Гости из будущего

Солнце стояло в зените, как и всегда. Его жаркие лучи впечатывались в кожу, заставляли по-кошачьи щуриться, ворочаться в тени мандариновых зарослей на чужих коленях, чувствуя, как резиновые чуть прохладные пальцы щекочут ладонь. — Траффи, — негромко позвал Монки Ди. — М? — лениво отозвался тот. — Я тебя сейчас поцелую, — хихикнул Луффи. — Ну попробуй, — Траффи улыбнулся и сам потянулся к чужим губам. Это определённо была лучшая жизнь, о которой только можно было мечтать. Путешествовать бок о бок с любимым человеком и его весёлой командой, не знать горестей и печалей, просто наслаждаться жизнью… И он, Траффи, явно сорвал джекпот, получив всё и сразу. — Сладко, — Мугивара разорвал поцелуй и облизнулся. — Траффи, ты мандарины ел? — А нельзя? — фыркнул тот. — Можно, конечно, это же и твой корабль тоже. — Много болтаешь, — Траффи снова утянул Монки Ди в поцелуй. Секс на природе ещё никогда не был настолько приятным. Тела плавились под палящим солнцем, голова наполнялась свинцовой тяжестью, но, чёрт, это так хорошо, когда тебя вжимают в раскалённые доски, выцеловывают плечи и ключицы, заставляют стонать и выгибаться… — Траффи, — голос Луффи заставил табун мурашек скатиться по спине, — ты же останешься здесь навсегда? Вместе со мной? — А у меня есть выбор? — Траффи тихо рассмеялся. Мугивара хихикнул в ответ и уткнулся носом в район чужой шеи. Траффи запустил руку в чернявые вихры. Вот бы всё это никогда не заканчивалось… Ло… Траффи вздрогнул и принялся озираться по сторонам. Кто-то… Кто позвал… «Ло»? Но кто это? Чьё это имя? И почему оно кажется таким знакомым? Траффи было не по себе. Уже несколько дней тихое слабое «Ло» эхом звучало в его ушах. Траффи даже сходил к Чопперу, тот выписал какие-то таблетки, но они не помогали. А ещё Траффи казалось, что за ним кто-то наблюдает. Всё время. Постоянно. Даже во время секса с Мугиварой Траффи чувствовал, что на него смотрят. Он поделился своими наблюдениями с Монки Ди, но тот заверил его, что всё хорошо, и что скоро всё пройдёт… Но несмотря на это, Траффи всё чаще становилось не по себе. — Траффи! — Луффи появился как раз в тот момент, когда тот нервно озирался по сторонам, встревоженный очередным тихим зовом. Он сидел в привычном месте возле мандариновых деревьев, прижавшись спиной к борту. — Пошли на палубу, там Фрэнки сделал такую крутую штуку! — Давай, — Траффи был искренне рад, что не нужно находиться одному. С Мугиварой было спокойней, с ним было хорошо. Траффи ухватился за протянутую Монки Ди руку и позволил помочь себе подняться. Они вместе двинулись к лестнице, чтобы спуститься на палубу с газоном, где уже собралась почти вся команда. — Траффи, давай быстрей! — Луффи резво спустился вниз. — Иду, — Траффи улыбнулся, готовясь ступить на лестницу. Резкий толчок в спину — и мир стремительно завращался. Траффи только и успел увидеть стремительно приближающиеся к его лицу ступеньки. Кто-то его толкнул? Но почему? Сильный удар — перед глазами потемнело. Монки Ди что-то крикнул, но Траффи его уже не слышал. Его сознание звонко разбилось на сотни осколков… Ло… Траффи проснулся резко со странным чувством паники. Он слепо пошарил в темноте рукой вокруг себя в поисках Монки Ди, который всегда был рядом с ним, но того не обнаружилось поле зрения... Стоп. Темноте? Траффи поднял голову и увидел над собой высокое ночное небо, занавешенное серыми перистыми облаками. Разве тут бывают ночи? И откуда он вообще знает, что такое «ночь»? — Непривычно, да? — раздалось позади Траффи. Тот обернулся и невольно вздрогнул. Перед ним был Мугивара. Только какой-то другой. Луффи точно был соткан из кромешной тьмы, казался массивным и тяжёлым. Скорее, это был даже не сам Луффи, а его силуэт, тень, которая задумчиво смотрела на плещущиеся в темноте волны, неспешно рассекаемые Санни Го. — Мугивара-я? — удивлённо выдохнул Траффи. — Ты счастлив? — Монки Ди самым наглым образом проигнорировал вопрос. — Ты счастлив здесь, Ло? — Да, но… — Траффи нахмурился. «Ло»? Почему это звучит так знакомо? — Опять твои «но»… — пробормотал Луффи. — Так, ты счастлив, да? Здесь... с ним? — Не понимаю, о чём ты, — Траффи поднялся на ноги. — Ло, — Монки Ди впервые посмотрел на него. Траффи невольно вздрогнул. Глаза у Мугивары теперь были пустыми дырами, — я хочу, чтобы ты был счастлив. Голова внезапно заболела так, словно по неё ударили чем-то тяжёлым. Траффи охнул и чуть покачнулся. Да что происходит? О каком счастье вообще речь? — Поэтому, наверное, так будет лучше, — продолжил Луффи, — если рядом не будет меня. — Я всё ещё не понимаю… — Траффи начало мутить. — Но как мне быть счастливым, если рядом не будет тебя? Монки Ди вздрогнул. В пустых глазницах появились капли чего-то красного. Траффи чуть не вскрикнул от приступа очередной головной боли, словно кто-то копался у него в мозгах, пытаясь вытащить что-то наружу. — Тогда… Ло, пожалуйста… Уходи… Трафальгар резко сел на диване. Он был на камбузе, его немного мутила от запаха готовящейся еды, а голова продолжала болеть. Какого чёрта тут… Ло крупно вздрогнул. Постойте. Он… Трафальгар Ло? Не «Траффи»? — О, Траффи, ты очнулся? — Санджи оторвался от готовки. Капитан Пиратов Сердца вздрогнул и медленно повернул голову в сторону повара. Чёрная нога выглядел странно. Его фигура была какой-то смазанной, словно боевой кок был не человеком, а неумело нарисованным детским рисунком. — Как ты себя чувствуешь? — продолжил Санджи. — Позвать Луффи? — Чёрная нога-я, — Трафальгар с трудом слез с дивана, перед глазами немного плыло от накатывающих воспоминаний. Шармель, гости из будущего, Коразон… Как он мог об этом забыть? — Что здесь происходит? — О чём ты? — искренне удивился повар, его силуэт стал более размытым. — Всего этого ведь не существует, — выдохнул Ло. — Ты точно в порядке? — Я, да, — усмехнулся хирург, — а вот ты, Чёрная нога-я, как и все остальные, нет. — Вот как… — голос боевого кока стал приглушённым, а силуэт окончательно превратился в невнятную кляксу, которая постепенно стала расплываться, обращаясь в фиолетово-синеватый туман. — А ведь они старались для тебя… Капитан Пиратов Сердца ещё пару секунд понаблюдал за медленно растворяющейся дымкой. Иллюзия. Всё это иллюзия, в которой ему промыли мозги. Но зачем? Какой в этом смысл? И разве это не странно, что у него был лютый кошмар, а