Гости из будущего

Поначалу Санджи-младший решил, что свихнулся. Потом он немного поразмыслил и успокоился, однако ужас произошедшего снова накрыл его, заставляя тихо взвыть от отчаяния. Ему приснился сон. Скажете: ничего удивительного, всем снятся сны. И повар тоже бы так подумал, если бы содержание этого сновидения не вгоняло его то ли в ужас, то ли в самый настоящий стыд. Ведь в этом сне он и Зоро… Чёрная нога застонал, и уткнулся носом в столешницу, на которой как раз готовил завтрак. Нет, он определённо спятил, раз ему приснилось, как он делает ЭТО с Маримо, причём всё выглядело настолько реалистично, что боевой кок проснулся не только мокрым от пота, но ещё и… Нет, это даже в мыслях произнести страшно. Конечно, эротические сны — ситуация вполне привычная. Но одно дело, когда ты обнимаешься с внеземной красоткой, а другое — когда тебя вжимает в кровать сильное мускулистое тело. Да, они уже встали на первую ступеньку их совместной сексуальной жизни, но это не значит, что Чёрной ноге должно сниться подобное. Откуда у него столько познаний в чисто мужском соитии, Санджи понятия не имел, но смутно догадывался, что виной всему — та проклятая лекция о пестиках-тычинках от Трафальгара, мать его, Ло. Кстати, о Трафальгарах. Вот один, младший, лежит, дрыхнет без задних ног прямо на груди у резинового капитана. Почему повар не разбудил нарушителей спокойствия своей святая святых? Вопрос, конечно, интересный. Боевой кок сначала хотел пнуть этих двоих и выгнать из камбуза, а потом в нём ни с того, ни с сего заговорила совесть: не тронь этих балбесов, они и так измотались, пусть поспят немного, вон смотри, какие они милые… Санджи от подобных мыслей перекосило, но спорить с совестью он не стал. Почему? Чёрная нога и сам бы хотел знать. На кухню вошёл Ророноа. Сонный и чуть взлохмаченный, он был похож на недовольного хомячка, которого достали из домика, чтобы помыть клетку. Заметив дрыхнущую парочку, мечник чертыхнулся. — Твою ж!.. — растерянно выдал он. — А эти что тут забыли? — Хрен их знает, — повар пожал плечами. Не до капитанов ему сейчас. У него своих проблем выше крыши. Старпом подошёл к боевому коку и обнял того со спины. Санджи невольно вздрогнул, чувствуя легкий поцелуй на своей шее. В голову сразу полезли сцены из сна. К тому же, после той ночи Чёрная нога по-другому начал воспринимать чужие прикосновения: его собственное тело будто стало чувствительнее, и любое действие со стороны Зоро заставляло всё его существо расплываться лужей и медленно перетекать вниз живота. Повар сдавленно охнул, когда руки Ророноа огладили его грудь. — Ты дрожишь, — горячие губы мазнули по уху кока. — Мх! — Санджи упёрся руками в столешницу, его, действительно, била мелкая дрожь. Мечник медленно, тягуче принялся целовать спину Чёрной ноги, спускаясь вниз по позвоночнику. Повар закусил нижнюю губу, сдерживая стон. Боже, он же сейчас помрёт от смущения. Или от возбуждения? Да какая разница, если результат один и тот же?! — Сан-тян? Парни отскочили друг от друга как ошпаренные. Мугивара сонно глядел на них, недовольно морщась. — У-утра, Лу-луффи, — боевой кок нервно поправил галстук. — Ага, — Монки Ди кивнул, широко зевая. — М, Траффи? — он перевёл взгляд на спящего на нём хирурга. — Надо вставать. — Не надо умэбоси… — сонно пробормотал Ло, не открывая глаз и только сильнее прижимаясь к союзнику. — А мне нравится умэбоси, — Луффи забавно сморщил нос. — Сан-тян вкусно с ним готовит. Трафальгар поджал губы, точно обиделся на слова Мугивары. — Траффи, вставай, — Монки Ди нежно поцеловал хирурга в макушку. — А-то Сан-тян и Зоро сейчас откинутся. Такие красные. — Замолкни, паршивец! — парни и вправду покрылись алыми пятнами смущения. Ло приоткрыл глаза поднял голову, посмотрев на Луффи. — Доброе утро, Траффи, — Мугивара улыбнулся. — Выспался? — Угу, — Трафальгар чмокнул Монки Ди в губы. Луффи хихикнул. Резиновые руки переместились на пятую точку капитана Пиратов Сердца. — Мугивара-я, что это ты делаешь? — промурлыкал хирург. — Не знаю, — Монки Ди снова хихикнул. — Целую тебя? И он прижался губами к губам Ло. Тот тихо хмыкнул и ответил на поцелуй. — Хватит уже!!! — заорали на них мечник и повар, которые уже не знали, куда бы им деться от чужих милований. У этих двоих стыда совсем нет или как?

