не защищающейся, а просто собой. И это отражалось на всём. Она лучше справлялась с тренировками — движения стали точнее, реакция быстрее. Контроль над телом возвращался вместе с контролем над мыслями.       С отрядом тоже стало легче. Она больше не чувствовала себя чужой. С каждым новым днём Диана всё чаще позволяла себе быть настоящей. Могла внезапно рассмеяться, сказать то, что думает — даже если это звучало не идеально. Могла пошутить, иногда глупо, но искренне. И в минуты отдыха — дурачиться. Просто потому что рядом были те, кто принимал её. Кто не судил, а слушал и отвечал.       Она ещё не совсем верила, что это надолго. Но, по крайней мере, больше не чувствовала, что должна скрываться.

***

      Отряд сидел на поляне, обсуждая план предстоящей вылазки. Эрд в подробностях рассказывал их основную задачу. Правда, у всех были сомнения, касаемо данной экспедиции. Слишком много переменных не сходилось с их значениями. Некоторые, как и Диана, предположили, что у похода совсем другая цель, которую командующий не хочет им рассказывать. Но выбора у них здесь не было, приходилось следовать указаниям, которые им давали.       После обсуждения Диану подозвал к себе капитан Леви и приказал следовать за ним. Интуиция подсказывала, что сейчас лучше не задавать лишних вопросов, а посмотреть, чего же от неё хотят.       Они зашли в комнату, которая, как выяснилось, стала новым кабинет Эрвина Смита. Помимо него самого в помещении также находились другие старшие офицеры: майор Ханджи, майор Майк, капитан Дирк.       При виде двух последних, Диана ощутила дискомфорт. На подсознательном уровне она их опасалась. Один несколько месяцев издевался над ней, второй в первую встречу облил помоями и даже не извинился. Именно из-за этой боязни девушка заняла место рядом с Леви, который огораживал её от других особей мужского пола.       Как будто чувствуя нервозность девушки, капитан положил ей на плечо руку. С виду обычный жест, но для Дианы он являлся знаком поддержки. Она спокойно выдохнула и стала слушать командующего.       Как все и предполагали, у их экспедиции была совершенно иная цель. Эрвин предполагал, что среди людей есть тот, кто обладает схожими с Эреном способностями. И именно этого человека им и нужно было поймать. Не убить — захватить!       Данную информацию нужно было строго держать в секрете. У Дианы не было никаких мотивов, чтобы рушить их план. Поэтому она и не собиралась говорить о данном разговоре кому-либо.       На вопрос: «Почему вы рассказали об этом мне?». Командующий пояснил, что она правильно ответила ему на вопрос там на площади после убийства подопытных титанов.       Диана посчитала ответ мужчины неполным, лишенным логики, но задавать лишних вопрос не стала. «Если надо будет, то он сам мне когда-нибудь скажет об этом».

***

      Эксперимент Эрена по превращению в титана потерпел фиаско. Зое была очень расстроена. Оно и понятно, последние опыты и с Дианой, и с Эреном не получались. Новой информации не было.       В отличие от женщины все остальные в отряде пребывали в хорошем настроении, они были рады, что все-таки в этом мальчишке больше от человека, а не от гигантской твари.       Диане было жаль его. Посмотрев на руки парня, она ужаснулась. Её пальцы слегка онемели, как это бывало раньше при виде крови. Интересно, что сейчас, когда она видит мёртвых разведчиков, такого не происходит. Но живой Эрен напомнил ей об этом ужасном ощущении.

***

      Да, странная картина: на четверть превратившийся Эрен, капитан рядом с ним и разведчики с клинками, наставленными на этих двоих. От внезапного взрыва Диану отбросило, и она слегка ударилась головой об землю. Это было не критично, правда, возможно, что вскоре может появиться синяк или шишка.       В отличие от остальных она стояла сбоку и не собиралась нападать или угрожать Эрену. Девушка считала, что этот парень не настолько глуп, чтобы совершить сейчас убийства. К тому же, пообщавшись с ним лично, она верила, что у него в голове только благие намерения.       Влезать она тоже не собиралась. Мало ли, вдруг попадёт под чью-нибудь горячую руку. К тому же там стоял капитан, который регулировал данную ситуацию. На него было направлено восемь клинков, а он оборонялся лишь одной рукой, полностью уверенный в том, что его жизни ничего не угрожает. Это восхищало!       После окончания всей этой ситуации, когда разведчики разошлись, к Диане подошёл Леви.       — Почему ты не стала вместе со всеми угрожать Эрену?       — А должна была? — вопросом на вопрос ответила девушка, но поняла, что данный ответ вовсе не удовлетворил капитана. — Не считала нужным это делать. Эрен бы никому не навредил, вы же и сами знаете это, — с твёрдой уверенностью произнесла Диана.       — Понятно, — ответ мужчины был краток. На этом разговор был окончен, и они разошлись по своим делам.

