Nuevo capítulo de la vida
28 сентября 2024 г., 13:30
Когда Чимин, наконец, проснулся, мягкие лучи солнца пробивались сквозь небольшое окно, освещая каюту тёплым светом. Он медленно открыл глаза, ощущая, как веки тяжелеют, словно противятся пробуждению. Каждое движение давалось с усилием, а тело казалось непривычно тяжёлым и ослабленным.
Оглядевшись, он вдруг заметил незнакомого мужчину, сидящего рядом. Тот внимательно следил за ним, как будто ждал момента, когда Чимин откроет глаза. Взгляд его был спокоен, а выражение лица — дружелюбным.
— Наконец-то ты очнулся, — мягко сказал он, откладывая в сторону книгу, которую до этого держал в руках. Его улыбка была тёплой, но в то же время наполненной облегчением. Чимин хотел что-то ответить, но горло пересохло, а язык прилип к нёбу, мешая говорить.
Незнакомец, заметив это, сразу подал ему стакан с водой. Омега жадно выпил всю воду одним глотком, чувствуя, как она приятно орошает горло, принося долгожданное облегчение. Он тяжело выдохнул, а сухость, наконец, отступила.
— Кто вы? — тихо, едва слышно спросил Чимин, голос его был хриплым, будто он не говорил целую вечность. Он медленно приподнялся на кровати, принимая сидячее положение, и ощутил слабость — каждая мышца протестовала против движения.
— Меня зовут Джин. Можно сказать, я что-то вроде врача на этом корабле, — ответил мужчина с неизменной улыбкой. Она казалась тёплой и обнадёживающей. — Я присматривал за тобой всё это время, пока ты был без сознания, — пояснил он, его голос был мягким, почти успокаивающим.
Чимин нахмурился, осознавая, насколько сильно чувствует истощение. Всё тело болело, и казалось, что каждая клеточка взывает о помощи.
— Как долго я был в таком состоянии? — спросил он с удивлением, его голос дрожал, а мысли путались.
— Почти две недели, — коротко ответил Джин, при этом продолжая внимательно смотреть на Чимина. Эта информация заставила омегу замереть от удивления. Он не ожидал, что провалялся без сознания так долго.
— Две недели? — выдохнул он, потрясённый услышанным. Врач кивнул.
— Да, всё это время у тебя была сильная лихорадка. Иногда ты приходил в себя и что-то невнятно говорил, но тут же снова терял сознание, — Джин приблизился и аккуратно приложил ладонь ко лбу Чимина, проверяя температуру. — Сейчас, похоже, всё уже в порядке. Твоё состояние стабилизировалось.
— Чувствую себя так, будто по мне проехалась карета... — с трудом выдавил из себя парень, пытаясь размять затёкшие и непослушные мышцы. Каждое движение давалось тяжело.
— Это вполне нормально, — отозвался Джин с лёгкой усмешкой, явно развеселённый замечанием омеги. — Твои раны ещё не зажили полностью, и, к тому же, ты не двигался почти две недели. Организму нужно время, чтобы вернуться в тонус, — объяснил он, глядя на Чимина с пониманием. — Ты, наверное, голоден?
— Очень, — без колебаний признался омега, почувствовав, как живот предательски урчит, напоминая о том, что ему срочно нужна еда.
— Тогда я принесу тебе что-нибудь поесть, — сказал мужчина, вставая. Его тон был спокойным, а движения — размеренными и уверенными. Он направился к выходу, оставив Чимина одного в полутёмной каюте.
Омега проводил врача взглядом, и когда дверь за ним закрылась, он остался в тишине, слушая своё тяжёлое дыхание и мерный шум волн, который доносился снаружи.
Спустя некоторое время в дверь постучали, и парень вздрогнул от неожиданности. В каюту вошёл капитан корабля.
— Слышал, ты очнулся, — глубокий, чуть хриплый голос Юнги резонировал в груди Чимина, проникая в самые глубины его сознания.
— Да... хотя мне кажется, я проспал слишком долго, — омега пытался произнести это с лёгкой шутливой ноткой, но взгляд его был прикован к капитану. Сейчас, при дневном свете, Чимин мог разглядеть Юнги куда лучше.