***

Завтрак проходил шумно. Мугивары смеялись над выходками Луффи, Усоппа и Чоппера, обсуждали отвратительную, на их взгляд, атмосферу Лав-Лэнда. Лишь Санджи-младший тихонечко вздыхал по розовым соплям этого острова. Там ведь было так романтично! Только Золотце хмуро переводил взгляд с Ророноа и Чёрной ноги на Луффи и Трафальгара-младшего. Вот ведь мелкие паршивцы! Одни не пойми чем занимались, когда им было сказано: до свадьбы ни-ни, — а другие вообще излучали какую-то странную ауру, наполняемую полувздохами-полувзглядами. Нет, такими темпами их будущее точно изменится. Конечно, Винсмоук был счастлив за младших накама, но его собственная почти-смерть и странное состояние старших Лу и Траффи вгоняли его в жуткую паранойю. Старший повар снова встал перед вопросом: что нужно сохранить в первую очередь — прошлое или будущее? — А взрослый Траффи не придёт на завтрак? — вдруг спросил Монки Ди. — Его давно не видно… — Точно, вы же не знаете, — протянул Усопп. — Дело в том, что… — У него похмелье, — вклинился старший кок, пытаясь сделать так, чтобы его голос звучал более естественней. — Он перепил на том острове и сейчас отсыпается в лазарете. — Но… — начал было Чоппер. — И если его сейчас кто-то разбудит, — Золотце улыбался, но в глазах у него горел злобный, недобрый огонёк, — мы все пойдем на дно. Мугивары интенсивно закивали. Похоже, им лучше не распространяться о том, что произошло со старшими союзниками, пока младшие «мирились». Винсмоук же медленно выдохнул: по факту, он мало в чём соврал. Ло-старший, действительно, дрых в лазарете. И да, его лучше не будить. В будущем всё знали, что нет ничего хуже Хирурга Смерти, впавшего в спячку. «Спячкой» назывались два-три дня, в которые капитан Пиратов Сердца спал почти беспробудным сном. Он, по словам Сердец, приобрёл эту странную привычку после замены своего сердца. Учитывая образ жизни Трафальгара-старшего, можно было предположить, что так организм самовольно восполнял энергию, которая истощалась за бессонные ночи. И горе тому, кто посмеет его разбудить… Мугивары тем временем начали расходиться по своим делам, продолжая переговариваться. Старший повар вынырнул из размышлений как раз в тот момент, когда младший собирался покинуть кухню вместе с Зоро. — Санджи, останься, — старший кок одарил младшего строгим взглядом. Чёрная нога невольно вздрогнул, нерешительно возвращаясь к кухонному столу. Кажется, кого-то ждёт разнос… И этот кто-то — сам младший повар. — Что я говорил по поводу секса? — Золотце не стал тянуть со столь животрепещущим вопросом. — До свадьбы нельзя, — Санджи-младший виновато вжал голову в плечи. — А вы что устроили? — Мы не заходили… — Чёрная нога смутился. — Так далеко… И вообще, — он немного осмелел, — какая разница-то? До свадьбы или после? Чего ты так с этим носишься? — У него есть мечта, к которой нужно идти. И у тебя тоже, — твёрдо ответил Винсмоук. — Будет лучше, если вы возьмёте паузу… Младший повар нахмурился. Паузу? Какую к чёрту паузу, когда у них всё так хорошо? Какой в этом смысл? — А если я не хочу? — младший кок с вызовом глянул на старшего. — Сам разрешил нам делать всё, что хотим. Поэтому я и буду делать