***

      — Диана, сколько тебе лет? — неожиданно задал вопрос Гюнтер. — Я не поверю, что ты и вправду не знаешь это.       В последнее время эти двое стали очень много времени проводить вместе. Конечно, дальше прогулок, бесед и дружеских объятий дело не заходило, но всё ещё было впереди.       — После экспедиции мы сходим на фестиваль, — начала говорить Диана. — После него я скажу, сколько мне лет.       Свой возраст Диана нигде не указывала. Ссылаясь на то, что не помнит, когда родилась, а в детстве совсем не различала смену годов, вот и не уверена. Это не было каким-то глупым поступком. Изначально девушка не знала, что солдатами становятся аж с пятнадцатилетнего возраста. Ориентируясь на законы своего государства, она боялась, что её попросту запрут в какой-нибудь местный интернат, если она скажет правду. А после того, как всё это прояснилось, уже было поздно признаваться в своей лжи.       Но почему-то Гюнтеру она всё же решила довериться. Была уверена, что он никому не скажет, если она попросит. Поэтому по завершению вылазки девушка приоткроет одну из своих тайн этому парню.

***

      Завтра начнётся пятьдесят седьмая экспедиция разведкорпуса за стены. А сейчас у солдат завтрак. Новоприбывшие находились в очень хорошем расположении духа, явно не понимая, что их ждёт на землях титанов. Никто из тех, кто уже бывал там, не смел отнимать эти счастливые мгновения у новичков.       В отличие от них Диана волновалась. Было страшно. Она знала, что ничего хорошего за стенами их не ждёт. От этого у неё совсем не было аппетита. Поэтому в итоге, не дожидаясь конца всеобщей трапезы, она взяла в руки чай, как единственное, что могла сейчас употребить, и собиралась направиться к выходу. Но, развернувшись, врезалась в человека, проливая на него весь свой горячий напиток.       Увидев, кем являлся пострадавший, она испугалась. И уже приготовилась к «прекрасным» высказываниям в свой адрес. Все остальные члены отряда, не дыша, следили за происходящим. Пролить на капитана что-нибудь равно подписать смертный приговор.       Мужчина, поморщившись, осмотрел себя. После поднял голову, чтобы посмотреть, что за криворукое создание сделало это. Увидев перед собой девушку, он сухо бросил ей: «В моём кабинете, через полчаса.»       Диана, конечно же, ожидала всё что угодно, но никак не то, что ей придётся стать личной «прислугой» капитана.       Уже как три часа она протирала полочки, переставляла книги, поливала цветы на его окне. Пару раз относила документы командующему, подливала чернила в чернильницу. В общем делала всё, что ненавидела больше всего.       Очередной раз моя полы, она подумала о том, что несколько часов тренировки без остановок и то были бы лучше.       Да, Диана уважала капитана. Он не раз спасал её, рискуя своей жизнью. К тому же имел негласное звание «Сильнейший воин человечества». Но, если он сильнейший, это же не значит, что к нему должно быть какое-то особое обращение.       За всего лишь пролитый напиток, она получила несправедливое наказание. «Я же не специально это сделала», — думала девушка, выжимая тряпку. «Почему нельзя хотя бы перед экспедицией сделать нисхождение? Он же всё-таки командир и должен заботиться о своих подчинённых.»       — Завари мне чай, — отдал очередное распоряжение мужчина.       И тут возникла загвоздка. Привыкшая к чайным пакетикам девушка понятия не имела, как правильно нужно готовить чай. Поэтому она решила положиться лишь на свою логику и интуицию. Единственное, она всё же перед уходом уточнила, какой именно чай предпочитает капитан.       Закончив доделывать напиток, девушка вспомнила, что Леви любит пить чай с сахаром. Увидев на кухне ёмкость с белым песком, она обрадовалась, что ей не придётся возвращаться в кабинет и делать круг, чтобы добыть его. Бросив пару ложек в чашку, Диана понесла напиток Леви. И даже не задумалась о том, что сахар слишком дефицитный продукт в разведке и что он вряд ли будет находиться в свободном доступе.       Выяснилось это уже в кабинете капитана, когда он, закашлявшись, пошёл в уборную полоскать рот.       — Если ты собиралась убить меня, могла бы придумать способ попроще, — произнёс мужчина, входя обратно в помещение, — Зачем нужно было так изощряться?       — Простите, капитан, я не хотела, — Диана знала, каков на вкус солёный чай. Поэтому прекрасно понимала раздражение командира.       — Тц, лучше скажи, что мне теперь с тобой делать? — чтобы она не стояла без дела, пока он придумывает ей очередное наказание, капитан сказал ей вылить эту отраву и помыть чашку.       Спустя несколько минут в помещении послышался очередной раздраженный голос мужчины.       — Отродье, ты испортила казённое имущество, — если домино начало падать, то его уже ничто не остановит. Так и сейчас, если тебе не повезло — тебе будет не везти до самого конца. Возвращаясь с вымытой кружкой, Диана споткнулась, выронив столь хрупкий предмет из своих рук.       — Не называйте меня так, пожалуйста, — девушку задело слово, сказанное капитаном. Он называл её идиоткой, дурой, ненормальной, и всё это она воспринимала спокойно, ссылаясь на тяжёлый характер мужчины. Но данное высказывание переходило все дозволенные границы, ей было неприятно слышать это из уст своего командира.       — Если я вам так противна, зачем вы приняли меня в ваш отряд, а может, — Диана вдруг вспомнила разговор с Эрвином после её первой экспедиции, и ей в голову пришла догадка, — Вас же просто заставили, поэтому вы так издеваетесь надо мной. Самоутверждаетесь! — девушка не понимала, откуда в её голове взялись такие слова и мысли, скорее всего это всё последствия тяжёлого утра и волнение от предстоящей экспедиции. — Я думала, что в вас всё-таки есть что-то человечное.       — Замолчи, — мужчину явно сильно раздражала вся эта ситуация. — Прекрати истерить, иди к себе в комнату, отоспись, — мужчина поднялся с места с желанием убрать осколки с пола. — Как бы так не получилось, что мне завтра придётся везти обратно твоё мёртвое тело.       Девушку сейчас совсем не удивила резкая смена настроения капитан. Она была рада, что её наконец-то отпустили. На выходе из кабинета она не сдержалась и произнесла:       — Так радуйтесь, у вас тогда станет меньше проблем.

