Гости из будущего

Трафальгару-младшему казалось, что по нему определённо прошёлся целый табун лапанов. Или у них стаи? Или сообщество? А может быть, община? Так, что за неряшливые мысли? Кто-нибудь верните его мозгу здравый смысл! Хирург с трудом разлепил глаза. Тело болело нещадно, голова была неимоверно тяжёлой и буквально раскалывалась надвое. Во рту было сухо. Ло кое-как перевернулся на бок, натыкаясь взглядом на графин с водой и наполненным такой необходимой ему сейчас жидкостью стаканом. Капитан Пиратов Сердца потянулся за стаканом и замер. С какого такого чёрта его рука перевязана? Ладно, потом, сначала вода. Слегка подрагивающие пальцы коснулись холодного стекла. Это ж чего его так колбасит? Стакан был осторожно поднят с прикроватной тумбочки, но рука ощущалась настолько слабой и беспомощной, что в какой-то момент гладкая поверхность выскользнула из татуированных пальцев. И драгоценная вода бы разлилась на постель, если бы стакан не был вовремя подхвачен другими руками. Трафальгар проследил, откуда тянулись неизвестно откуда взявшиеся конечности, и крупно вздрогнул под нерешительным взглядом тёмных, почти чёрных глаз. Мугивара? А что он тут дела… Воспоминания о прошлой ночи накрыли хирурга. Они же… Они же… Твою мать… Твою мать! Монки Ди молча протянул союзнику стакан. Хирург нервно сглотнул, но воду всё же принял и попытался хоть как-то сесть. Получилось от слова «никак». Тело не слушалось, болело. Ло отметил, что теперь он почти смахивал на самую настоящую мумию: буквально всё его тело было обмотано белыми бинтами. Понимая, что сесть ему не удастся, капитан Пиратов Сердца решил, что попить он сможет и в полулежачем состоянии. Такая необходимая вода потекла по горлу, причиняя лёгкий дискомфорт. Конечно, попробуйте сами несколько часов безостановочно стонать, кричать и охать… Не забываем и про внушительных размеров член, который пару раз протаранил чувствительную глотку. Стакан, в этот раз благополучно, был возвращён на тумбочку. Трафальгар откинулся на подушки, глядя в белый потолок. И что дальше? — Прости… — тихое извинение донеслось до хирурга. Он чуть повернул голову. Луффи сидел на полу, к нему спиной, виновато опустив плечи. — Я не хотел… Ло поджал губы. Конечно, не хотел, раз он ему противен. — Забудь, — Трафальгар повернулся на бок, — считай, что это прощальный подарок, — он горько усмехнулся, — в конце концов, ты меня ненавидишь… Всё верно. Что бы там не говорили Чёрная нога и Нами, хирург был уверен, что с Мугиварой им больше не по пути. Может быть, так даже будет лучше для них обоих. — Нет, — голос Луффи дрогнул, — я тебя не ненавижу. Я не могу тебя ненавидеть. — Сам же сказал, что я тебе противен, — Ло натянул на себя одеяло, — ещё и избегал… Кровать прогнулась под тяжестью второго тела. Трафальгар и пикнуть не успел, как его перевернули на спину. — Это неправда! — Монки Ди крепко сжал его плечи. — Я просто… — он по-детски поджал губы и отстранился от союзника, сев на кровати и спрятав лицо в коленях. — Я просто не хочу так, я хочу по-другому. Хирург всё же с огромным трудом сел и во все глаза уставился на Мугивару. Он совсем ничего не понимал. — Мне не нравится, что мы просто занимаемся сексом, — глухо продолжил Монки Ди, — и мне противно от этого. Я хочу по-другому… — Как? — севшим голосом спросил Ло, чувствуя внутри неясный