всё, что посчитаю нужным. Твоё будущее от этого не изменится. — Совсем идиот? — Золотце чуть повысил голос. — Будущее может измениться от любого самого незначительного действия. А уж если это вы двое, то тем более нужно быть осторожными. — Что за бред? — возмутился Санджи-младший. — Ты нам не доверяешь? — Да, потому что я слишком хорошо знаю вас двоих. — Ничего ты не знаешь! — Чёрная нога сам не заметил, как его голос стал на полтона выше. — У тебя всё было хорошо с самого начала! Ты не пережил то, что пережили мы! — Да ты и половины не прошёл из того, что прошёл я! — Винсмоук резко встал из-за стола, его неимоверно бесило упрямство младшенького. — Думаешь, в будущем всё так просто?! — А я не хочу думать о будущем! У меня есть настоящее! И оно для меня важнее, чем то, чего, возможно, уже не существует… Младший повар развернулся на каблуках и вылетел из камбуза. Чёрт, как же обидно! Он из кожи вон лезет, чтобы сохранить это грёбанное будущее, но Золотцу и этого мало! Винсмоук медленно выдохнул. Ладно, возможно, он немного переборщил. С этой чёртовой паранойей почти невозможно мыслить здраво — всё завязано на эмоциях. Старший повар поджал губы. Но всё же… Всё же… Он просто не хочет, чтобы этим двоим было больно… Верно. Он тут вообще-то старается ради младшеньких, а в ответ никакой благодарности! Старший кок почувствовал, как в груди разгорается пламя ярости, которую нужно было срочно куда-то деть. (Авторка: вот так примерно будет колошматить ваш эмоциональный диапазон, если вы вдруг захотите детей) (Бета: Учитывая что у меня и так эмоциональный диапазон мотается как качели в обычном состоянии, то я сочувствую своему возможному мужу, когда я буду беременной…) Золотце быстро подошёл к шкафчикам и достал оттуда свой любимый сервиз. Лучшее решение всех проблем — уборка — и чисто, и нервы сохраняет. Винсмоук усиленно принялся натирать узорчатые кружечки и тарелочки, распуская тёмную ауру злости. Мелкие засранцы! Упрямые до жути! Он им шуры-муры крутить разрешил, хотя им обоим ещё рано до этого, а они, видите ли, трахаться хотят! Да член им в задницу! Причём, обоим! Старший повар постепенно успокаивался. Вот… Хорошо… Ему волноваться нельзя, он в положении. Плевать на этих придурков, пусть делают, что хотят… Внезапно раздался жуткий грохот и корабль качнуло. Старший кок будто в замедленной съёмке наблюдал как летит на пол и разбивается на мелкие осколки любимый сервиз. У Золотца дёрнулся глаз. Кому-то явно захотелось умереть. — Дозо-о-о-ор! — заорал Усопп, когда первое ядро задело мачту. — Только их нам ещё не хватало! — Нами подбежала к левому борту, напряжённо глядя на десяток приближающихся кораблей противника. — Давайте свалим от ним! Фрэнки, готовь скачок! — Будет сделано! — гаркнул киборг, дёргая за рычаг. Однако Санни как был, так и остался на месте, — Ой, — плотник почесал затылок, — кажись, топливо закончилось. — Только не это! — взвыли канонир и маленький доктор. Влезать в драку им совсем не хотелось. — Да ладно, сейчас быстро разберёмся, — Луффи подошёл к левому борту, разминая плечи. Он повернулся к идущему за ним Трафальгару-младшему, — Траффи, я ненадолго, — и чмокнул хирурга в