Бледная, словно фарфоровая кожа, холодная и безжизненная на вид, как у мертвеца. Мягкие, но строгие черты лица. И, конечно, те самые миндалевидные тёмные глаза с хитрым лисьим прищуром, что запомнились ему с первого взгляда. Внешность Юнги была настолько необычной, что не позволяла отвести от него глаз — она притягивала как магнит.
— Неудивительно, — наконец ответил альфа, его голос стал более серьёзным, даже немного хмурым. — Твоё тело... — он запнулся, вспоминая, в каком ужасном состоянии был Чимин, когда Джин впервые занимался его ранами. Сжав зубы, Юнги слегка нахмурился, прежде чем продолжить: — Тебе нужно было восстановиться, — он стоял достаточно близко, чтобы омега заметил изменившееся настроение капитана.
— Спасибо... — Чимин слабо улыбнулся. — Спасибо, что спасли меня, — тихо добавил он, сжимая в руках ткань одеяла. Воспоминания о том, как он тонул в тёмном, холодном трюме, захлестнули его на мгновение, заставив зябко поёжиться.
Юнги продолжал молча стоять, наблюдая за омегой с невозмутимым видом, словно в ожидании чего-то. В этот момент дверь приоткрылась, и в каюту вошёл Джин с подносом в руках.
— Я принёс горячего су... — начал он, но, заметив альфу, удивлённо приподнял брови. — О? Капитан, и вы здесь? — Джин подошёл ближе.
— Я уже ухожу, — холодно отозвался Юнги, разворачиваясь к двери, словно ничего не произошло и его присутствие тут было лишь временной случайностью.
Но Чимин не мог так просто отпустить его. В голове было слишком много вопросов, которые сжигали изнутри. Он резко дёрнулся вперёд, хватаясь за руку капитана. Ладонь Юнги оказалась холодной, ледяной на ощупь.
— Подождите! — Чимин выдавил из себя эти слова, пытаясь удержать альфу.
Юнги почувствовал прикосновение, и в тот же миг, как ошпаренный, резко выдернул свою руку из его хватки. Чимин замер в удивлении, глядя на капитана. Этот жест был настолько неожиданным и резким, что омега растерялся. Он смутился, его щёки загорелись от стыда, и он рефлекторно прижал свою ладонь к груди, пытаясь понять, чем мог вызвать такую реакцию.
"Неужели моё прикосновение настолько неприятно ему?" — мелькнула в его голове мысль.
Чимин не знал, как на это реагировать. Все вопросы, которые он хотел задать, вдруг испарились, оставив после себя только горькое чувство неловкости. Он, опустив взгляд, молча смотрел на постель, будто пытаясь спрятаться от того, что только что произошло.
Юнги ещё несколько долгих секунд стоял, молча смотря на омегу, его глаза мерцали чем-то неуловимым. Но, ничего не сказав, он развернулся и вышел из каюты, оставив за собой тяжёлую, неловкую тишину.
— Не бери в голову, — мягко начал Джин, пытаясь снять напряжение, повисшее в воздухе. — Наш капитан не любит, когда его трогают. Он вообще довольно закрытый человек, — мужчина улыбнулся, стараясь подбодрить Чимина.
Омега слабо кивнул в ответ, не в силах полностью избавиться от тревожных мыслей, но всё же взял миску с супом из рук врача.
— Спасибо за еду, — тихо сказал он, его голос звучал немного рассеянно. Однако мысли Чимина всё ещё были заняты капитаном, его прикосновением и тем, как быстро он отдёрнул руку. Этот момент прочно застрял у него в голове.
— Не за что, — с доброй улыбкой отозвался Джин. — Ты поешь и постарайся ещё немного отдохнуть. Я зайду вечером и сменю повязки на твоих ранах, — он коротко кивнул, подбадривая Чимина, прежде чем выйти из каюты, оставив его одного.
Чимин посмотрел на суп, который всё ещё дымился в миске, но мысли о Юнги мешали сосредоточиться даже на еде. Образ капитана с его холодными, как мрамор, руками и строгими, непроницаемыми глазами снова всплыл в его сознании. Вопросы так и не исчезли — они продолжали роиться в голове.