трепет. — Тебе не понравится, и ты скажешь, что это глупо. — Не скажу. Луффи поднял голову. Трафальгар сидел напротив него, чуть поджимая пухлые губы. Мугивара тихо выдохнул. — Обещаю, — прошептал хирург. — Я… — грудь Луффи предательски сдавило, голос надломился, — я хочу, чтобы мы делали что-то ещё вместе: разговаривали, гуляли, сражались… Я совсем тебя не знаю. Я не знаю, что тебе нравится, а что не нравится, — на лице Монки Ди появилась грустная улыбка. — Глупо, да? — Нет, — Ло ощутил, как сердце пропустило пару ударов. — Не глупо. Совсем не глупо. Я тоже… — капитан Пиратов Сердца выдохнул весь воздух из лёгких, — хочу делать всё это с тобой. Чёрные омуты удивлённо уставились на него. Луффи издал невнятный полувздох-полувсхлип. — Правда? — едва слышно спросил он. — Да. Резиновые конечности обвили талию Трафальгара. Мугивара прижался к нему, утыкаясь носом куда-то в хирургское плечо. Ло обнял Монки Ди в ответ. Дышать стало легче, словно огромный камень упал с его души. Капитан Пиратов Сердца осторожно взял лицо союзника в свои руки и прижался своими губами к его. Луффи сдавленно охнул и вдруг отскочил от него, шумно падая с кровати. Трафальгар нахмурился: а это ещё что за реакция? Он, превозмогая боль, подполз к краю постели, склоняясь над распластавшимся на ковре Мугиварой. — Не делай так, — простонал Монки Ди, закрывая лицо руками. — Как? — спросил хирург, продолжая хмуриться. — Когда ты меня так целуешь, мне больно, — голос Луффи чуть подрагивал. — У меня такое чувство, что ты даёшь мне столько всего, а я ничего не могу дать тебе взамен. Ло замер. Разве это не похоже… Не похоже на… Щёки предательски заалели. Трафальгар невольно сжал простынь. — Мне ничего не нужно, — выдохнул он, чувствуя как его собственное сердце коллапсирует в бешенном ритме. Хирург протянул руки к рукам Мугивары, убирая их с юношеского лица. Из груди самовольно вырвался сдавленный вздох. Щёки Монки Ди буквально горели. Вы понимаете? Капитан Пиратов Сердца довёл до смущения человека, для которого слово «стыд» — пустой звук. — Мне ничего не нужно, — снова повторил Ло, его собственное лицо тоже пылало, — только больше не уходи… Луффи резко встал, хватаясь за шею союзника и соприкасаясь с ним лбами. — Давай ещё раз, — прошептал он. Трафальгар снова коснулся юношеских губ, нежно и трепетно. Монки Ди сдавленно выдохнул и замер, привыкая к ощущениям. Траффи сказал, что ему ничего не нужно, кроме него самого. Такое странное чувство. Так тепло… — Больно? — чуть обеспокоенно спросил хирург, отстранившись. — Не знаю, — Мугивара отвёл взгляд. — Я не понял. — Боже, — на лице Ло появилась лёгкая улыбка, которая тут же была смазана новым поцелуем, таким же мягким и осторожным как предыдущий. Луффи в этот раз ответил, крепче прижимая к себе союзника. Больше никогда… Они больше никогда не расстанутся. Золотая монетка блеснула в лучах утреннего солнца. Один выбор, приближающий этих двоих к роковой точке перемен, был сделан. — Дыши тише, — шикнул на Ророноа Чёрная нога, прижимаясь ухом к двери. — Я почти ничего не слышу. — Может, мне вообще не дышать? — грубовато поинтересовался Ророноа, тоже вжавшийся в дверь, ведущую в комнату Луффи и Ло. — Нет уж, дыши, будь добр, ты мне ещё нужен. Зоро недовольно насупился. То дыши, то не дыши. Он что на приёме у доктора? (Бета: Как перестать умиляться?)