губы. — Вали уже, — хмыкнул союзник. — Нашли время! — взъелись Мугивары. Внезапно двери камбуза и лазарета распахнулись почти одновременно. Тёмная аура наполнила Санни Го. На палубу вышли Золотце и Ло-старший, и они оба находились в самом прескверном расположении духа. У Винсмоука аж глаза горели алым, а волосы встали дыбом. Трафальгар-старший был взлохмаченным, его явно разбудило прилетевшее на Санни ядро, до ужаса хмурым, а радужка глаз приобрела золотистый оттенок. — На-народ? — чуть заикаясь позвал старших снайпер. — Вы чего? — Они трупы, — рыкнули те. В ту же секунду старший хирург создал пространство и они со старшим поваром исчезли. А через пару мгновений первый корабль Морского Дозора с оглушительным грохотом и взрывами разнесло в щепки под чужие крики боли. — Можно я это скажу? — поинтересовался Усопп, глядя на быстро сокращающееся количество кораблей противника. — Валяй, — хором ответили ему Мугивары. — Они определённо монстры. — Что он творит?! — Санджи-младший подбежал к левому борту. — Золотце! Ты же в положении, куда ты полез?! — А ведь точно… — пробормотал Брук. Мугивары переглянулись, а затем в один голос заорали: — Золотце!!! Дурака ты кусок!!! Последний корабль Дозора пошёл ко дну. Пространство снова возникло над морем, и старшие мягко опустились на палубу. — Фух, — выдохнул Винсмоук, — полегчало… Старшие буквально светились, заставляя остальных невольно щуриться. Даже Ло-старший, несмотря на хмурый вид, распускал довольные лучи от того, что отомстил за нарушенный сон. — Вы совсем с ума сошли?! — накинулся на старших Чёрная нога. — Золотце, куда ты полез?! А ты, Ло, почему ему позволил?! — А ты предлагаешь мне сидеть и не высовываться?! — тут же взъелся старший повар. — Да, чёрт возьми! Ты в положении, поэтому будь ответственней вместо того, чтобы читать мне нотации! — Единственный безответственный человек здесь — это ты! — Я?! С чего это?! — А с того, что тебе по барабану все мои слова! Ведешь себя как конченный эгоист! — Это я эгоист?! Я твоё будущее сохраняю, если ты забыл! А вообще, — младший кок чуть не пылал от гнева, — пошёл ты вместе со своим будущим! В эту же секунду он понял, что переборщил. Но Золотце уже поджал губы, по лицу потекли крупные слёзы. Он развернулся на каблуках и ринулся в сторону камбуза. — Сан-тян, ты такой жестокий, — протянул Луффи. — Да пошёл он, — с досадой бросил Санджи-младший и двинулся в сторону мандариновых деревьев. Он перегнул, конечно, но Золотце тоже не прав. Ходит, волнуется за всех, лезет в самое пекло, когда его не просят… Чёрная нога потянулся за сигаретами. И самым отвратительным было то, что младший повар находил все эти бесящие его черты в самом себе. Его мягко обняли со спины. Младший кок тут же развернулся, прижимаясь к мускулистому телу. Зоро почти невесомо поцеловал его в лоб. — Я наговорил ему лишнего, — тихо выдохнул Санджи-младший. — Есть такое, — согласился Ророноа. — Он рыдает сейчас, наверное, — Чёрная нога виновато поджал губы. — Как думаешь, он сильно на меня обиделся? Мечник улыбнулся и пригладил золотистые волосы. Завитушка всегда остаётся Завитушкой, который не способен долго злиться на тех, кто ему дорог.