Несколько дней тянулись однообразно и монотонно. Чимина кормили, осматривали, лечили и отправляли отдыхать. Ему не разрешали делать ничего, что могло бы хоть немного нагрузить его тело. Хотя омега уже не раз просил разрешения выйти хотя бы ненадолго прогуляться по палубе, ведь терпеть замкнутое пространство каюты становилось всё труднее. Но каждый раз Джин мягко, но уверенно отклонял его просьбы, заявляя, что ему ещё рано двигаться, и что раны могут снова открыться.
Однако Чимин замечал, что его тело восстанавливается быстро. Шрамы медленно проявлялись на месте глубоких порезов и ран. Каждый раз, когда Джин проводил перевязки и обрабатывал его раны, выражение на лице врача менялось. Хмурые брови, напряжённый взгляд и сжатые челюсти выдавали раздражение и скрытую ярость, хотя Джин старался не показывать своих эмоций.
— Какие же звери могли так поступить с ребёнком! — однажды не выдержал Джин, его голос дрожал от негодования, когда он снял окровавленные бинты и посмотрел на глубокий порез на бедре Чимина, который никак не заживал. Джин стиснул зубы так, что было слышно, как скрипят его челюсти. — Это же настоящее варварство! Чудовищно!
Чимин лишь молча наблюдал за ним, чувствуя, как по его спине пробегает холодок. Джин будто бы пытался сдержаться, но его гнев был ощутим в каждом движении, особенно когда врач смотрел не только на свежие раны, но и на те, что уже давно стали частью тела омеги. Эти старые шрамы, кое-где неровные и глубокие, говорили о том, что кто-то обращался с Чимином жестоко на протяжении многих лет.
И от этой мысли врачу становилось ещё страшнее, ведь Чимину было всего двадцать, а его тело уже несло на себе такие следы. Джин не осмеливался спросить напрямую, его взгляд каждый раз выдавал, что он боится услышать правду.
Наконец, настал тот долгожданный день, которого Чимин так ждал. Джин, с видимым облегчением и не без некоторой осторожности, дал разрешение на небольшую прогулку. Услышав это, омега расплылся в радостной улыбке, его лицо озарилось светом, как будто сам воздух вокруг стал легче. Он тут же свесил ноги с кровати, готовый встать.
— Эй, аккуратнее! — испуганно воскликнул Джин, подскочив к нему. — Давай я помогу, не торопись, — врач быстро оказался рядом, бережно поддерживая Чимина за локоть, помогая ему встать на ноги.
Чимин в первый момент едва удержал равновесие. Ноги казались чужими — после нескольких недель, проведённых в постели, тело несло следы атрофии. Каждое движение давалось с трудом, но он продолжал, шаг за шагом, постепенно вспоминая, каково это — ходить. Крохотные успехи давали ему внутреннюю радость.
— Вот так... — Джин улыбнулся, видя, как омега сделал несколько шагов. Чимин чувствовал, как его тело постепенно возвращается к жизни — ни боли, ни судорог, лишь лёгкая усталость и непривычность движения.
Наконец они добрались до палубы. Чимин, держась за поручень, поднялся наверх, и его тут же ослепил яркий солнечный свет. С непривычки он зажмурился, но тут же распахнул глаза вновь, вдохнув полной грудью свежий морской воздух. Тёплые лучи солнца ласкали его кожу, и ему вдруг стало ясно, как же сильно он скучал по этим ощущениям. Свежий морской ветерок приятно скользнул по его телу, развевая пряди волос.
Чимин стоял, нежно улыбаясь свету, словно встречался с давним другом. Он опустил взгляд на палубу, где моряки были погружены в работу. Они сновали туда-сюда, кто-то тянул канаты, кто-то поднимал бочки, а кто-то кричал указания. Омега с интересом наблюдал за этой жизнью, поглощённый движением, работой и шумом.