***

Монки Ди и Трафальгар-младший недовольно прожигали взглядами младшего повара и мечника, грызущихся у стойки регистрации в гостинице. Мало того, что их буквально пинками заставили вылезти из кровати, в которой они молча нежились, крепко прижавшись друг к другу, так ещё и наехали за то, что оба капитана, видите ли, громко шумели ночью, не давая другим постояльцам отдыхать. По мнению союзников обвинения были крайне несправедливыми: Лав-Лэнд — это город, где жители чуть ли не трахаются на каждом углу. И какие в этом случае могли быть к ним претензии? Они просто прониклись атмосферой города, вот и… Хирург тихо вздохнул, утыкаясь носом в чернявую макушку. Если вы думаете, что он смог встать после своих ночных приключений, то вы глубоко ошибаетесь. Ноги Ло благополучно отказались держать своего хозяина, мол, мы и так вчера батрачили, давай сегодня без нас. Пришлось одолжить спину Мугивары в качестве временного средства передвижения. Луффи, конечно же, не был против, заявив, что он «готов носить Траффи хоть всю жизнь». От таких слов Трафальгар чуть не помер: сердце теперь каждый раз ускорялось раз в сто, стоило только Монки Ди улыбнуться и сказать что-то глупое, но не менее смущающее. — Давайте от них убежим? — предложил топчущийся на месте Мугивара, которому уже порядком надоело наблюдать за очередными спорами накама. — Поддерживаю, — буркнул стоящий рядом с ними Чоппер. — Согласен, — хирург кивнул. Луффи резко наклонился вперёд. Ло съехал на плечи союзника, чувствуя, как резиновые руки бесстыдно лапают его задницу. Попутно Монки Ди прихватил Тони-Тони, который тихой ойкнул, когда его переместили на шею Трафальгара. Мугивара выпрямился. Хирург невольно сжал ноги, боясь свалиться с мощных плеч. Маленький доктор поудобней схватился за шею коллеги по врачебным делам. В итоге, получилась какая-то человеческо-оленья башня. — Погнали! — громко крикнул Луффи и ринулся вперёд прямо мимо ошалевших от подобной выходки Зоро и Санджи. Ло только и успел, что пригнуться, когда они вылетели через дверной проём, поддержав верещащего Чоппера. — Держитесь крепче! — заливисто хохоча, заорал Монки Ди. — Ты нас убить хочешь?! — Трафальгар и Тони-Тони вцепились друг в друга, ища моральную поддержку. Ророноа и Чёрная нога, раскрыв рты, наблюдали за удаляющейся от них процессией. — Идиоты… — шокировано выдал повар. — Это ж надо такой приду-Ай! — он вскрикнул, чувствуя, как сильные руки поднимают его над землёй, закидывая на не менее мощное плечо. — Маримо, ты что творишь?! — Мы их обгоним! — мечник рванул вслед за своим капитаном под отборный мат Санджи. (Бета: Я знала что так и будет. Лу и Зоро стоят друг друга. Называется каков капитан, таком и старпом. Два идиота х)) Утренний и сонный Лав-Лэнд содрогнулся от неистовых криков своих гостей. Ещё никогда на памяти местных жителей не было такого, чтобы кто-то умудрился искупаться почти во всех фонтанах городка и пересчитать почти все цветочные клумбы. Но горожане лишь тихо посмеивались, глядя на шумную процессию: если это любовь, то ей всё простительно.

***

Золотце мерил шагами камбуз. Притихшие Мугивары следили за ним, готовясь получить нагоняй за свои «злодеяния». Хотя, по факту, наказание заслужила только Нами, так как именно она поселила двух капитанов в один номер. Но команда решила стойко разделить ответственность в надежде, что за подобный альтруизм с них спишут часть долгов. Как жаль, что надежда была ложной. — Я просил вас присмотреть за ними, а не вмешиваться в их отношения, — строго начал Винсмоук. — А если это из-за них творится вся эта временная херовина? — Но у них же любовь, — осторожно пискнул Усопп, тут же прячась за Фрэнки под тяжёлым взглядом старшего повара. — Хреновь, — рыкнул кок. — А если всё станет ещё хуже? Вы почему сразу мне не сказали, что эти двое поссорились? — Потому что тебе нельзя волноваться, — вполне справедливо отметила Робин. — Да и, судя по будущему, ваше невмешательство только могло усугубить проблему в их отношениях. — Эти идиоты жутко гордые, — Золотце скрестил руки на груди. — Если вы думаете, что мы не пытались, то вы ошибаетесь. Их бедовые головы непробиваемы… Дверь на кухню резко отворилась, заставляя всех присутствующих вздрогнуть. Мало ли, вдруг это Ло-старший очухался? Его вот как раз для полного разноса и не хватало… На пороге стояли запыхавшиеся Ророноа и Чёрная нога. — Ну?! — нетерпеливо вскрикнули Мугивары. — Они… — Санджи всё ещё пытался отдышаться, — помирились… — Как? — потрясённо выдохнул Винсмоук. Это же Лу и Траффи! Они и взрослыми кабанами-то договориться не могли, а тут как мелкими умудрились? (Авторка: Золотце, поверь, мы тоже в шоке) — Через рот, — хмыкнул Зоро. — Чего? — Мугивары скривились. — Словами, придурок, — младший повар отвесил мечнику лёгкий подзатыльник. — Поговорили они. — Откуда знаете? — навигатор пристально глянула на парней. Те переглянулись и одновременно выдали: — Мы подслушивали. Мугивары прыснули со смеху. Вот теперь точно можно было расслабиться. Оба капитана, наконец, вышли из своего затупничества. Осталось только, чтобы старшие последовали их примеру.