***

Золотце сидел на корточках перед разбитым сервизом. Вот же гадство: в его прошлом этот сервиз они с Маримо сами кокнули, когда в очередной раз спорили о чём-то. А он так надеялся, что хотя бы здесь любимый фарфор выживет. Но, наверное, такова его судьба… Винсмоук шмыгнул носом. Наорал на младшенького практически без причины, а потом сам же слёзы и льёт. Что за позорище? Самое настоящее позорище. Может быть, Санджи прав, и он действительно не относится к своему положению со всей ответственностью? Но он же не может просто сесть и сидеть, игнорируя все опасности, что угрожают младшеньким? (Авторка: Санджи и логика: сесть и сидеть) (Бета: Это же Саня, а у него всегда логика была своя) Особенно сейчас, когда всё стало ещё запутаннее. Был бы тут Маримо… Он всегда поддерживал Винсмоука, когда это было необходимо. Но иногда всё же перебарщивал. Сколько раз они грызлись из-за того, что Газон чрезмерно его опекал? Старший повар попытался вытереть с лица слёзы. И ведь младшенькие тоже с этим столкнутся. А это значит только одно — в будущем он лишится ещё одного своего сервиза. На камбуз кто-то зашёл. Через несколько мгновений перед старшим поваром появились знакомые сапоги. Ророноа тоже опустился на корточки перед кучей фарфора. — Как ты? — негромко спросил он. — Нормально, — старший кок шмыгнул носом. — Маримо, скажи честно, я наговорил очень много лишнего? — Достаточно, — честно ответил тот. Золотце виновато поджал губы. Ему порой так тяжело контролировать свои эмоции. И это так отвратительно. — Я просто… — Винсмоук спрятал лицо в коленях, — беспокоюсь за вас обоих. В будущем произойдёт много всего, и если вы с Санджи слишком привяжетесь друг к другу, это может принести вам много боли. Мы с Зоро тогда… — он запнулся, — специально взяли паузу, потому что понимали, что у нас обоих есть мечты и амбиции, что если мы станем слишком близки, то не переживём, если кого-то из нас не станет. Гранд Лайн — это место, где может случиться всякое. А сейчас всё стало ещё опаснее. Я боюсь, что вам будет трудно… Старший повар громко всхлипнул. Большая ладонь осторожно опустилась ему на голову и пригладила золотистые локоны. — Если что-то должно случится, оно случится, — неспешно начал мечник. — Я понимаю, что мы с Завитушкой не прошли то, что прошли вы. Иногда мне даже кажется, что всё то, что происходит между нами, произошло не в том месте и не в том времени, но, — старпом едва заметно улыбнулся, — я никогда не отступлю. Даже если будет трудно, я должен справиться со всем ради него, ради себя. Думаю, Завитушка считает также. Золотце поднял на Ророноа полные слёз глаза и заревел. Зоро обнял его, крепко прижимая к себе. Наверное, то, через что прошли «другие» они действительно было неимоверно сложным. Но в итоге, они справились. А значит, и он с Санджи должны. Ради себя и ради своего будущего. (Бета: У меня уже не хватает места для использованных трусов Фрэнки…)

***

Чёрная нога отдавал себе отчёт в том, что возможно его порежут на мелкие кусочки. Но, с другой стороны, выбора у него особо-то и не было. Если ты чего-то не знаешь, спроси у того, кто знает, даже если это Хирург Смерти, который сейчас буравил его уничтожающим взглядом из-под горы одеял. Младший повар нерешительно мялся у двери лазарета. Изначальный план был прост: выяснить, почему Золотце так беспокоится по поводу будущего. Пойти к старшему — идея так себе, он по-любому ничего не скажет. Оставалось наведаться к его другу, который точно должен был быть в курсе. И хорошо, если этот друг — врач, который ещё мог бы объяснить причину и следствие одного очень интересного сна… — У тебя есть пять секунд, чтобы убедить меня, что ты пришёл с чем-то важным, — Трафальгар-старший продолжал недовольно глядеть на боевого кока, — иначе отправишься гулять по кораблю по частям. — Золотце, — на одном дыхании произнёс Санджи, молясь, чтобы этой причины хватило, чтобы его помиловали. Хирург ещё несколько секунд посверлил его взглядом, затем тяжело вздохнул и выбрался из вороха одеял, приняв сидячее положение. Чёрная нога расценил это как хороший знак и опустился на докторское кресло. — В общем… — нерешительно начал он, — Золотце в последнее время слишком сильно переживает по поводу нашего с Маримо будущего. И я не совсем понимаю причину этих волнений… — С каких пор запрет на секс стал волнением? — деловито поинтересовался Ло. — Но какая разница… — повар покрылся красными пятнами смущения, голос его