здесь — буквально утопия? И раз пошло на то дело, нужно бы найти хозяина этого «райского места». Трафальгар уверенно вышел с камбуза. Первое, что бросилось в глаза — треснувшее посередине солнце. Мугивары, собравшиеся на палубе с газоном также, как и Санджи, приобрели размытость и нечёткость. Они замерли в одних позах и не издавали звуков. На Санни, в принципе, было довольно тихо, даже шума волн не было слышно. Луффи среди накакама не было, и хирург недовольно нахмурился. И куда ему идти дальше? Не обыскивать же весь корабль, в конце концов. Ло… Капитан Пиратов Сердца крупно вздрогнул. Голос… Этот голос… Теперь он точно был уверен, что он принадлежит Мугиваре. Но как такое возможно? Не разделился же Монки Ди на несколько частей? Ло… Трафальгар прислушался. У звука было вполне конкретное направление. Ничего же не случится, если он сходит проверить? Хотя, наверное, не стоит так говорить… Хирург Смерти двинулся к лестнице, ведущей на нижние этажи Санни Го. И если картинка наверху была вполне приемлемой, то здесь всё приобрело какие-то сюрреалистичные черты. Предметы плавали в воздухе, а сам корабль будто не знал, что он такое: стены то и дело покрывались рябью, а деревянный пол почему-то был мягким, точно фирменный зефир Чёрной ноги. Ло снова прислушался. Голос Монки Ди, казалось, звучал с самого нижнего этажа корабля. Капитан Пиратов Сердца напрягся. Идея спускаться в самый низ, если честно, его не особо прельщала, но… Но видимо придётся это сделать. Чем ниже уходил хирург, тем страннее становилось окружение. Стены рябили всё больше, где-то даже виднелись дыры, из которых открывался вид на непроглядную тьму, пол был покрыт тонкой плёнкой воды. Коридоры будто стали длиннее и запутаннее. Наконец, капитан Пиратов Сердца оказался в довольной просторной каюте, которой раньше точно не было на Санни Го. В помещении не было ничего, кроме большой рамы, занавешенной плотным чёрным покрывалом. Снизу рамы как раз и текла вода, что покрывала пол. Трафальгар нерешительно замер у рамы и осторожно коснулся покрывала. Голос Луффи звал его именно отсюда. Ло медленно выдохнул и сдёрнул покрывало. Рама оказалась зеркалом, но собственное отражение хирург мог разобрать с трудом: оно размывалось в темноте стекла, было нечётким. Капитан Пиратов Сердца коснулся холодной глади кончиками пальцев. И что теперь? Резкий удар с внутренней стороны зеркала заставил Трафальгар невольно отскочить. В том месте, где пару секунд назад были его пальцы, теперь была чужая ладонь, которая, казалось, была сделана из чёрной густой слизи. За ладонью начал проявляться человеческий силуэт, сгорбленный и нечёткий, с пустыми глазницами и перекрёстным шрамом на груди, из которых вытекала алая субстанция, чем-то напоминающая лаву. — Мугивара-я? — удивлённо выдохнул Ло, делая шаг к зеркалу. — Это ты? Настоящий ты? — Уходи! — чужой голос резанул по ушам. — Что? — хирург натурально опешил. — О чём ты? Нужно выбираться отсюда… — Пошёл прочь! — капитану Пиратов Сердца пришлось зажать уши, чтобы голос Монки Ди не разорвал его барабанные перепонки. Чёрт! Да что же тут творится? — На твоём месте, я бы его послушал, Траффи, — протянули за спиной Хирурга Смерти. Трафальгар обернулся и недовольно цыкнул. Только этого ему ещё не хватало. Мугивара номер два. Или номер один? Да какая разница, если от перемены мест слагаемых понятней не становится? — Нечего тебе тут делать, — продолжил «обычный» Луффи и улыбнулся, протягивая руку к Ло. — Пойдём, Траффи, скоро обед… — Кто вы оба такие? И куда вы дели Мугивару? — капитан Пиратов Сердца напрягся каждой клеточкой своего тела. Нужно найти и разрушить сердце иллюзии… Но только где его искать? — Кто мы? — «обычный» резиновый капитан выглядел искренне удивлённым. — Траффи, почему ты задаешь такие глупые вопросы? — он хихикнул. — Траффи, мы Луффи, разве не видно? — Какой из вас? — Оба. Трафальгар нахмурился. Так, вот теперь он совсем запутался. С каких пор существует сразу два Мугивары? Видя чужое замешательство, «обычный» Монки Ди весело фыркнул, быстро подошёл к Ло и хватил того за запястье. — Траффи, идём, — у привычно чёрных глаз медленно разрасталась алая радужка. — Тебе лучше не быть здесь. — Это я сам решу, — хирург попытался вырваться из крепкой хватки, но чужая рука только сильнее сжала его запястье. — Отпусти меня. — Нет, — голос «обычного» Луффи стал похож на рык, от его кожи начало исходить странное белёсое свечение, а кончики волос начали заметно светлеть. — Я не откажусь от тебя, как он. Я никогда тебя не отпущу. — Что за бред ты несёшь? Сейчас не время для игр, — капитан Пиратов Сердца снова попытался выбраться. Нет, это не Мугивара. Это не может быть Мугивара. Он бы никогда так не сказал. — Ты должен остаться со мной, — волосы «обычного» Монки Ди полностью побелели и будто стали легче, глаза полностью окрасились в алый. — Здесь ты будешь счастлив. Здесь твоё место. Рядом со мной, — он вдруг прижался к Трафальгару, требовательно его целуя. Ло недовольно замычал в ответ, со всей силы укусил резиновую губу и, наконец, смог оттолкнуть от себя союзника. «Обычный» Луффи сделал пару шагов назад, глянул на хирурга исподлобья, вытирая окровавленную губу тыльной стороной ладони. — Не помню, чтобы просил тебя о подобном, — рыкнул капитан Пиратов Сердце. — Даже я понимаю, что вся эта утопия ничего не стоит. Если в твоём понимании, счастье — это забыть тех, кто тебе дорог, то мне тебя жаль. — Я не хотел, — пробормотал «обычный» Мугивара, на его лице медленно расползалась жуткая улыбка, — но, наверное, мне придётся заставить тебя остаться… В ту же секунду он бросился на Трафальгара, тот попытался увернуться, но союзник оказался быстрее: он схватил Ло за плечи и повалил на пол. Хирург Смерти громко охнул, когда голова соприкоснулась с деревянной поверхностью. Всё же зефирная мягкость досок ему нравилась больше. — Ты останешься здесь! — «обычный» Луффи чуть ли не кричал. — Я тебя заставлю! Капитан Пиратов Сердца попытался скинуть с себя резинового капитана, но тот оказался невероятно силён. Острые зубы впились в шею Трафальгара, а чужие ладони беспорядочно сжимали всё, до чего могли дотянуться. Ло передёрнуло, когда он услышал, как рвётся ткань его рубашки. Он собрал все имеющиеся у себя силы и ногой отпихнул от себя союзника. Хирург перевернулся на живот, чтобы