***

Только к вечеру экипаж Санни Го, наконец, смог окончательно подготовиться к отплытию. Нами нервно поглядывала на компас О-Тоси и всех поторапливала: подумать только, они потеряли около шестнадцати часов, пока разбирались с проблемами насущными, а ведь это не один скачок и даже не два… Золотце весь день провёл в лазарете с Трафальгаром-старшим, который всё норовил покинуть обитель местного доктора, утверждая, что ему уже лучше. Но Мугивары и Винсмоук стояли на своём: лежи, отдыхай, тебе полезно, без тебя справимся… Конечно, все немного слукавили: им не очень хотелось, чтобы гость из будущего застал милующихся младших. А миловались Луффи и Траффи непозволительно много: Монки Ди весь день протаскал союзника на руках. Тот сначала возмущался, но потом, кажется, смирился и только поудобней устроился в резиновых руках, иногда взъерошивая волосы на чернявой макушке. Весь вид капитанов так и говорил — дайте им ещё время и однажды они потрахаются прямо на палубе. Солнце уже начинало садиться, когда Санни, наконец, отчалил от Лав-Лэнда. Мугивары вздохнули с облегчением: больше никаких розовых соплей, по крайней мере, не в таком количестве. Но, пресвятой Энель, как же они ошибались… Монки Ди и Трафальгар-младший расположились на корме, глядя на удаляющийся остров. Луффи сидел на перилах, болтая ногами. Ло искоса поглядывал на него, ненароком любуясь этой ходячей чернявой катастрофой. Всё, абсолютно всё, в Мугиваре теперь казалось ему таким нужным и родным, вызывало неясный трепет где-то под рёбрами. Капитан Пиратов Сердца отдавал себе отчёт, что то, что происходит между ними сейчас, может изменить их будущее, но разве может произойти что-то плохое там, где они вместе? Монки Ди заметил, что на него смотрят и повернул голову к союзнику, улыбаясь во все свои тридцать две зубищи. — Траффи, — позвал он. — Что? — тут же спросил хирург. — Ничего, — Луффи хихикнул. — Мне просто нравится так тебя называть. Трафальгар прокашлялся, смущённо отводя взгляд в сторону. Нет, он точно так однажды помрёт от того, что его сердце не выдержит этой улыбки. — Вообще, мне всё в тебе нравится, — беззаботно продолжил Мугивара. — Траффи, — Монки Ди снова улыбнулся, — ты мне весь нравишься (Авторка: Спустя 43 главы они, наконец, сделали это!) (Бета: Вот то мне от этого и хорошо и плохо одновременно). Хирург издал какой-то невнятный звук, покрываясь красными пятнами, и отвернулся. Как-то, когда он только занял должность шичибукая, один из дозорных назвал его «похитителем сердец». Но кто знал, что сердце этого самого «похитителя» утащит одна ходячая катастрофа с заводом в заднице по производству проблем… Луффи фирменно захихикал, глядя на реакцию союзника. Резиновые руки оплели талию Ло и притянули к такому же резиновому телу. — Нравишься, — как-то завороженно повторил Монки Ди, уставившись на Трафальгара, который чуть ли не дымился от смущения. Хирург не выдержал подобной пытки и спрятал горящее лицо в изгибе чужой шеи, тут же получая лёгкий поцелуй в раскрасневшееся ухо. — Мугивара-я, — Ло с трудом заставил себя посмотреть на союзника, слишком уж тяжело было справляться с нахлынувшими чувствами, — твоя рука свободна вечером? Он чувствовал себя самым настоящим идиотом. Влюблённым идиотом, который и двух слов связать не мог в присутствии яркого Солнца. Возможно, когда-нибудь это самое Солнце услышит от Луны заветные слова. Но не сейчас, позже, иначе Луна помрёт от тахикардии. — Ага, — выдохнул Луффи в губы союзника, — для тебя она всегда свободна. — Мугивара-я, — на лице Трафальгара снова появилась эта едва уловимая улыбка, — ты флиртуешь со мной? — Чего? — Монки Ди нахмурился. — Флиро-… что? (Авторка: Безбожно кинню этот момент) Внутри хирурга что-то булькнуло и он тихо засмеялся, вводя ходячую катастрофу в ещё больше ступор. Как там Нами говорила? Два сапога, и те левые? Кажется, это, действительно, про них. — Ты невыносим, — Ло поцеловал уголок юношеских губ. — Э?! — Луффи только и мог, что беспомощно хлопать глазами. — Траффи, я ничего не понял! Траффи! Объясни! Ну, Траффи! Но союзник лишь крепко обнял его, нежно целуя возмущающуюся ходячую катастрофу в лоб. Невообразимое тепло наполняло его тело, давно забытое желание жить точно подсолнух медленно раскрывалось под лучами никогда не угасающего Солнца…