— Наш больной наконец-то выбрался из своей комнаты? — раздался глубокий бархатистый голос сбоку. Чимин повернулся в его сторону и встретил взгляд высокого альфы. Мужчина выглядел так, словно был воплощением силы и уверенности, а на его лице играла лёгкая, почти незаметная улыбка. Она открывала ямочки на щеках, которые, казалось, делали его менее грозным, несмотря на очевидную принадлежность к альфам.
— Как видишь, — отозвался Джин, скрестив руки на груди. Он явно уже был знаком с этим мужчиной и смотрел на него с лёгкой усмешкой. — А ты что здесь делаешь? От работы отлыниваешь, Намджун?
Альфа хмыкнул, скрестив руки в ответ. Его лицо выражало смесь недовольства и веселья.
— Вообще-то я на задании. По поручению капитана, если ты не заметил, — Намджун приподнял бровь и взглянул на Джина, словно вызывая его на немой поединок взглядов. — Меня послали за уткой, — с довольной ухмылкой добавил он, явно наслаждаясь этим моментом и предвкушая реакцию.
Джин застыл на мгновение, словно не веря своим ушам, затем недовольно прищурился.
— Утка? — недоумённо переспросил он, будто проверяя, не ослышался ли. Намджун кивнул, не убирая с лица своей хитрой ухмылки.
— Да, утка. Капитан приказал. И кто я такой, чтобы спорить с ним? — с напускной невинностью закончил альфа, явно получая удовольствие от всей этой сцены.
— Слишком щедро для капитана. Чего это он вдруг решил устроить пир? — Джин выглядел озадаченным, но в его голосе проскальзывал интерес.
Чимин стоял рядом, наблюдая за этой перепалкой с интересом. Между Намджуном и Джином явно ощущалась какая-то особенная химия. Поддразнивания и подколки были частью их игры, в которой каждый знал свои ходы и реакции другого. Это не походило на обычные споры — их общение было живым, полным искр, как будто за каждым словом скрывался целый пласт неназванных эмоций.
— Пока что это и для меня загадка, — усмехнулся Намджун, наконец обратив внимание на Чимина. Его взгляд стал чуть мягче, когда он оценивал молодого омегу. — Так как тебя зовут, наш новый пассажир?
— Чимин, — ответил омега, стараясь не выдать нервозность в своём голосе. Он широко улыбнулся, стараясь казаться уверенным. — Приятно познакомиться.
— Намджун, — кивнул альфа, улыбаясь в ответ. — Извиняюсь за запоздалое приветствие. Добро пожаловать на наш корабль, — его голос был глубоким, но в нём чувствовалась доброжелательность, которая немного смягчала суровость его облика.
— Всё, иди уже, куда направлялся, — Джин махнул рукой, отпуская Намджуна с лёгким вздохом. Но перед тем, как альфа успел сделать шаг, врач задержал его вопросом: — Но подожди, ты случайно не знаешь, где сейчас Тэ?
Вопрос прозвучал буднично, но Чимин заметил мелькнувший взгляд, которым Джин проводил Намджуна. Врач старался скрыть это, но омега не мог не уловить тех тонких ноток интереса и какой-то скрытой нежности. Это заставило Чимина слегка ухмыльнуться про себя, словно он раскрыл маленькую тайну, которой мог любоваться со стороны. Он мысленно поставил себе галочку:
"Намджун и Джин явно что-то скрывают..."
Альфа, будто не замечая этого взгляда, задумался на мгновение, почесав затылок. Затем его глаза чуть прищурились.
— Кажется, сегодня он закреплён за прачечной, — наконец ответил он, снова ухмыльнувшись, как будто ничего особенного не произошло. После чего махнул рукой и отправился по своим делам, не забыв напоследок окинуть Джина насмешливым взглядом.
Как только Намджун исчез из виду, на палубе воцарилась тишина. Джин тихо фыркнул, слегка покачав головой.
— Этот альфа только и делает, что вызывает проблемы, — буркнул врач, хотя в его голосе не было ни капли недовольства, скорее лёгкое раздражение, смешанное с чем-то вроде привязанности.