подняться и попытаться сбежать. Этот Мугивара пугал его. Потому что Мугивара бы никогда такого не сказал. Не стал бы так делать. Его Мугивара. Мугивара, которого он… Чужое тело снова пригвоздило капитана Пиратов Сердца к полу. Горячее дыхание обожгло загривок, в который тут же впились острые клыки. Резиновые руки грубо притянули к себе, начали стягивать рубашку, подобрались к джинсам… Трафальгара пробил холодный пот. В груди всё сдавило от невнятного ужаса. Казалось, что его препарируют на живую, без наркоза. Каждое чужое прикосновение будто вызывало боль, всеобъемлющую и всепоглощающую. — Прекрати… — Ло снова попытался выбраться из тисков резиновых конечностей. — Хватит… Но его не слышали, не хотели слышать, продолжали трогать, кусать плечи, шею, спину, что вызывало отвращение к самому себе. Хирург Смерти чувствовал, как постепенно слабеет его тело, будто из него высасывали все силы. Из груди вырвали первые позорные хрипы. Тело окончательно обмякло, что позволило «обычному» Монки Ди действовать в полную силу. Капитан Пиратов Сердца крупно вздрогнул, когда понял, что с него пытаются снять джинсы. Это не было похоже на то, что было у Трафальгара с Мугиварой до этого. Эта ходячая катастрофа… Он же никогда не был таким. Он же всегда… Трафальгар закусил нижнюю губу и спрятал лицо в изгибах локтей. Как же это мерзко. Чёрт. Как же отвратительно. — Пожалуйста… — из последних сил выдохнул Ло. — Муги… черт… Луффи-я… Хватит… Звук бьющегося стекла оглушил хирурга на несколько секунд. Он не сразу понял, то больше его не прижимают к полу, не трогают и не кусают. Осознание пришло только тогда, когда позади раздался почти звериный рык. Капитан Пиратов Сердца с трудом обернулся, натягивая на плечи остатки рубашки. Другой, «тёмный», Монки Ди, прижимал к полу другого и яростно наносил ему удары. Чёрная слизь капала с его телом, смешивалась с лавой и водой, покрывающей пол. «Обчный» Мугивара пытался сопротивляться, но другая его версия была явно в несколько раз сильнее. Когда «обычный» перестал двигаться окончательно, «тёмный» поднялся на ноги, чуть ссутулившись. — Луффи-я? — тихо позвал Трафальгар. — Это ведь ты, да? «Тёмный» Монки Ди медленно обернулся, глядя на союзника пустыми глазницами. Ло протянул к нему руки, но тот тут же отшатнулся. — Уходи… — скрипуче произнёс он. — Пожалуйста… — Я никуда без тебя не уйду, — выдохнул Хирург Смерти. — Нет, — «тёмный» Луффи замотал головой, раскидывая слизь. — Уходи. Ты не должен это видеть. — Да хватит уже! — неожиданно сам для себя вспылил капитан Пиратов Сердца. — Хватит указывать мне, что делать! Было больно. Снова. Но боль уже была другая. Горькая и печальная. Почему? Почему он его отталкивает? Так ведь не должно быть. Не должно. Трафальгар с трудом заставил себя подняться и двинулся к «тёмному» Монки Ди. — Не подходи, — тот начал пятиться назад. — Ты не должен… Но Ло продолжал наступать, пока не прижал союзника к стене. — Не надо… — прошептал «тёмный» Мугивара, но хирург самым наглым образом проигнорировал просьбу. Он протянул к союзнику руку, коснулся липкого плеча, заставляя «тёмного» Монки Ди вздрогнуть. — Ло, не на… Капитан Пиратов Сердца крепко обнял «тёмного» Луффи. Слизь тут же начала обвалакивать его тело, а лава обжигала кожу до безумной боли. Трафальгар стиснул зубы и ещё сильнее прижался к союзнику. Это Мугивара. Его Мугивара. Он уверен, абсолютно уверен, что это та самая ходячая катастрофа, что заняла в его сердце почти всё место. — Не надо, — бормотал «тёмный» Монки Ди. — Не надо, тебе же больно, не надо… — Не держи меня за слабака, — болезненно выдохнул хирург, ноги его подкосились, и он буквально повис на союзнике. — Я выдержу всё, но больше не позволю себе потерять тебя. Слизь с тела «тёмного» Монки Ди начала стремительно расползаться по полу, заполняя собой всё пространство. Казалось, что она могла поглотить весь корабль. Ло прикрыл глаза, утыкаясь носом в чужое склизкое плечо. Несмотря на боль и разъедающую кожу лаву, ему было спокойно. — Почему?.. — едва слышно пронеслось по комнате. Хирург открыл глаза. Перед ними стоял «обычный» Луффи. Выглядел он каким-то потерянным и печальным. — Почему? — снова повторил он. — Почему ты всегда выбираешь его? — он шмыгнул носом. — Другие всегда смотрят на меня и видят меня, но почему только ты, — «обычный» Мугивара по-детски скривил губы, — даже когда смотришь на меня, видишь его? Я ведь, — он уже откровенно ревел, неуклюже вытирая слёзы руками, — так стараюсь. Но ты всё равно выбираешь его! Это нечестно! — он плюхнулся на колени. — Нечестно! Каюта наполнилась тихими горькими рыданиями. Капитан Пиратов Сердца не мог оторвать взгляда от плачущего искрящегося парнишки. Почему у него такое чувство, что обе вариации союзника — это один и тот же человек? Но разве человеческая душа может разделиться? А если и может, то получается, что эти двое — его ходячая катастрофа? Сам того не осознавая, Трафальгар протянул руку к «обычному» Монки Ди и легонько пригладил воздушные белые пряди, продолжая другой рукой прижимать к себе «тёмную» версию. «Обычный» Луффи вздрогнул. Красные глазищи с удивлением уставились на Ло. — Траффи… — «обычный» Мугивара снова шмыгнул носом. — Я… — Не плачь, — самовольно вырвалось у хирурга. — Не надо плакать. С тобой, — голос его стал мягче, — всё хорошо. Я вижу тебя. «Обычный» Монки Ди издал невнятный скулёж и резко прижался к капитану Пиратов Сердца, горестно завывая. Трафальгар запутался окончательно. Какого чёрта он вообще выдал «я тебя вижу»? Нет, конечно, он видит, он же не слепой, но, наверное, тут был другой смысл и… Чёрт, как же сложно! Вот бы сюда Золотце, который уж точно должен разбираться в чём-то подобном. И что вообще сейчас нужно делать с двумя Мугиварами, которые ощущаются как один, но по факту их два? Погружённый в спутанные размышления Ло не сразу понял, что их троица почти потонула с чёрной слизи. Очнулся он лишь тогда, когда та дошла ему до плеч. Хирург хотел было дёрнуться, но субстанция оказалась слишком плотной. — Всё хорошо, — сразу два дыхания обожгли уши капитана Пиратов Сердца, — не бойся, Траффи… Трафальгара резко дёрнули вниз, заставляя хлебнуть чёрной слизи. Ло зажмурился, чувствуя, что теряет связь с миром. Последнее, что он смог разглядеть — как растворяется во тьме силуэт призрачного лилового волка…