***

И вот снова ночь, и они снова на палубе. Луффи ждал Ло на качелях, а стоило тому подойти ближе, как резиновая рука потянулась к нему, сплетая их пальцы. Теперь они здесь не из-за своих кошмаров или мыслей насущных, а просто потому, что им так хотелось. Они сели под деревом, прижались друг к другу. Над ними — только бескрайнее ночное небо, усыпанное миллиардами звёзд. Монки Ди уложил свою голову на хирургские колени. Татуированные пальцы тут же запутались в чернявых вихрах, чуть почёсывая кожу головы. Мугивара довольно заурчал, точно кот, чей хозяин, наконец, соизволил погладить своего питомца. Трафальгар поднял лицо к звёздам. Слова сами полились из его груди, вырываясь через голосовые связки, обретая значимость в тёплом ночном воздухе. Он впервые говорил о Флевансе кому-то постороннему, вытягивал из недр своей души болезненные воспоминания, которые, наконец, приобрели словесную форму. Хирург будто заново пережил те дни: беззаботные и яркие, которые затем вспыхнули в пламени разрушенного города. Он не знал, слушал ли его Луффи. Может быть, парнишка и вовсе заснул под ровный голос союзника и его мягкие прикосновения. Но Ло хотелось, безумно хотелось, высказать всё, что он так долго таил в себе. Возможно, это такое проявление глупости или слабости, но Трафальгару подобное уже было неважно. Впервые в жизни ему нужно было просто выговориться. Закончив, хирург опустил голову вниз, полагая, что Монки Ди видит уже десятый сон. Но Мугивара не спал. Он с какой-то детской нежностью смотрел на союзника. Резиновые руки осторожно взяли его лицо, проводя большими пальцами по тёмным синякам под глазами, будто хотели вытереть невидимые слёзы. Луффи приподнялся, притянул к себе Ло, заставляя того уткнуться носом в район мальчишеской шеи. — Спасибо, что рассказал, — голос Монки Ди звучал тихо и глухо. — Спасибо, Траффи. Трафальгар невольно издал едва различимый скулёж и крепко прижался к союзнику, сминая его рубашку. Мугивара осторожно гладил его по спине, и этого было вполне достаточно, чтобы справиться с нахлынувшими болезненными воспоминаниями. — Я скучаю по ним… — сдавленно выдохнул хирург. — Я знаю, Траффи, — Луффи трепетно поцеловал его в макушку, — Я знаю… Ло поднял голову, татуированные пальцы снова запутались в чернявых вихрах. Трафальгар прижался своими губами к губам Монки Ди, чувствуя, как юное тело охватывает мелкая дрожь. Мугивара тихо охнул, приоткрывая рот и позволяя хирургу углубить поцелуй. Грудь всё ещё болезненно сдавливало от подобных касаний союзника, но уже не так сильно, как раньше. И Луффи казалось, что со временем боль уйдёт навсегда. — Мх! — Монки Ди едва не подавился воздухом, когда чужие немного холодные руки забрались ему под рубашку и огладили поджарый живот. — Тра-тра-ффи? — М? — Трафальгар поцеловал его куда-то под подбородок. — Тебе больно? — Нет, — Мугивара поймал его губы, мягко их сминая, — совсем нет… Они вжались друг в друга, словно нуждались в этом больше всего на свете. Это странное, невообразимое притяжение, что возникло между ними усиливалось с каждой секундой. И это было так волнительно, так трепетно, словно они оба были знакомы давным-давно и просто встретились после долгой разлуки… — Твою мать! Ло и Луффи разорвали поцелуй и немного недовольно посмотрели на нарушителя их спокойствия. Канонир поёжился от этих взглядов: почему в подобные ситуации всегда попадает именно он? (Бета: Это твоя судьба Усопп. Тебе остается только смириться.) (Авторка: Ты ж мой бедолажка!)