Чимин, всё ещё тихо посмеиваясь над ситуацией, перевёл взгляд на врача, решив пока не засыпать его вопросами о странном обмене репликами с Намджуном. Это их дело, и Чимин не хотел лезть в то, что не касалось его напрямую — по крайней мере, пока.
— Кто такой Тэ? — спросил он, переведя тему на новую, более интересующую его.
— Тэ? — задумчиво произнёс Джин, слегка приподняв бровь. — Это ещё один омега на корабле, и примерно твоего возраста. Я подумал, что вам было бы интересно познакомиться. Он парень дружелюбный, общительный, — врач улыбнулся, явно испытывая симпатию к этому загадочному Тэ. — Но сегодня он закреплён за прачечной, а она довольно далеко. Тебе ещё не стоит так напрягаться, так что, думаю, встречу с ним придётся отложить на другой день.
— Ладно, — вздохнул Чимин. — Тогда куда мне можно сходить? — спросил он, с жадным интересом оглядывая корабль вокруг себя. Огромное судно казалось бескрайним лабиринтом, полным тайн и уголков, которые он жаждал исследовать.
Джин задумчиво потёр подбородок, обдумывая ответ.
— Хмм... Ну, на кухню, наверное, можно. Это недалеко отсюда, и ты не устанешь по пути туда, — предложил врач, оценивая состояние Чимина. — Тем более, там наверняка что-то вкусное готовят, может, тебе даже дадут попробовать, — с улыбкой добавил он, словно подталкивая омегу к этому решению.
Чимин обрадовался этой идее. После стольких дней в четырёх стенах он был рад хотя бы возможности пройтись по кораблю и увидеть что-то новое. Джин аккуратно взял его за руку, поддерживая.
Когда Чимин и Джин начали спускаться с палубы, омега не мог отвести глаз от окружающей его обстановки. Корабль казался ему живым существом — массивным, старым, но всё ещё крепким. Половицы под ногами чуть скрипели, но это лишь добавляло особой атмосферы. Паруса на мачтах шелестели на ветру, словно кто-то шептал старые морские тайны. Чимин вдохнул свежий воздух, наполненный солёным привкусом моря, и улыбнулся. На корабле царила какая-то чарующая атмосфера — смесь спокойствия и скрытой мощи, словно он плыл не просто по волнам, а по страницам легенд.
— Всё-таки потрясающее судно, — пробормотал он тихо, словно боясь нарушить волшебство момента. Джин лишь кивнул в ответ, понимая чувства Чимина.
Когда они подошли к лестнице, ведущей вниз, вглубь корабля, Чимин ощутил лёгкое волнение. Спускаясь по узким ступенькам, он аккуратно держался за поручни, ощущая под пальцами прохладный металл. Пространство становилось всё темнее и теснее, и свет, который раньше бил в лицо с палубы, постепенно тускнел, превращаясь в мягкие отблески фонарей, развешанных по стенам коридоров.
Чимин осматривался, пытаясь уловить детали. Стены были крепкими, но местами с облупившейся краской, показывающей возраст судна. Узкие коридоры корабля напоминали о его боевом прошлом — здесь пахло солью, древесиной и чем-то ещё, возможно, старым железом и пряностями. Каждый шаг отзывался лёгким эхом, а ритмичное покачивание судна под ногами создавало иллюзию постоянного движения. Это движение, казалось, задавало особый ритм всему на корабле, и Чимин чувствовал, что начинает вписываться в этот темп.
— У нас немного тут узковато, — заметил Джин, улыбнувшись, когда они прошли по узкому проходу, едва не задевая стен.
Чимин лишь кивнул. Его сердце забилось быстрее, когда они прошли мимо закрытых дверей и вездесущих ящиков с провизией, складированных у стен. Всё здесь казалось таким обыденным, но в то же время необычайно важным — словно каждая деталь корабля была частью огромного механизма, приводящего его в движение.
Наконец впереди показалась дверь на кухню. Уже отсюда доносился аромат свежей еды — запах хлеба, тушёного мяса и чего-то пряного. Чимин не смог удержаться от широкой улыбки. Живот тут же напомнил о своём существовании громким урчанием, а лёгкая усталость от ходьбы улетучилась перед предвкушением...