***

Брук чуть не грохнулся с крыши, когда на него налетели Усопп и Чоппер с криками «Наконец-то! Нашли!». Признаться, скелет был искренне рад видеть накама, но вот если бы это были чудесные Нами-сан и Робин-сан, он был бы рад ещё больше. — Нам нужно поспешить! — Тони-Тони вцепился в костлявую ногу музыканта и шмыгнул носом. — Робин там совсем одна! — Что-то случилось с Робин-сан? — с беспокойством спросил Брук. — Она сейчас сражается с Эон, — протараторил снайпер, оглядываясь назад, — где-то… — он вгляделся в темноту, чуть правее раздался жуткий грохот, — там. — Ох, мы должны ей помочь, — скелет уже было хотел пойти в сторону разрушений, но накама развернули его на сто восемьдесят градусов. — Тело, — уверенно заявил канонир, несмотря на то, что его колени тряслись в припадке. — Нам нужно найти тело той жуткой женщины и спасти Луффи, Траффи и Ло. Робин сказала, что справится без нас, — в городе снова что-то грохнуло. — Наверное. — Тогда нам нужно поторопиться, — музыкант задумчиво глянул в сиреневую дымку. Поторопиться — идея хорошая, но толку от неё, если они ищут иголку в стоге сена. Им бы хоть какой-нибудь ориентир, маленькую подсказку, которая приведёт их к врагу… В тумане что-то шевельнулось. Брук пригляделся. Большой лиловый волк бесшумно скользил между домов. Если память скелету не изменяла, то эта животинка откликалась на звук флейты. Но привлекает ли волков флейта сама по себе или дело в мелодии? Музыкант попытался быстро припомнить игру Шармель. Кажется, там было что-то резкое… Брук потянулся за скрипкой. Может, стоит попробовать воспроизвести мелодию и призвать призрачную собачку? Но что с ней делать дальше? Как сыграть так, чтобы она отвела их к врагу? — Брук, сейчас не время музицировать, — Усопп хмуро глянул на инструмент в руках накама. Хотя зачем им призывать этого волка, если можно за ним последовать? Вполне возможно, что он приведёт их к Шармель. А там уже можно увести всех животинок с собой, оставив врага без защиты… — Кажется, я начинаю понимать наш план, йо-хо! — скелет убрал скрипку. — За мной! И он ловко перепрыгнул на соседнюю крышу, стараясь не упускать туманного волка из виду. Усопп и Чоппер переглянулись: так… у них всё же есть план, да?