стал тише, — когда мы сделаем это? Разве время и место так важны? — В вашем случае, такое вполне может быть, — капитан Пиратов Сердца взял со стола стакан с водой. — Санджи-я, есть разные типы отношений. Я могу судить только по тому, что вижу за неимением подобного опыта, но ваши с Зоро отношения построены на эмоциональной связи, которая крепнет за счёт физических контактов. В вашем случае, как ты выражаешься, секс — это продолжение любви, — Ло сделал первый глоток. — В своё время эти двое взяли паузу как раз из-за этого, насколько мне известно. Для них было важно исполнить свои мечты, к тому же в мире стало неспокойно после событий в Вано. Если бы с одним из них что-то случилось, как думаешь, как бы чувствовал себя другой, если бы их отношения достигли максимальной точки? Повар опустил взгляд. Наверное, это было бы ужасно… Осознавать, что твой любимый человек пострадал, а ты ничего не можешь с этим сделать. — Думаешь, нам с Маримо не стоит… — тихо начал боевой кок. — Я такого не говорил, — Трафальгар отставил стакан в сторону. — Я просто прояснил то, что было в их случае. Не мне говорить тебе, что правильно, а что нет. — Значит, у них ничего не было до свадьбы… — Чёрная нога вздохнул. — Чёрт! И что мне тогда делать? Я же помру от этих снов! — Каких? — без особого интереса спросил хирург. — Ну… — повар замялся, снова краснея, — таких… — Эротических? — Боже, не произноси это вслух! — взмолился боевой кок. — Не понимаю, как Золотце терпел все эти годы? — он поднял взгляд на старшего союзника и нахмурился. — Эм, Ло, почему у тебя такое лицо? — Какое? — сухо спросил тот. — Как будто хочешь сказать, что вокруг тебя все идиоты. — В какой-то степени так и есть… — Или… — Санджи насторожился, — ты хочешь сказать, что у них что-то было? Хирург нахмурился, а затем натянул на себя одеяло. — Я ответил на твой вопрос, а теперь уходи, — он принял лежачее положение, всем своим видом показывая, что друга он не сдаст. — Ло! — возмутился боевой кок. — Рассказывай! — Я уважаю чужую личную жизнь, поэтому не намерен обсуждать это с тобой. Старший ты придерживается той же позиции… — И поэтому он сказал всем, что ты влюблён в Луффи, — неосознанно ляпнул Чёрная нога и тут же закрыл рот рукой. Трафальгар медленно сел на кровати, вокруг него начала собираться тёмная уничтожительная аура. — Когда он это сказал? — чуть ли не прошипел хирург. — Когда у тебя кровь из носа пошла… — промямлил повар, мысленно продумывая план побега. Сам он, конечно, этого не слышал, но Зоро уверял его, что именно так всё и было. — О, вот как… — на лице Ло появилась жуткая ухмылка. Боевой кок понял, что надо валить. Он вскочил с докторского кресла и ринулся к двери, столкнувшись на пороге с Золотцем. — Санджи… — выдохнул Винсмоук, — я хотел… — Прости, я случайно! — пискнул тот. — Санджи-я, — на парней медленно надвигался Трафальгар, — не хочешь пройти внеплановый осмотр? — Траффи? — старший повар нервно сглотнул. — А ты чего такой… Дальше младший кок ничего не увидел и не услышал, потому как его самым наглым образом телепортировали за дверь, которая с шумом захлопнулась. Через секунду Санни Го вздрогнул от нечеловеческих воплей. — Убивают! — заорали Усопп и Чоппер. — Что там у них происходит? — опасливо поинтересовалась Нами. — Кажется, Золотце где-то накосячил, — загадочно произнесла Робин. Санджи-младший виновато поджал губы. Похоже, он неосознанно отправил старшего на какие-то жуткие пытки. А вопли становились всё громче и отчаяннее. Затем к ним добавился отборный мат и самые настоящие мольбы. Мугивары нерешительно замерли: стоит ли им вмешиваться во всё это? Наверное, всё же нет. Через несколько минут дверь лазарета приоткрылась. На палубу вышел до ужаса бледный Винсмоук, чьи ноги предательски дрожали. Он медленно опустился на газон, чуть не плача. — Золотце! — Мугивары тут же подскочили к нему. — Ты в порядке? Что он с тобой сделал? — Хочу… — старший повар всхлипнул, — мясо в медовом соусе! (Бета: Блять… как же ржать с моим животом больно, но я не могу перестать!) Старший кок заревел. Вокруг него тут же начали суетиться Чёрная нога и Ророноа, пытаясь угомонить громкие рыдания. — И это монстры Нового мира? — вздохнул Усопп. — Один психует, когда его будят, другой рыдает по десять раз на дню… Ещё и ведут себя как дети. Мне кажется, в нашем будущем что-то пошло не так? Мугивары мысленно кивнули. Если эти двое так изменились, то чего им ожидать от двух других чудовищ?