***

У Усоппа было странное чувство дежавю. Вот он сидит на камбузе, пытается осознать свою жизнь, пока оба капитана мучают плиту и чайник… Вам не кажется, что то-то подобное уже происходило? К удивлению снайпера, в этот раз союзники додумались включить плиту, а это уже какой-никакой прогресс. Камбуз быстро наполнился ароматом травяного чая. Луффи шарился по ящикам в поисках чего-нибудь пожевать. Но там были только мандарины. Много мандаринов. Похоже, Золотце не ребёнка собирался рожать, а какой-то цитрус. С таким количеством витамина Це в крови экипаж Санни Го скоро не только от цинги защитится на сто лет вперёд, но и начнёт лечить болезнь, погубившую множество моряков, своими слюнями. А вот с кружками в этот раз тоже не повезло. Пришлось взять злополучные глубокие тарелки. — Так вы… — подал голос снайпер, хлебнув из «чашки», — теперь встречаетесь, парни? Монки Ди и Трафальгар переглянулись. Канонир мысленно приготовился к очередному приступу синхронизации союзников. — Да? — неуверенно ответил Ло, который, кажется, больше спрашивал. — Да? — Мугивара поднял удивлённый взгляд на хирурга. — Да, — повторил тот более уверенно. — Да, — Луффи повернулся к накама, сияя точно новогодняя ёлка. Усоппу захотелось треснуть себе по лбу. Ну, вот, как он и думал, они засинхронизировались. С другой стороны, кажется, эти двое, наконец, определились в своих отношениях. — Хвала Энелю, — облегчённо выдохнул канонир, — рад, что у вас всё хорошо. Знаете, как мы за вас волновались? Только попробуйте ещё раз поссориться — мы высадим вас на необитаемый остров и не будем забирать оттуда, пока вы не помиритесь, поняли? Снайпер продолжил разглагольствовать на тему того, что Мугивары сделают с капитанами, если те ещё раз заставят их беспокоиться. Монки Ди на это только хихикал, крепко сжимая под столом руку хирурга, который мысленно чуть ли не орал: он встречается с ходячей катастрофой, вы понимаете? Он теперь встречается с Монки Ди Луффи! А это означало только одно: этот проклятый всеми богами альянс теперь точно невозможно расторгнуть. Хотя, Трафальгар, в принципе, и не был против… Усопп ушёл только часа через полтора, точнее, хирург как можно мягче выпроводил его с камбуза, уверяя снайпера, что сон очень полезен, это он как врач говорит. И вообще, завтра рано вставать, их ждёт тяжёлый день и прочее… Когда, наконец, канонир соизволил покинуть кухню, капитаны перебрались на диван. Луффи первый забрался на мягкую обивку и утянул за собой Ло, заставляя того чуть ли не улечься на него. Трафальгар уложил голову на широкую грудь, чувствуя, как резиновые пальцы осторожно, даже как-то любовно, перебирают его волосы. — Траффи, — негромко позвал Мугивара. — М? — хирург уже начал проваливаться в лёгкую дрёму. — А почему ты тогда меня спас? — Я же уже говорил, — Трафальгар зевнул, — у меня не было особых причин, чтобы сделать это. Просто так получилось. — Спасибо, — Монки Ди легко поцеловал его в лоб. — Я рад, что я жив. — Я тоже… Луффи удивлённо глянул на союзника, но тот уже тихо сопел, разморенный теплом резинового тела. Мугивара улыбнулся с небывалой нежностью. — Спасибо, что дал мне силы жить дальше…