***

Лес. Густой зелёный лес в абсолютной тишине. Трафальгар медленно выдохнул, и выходящий из его лёгких воздух гулом отозвался в изумрудной листве. Хирург Смерти неспеша сел и огляделся. Он находился на небольшой поляне, окружённой непроходимой стеной деревьев, сквозь листву которых пробивались яркие солнечные лучи. Недалеко от Ло пробитая стволом одного из деревьев возвышалась потрёпанная каравелла. Её нос украшала фигура очаровательного барашка, которая придавала кораблю сходство с Мини-Мэри, лодкой, что была на Санни Го. На парусах каравеллы был нарисован знак Мугивар. Капитан Пиратов Сердца поднялся на ноги, стряхнул прилипшую к нему траву. Совсем рядом раздался жалобный скулёж. Туманный волк, практически наполовину растаявший, вынырнул из-за каравеллы. В зубах у животного был осколок зеркала. Волк глянул на Трафальгара, обиженно тявкнул, выронив кусок стекла, а затем исчез. Хирург подошёл к осколку и осторожно заглянул в серебристую гладь. Однако своего отражения он там не увидел. Вместо этого осколок показал ему лишь звёздное небо. Ло задумчиво поджал губы. И всё же, что произошло в той иллюзии, и что было её сердцем? Может быть, это и было зеркало? На всякий случай Хирург Смерти наступил на осколок, который тут же превратился в сиреневую дымку. Значит, всё же зеркало. И кстати… Куда подевался Мугивара? Точнее Мугивары… Словно отвечая на вопрос союзника, из кустов показалась знакомая чернявая макушка. Луффи громко чертыхнулся, запнувшись о ветку и едва не пропахал лицом землю. — Мугивара-я, — Трафальгар тут же поспешил к резиновому капитану, — ты в порядке? — А? — Монки Ди поднял голову, заставляя хирурга невольно вздрогнуть. Привычные черты лица парнишки стремительно натягивались на белёсую светящуюся кожу, а глаза из ярко-алых приобретали чёрный оттенок. Выходит, те двое Мугивар, и вправду, были одним и тем же человеком. — Траффи, это ты… Слушай, а… — Подожди, — перебил его Ло, — ответь мне сначала на пару вопросов. Зачем мы заключили альянс? Кто такие Цезарь, Кинемон и Момоноске? И что сейчас происходит? — Чего? — Луффи забавно сморщил нос. — Ну, мы вроде как задницу Минго надрать хотели, и Кайдо тоже. Цезарь — придурок, а Кин и Момо — наши друзья. А сейчас, — он огляделся, — мы должны были побить ту девку с волками, но почему-то мы здесь… Точно! Траффи, прикинь, я такое зеркало видел большущее! А в нём был я, только не я, а потом так раз, два, и мы поменялись местами! Я думал, что помру… — тирада Мугивары была резко прервана крепкими объятиями. — Траффи? Ты чего? Испугался что ли? Но капитан Пиратов Сердца лишь мотнул головой, сильнее прижимая к себе свою ходячую катастрофу. Чёрт, скажи ему кто-нибудь пару недель назад, что он будет рад видеть чернявое бедствие, точно бы не поверил, но теперь… — Траффи, Траффи, — Луффи впервые сам страдал от нехватки воздуха в чужих в объятиях, — задушишь… — Прости, — Трафальгар тут же ослабил хватку. — Да ничего, — Монки Ди улыбнулся. — Траффи, а это… Где мы? — В твоей душе, я полагаю, — хирург в очередной раз огляделся. — Ты помнишь, что было до того, как ты тут оказался? — Девка с псинами. — А чуть позже? — Зеркало, я же рассказывал. — А потом? — А потом я оказался здесь. Траффи, а ты почему спрашиваешь? Ло поджал губы. Значит, о той утопии помнит только он? Наверное, это даже к лучшему… — Что-то произошло? — Луффи заглянул в задумчивое лицо союзника. — Нет, ничего, — капитан Пиратов Сердца потрепал парнишку по голове. — Нам нужно найти выход. Давай разделимся и поищем что-нибудь. — Хорошо, — Мугивара кивнул и снова улыбнулся. Трафальгар выдал ответную пвсевдо-улыбчивую мину и двинулся вправо. Конечно, было бы неплохо найти настоящий выход, но и дверь в чужую душу тоже будет неплохим вариантом. По крайней мере, так можно будет помочь другим или найти Шармель… Монки Ди дождался пока союзник скроется за деревьями, а затем тяжело вздохнул. Он подошёл к обветшалому корпусу Гоинг Мэрри и нежно погладил пропитанные морской солью доски. — И зачем надо было ему врать? — недовольно буркнул Голос у Луффи в голове. — По нему же было видно, что он всё помнит. Голос был с Мугиварой почти всё то время, что он себя помнил. Противный и язвительный, он вечно подкидывал своему носителю не самые приятные мысли и воспоминания, обвинял, в чём только можно. Монки Ди часто глушил его весельем и беззаботностью, но иногда Голос всё же вырывался, заставлял бродить по ночам и чувствовать себя до невозможного отвратительно. — Так будет лучше, — тихо произнёс резиновый капитан. — Для тебя или для него? — ехидно произнёс Голос. — А есть разница? — Луффи двинулся в сторону деревьев. — Если не говорить о чём-то, то можно сделать вид, что ничего не было. — Боишься, что ему не понравится? — Я просто хочу его защитить. — Нашёлся защитник. Всё это произошло не потому, что мне так захотелось. Ты сам был готов отказаться от него, лишь бы он был счастлив. И вообще, если бы не я… — Заткнись, — рыкнул Мугивара, ударяя кулаком по ближайшему дереву. — Ты просто противный Голос у меня в голове. — О нет, — хихикнул Голос, — я то, что ты в себе ненавидишь. И в то же время то, благодаря чему ты забрался настолько высоко. Монки Ди недовольно фыркнул и двинулся дальше вглубь леса, отыскивая знакомую тропку. Даже спустя столько лет он помнил каждый кустик, каждую веточку того места, где провёл всё своё детство. Для полноты картины не хватало только Сабо и Эйса… Луффи шмыгнул носом и поджал губы. Только вот братьев на этом свете уже нет. Трафальгар брёл среди деревьев, привычно хмуря брови. Странно. В своей душе он видел столько всего: и Коразона, и своих накакама, и Мугивар… А в душе Монки Ди было болезненно тихо, словно здесь никогда и не было никого. Разве может быть подобное у того, кто передружился с половиной Гранд Лайна? Может быть, стоит потом поговорить об этом с Луффи? Ну или хотя бы с Золотцем. Неподалёку послышался шум волн, и вскоре хирург вышел к небольшому утёсу, с которого открывался вид на океан. Ло даже замер на мгновение. Красиво. Даже по его меркам красиво. Интересно, существует ли подобное место где-нибудь в реальности? На самом краю утёса расположилась уже знакомая капитану Пиратов Сердца дверь. Уже неплохо: они могут отправиться к кому-нибудь и помочь разобраться с иллюзиями. Или даже найти Шармель… Последний вариант, конечно, рискованный, но им в любом случае нужно понять, как выбраться отсюда. Трафальгар развернулся и двинулся в сторону поляны, где они расстались с Монки Ди. И всё же почему тут никого нет? Всё же это странно. Хирург незаметно для себя ускорил шаг. Поскорее бы покончить со всем этим и завалиться с Луффи на футон в гостинице… — Мугивара-я! — крикнул Ло, почти переходя на бег. Но союзник не отозвался. Капитан Пиратов Сердца тихо цыкнул. И куда только подевался? Трафальгар добрался до поляны, но никого там не обнаружил. Пришлось идти дальше. Перепрыгивая через корни деревьев и время от времени получая шлепки по щекам от веток, хирург всё углублялся в чащу, которая с каждым шагом становилась всё темнее и темнее. — Мугивара-я! — снова позвал Ло, когда осознал, что не может разглядеть в темноте даже своей руки. — Чёрт! — он сбавил шаг. — Луффи, где же ты? — Ой! — кто-то врезался в плечо хирурга. — Траффи? — Чёрт, — капитан Пиратов Сердца тихо выдохнул. И почему именно он должен волноваться об этой ходячей катастрофе? Так ведь и привыкнуть можно. — Я нашёл выход. Относительно. — А что это значит? — Трафальгар был уверен, что Монки Ди сейчас непонимающе хлопает своими глазищами. — Если я правильно понял принцип, то это переход между твоей душой и чьей-то ещё, — хирургу было немного не по себе — разговаривать вот так в темноте. — Пойдём отсюда. — А нам обязательно идти? Просто здесь… — Луффи замялся, — спокойно… Ло нахмурился. Мугивара не хочет быть в самой гуще событий? Разве такое бывает? Хотя, наверное, после того, что произошло, можно уже ничему не удивляться… — Нужно идти, — капитан Пиратов Сердца на ощупь нашёл чужую руку и крепко её сжал, — и помочь остальным. Давай просто закончим со всем этим и вернёмся? — Ладно, — едва слышно ответил Монки Ди. Трафальгар потянул союзника в обратную сторону. Через какое-то время начало светлеть. Хирург машинально обернулся, чтобы убедиться, что он ведёт за руку именно союзника. Луффи выглядел как-то неуверенно и забавно щурился, когда редкие солнечные лучи касались его лица. — Всё хорошо? — на всякий случай уточнил Ло. — Угу, — Мугивара кивнул. — Всё в порядке, — он натянуто улыбнулся. — Нам же нужно надрать задницу той девке, да? — Да, — капитан Пиратов Сердца чуть ускорился, завидев впереди поляну. — Я хотел ещё спросить, что это за корабль? — Ты про Мэрри? — отозвался Монки Ди. — Мы плавали на нём раньше, но… — его голос дрогнул, — но нам пришлось его оставить. Мне пришлось. — Вот как, — Трафальгар ловко перебрался через торчащий из земли корень. Кажется, Носатый рассказывал ему что-то подобное. Только вот Хирург Смерти тогда не особо его слушал. Они пересекли поляну и вскоре вышли к утёсу. Дверь была всё на том же месте. Ло замер и медленно выдохнул. Ладно, пора с этим закончить. — Готов? — капитан Пиратов Сердца искоса глянул на союзника. — Да, — Луффи сплёл их пальцы. — Давай разберёмся со всем этим, Траффи? — Я хотел приложить то же самое, Мугивара-я, — хмыкнул Трафальгар и повернул дверную ручку. Узкая светящаяся тропа сверкнула в темноте. В чью же душу они попадут?

