Финал ("Что с поведением, Шастун?")

      Арсений в сотый раз включал телефон и смотрел на время. До прилета Антона оставались какие-то жалкие два часа. Мужчина, будучи уже полностью готовым к выходу, спустился к двери подъезда и вышел на улицу, вдыхая свежий воздух полной грудью. За то время, что он был в Швеции, он буквально не позволял себе наслаждаться жизнью и постоянно думал об Антоне, о их грядущей встречи. И этот глоток свежести и некой свободы дал ему силы и терпение на то, чтобы доехать до вокзала и наконец увидеть его. Арсений сел в такси, только что подъехавшее по нужному адресу, и вновь посмотрел на часы. Время, как всегда бывает в таких случаях, шло мучительно медленно. Ему казалось, будто минуты совсем не меняются и он совершает действия в застывшем времени. Но спустя полпути до прилета Антона оставался лишь час. Всю дорогу мужчина переживал, периодически хрустя пальцами из-за нервов, и старался не думать о том, что может опоздать. Спустя еще сорок минут машина остановилась, и Попов буквально вылетел из нее, начав бег в сторону аэропорта. Толпа людей мешала ему напрямую достичь своей цели, но он упорно двигался вперед, иногда сбивая прохожих и бросая тихие извинения, которые явно не слышал никто кроме него.       Добежав до места, откуда ему было хорошо видно всех прилетевших, Арсений остановился, приводя дыхание в порядок и снова глядя в экран. Как оказалось, он прибежал как раз вовремя и оставалось ровно пять минут. Мужчина чувствовал, как его сердце стучало в разы быстрее обычного, ладони потели, а голова начала слегка кружиться, предвкушая долгожданную встречу. Арсений выдохнул, сохраняя на лице самую искреннюю улыбку, и с горящими глазами начал высматривать его мальчика. Иногда Попов принимал посторонних людей за Шастуна из-за схожих черт лица, и его сердце в этот момент сжималось, но его сразу отпускало, как только он понимал: "Не тот". Прошло полчаса, но никто так и не пытался уловить взгляд Арса, чтобы подойти к нему. Мужчина достал телефон, сотый раз за день глядя на время, и нервно сглотнул, увидев, сколько времени прошло, и в его голову начинали лезть всякие ужасающие мысли, которые он тут же старался отгонять от себя. Арсений решил, что, может, Антон решил отойти к бару и сейчас вот-вот выйдет в центр зала, чтобы найти в толпе голубые глаза. Но даже спустя еще полчаса никто не вышел и не искал мужчину. Арс поджал губы и почувствовал, что негативные мысли одолевают его разум, все больше начиная казаться реалистичными. Чтобы развеять этот бред, мужчина решил уточнить, в правильном ли месте он вообще ждет Антона.       – Извините, какой это рейс? – подойдя к стойке регистрации, спросил Арсений, показывая рукой в сторону самолета, на который он все это время смотрел.       – EY453, – ответила пухленькая девушка за стойкой, не поднимая глаз на мужчину, будучи полностью занятой какими-то бумажками.       – Погодите, а где тогда рейс EY23? – сглотнув ком в горле, спросил Попов, все еще надеясь, что просто перепутал и ждал не там.       Девушка резко подняла на него взгляд, в котором было максимальное количество грусти и сожаления. Она поджала губы и, сделав вдох, выдала еле слышно:       – Он разбился.       У Арсения в ушах зазвенело, а ноги стали предательски подкашиваться, вынуждая сесть на диван недалеко от стойки. Он почувствовал, как голова начинает неимоверно кружиться, а сердце стучит с бешеной скоростью. Мужчина посмотрел на свои дрожащие руки, которые стремительно начали расплываться. В следующую секунду он почувствовал, как теряет сознание, а потом и вовсе отключился, всем телом упав на диван.       Арс очнулся, чувствуя легкие похлопывания чужих рук по своим щекам. Открыв глаза, он увидел над собой нескольких человек, по всей видимости, пытавшихся привести мужчину в чувство. Его мозг все еще не мог и не желал возвращаться в реальность, поэтому Попов, даже лежа с открытыми глазами, не соображал ничего, от слова совсем, а потому полуприкрытыми глазами тупо пялился в потолок, тем самым еще больше пугая и напрягая окружающих.       – Молодой человек, может Вам вызвать такси? – неожиданно предложила стоявшая рядом девушка, однако её голос Арс слышал как будто за спиной, издалека.       – Нет, нет, спасибо, мне уже лучше, – через силу ответил Попов, натянуто улыбнувшись, и снова закрыв глаза, надеясь на то, что все эти люди, поверив его словам, уйдут и наконец оставят его наедине с собой.       – Хорошо, тогда мы Вам уже наверное не нужны, мы тогда пойдем, – пролепетала девушка, жестом позвав остальных за собой, и удалилась из аэропорта.       