***

Два года назад, после Великой войны… — Капитан! Капитан! — Бепо ворвался в каюту Трафальгара, который от неожиданности едва не выронил кружку с драгоценным кофе. А он только хотел расслабиться в одиночестве, полистать недавно купленные медицинские справочники… И вообще, он же просил стучаться перед тем, как вламываться в его комнату. — Что случилось? — хирург поставил кружку на рабочий стол, так, от греха подальше. — Там Шляпка… — начал было штурман, но его перебил жуткий грохот, доносящийся из операционной, и крики Пиратов Сердца. Ло медленно выдохнул. Вот и спасай после этого всяких Мугивар: они тебе и корабль сломают, и нервы подпортят — и не только одному капитану, а всей команде сразу. И как потом отпаивать несчастных подчинённых успокоительными? У них же запасы скоро этого самого успокоительного закончатся. Трафальгар быстрым шагом покинул свою каюту. Бепо тут же устремился за ним, не переставая причитать: Шляпка то, Шляпка сё. Из слов навигатора хирург понял только одно — его операционную собираются разнести в щепки. Знаете, какие сейчас цены на оборудование? У Пиратов Сердца, конечно, есть сбережения, но не хотелось бы тратить их только на восстановление субмарины. Ло пришёл как раз в тот момент, когда Шачи и Пенгвина отбросило в ближайшую стену резиновой рукой. — Капита-а-ан! — взвыли парни, цепляясь за Трафальгара, у которого от увиденного невольно дёрнулся глаз. В операционной царил самый настоящий хаос: оборудование было перевёрнуто, скальпели, зажимы и прочая медицинская утварь была разбросана по полу, а Пираты Сердца безуспешно пытались угомонить взбесившегося Монки Ди, который с лёгкостью раскидывал их в стороны, грозно рыча. Отцепив от себя последнего подчинённого хирурга, Луффи с размаху впечатался головой в стену. Бинты тут же окрасились в алый, но парнишка снова ударился головой о железную стенку корабля. Ло почувствовал, что закипает: он спасал этого резинового идиота не за тем, чтобы тот громил его субмарину, пытаясь отойти в мир иной. — Эй, ты! — Трафальгар двинулся к нарушителю своего спокойствия. — Прекрати! — Капита-а-ан! — взвыли Сердца, ретируясь в сторону двери. Они-то уже выучили все повадки Хирурга Смерти и нутром чуяли, когда тот злится. А если капитан злится, то к нему лучше не подходить и вообще уйти куда подальше. Только Шачи, Пенгвин и Бепо стойко выдерживали ярость Ло. Они и остались в операционной — мало ли. Трафальгар схватил Мугивару за плечо, чтобы прекратить бессмысленные самоистязания, но тут же был отброшен в сторону. — Не мешай! — в голосе мальчишки было тонн сто отчаяния, а в глазах не было ни намёка на здравый смысл. — Не мешай… — Монки Ди покачнулся. Хирург Смерти громко цыкнул. Вот же проблемный. Луффи снова ударился головой о стену. Кровь рекой лилась на пол, яркими пятнами украсила металлическую стену. — Помереть захотелось? — на лице Ло появилась жуткая ухмылка. Вот же паршивец. Идиот. Самый настоящий идиот, не ценящий собственную жизнь. — Эйсу… — прохрипел Монки Ди. — Умер… Я тоже… — он снова занёс голову для удара, — хочу умереть! Трафальгар в два счёта оказался рядом с Мугиварой и ударил его кулаком по лицу. В чёрных глазищах была лишь пустота. Парнишка явно был не в себе и, скорее всего, не понимал, что вообще творит. Он грохнулся на пол, харкая кровью. — Капитан! — Бепо, Шачи и Пенгивн хотели было вмешаться, но Ло жестом заставил их остановиться. — Так умри, — голос их капитана отдавал сталью. Луффи с трудом встал на ноги. Его лицо было полностью залито кровью, некоторые швы на теле разошлись. Хирург Смерти снова цыкнул: только зря всё зашивал. Монки Ди надрывно закричал и ринулся на Трафальгара. Тот с лёгкостью увернулся и ударил его коленом в живот. Мугивара сдавленно охнул. Ло схватил его за грудки, приподнимая над полом. — Больше всего я ненавижу таких идиотов как ты, Мугивара-я, — Трафальгар холодно глядел на парнишку, который слабо дергался в его руках. — Думаешь, что-то изменится, если ты