***

Робин пролетела несколько десятков метров и шумно упала на крышу. Черепица под ней разломалась, превратилась в крошку. Археолог сдавленно охнула. Чёрт, кажется, у неё что-то с рёбрами: дышать было мучительно больно, а во рту чувствовался неприятный металлический привкус крови. Нико с трудом приподнялась на руках. В голове звенело, а в глазах жутко щипало. — Ещё не надоело? — Эон ловко приземлилась неподалёку. На ней не было ни царапины, а стеклянные огромные руки были заляпаны кровью. — Я только начала, — выдохнула Робин, поднимаясь на ноги и скрещивая руки. За её спиной быстро разрослись почти такие же руки как у противницы. — Неугомонная, — цыкнула Эон и бросилась на археолога. Две пары рук сцепились, каждая девушка пыталась завалить другую. Нико сжала зубы. Больно. Ледяные стеклянные руки Эон сжимали так, что казалось, что настоящие руки археолога тоже вот-вот могли быть переломаны. Значит, те, кто связаны со Временем могут обходить ограничения Дьявольских фруктов? Как неудобно… — Отступи, пока не поздно, — Эон недовольно сощурилась. — Не хочу лишних жертв. — Если не хочешь жертв, тогда зачем ты устроила всё это? — Робин изо всех сил упёрлась ногами в скользкую черепицу. Ей просто нужно выиграть немного времени. Как бы двусмысленно это не звучало. — Людям не понять, — рыкнула Эон и резко дёрнула стеклянные руки в сторону. Не удержавшись на месте, археолог подлетела в воздух. Её руки, созданные силой Дьявольского фрукта, превратились в лепестки. Девушка упала на соседнюю крышу, со всей силы приложившись к черепице лицом. Нико громко вскрикнула. Лёгкие нещадно болели, а руки и ноги почти не слушались. В голове снова неприятно звенело. — Если продолжишь в том же духе, то умрёшь, — Эон бесшумно опустилась на соседнюю крышу. — Не думаю, что тебе выгодна моя смерть, — Робин медленно начала подниматься, стараясь игнорировать боль, — иначе тебе придётся встретиться с О-Тоси… Эон поджала губы, а затем на её лице медленно расплылся жуткий оскал. — В таком случае, — она крутанула в руках нагинату, — мне нужно быть с тобой помягче. — К большому сожалению, — археолог с трудом улыбнулась, — я предпочитаю играть жёстко. — Неугомонная, — хмыкнула Эон и бросилась на противницу. Нико скрестила руки. Что ж… По крайней мере умереть ей не позволят. Пожалуй, можно сказать, что данный расклад вполне неплох.

***

— А нам т-т-точно туда? — Усопп нервно икнул, выглядывая из-за спины Брука. Туманный волк, за которым они следили привёл их в южную часть города, к небольшому амбару, вокруг которого кружил более густая сиреневая дымка, чем в других частях Рэд Стрит. — Выглядит жутко, — вторил накама Чоппер, прижавшийся к ноге скелета. — Полагаю, другого выбора у нас нет, — отозвался музыкант. — Пойдёмте. — Прям так? — снайпер сглотнул. — Может, разработаем какой-то план? Или ещё что-нибудь? Брук задумался. План — идея хорошая. Если честно, он даже себе надумал кое-что. Возможно это не так гениально, как у Ло-сана или Траффи-сана, но тоже должно сработать. Осталось только воплотить идею в жизнь. — Усопп-сан, Чоппер-сан, — музыкант повернулся к накама, доставая скрипку, — теперь мне придётся положиться на вас. — А? О чём ты? — канонир нахмурился. — Я попробую выманить волков, — скелет принялся настраивать инструмент, — а вы тем временем поищите нашего очаровательного врага. — А если они тебя покусают? — обеспокоенно спросил Тони-Тони. — Ох, ну, в конце концов, я всего лишь кости, йо-хо! Но учтите, что вам придётся пробираться через крышу, чтобы не надышаться туманом. — Поняли! — Усопп и оленёнок одновременно кивнули. — Тогда позвольте начать концерт, — Брук вскинул смычок. — Начинайте продвижение, как только волки появятся. Готовы? — Да, — маленький доктор забрался на плечо к канониру. Скелет тряхнул афро. Теперь он может положиться только на себя и свой музыкальный слух. Хотя у него и нет ушей, йо-хо! Тревожные звуки скрипки наполнили город. Музыкант ловко зажимал костлявыми пальцами лады, умело водил смычком. Со стороны амбара послышалось едва уловимое рычание. Через несколько секунд на улицу высыпалась целая стая озлобленных призрачных хищников. Они почти одновременно подняли головы, а затем взвыли. — Вперёд! — Усопп рванул с места и перескочил на ближайшую крышу. Волки устремились в сторону Брука. — Удачи, друзья, — прошептал тот и ускорил мелодию. Хищники зарычали, и скелет был вынужден перебраться на другую крышу. Что ж, видать, этим собачкам неважно, кто играет. Главное — это безупречно сыгранная мелодия. Что ж… Было бы хорошо, если бы мисс Шармель не сильно обиделась. Всё же её собачек забрали на время.

***

Внезапно забубневшая ден-ден муши заставила всех вздрогнуть. — Да? — тут же ответила Нами. Остальные подтянулись к ней, чтобы быть в курсе событий. — Мы почти на месте, — донёсся приглушённый голос Тони-Тони. — Брук отправился отвлекать волков, а мы с Усоппом займёмся врагом. Кто-нибудь ещё проснулся? — Пока нет, — отозвался Золотце, нервно заламывая руки. Его конкретно трясло от волнения. Не помогало даже присутствие Зоро. — Будьте осторожней, — навигатор поджала губы. — Хорошо, — маленький доктор шмыгнул носом. — Ой, Усопп, а что это… — Ложись! Сейчас рванёт! — крикнул канонир. Чоппер взвизгнул, а через секунду раздался громкий звук взрыва. — Ребята! — Мугивары склонились над ден-ден муши. Но ответа не последовало. Кошка-воровка сжала улитку в руке. Её немного потряхивало. — Да что это такое? — выдохнула она. — Когда уже весь этот кошмар закончится?

