Segador del destino

      Когда корабль наконец прибыл к берегам зловещего острова, команда, вымотанная после опасного путешествия, с облегчением сошла на сушу. Капитан тоже решила сделать короткий перерыв, прежде чем начать подготовку к обратному пути. Матросы разошлись по окрестностям, а на причале остался лишь Чимин — единственный омега на их корабле, явно выделяющийся среди грубых и закалённых людей.         Женщина, запомнившая парня с самого начала плавания, подошла к нему, окинув взглядом его фигуру и заметив, как он беспокойно осматривается вокруг.         — И что же ты ищешь в таком месте, ребёнок? — с лёгкой насмешкой спросила она, прищурив глаза. Казалось, её взгляд изучал каждую черту его лица, пытаясь понять, что привело такого неприспособленного на вид парня на этот жестокий остров.         Чимин, поймав её внимательный взгляд, выпрямился и уверенно ответил, глядя ей прямо в глаза:         — Я хочу найти "Жнеца Судеб".         Слова омеги заставили женщину замереть на мгновение. Она приподняла бровь, как будто не верила услышанному.         — "Жнеца Судеб"? — переспросила она, удивление скользнуло в её голосе.         Парень кивнул, в его глазах светилась непоколебимая решимость. Ситуация казалась абсурдной — молодой, на вид беззащитный омега, утверждающий, что ищет корабль, который большинство считает легендой. Капитан знала, что такие места, как этот остров, не прощают слабости, и многие, кто ступал на эти земли, не возвращались назад. Подобные наивные мечтатели часто становились лёгкой добычей для пиратов и разбойников.         Её первая реакция была бы посмеяться над наивностью парня, но что-то в его взгляде заставило её задуматься. В этих глазах было больше, чем просто детское упрямство. Это была решимость, которую редко можно встретить даже среди взрослых мужчин, побывавших в сотнях битв. Парень казался храбрее, чем большинство пьяных и агрессивных обитателей этого места. В нём горело что-то особенное.       Она молча смотрела на него несколько секунд, взвешивая свои мысли. Наконец, приняв внутреннее решение, женщина кивнула самой себе.         — Ладно, — медленно произнесла она, — если ты действительно хочешь искать "Жнеца Судеб", то я могу предложить тебе небольшую помощь. Пока мы готовим корабль к обратному пути, можешь остаться с нами. Этот остров не место для таких, как ты, но под моим присмотром ты хотя бы не погибнешь сразу.         Её голос был твёрд и серьёзен. Чимин не мог поверить в свою удачу — его сердце замерло от радости и облегчения. Он быстро закивал, благодарно принимая предложение.         — Благодарю вас, капитан. Это для меня многое значит.         Женщина лишь усмехнулась и вернулась к своим делам, но в её взгляде ещё оставалась тень сомнения: как далеко сможет зайти этот решительный, но явно уязвимый омега?         Когда Чимин направился к единственному городу на этом зловещем острове, он не смог сдержать удивлённый вздох, оглядывая хаотичное зрелище перед собой. Всё, что открывалось его взору, казалось воплощением хаоса и разрухи. Узкие грязные улицы были заполнены пьяными мужчинами, каждый из которых был занят своим делом. Кто-то пил дешёвый алкоголь, кто-то развлекался с омегами, а кто-то вступал в драки прямо на виду у всех. Стычки, громкий смех и злобные крики сливались в какофонию, заполнявшую воздух.       Дома и строения в этом месте выглядели так, словно никогда не знали ни ремонта, ни ухода. Их стены были грязными, а окна часто выбитыми. Даже крыши казались готовыми рухнуть от времени и запустения. Пахло сыростью, потом и кровью — это был город, в котором правили жестокость и полное пренебрежение законами.         Чимин невольно вздрогнул, когда очередная шумная драка разгорелась прямо перед ним. По его телу пробежала дрожь. Он чувствовал на себе взгляды — жёсткие и хищные, как у зверей, подстерегающих свою жертву. Эти люди смотрели на него с откровенным интересом, как на добычу, и это вызывало панику.         Внезапное прикосновение к плечу заставило его вздрогнуть ещё сильнее. Он обернулся и увидел, что это капитан положила ему руку на плечо.         — Тебе нужно прятать своё лицо, — сказала она низким голосом, нахмурившись. Быстрым движением она подхватила капюшон его мантии и накинула его на голову Чимина. — Здесь такие, как ты, долго не живут. Не выделяйся. Мы пробудем здесь только три дня. Ты можешь ночевать в трюме нашего корабля, если не хочешь искать место в этой дыре. Тут ты вряд ли найдёшь что-то подходящее для себя.         Чимин кивнул, чувствуя волнение и благодарность за предупреждение. Он понимал, что в этом месте ему лучше быть как можно незаметнее. Вместе с капитаном и моряками он вошёл в местную таверну — здание, едва не разваливающееся, с грязными окнами и разрывающейся дощатой крышей. Внутри всё было пропитано запахом дешёвого бурбона и гнилой еды. Моряки сразу уселись за стол, заказывая выпивку, чтобы расслабиться после опасного путешествия.       Но Чимин был здесь не ради отдыха. Его цель была куда серьёзнее. Он намеревался узнать всё возможное о "Жнеце Судеб", и это место казалось одним из тех, где подобные слухи могли всплыть на поверхность.         Омега оглядел зал, где скопились местные жители — пираты, контрабандисты, убийцы. Каждый из них мог знать что-то о легендарном корабле.         Чимин понимал, что в таком месте прямые вопросы могли быть опасными. Легенды о "Жнеце Судеб" могли привлечь к нему внимание, которое вряд ли пойдёт на пользу. Поэтому он решил действовать осторожно и незаметно. Сидя в углу таверны, он наблюдал за каждым движением, прислушиваясь к разговорам, надеясь, что кто-то упомянет корабль. Но время шло, а нужных слов он не услышал.         После нескольких часов ожидания парень понял, что этот путь слишком долгий и неэффективный. Ему нужно было что-то предпринять. Он заметил, что в углу сидит старый моряк с заваленной кружкой бурбона. Он выглядел как человек, повидавший многое, и, возможно, слышавший больше других. Приняв решение, Чимин поднялся и направился к нему.         — Извините, можно присесть? — спросил он, стараясь говорить с уважением, чтобы не вызвать недовольства. Моряк поднял на него мутный взгляд, но кивнул, махнув рукой на свободное место напротив.         Чимин заказал ему ещё один бурбон, полагая, что это смягчит его расположение. Когда кружка опустилась на стол перед стариком, Чимин решил начать осторожно.         — Я слышал, что многие моряки рассказывают здесь удивительные истории. Вы, наверное, тоже знаете много таких? — начал он, делая вид, будто просто хочет услышать байки о морских странствиях.       Моряк ухмыльнулся и медленно кивнул, потянувшись к новой кружке.         — Ха, да, парень. Историй хватает. Но не все они для слабых ушей. Море скрывает не меньше тайн, чем оно готово показать. Но раз уж ты угостил старика, я могу рассказать одну из них.         Чимин сделал вид, что с интересом слушает очередную байку. Моряк поведал ему историю о корабле, попавшем в шторм, и о том, как капитан чудом спас команду от неминуемой гибели. Рассказ был длинным, но не касался "Жнеца Судеб". Чимин терпеливо слушал, зная, что торопить собеседника нельзя.         Когда история подошла к концу, омега сделал ещё одну попытку.         — Вы когда-нибудь слышали о корабле, который называют "Жнецом Судеб"? Говорят, его команда — это те, кто утратили свои души и жаждут мести.         Старик замолчал, взгляд его стал серьёзнее. Чимин почувствовал, что наконец задел нужную струну.         — "Жнец Судеб", говоришь? — его голос стал тише, а лицо приняло мрачное выражение. — Не всякий рискнёт говорить о нём. И не всякий, кто его видел, возвращается, чтобы рассказать. Ты, мальчишка, не знаешь, во что ввязываешься.       — Я знаю, что он реален. Мне нужно его найти, — Чимин почувствовал, как сердце забилось быстрее, когда мужчина пристально посмотрел ему в глаза.         Моряк, подперев подбородок, откинулся на спинку стула и задумался.         — Так ты один из тех, кто ищет свою погибель, — он покачал головой. — Некоторые утверждают, что видели его в водах вокруг Альтариона. Но никто не знает точно, где он появляется. Говорят, что этот корабль сам находит тех, кому суждено с ним встретиться.          — Как мне его найти? — Чимин всё больше сосредотачивался на разговоре.         — Если тебе суждено найти его, море приведёт тебя к нему, — тихо ответил старик, наклонившись ближе. — Но если ты просто мечешься в поисках смерти, тебя проглотит завеса или кто-то похуже. Осторожней, парень.         После этих слов моряк поднялся и, кряхтя, удалился в темноту таверны, оставив омегу одного с его мыслями.         Чимин провёл два дня, тщетно пытаясь найти хоть какую-то новую зацепку. Все его усилия приводили к тупикам, а остров с его хаотичной и гнетущей атмосферой давил на психику. Каждое мгновение казалось опасным, и он не мог позволить себе расслабиться даже на секунду. Парень настороженно следил за каждым своим шагом, постоянно оглядываясь, чувствуя, как взгляды местных жителей пронзают его спину. Все его попытки что-то разузнать только усиливали чувство тревоги.       Чем дальше время шло, тем больше Чимина охватывало желание сдаться. Каждая неудача толкала его к мысли, что вся эта затея — ошибка, что он никогда не найдёт корабль. Но его отчаяние и усталость неожиданно прервали двое мужчин, которые, небрежно преградив ему дорогу на одной из узких улочек, приковали к себе внимание. Это были грязные пираты, их потрёпанные одежды покрывали пятна засохшей грязи и алкоголя, а тело источало омерзительный запах смеси дешёвого рома и резких феромонов. Один из них был особенно отвратителен — на его щеке зиял глубокий гноящийся шрам, отчего лицо выглядело зловеще. От их вони к Чимину подступила тошнота, и он сделал шаг назад.         — До нас дошли слухи, что ты тут про "Жнеца Судеб" расспрашиваешь, — протянул пират со шрамом, его голос сочился ехидной усмешкой. Чимин почувствовал, как его сердце заколотилось быстрее. Нервно сглотнув, он инстинктивно схватился за спрятанный в штанах кинжал, хотя не вытащил его. Глаза его метались между двумя пиратами, он пытался оценить, насколько реальна угроза. Оба мужчины выглядели не только грязными, но и опасными.         — Если хочешь, можем рассказать, где его найти, — загадочно произнёс второй пират, его голос был хриплым и пронизанным издёвкой.         Чимин не смог скрыть вспышку надежды, промелькнувшую на его лице. Неужели это шанс? Он наконец-то нашёл тех, кто знает, где находится "Жнец Судеб"! Его охватило нетерпение.         — Где он? — быстро спросил омега, его голос был дрожащим от возбуждения. Он чувствовал, как эта информация могла бы стать ключом к исполнению его цели. Но реакция пиратов только усилила его тревогу — они переглянулись и рассмеялись, словно наслаждаясь его наивностью.       — Ха-ха-ха, ты что, думал, мы расскажем это тебе просто так? — пират со шрамом ухмыльнулся, его зубы были жёлтыми и кривыми. Второй пират весело хмыкнул, подмигнув своему товарищу.         — За всё приходится платить, парень, — добавил тот, его взгляд стал холодным и жадным.         Чимин нервно сжал губы. Конечно, это было слишком просто. Он был готов отдать все свои деньги за такую информацию, если бы это приблизило его к цели.         — Сколько? — с волнением спросил он, пытаясь подавить нарастающую панику.         Пираты переглянулись, и второй с ухмылкой произнёс:         — 30 золотых.         Чимин застыл. 30 золотых? Это была огромная сумма для него, и она прозвучала как приговор. Омега ошеломлённо уставился на пиратов, не веря своим ушам. В этот момент он почувствовал, как вся его надежда начинает рушиться под тяжестью их жадности. Он лихорадочно начал обдумывать свои возможности.         — 30 золотых? — переспросил он, не веря в то, что слышит.       — Именно, — ответил второй пират, усмехнувшись, наблюдая за его реакцией.         Чимин опустил взгляд, его лицо приняло растерянное выражение. Он сжал кулаки, не зная, что делать. У него осталось всего 10 золотых — это были все его накопления, и он не мог позволить себе такую роскошь. Паника начала захлёстывать его.         — У меня нет таких денег, — пробормотал он, потеряв уверенность в голосе.         Пираты несколько секунд молча рассматривали Чимина, будто прикидывая, что ещё можно с него поиметь. Их взгляды были жадными, пронизывающими, словно они видели в нём не человека, а мешок с сокровищами, который нужно лишь правильно встряхнуть.         — Тогда мы возьмём твой кулон, — заговорил пират со шрамом, криво ухмыльнувшись. — И все деньги, что у тебя есть.         Чимин инстинктивно схватился за кулон, висящий у него на шее. Сердце болезненно сжалось. Это был единственный предмет, оставшийся у него от папы — жемчужина в форме слезы. Он всегда был для него больше, чем просто украшение. В этом кулоне жила память о нём, его любовь, которой ему так не хватало. Это было единственное, что связывало его с тем, что когда-то было важным и светлым.         Омега стиснул украшение в ладони, не желая отпускать. Ему было тяжело решиться на этот шаг, ведь эта вещь была для него практически священной. Но жажда мести и отчаянное желание найти "Жнеца Судеб" с каждым мгновением перевешивали его внутренние терзания. Память о папе была важна, но месть горела ярче всего.         Он сжал кулаки так сильно, что ногти впились в ладони, и с трудом произнёс:       — Хорошо, я согласен, — его голос был глухим, полным боли и горечи. Каждый звук казался тяжёлым вздохом, сдавливающим грудь. Пираты переглянулись и злобно усмехнулись, довольные тем, что удалось сломить парня. Они явно наслаждались его внутренней борьбой, видя, как тяжело далось это решение.         — Отлично, — ухмыльнулся пират со шрамом. — Тогда приходи к крайнему пирсу в полночь. Мы тебе всё расскажем.         Чимин напрягся, его внутреннее беспокойство усилилось.         — Подождите, а почему не сейчас? Я могу расплатиться прямо здесь! — он хотел поскорее завершить это дело и получить долгожданные ответы. Но пираты, казалось, имели свои планы.         — Или тогда, или забудь о "Жнеце Судеб", — холодно бросил второй пират, развернувшись и уходя, не оглядываясь. Его фигура быстро скрылась за углом, оставив парня в растерянности.         Чимин сидел у самого края причала, где впервые сошёл на этот остров. Его пальцы нервно перебирали кулон. Он не мог перестать думать о предстоящей встрече с пиратами и мучился разрывающими его изнутри чувствами — жаждой узнать правду и нежеланием расставаться с этим драгоценным предметом. Совесть терзала его, но желание наконец найти корабль подталкивало к принятию непростого решения.         В этот момент к нему подошла капитан. Её уверенная осанка на этот раз казалась чуть напряжённой, словно что-то беспокоило её больше, чем обычно.       — Мы сегодня отплываем, — сказала она неожиданно резко, заставив Чимина вздрогнуть. Он поднял на неё удивлённый взгляд. — Корабль готов к отправке, и время поджимает. Если ты хочешь вернуться — это твой шанс.         Женщина смотрела на него серьёзно, почти с тревогой в глазах. Чимин заметил, что её лицо было слегка хмурым, а в её голосе слышалось беспокойство.         — Слушай, парень, предлагаю тебе отправиться с нами обратно. Плату с тебя я не возьму. Честно говоря, совесть не позволит мне оставить тебя здесь одного. Это место не для таких, как ты, — её голос стал мягче, но всё равно оставался серьёзным. Она помолчала, оглядывая берег. — Мы отплываем через полтора часа. Если решишь, приходи.         Чимин ощутил тяжесть этого выбора, сжав кулон в ладони. Возможность сбежать с этого опасного острова манила, как спасательный круг. Он знал, что должен был хвататься за этот шанс, но те два пирата и их обещание информации о "Жнеце Судеб" держали его на месте. Время поджимало, и он понимал, что не успеет сделать и то, и другое. Он должен был выбрать.         Омега ещё раз взглянул на украшение в своих руках. Серебро холодило кожу, а жемчужина мягко сверкала в тусклом свете. Он глубоко вздохнул, а затем с натянутой, слабой улыбкой поднял взгляд на женщину.         — Спасибо вам, капитан, — сказал он с грустью в голосе. — Но я ещё не нашёл того, что ищу.         Её лицо омрачилось, взгляд стал строгим, почти колючим. Она несколько секунд молча смотрела на него, как будто пытаясь осмыслить его выбор. Наконец она коротко кивнула.         — Береги себя, парниша, — тихо добавила она, развернувшись и направившись обратно к своему кораблю.        Чимин смотрел ей вслед с грустной улыбкой на лице, чувствуя, как в сердце одновременно царят облегчение и отчаяние...