умрёшь? Полагаешь, что мёртвые вдруг воскреснут? Да чёрта с два! Никто не вернётся, что бы ты не сделал! — Хирург Смерти повысил голос. — Твой брат умер, потому что ты был слишком слаб, признай это! Он мёртв, потому что ты позволил ему умереть! Луффи рыкнул и впился в татуированные руки, оставляя на них кровавые борозды, но Ло только усилил хватку. Бесит. Раздражает. Безмозглый идиот. — Возьми на себя ответственность… — Трафальгара немного потряхивало, мыслями он давно уже был на острове Миньон, — и живи! Ради мести, своей мечты, свободы и тех, кто тебе дорог! Смерть — это самый простой путь! Хочешь, чтобы его жертва была напрасной?! Монки Ди крупно вздрогнул и вдруг громко всхлипнул. По мальчишескому лицу рекой полились слёзы. Не ожидавший такой реакции, Хирург Смерти немного заторможено отпустил его. Мугивара покачнулся, а затем резко обхватил Трафальгара за талию и повалился вниз, утягивая того за собой. Операционная наполнилась громкими надрывными рыданиями. Ло беспомощно хлопал глазами, не понимая, что ему делать теперь. Луффи горько плакал у него на коленях, уткнувшись носом в его живот. Чужая боль каким-то образом отозвалась в Трафальгаре как собственная. Он нерешительно положил руки на подрагивающие плечи. — Приберите здесь всё, — негромко произнёс Хирург Смерти через плечо. Бепо, Шачи и Пенгвин одновременно кивнули и принялись быстро возвращать операционной прежний облик. Ло прикрыл глаза и медленно выдохнул. Как же шумно… Трафальгар сидел на кровати, всем своим видом выражая своё недовольство. По другому и быть не могло: в его каюту вторглись самым наглым образом, насильно накормили и напоили чаем, отрывая от такого необходимого сейчас чтения. И это ещё цветочки, ведь самым раздражающим было то, что три наглых задницы покусились на его кровать, развалившись на ней и притиснув своего капитана. — Свалите, — Хирург Смерти одарил строгим взглядом своих обнаглевших накама. — Да ладно тебе, Ло, — отмахнулся Шачи. — Мы так давно не спали все вместе… — Вы с Пенгвином постоянно вместе спите и даже больше, — холодно подметил Трафальгар. Друзья смущённо отвели взгляды. Ну, подумаешь, спалились пару раз. Что в этом такого? Они же не предъявляют своему капитану за то, что тот иногда сваливает куда-то на ночь, хотя могли бы… — Шляпке так тяжело, — вздохнул Бепо. — Надеюсь, он быстро поправится. — Если не будет биться головой о стену, то, может быть, и выживет, — Хирург Смерти повёл плечами. — Жестоко, — хмыкнул Пенгвин. — Слишком жестоко, — подхватил Шачи. — Даже для тебя, Ло. Трафальгар цыкнул. Это при всей команде он «капитан», а стоит им остаться наедине, так сразу превращался в «Ло». С другой стороны, этим троим простительно… — И всё же… — начал Пенгвин. — …ты ему это сказал, — закончил Шачи. — Сказал что? — деловито осведомился Хирург Смерти. Вечная парочка переглянулась и вдруг заключила своего капитана в крепкие объятия, к которым тут же присоединился и Бепо. — Личное… пространство… — чуть ли не задыхаясь, прокряхтел Ло. — Иногда он такой дурак, — наигранно вздохнул Шачи. — И не говори, — подхватил Пенгвин. — Вы… — у Трафальгара дёрнулся глаз. Но этих двоих уже было не остановить: — Смотри, опять злится. Сейчас порубит всех нас на кусочки. — Ага, а потом будет ворчать, как его все бесят. — Эй, Ло, если можно, то положи наши головы поближе. — Да-да, чтобы целоваться было удобно. — Идиоты, — буркнул Хирург Смерти под весёлый смех накама. Возможно, когда-нибудь до капитана Пиратов Сердца дойдёт, что слова, сказанные им Мугиваре, он когда-то давно хотел услышать сам…