***

Два года назад. После Великой войны Трафальгар прекрасно понимал, что его нынешний образ жизни с восьмидесяти процентной вероятностью сведёт его в могилу года так через два. Но даже это знание, как и уговоры Шачи и Пенгвина, мало что могли изменить. «Мёртвое умереть не может», — сказал как-то Дофламинго. И именно эта фраза почему-то отпечаталась в искалеченном подростковом сознании. Хирург Смерти уже умирал два раза: сначала во Флевансе, потом на острове Миньон, — и ничего, всё ещё жив. Так какой смысл гоняться за тем, что недостижимо? Ло подлил себе виски, поджёг сигарету и поудобней устроился в докторском кресле. Удивительно, что на своей собственной субмарине покоя и уединения можно было найти только рядом с трупами. Капитан Пиратов Сердца искоса глянул на экран дорогущего медицинского устройства, что равномерно и немного раздражающе пикало, отмеряя чужое сердцебиение. Ладно, ещё пока не трупами. С другой стороны, если Мугивара ещё раз захочет побиться головой о стену, никто его останавливать не будет. Каждый сам ответственен за свою жизнь, так что пусть Монки Ди сам решает, нужно ли ему продолжать своё существование или нет. Трафальгар выпустил колечко дыма в воздух. Что в его сигаретах — лучше никому не знать. Особенно Шачи и Пенгвину, иначе очередных охов и ахов не избежать. Всю вредную гадость можно убрать с помощью Дьявольского фрукта при большом желании. Правда, этого самого желания у хирурга не было от слова «совсем». Какая разница, помрёт он от не самых полезных веществ, передоза успокоительными или максимально жёсткого и живодёрского секса? Главное, чтобы это произошло после того, как он самолично отправит одну пернатую сволочь в Ад. Признаться, Ло был даже не против отправиться туда вслед за Дофламинго, чтобы и загробная жизнь шичибукая не была сладкой. При воспоминании о Дофи капитан Пиратов Сердца невольно глянул на лежащее на койке тело. И какого чёрта он вообще решил спасти это резиновое недоразумение? Его изначальной задачей было оценить силы Дофламинго. Всё-таки план мести был в процессе разработки, и нужно было хотя бы примерно представлять, с чем придётся столкнуться в скором времени… А тут неизвестно откуда взявшееся желание спасти чью-то жизнь. Неужели задатки врача решили дать о себе знать? Трафальгар хмыкнул. Что ж… Отец бы им гордился. Хирург осушил стакан с виски и снова потянулся к бутылке. Однако жидкость в этот раз миновала стадию стакана и сразу полилась в рот. Очередная бессонная ночь, ничего удивительного. Для полной картины нужно только паническую атаку словить и таблеток пережрать. И всё, Шач, Пенг, ваш капитан снова в состоянии нестояния, тащите его в каюту, заворачивайте в одеялко, смотрите, как он проблёвывается и кудахтайте как нерезанные курицы о том, что ваш дорогой друг не ценит свою жизнь. Ло усмехнулся. Если бы эта жизнь вообще представляла из себя что-то ценное. Луффи невнятно что-то пробормотал во сне, забавно нахмурив брови. — Вот и я о том же, — хмыкнул капитан Пиратов Сердца, — в этом нет никакого смысла. Ещё полбутылки виски были прикончены буквально за десять минут. К ним добавились ещё три сигареты. Трафальгар слепо нашарил на столе банку с таблетками. Сегодня у него в планах глубокий сон, после которого можно и не проснуться, но это, в принципе, не так важно. Его в любом случае, по каким-нибудь нелепым обстоятельствам откачают, поругают за плохое поведение, спрячут все «запрещённые» вещества… Хирург Смерти довольно потянулся. Только вот кто сказал, что у него нет заначки, а?

***

Трафальгар проснулся в холодном поту. Он попытался сделать вдох, но тело совсем не хотело его слушаться. Очередной кошмар с Дофламинго, закончившийся бойней и липким противным ощущением страха. Сердце колотилось так, что хирург даже не был уверен, выдержит ли его многострадальный орган в этот раз, или всё-таки смерть сжалилась и решила его навестить. Однако инстинкт самосохранения как обычно попытался взять всё в свои руки, заставляя лёгкие пару раз сделать небольшие вдохи, чтобы их непосредственный хозяин не откинулся окончательно. Ло трясло. Трясло так, как до этого не было ни разу. Изо рта вырывались позорные хрипы и болезненные завывания. Чёрт, кажется, в этот раз он действительно пересёк черту, раз его кроет настолько сильно. Капитан Пиратов Сердца слепо попытался найти банку с таблетками, которые он оставил на столе. Но конечности почти его не слушались, и драгоценные пилюли шумно грохнулись на пол, обкатывая всевозможные углы. Трафальгар попытался встать, но к горлу тут же подступила тошнота, а через секунду желудок самовольно решил отчиститься от всей той гадости, которой его напичкали. Хирург Смерти пошатнулся и схватился за больничную койку. Ноги предательски подкашивались. О том, чтобы использовать Дьявольский фрукт, не было и речи. В таком состоянии его не хватит и на метровое пространство. Хах, а он ещё на янтарно-свинцовую болезнь жаловался… Ноги окончательно отказали, и Трафальгар завалился грудью на койку. А ну да, только смерти пациента ему ещё не хватало для завершения всего этого катарсиса. Сам спас — сам убил, как говорится. Хирург сжал зубы. Когда уже его отпустит? Что-то холодное коснулось лба Ло. Тот кое-как двинул шеей и попытался сфокусировать взгляд. В темноте операционной при слабом свете настольной лампы поблёскивали чужие чёрные чуть приоткрытые глазищи. Только этого не хватало… — Больно? — пробормотал Мугивара, поглаживая чужой лоб. Трафальгара пробрало. Его что… жалеют? Как же мерзко. Хирург попытался отстраниться, но тело окончательно потеряло связь с головой. Чёрт! Не нужна ему ничья жалость! А тем более жалость от человека, который в данный момент и себя-то не осознаёт. — Всё пройдёт… — прохладные пальцы коснулись тёмной щеки. — Всё пройдёт… Ло снова начало мутить, и он зажмурился, пытаясь сделать глубокий вдох. Тело понемногу начало расслабляться, болезненные спазмы поутихли, а голова начала наполняться туманом, давая понять, что мозг готовиться к тотальному отключению. Чтобы не завалиться на пол, капитан Пиратов Сердца из последних сил подтянулся вперёд. Его голову тут же оплели резиновые руки, продолжая осторожно поглаживать по лицу и голове. — Живи… — шепнули Трафальгару в макушку. Того ещё раз пробрало. Жить? Как будто это так просто… Да и какой в этом смысл? И вообще… Ло поджал губы. Разве ему можно жить? Вот так? Как обычный человек? Не прокручивая в голове всё то, что он пережил? Не виня себя в собственной слабости? Лучше уж подохнуть, чтобы не мучаться. Отказаться от мести и просто исчезнуть. Может быть, там, на другой стороне, его ждут родители, сестра и Кора-сан. Тогда им можно будет поплакаться, нарыдаться вдоволь, рассказать о вселенской усталости, вечных кошмарах и всепоглощающем чувстве пустоты. Там не стыдно и не позорно дать себе слабину, сбросить ответственность за себя и других, можно прекратить строить из себя невесть что, пожаловаться на мелочи. Там точно не будет так тяжело. — Я не могу… — сдавленно выдохнул хирург, утыкаясь носом в чужую перебинтованную грудь. — Я не могу… — Не… сдавай-ся… — голос Монки Ди стал слабее, но он продолжал гладить Ло по голове. — Сильный… ты… Важен… другим… Другим? Но кому? Разве в этом мире остался кто-то ещё? А, точно… Шачи, Пенг и остальные… Они ведь беспокоятся, да? Особенно Шач. Вечно ворчит, но почему-то всегда рядом, когда это нужно. И Пенг приносит чай или кофе, даже если его не просят. Бепо… Бепо мягкий и тёплый. На нём лучше всего спится. Ло невольно прикрыл глаза, утопая в чужих прикосновениях. Вот бы однажды кто-нибудь снова обнял его вот так… — Эйсу…