Арсений сделал глубокий вдох, пытаясь вернуться в реальность. Затем второй вдох. Третий. На четвертый он почувствовал какое-никакое расслабление и понял, что это тот самый вдох, после которого он просто обязан подняться с этого грёбаного дивана и вызвать себе такси до дома, где он мог бы пролежать так хоть всю оставшуюся жизнь, ведь она все равно уже не имела смысла. Мужчина осторожно приподнялся, принимая сидячее положение, подпер голову руками, ладонями протирая глаза, и огляделся вокруг. Все было точно так, как он помнил до того, как потерял сознание. Разве что на улице теперь было темнее из-за наступления вечера. Интересно, сколько он так пролежал, если за это время успело стемнеть. Арсений достал телефон из заднего кармана джинсов и, зайдя в специальное приложение, вызвал такси, которое обещало подъехать через десять минут. Мужчина громко выдохнул и, собравшись с силами, поднялся на ноги, чуть пошатываясь и направляясь в сторону выхода из этого злосчастного помещения. Уже на улице он увидел приехавшую за ним машину и, быстро дойдя до неё, сел внутрь, все еще чувствуя легкое головокружение. Такси двинулось в сторону дома мужчины, который, в свою очередь, прильнул головой к стеклу и окунулся в глубокий сон, пытаясь забыться хотя бы на время поездки.       – Молодой человек, приехали, – сквозь сон услышал Арсений незнакомый голос, сопровождаемый легкими толчками в его тело. Он поднял голову, распахивая заспанные глаза и сонно оглядываясь по сторонам.       – Да, спасибо, до свидания, – попрощался с водителем мужчина, вылезая из машины и направляясь к подъезду, над дверью которого ярко светила лампочка, освещая дорогу. Он зашёл внутрь, нажал кнопку лифта и поднялся на нужный этаж, чувствуя слабость во всем теле. Завалившись в квартиру, Арсений с силой стянул с себя обувь, качаясь добрел до спальни и упал на кровать, сразу же отключившись.       Попов проснулся от луча солнца, осветившего комнату и пытавшегося поиграть с мужчиной. Он приподнялся на руках, чувствуя, что не выспался, хоть и проспал тринадцать часов непробудным сном. Арсений сел на кровати и уставился в стену, постепенно возвращаясь в реальность. Непонятно откуда в его голове мелькнуло воспоминание того случая, когда они с Антоном случайно оказались в одном лифте и тот долго не мог выйти. Мужчина невольно усмехнулся, чувствуя стекающую по щеке слезинку. Всё-таки любые воспоминания, связанные с Антоном были болезненные. Очень болезненные. Мотнув голов, пытаясь забыть про всё это, Арс откинулся назад на стену у изголовья, и нащупал под подушкой пульт, сразу же включая телевизор. По первому попавшемуся каналу шли последние новости и мужчина уже собирался их переключить, как вдруг услышал слово «аэропорт», привлекшее его внимание.       «..как известно, вчера разбился самолёт рейса EY23. Пилот не справился с управлением и самолёт упал в воду, навсегда утонув в глубинах моря. К следующим новостям..»       Мужчина выключил телевизор, слизнув с щеки солёную слезу и бросив пульт на другой конец кровати. Всё, всё напоминало о нём. Даже ебаные новости буквально говорили Арсу: «Ты долбоёб. Ты конченый ублюдок, который променял любимого человека на какие-то там дела знакомой. Ты просто никчёмный. Ты не достоин жизни». Попов сжал кулаки, чувствуя наполняющую его злость на самого себя. Он огляделся по сторонам и заметил, что постепенно, с каждой секундой начинает всё больше ненавидеть каждый угол, каждый метр комнаты, а затем и всей квартиры в целом. Единственная мысль, которая не давала ему покоя ещё со вчерашнего дня: Питер. Да, он хотел уехать в Питер. Возможно навсегда. Понимал ли он, что если вернётся в их квартиру - сдохнет от воспоминаний? Да, понимал. Понимал ли он, что эта поездка ничего не изменит? Конечно понимал, не тупой. Но сердце все равно рвалось именно туда, именно в тот город, где все это началось.       Мужчина поднялся с кровати, за пять минут собрал все необходимые вещи и уже через десять минут стоял у подъезда, ожидая такси. Он почти что не соображал, что делает, но продолжал свои действия, потому что чувствовал, что так надо. Так будет лучше. В его голове была ещё одна, более устрашающая мысль, но об этом чуть позже. Когда машина остановилась возле Арсения, он сел в машину, назвал аэропорт и закрыл глаза, стараясь не думать о прошлом. Что, честно говоря, получалось так себе.       Приехав в точку назначения, мужчина вышел из такси, дошел до нужного самолёта и, приехав как раз вовремя, сразу сел в него, тяжело вздохнув и морально приготовившись ко всему, что его ожидало ближайшие несколько часов полёта. Он провалился в сон и эти самые часы пролетели незаметно.