***

      Диана лежала в кровати, уставившись в потолок. В комнате царила гнетущая тишина. Петры не было, и от этого одиночество ощущалось особенно остро. Никаких звуков — только приглушённое тиканье часов в коридоре и редкие порывы ветра, шевелящие ставни.       На обед и ужин она не вышла. С самого утра избегала всех — не хотела ни смотреть в глаза, ни отвечать на вопросы. Снова и снова в голове крутилась сцена в кабинете капитана. Слова, которые она сказала — сгоряча, порывом — теперь казались ненужными, колючими. Даже обида, с которой она тогда говорила, растаяла, оставив вместо себя только стыд.       Слишком много. Слишком резко. И главное — зачем?       Она уже начинала погружаться в тяжёлую, вязкую дрему, когда внезапный стук в дверь заставил её вздрогнуть. Диана замерла. Ей было лень вставать — а ещё больше не хотелось видеть никого. Потому она просто закрыла глаза и сделала вид, что не слышит.       Но гость с другой стороны явно не собирался сдаваться. Стук стал громче, решительнее. В нём не было нетерпения — скорее, настойчивость, упрямая и вежливая. С тяжёлым вздохом она поднялась, накинула на плечи куртку и подошла к двери. Когда открыла — замерла.       На пороге стоял Эрд, держа в руках поднос с ужином.       — Капитан сказал, что тебе нездоровится… — начал он, стараясь говорить спокойно. — И попросил Петру принести тебе еду. Но… — он замялся, кашлянув. — Они с Оруо… ну, ты поняла. Перед экспедицией. В общем… не говори никому, что Петра не ночевала здесь.       Он вошёл, поставил поднос на стол и бросил на неё короткий, но добрый взгляд.       — Ешь. У нас завтра длинный день.       — Хорошо… Спасибо большое, — тихо ответила Диана.       Она не стала спрашивать, где сейчас Петра. И уж точно не хотела думать, чем именно они с Оруо решили заняться. Её мысли были совершенно о другом — о том, кто на самом деле проявил заботу.       Капитан.       Он не пришёл сам, конечно. Это было бы слишком. Но он заметил её отсутствие. Он подумал. Он позаботился. По-своему. В молчаливой, непрямой, но чёткой форме — как умеет только он.       Сначала Диана ела машинально. Пара ложек, без вкуса, без внимания. Но не заметила, как съела всё. Даже чай выпила до дна, чувствуя, как тело немного согрелось изнутри. Голова прояснилась. Словно еда впитала в себя не только калории, но и ту самую заботу, которую она так долго отвергала — а теперь неожиданно приняла.       Она немного посидела, прислушиваясь к себе. Потом встала, подошла к шкафу, вытащила оставшуюся коробку чая — тот, что ей когда-то подарили в знак благодарности.       Так же, как и тогда, она положила его в карман, накинула куртку и вышла из комнаты.       Потому что есть поступки, которые не требуют слов. Только ответного действия.

***

       — Началась пятьдесят седьмая экспедиция разведкорпуса за стены, полный вперёд!