***

Золотце благополучно накормили так желаемым им мясом, а сверху ещё дали целую тарелку мандаринового желе. Санджи-младший и Зоро облегчённо вздохнули. Иногда им казалось, что они уже стали родителями временами истерящего ребёнка. — Я решил, — Винсмоук шмыгнул носом, с аппетитом поглощая десерт, — если считаете, что со всем справитесь, то делайте, что хотите. Я не буду вмешиваться. — Прости, что накричал на тебя, — младший повар виновато потупил взгляд, но вдруг вспомнил один очень интересный факт. — Только скажи честно, у вас с другим Зоро было ведь что-то до свадьбы? Мечник чуть не подавился зелёным чаем. А вот это уже любопытно… Старший кок поджал губы. — Не то, чтобы было… — уклончиво ответил он. — Просто… — он закрыл лицо руками и сдавленно прошептал, — у Маримо такая классная грудь… Я не выдержал пару раз… — Чего?! — Санджи-младший аж подскочил от шока, тут же неистово краснея. — О, Завитушка, — на лице старпома расплылась наглая ухмылочка, — так вот, что тебе нравится. — Заткнись, придурок! — Чёрная нога хотел было пнуть Ророноа, но тот ловко увернулся. — Хочешь потрогать? — продолжал подтрунивать Зоро. — Катись к чёрту! — орал младший повар, гоняясь по камбузу за своим накама. — Стоп! — Золотце резко встал из-за стола. — Санджи, а откуда ты про это знаешь? — Ну… это… — замялся младший повар. Не хватало ещё и старшего хирурга подставить. — Траффи? — вокруг Винсмоука начала распространяться тёмная убийственная аура. Младший кок медленно кивнул. Прости, Ло, но жить ему всё ещё хочется. Через пару минут Санни Го снова вздрогнул от шума в лазарете, разбавляемый самыми лестными и нелестными ругательствами. Мугивары на это лишь закатили глаза. — Беру свои слова назад, — Усопп отвлёкся от рыбалки. — Они точно монстры. И с этим никто спорить не стал… На следующий день в свежей газете появилась небольшая заметка о том, что на патрульные корабли Дозора напали неизвестные личности, которые за пару минут разгромили все десять кораблей. По словам заикающихся и перепуганных уцелевших дозорных, кто именно на них напал, они так и не поняли, но все как один утверждали, что это определённо были самые настоящие чудища…

***

Снотра с самого своего появления чтила мировой баланс, переняв волю О-Тоси, которая вверила ей миллионы и миллиарды душ, что должны были дожидаться своего перерождения в снежной Вальхалле. В порядке и стабильности ей этот мир был более приятен, чем временной хаос, творившийся сейчас. Но, в отличите от Клото, Снотра не выступала против старшей сестры: у каждой из них своё предназначение, так что нечего ей беспокоить себя тем, что её не касается. Быть Судьёй — дело не такое сложно, как могло показаться. Умение видеть все человеческие помыслы и желания, помогали жене вождя давать шанс тем, кто мог выдержать ещё одну жизнь. Души тоже изнашиваются, как бы не прискорбно было это осознавать. Кто-то горит ярче, а чей-то свет уже померк. И для последних был уготовлен вечный покой в виде блуждающих огоньков в бескрайнем лесу острове О-Тоси. Людям давали второй шанс не потому, что они были этого достойны. Мир бы не выдержал, если бы в нём были только хорошие представители человечества, хотя даже эта «хорошесть» была лишь неважной условностью. По мнению Снотры, на свете не существовало ни чёрного, ни белого, и в этом заключалось главное очарование мироздания. В Вальхаллу редко попадали дети. Маленькие души не успевали износиться, если только, конечно, их небольшая жизнь не была омрачена горем и страданиями. Детей сразу забирала в Колыбель душ младшая О-Тоси, а те, кто были уже постарше ждали своего часа, чтобы отправиться в новое путешествие. — Матушка, — Ве, сидевший подле Снотры в её шатре, внимательно смотрел на то, как сморщенные старушечьи пальцы перебирают руны, — ты чем-то обеспокоена? Судья слепо посмотрела на своего названного сына с небывалой нежностью. Её слепота — её личная малая прихоть. Когда мир перед тобой покрыт мраком, тебе могут открыться множество самых разных и интересных вещей. — Ве, — мягко начала Снотра, — скоро даже в нашем тихом уголке станет неспокойно. Мне придётся покинуть Вальхаллу на время, поэтому на тебя ляжет ответственность за все те души, что прибудут сюда. — Матушка, но как я могу? — возразил юноша. — Я такая же душа, как и все остальные. Как мне судить подобных себе? — Суди их не по тому, какими они были, а по тому, как ярко они сияют, — с улыбкой произнесла женщина. — Нам не важно, что души делали в прошлом, важно лишь то, смогут ли они пройти свой путь ещё раз. Души бесконечны. В водах острова О-Тоси они очищаются, сливаются и разъединяются, образуя новые судьбы. Но не все смогут выдержать подобное, поэтому нужно соблюдать баланс. И я, и ты крошечные снежинки в мироздании, которым правит О-Тоси. Наша задача — исполнять свой долг, не более. — Да, матушка, — Ве послушно склонил голову. — Так ты обеспокоена надвигающейся бурей? — Нет, дитя, — Снотра покачала головой, — рано или поздно это должно было произойти. Меня волнует лишь то, что, возможно, одна достойная душа не сможет попасть в Вальхаллу. — Но почему? — Такова воля О-Тоси. Сияние этой души ярко, но мне запрещено её судить. Она не сможет ни переродиться, ни получить покой в тени деревьев. Её удел — быть казнённой О-Тоси. — За что? — взволнованно спросил юноша. — Это ведь так жестоко! — За то, что она просто есть, — Судья пожала плечами. — Те, кому не вынесен приговор, не могут существовать в мире, где правит О-Тоси. И это меня печалит. — Скорее раздражает, — язвительно раздалось у неё за спиной. Ве удивлённо вскрикнул. Он и не заметил, что к ним присоединился кто-то ещё. Клото недовольно тряхнула косичками и плюхнулась на мягкие шкуры. — Ты редко радуешь меня своим присутствием, сестра, — Снотра скрипуче рассмеялась. — Мне нечего делать там, где я ничего не могу решать, — протянула Судьба. — Моё место в мире живых, а не мёртвых. — Тогда зачем ты здесь, Клото? — Эон хочет тебя видеть. Снотра пристально посмотрела на сестру. Она подозревала, что Клото будет метаться между двух сторон, пытаясь сохранить мир людей. Выходит, третья О-Тоси готова даже наслать на себя гнев старшей сестры, лишь бы стать победителем в предстоящей битве. Что же до самой Судьи, она была не против выслушать Эон, этого ей никто не запрещал. Если на свете есть способ сохранить баланс, то Снотре не было дело до того, кто этот баланс предложит…