***

      Подъехав к их бывшей квартире, Арсений подошёл к подъезду и долго не решался приложить ключи к домофону. Наконец громко выдохнув, он зашёл в подъезд под пищание подъезда, и поднялся на лифте на нужный этаж. Открыв дверь квартиры, Арс чуть не упал в обморок от запаха, стоявшего в помещении. И он был бы рад, если бы это был запах алкоголя или сигарет.. но это был его запах. Запах его мальчика. Которого он так тупо проебал. Попов медленно снял ботинки и прошел внутрь, оглядывая стены и потолок. Зайдя на кухню, он остановился около стола, неосознанно вспомнив, как они завтракали здесь вместе. Как они разговаривали обо всем подряд и обсуждали их дальнейшую совместную жизнь где-нибудь за границей. Мужчина сделал глубокий вдох и прошел в спальню, куда на самом деле лучше бы не заходил. Как только он зашёл в комнату, он тут же окунулся во все воспоминания, которые были в его памяти. Он вспомнил абсолютно всё до мелочей. Он отключился от реальности, снова проживая все события, и с каждой секундой дышать становилось всё тяжелее и тяжелее, и в конце концов, не выдержав напора воспоминаний, Арсений одним шагом вышел из комнаты, резко хлопнув дверью, и прижался к ней спиной, медленно спускаясь вниз, и давая полную свободу своим эмоциям и слезам. Он закрыл лицо руками, пытаясь успокоиться, но вместо этого через пару секунд заорал во весь голос, руками сжимая волосы и ненавидя каждый сантиметр своего тела.       Просидев так около пятнадцати минут, Арсений вытер слёзы и, непонятно зачем, решил окончательно добить себя воспоминаниями. Он поднялся, быстро нацепил обувь, куртку и выбежал на улицу, направляясь в сторону той самой излюбленной Антоном многоэтажки. Он правда не знал, нахера он туда бежит, и понимал, что таким образом ещё больше усугубляет ситуацию, но ему было плевать, он решил, что если вспоминать, то вспоминать по полной, как говорится. Добежав наконец до нужного дома, Арс поднялся на последний этаж и вышел на крышу, вдохнув свежий воздух, который все же немного сдавливал грудную клетку нахлынувшими воспоминаниями. Он сел на край и посмотрел вниз. Голова закружилась от высоты и Арсению показалось, будто он на секунду потерял сознание. Мужчина посмотрел вдаль, наблюдая за заходящим за горизонт солнцем, и слёзы снова появились на его щеках.       — Как же красиво, — почти шепотом прокомментировал Попов, грустно улыбнувшись, представив, что рядом с ним сейчас сидит Антон и смотрит в ту же сторону. — Я люблю тебя, — произнес мужчина, повернув голову влево и улыбнувшись, как будто увидев ту же улыбку на лице Шаста. — Я всегда буду любить тебя, — после этих слов с его лица пропала улыбка и образ Антона изчез, а Арсений поднялся на ноги, чуть покачиваясь от ветра и снова посмотрел вниз. — Какой смысл в этом всём, если тебя нет рядом со мной? В чем тогда смысл моей жизни? Без тебя она не имеет смысла, — он сделал шаг вперёд, задержав одну ногу над высотой в 28 этажей. — Знай что я любил тебя, люблю и буду любить. Всегда. Всегда. Всегда.. — произнеся последнее слово, он подался вперёд, закрыв глаза и полностью забыв обо всём. Кроме Антона. Антон запечатлелся в его памяти навсегда. И Арсений не забудет о нем никогда. Теперь уж точно.