***

Трафальгар молча наблюдал с кровати за тем, как в его и без того захламлённую каюту повергают ещё в больший хаос. Причём без его на то согласие. Мало того, что хирург совсем не помнил, что произошло в ночь его дежурства, так ещё и проспал он, оказывается, почти сутки, чем сильно взволновал своё ближайшее окружение в лице Шачи и Пенгвина, которые знали, что их капитан и долгий сон — вещи несовместимые. По тому, что рассказал Бепо, Ло смог понять, что он словил приступ, весьма нехилый, только вот это никак не объясняло слишком уж подозрительных взглядов друзей. Он что-то натворил, пока его колотило в панической атаке? — Чёрт! — Шачи, который как раз таки и был ответственен за погром капитанской каюты, запнулся о гору валяющихся на полу книг. Очень дорогих, кстати. — Шач, хватит уже, — устало вздохнул Пенгвин, сидящий на краю капитанской кровати и остужающий для хозяина этой самой кровати чай. — Ты так всю каюту разгромишь… — Зато все заначки найду, — отозвался Шачи, готовясь разнести шкаф с одеждой. — Только на прошлой неделе всё было чисто, а он уже где-то эту дрянь раздобыть успел. — Боже, — выдохнул Пенг, а затем повернулся к своему капитану. — Ло, как ты себя чувствуешь? — Терпимо, — хмуро отозвался тот. Факт того, что в его вещах роются, весьма сильно напрягал. Потому что такими темпами его друг точно найдёт то, что ищет. — И хватит уже искать то, чего нет. — Нет? Как же! — Шачи развернулся к нему. — Ло, к твоему грёбаному сведению, я уже нашёл две бутылки виски, восемь пачек сигарет и двенадцать банок с таблетками. — С каких пор хранение чего-то подобного считается преступлением? — С тех самых, как я узнал, из чего ты всё это намешал! Трафальгар поморщился. На его личное пространство совершили покушение, а виноват он? И вообще, что это за фамильярное отношение? — Пошли вон, — хирург потёр виски. Глова гудела нещадно, — оба. Шачи замер со стопкой одежды в руках. Пенгвин медленно поставил кружку с чаем на прикроватную тумбочку. — Ну и скотина же ты, капитан, — Шач закинул вещи обратно в шкаф и, показав Ло средний палец, быстро удалился из каюты, громко хлопнув железной дверью. Капитан Пиратов Сердца тихо выдохнул. Только истерик ему тут не хватало. Он не просил о нём беспокоиться или разбираться с его проблемами, так какого чёрта Шачи решил разобидеться? — Если есть желание тоже назвать меня «скотиной», то вперёд, — Трафальгар потянулся за кружкой с чаем и сделал небольшой глоток, тут же обжигая язык. — Как будто это поможет, — хмыкнул Пенгвин, вставая с кровати и поворачиваясь лицом к своему капитану. — Ло, скажи честно, зачем ты поступаешь с собой так жестоко? — Не понимаю, о чём ты, — буркнул тот, дуя на чай. — Всё ты понимаешь, — Пенг покачал головой. — Лучше всех нас понимаешь… — он двинулся к двери, но вдруг замер. — Слушай, Ло, а то, что ты сказал тогда Мугиваре, получается, было ложью? — С чего ты взял? — Хирург Смерти нахмурился. — Не думаешь, что это немного лицемерно, учить кого-то как жить дальше, но самому не делать этого? — на лице Пенгвина на миг появилась грустная улыбка. — Ладно, забудь. Отдыхай. Пенг вышел из каюты, осторожно прикрыв за собой дверь. Ло отставил кружку с чаем и плюхнулся на подушку. Докатились. Сначала его каюту разгромили, потом обозвали, а теперь ещё и в лицемерии обвинили… И чёрт возьми, злит почему-то не это, а то, что Шачи и Пенгвин в какой-то степени правы! — Отлично, теперь я лицемерная скотина, — капитан Пиратов Сердца укутался в тёплое одеяло. Совесть зашевелилась под рёбрами, заскреблась, тихонечко шепча: «Опять ты их обидел. Не стыдно тебе? Они за тебя волнуются, дурака ты кусок. А ты? А ты их посылаешь, хотя сам этого не хочешь». Трафальгар забрался под одеяло с головой, свернулся в калачик, пытаясь заткнуть собственную совесть. Но та уже разошлась, продолжая гнобить своего хозяина. К горлу подступил комок. Хирург зажмурился. Нет, хватит, он для себя уже всё решил. Важен… другим… Капитан Пиратов Сердца вздрогнул. Откуда… Кто это ему сказал и когда? Трафальгар принялся возиться в кровати, пытаясь найти в своей памяти ответ, но там было пусто. Может быть, это когда-то сказал Кора-сан? Совесть ударила под дых с двойной силой: «Нет, какая же ты всё-таки скотина, Трафальгар Ди Ватер Ло! Мало того, что накама своих не слушаешь, так ещё и на слова Коразона внимания не обращаешь! Даже забыл, что он тебе такое сказал!». Хирург Смерти уткнулся носом в подушку и тихо взвыл. Договариваться с совестью у него получалось редко. И если на убийства и контрабанду она смотрела сквозь пальцы, то в отношении близких для своего хозяина людей была непреклонна. И что ему теперь, получается, идти извиняться? Сдавать все свои заначки? Жить эту чёртову никому ненужную жизнь? Сильный… ты… О, да, настолько сильный, что в завязку уже три года уйти не может. Настолько сильный, что от самого себя порой блевать тянет. Настолько сильный, что даже помощь накама принять не может, хотя нести всё это дерьмо в одиночку невыносимо. Настолько сильный, что хочется разрыдаться от собственной слабости, чтобы его обняли и пожалели, спрятали от этого гнетущего чувства вины и… — Ненавижу… — сдавленно выдохнул Ло. — Ненавижу… Всё пройдёт… Пройдёт? Всё, правда, закончится? Но когда? Сколько ещё ждать? И найдутся ли силы на это ожидание? Нет, так нельзя. Нужно потерпеть. Потерпеть до того момента, как пернатая мразота отправится в преисподнюю. Только тогда… Только тогда всё закончится. И только ради этого… Только ради этого нужно продержаться ещё немного. В дверь постучали. Капитан Пиратов Сердца невольно вздрогнул. Так, закончили самобичевание. Не хватало ещё, чтобы кто-то увидел эту мерзость. — Капитан, — Шачи невозмутимо вошёл в капитанскую каюту, всем своим видом давая понять, что он всё ещё злится, — мы почти приплыли. — Сейчас подойду, — Трафальгар с трудом оторвал себя от подушки, однако руки вдруг сами потянулись к мягкому предмету, прижимая того к груди. Чёрт, кажется его всё ещё немного кроет. — Кофе? — сухо поинтересовался Шачи. — Было бы неплохо, — хирург нерешительно кивнул. Наверное, нужно извиниться. Только вот… Он в этом не силён от слова «совсем». — Шачи… — Да? — всё также сухо отозвался тот. — Под кроватью за книгами по анатомии, третий ящик с одеждой, за стенкой тумбы, вторая полка с книгами, под ванной за корзиной с халатами, — на одном дыхании выдал Ло. Шачи нахмурился, явно пытаясь разгадать непонятный для него набор слов. Капитан Пиратов Сердца, наконец, смог заставить себя вернуть подушку на законное место. Он как можно скорее сполз с кровати, подхватил свою меховую шапку и, чуть помедлив, взял ещё шляпу Мугивары, после чего спешно покинул свою каюту, искренне надеясь, что о накама дойдёт, что он только что сдал ему все свои тайники. — Капитан, — стоило Трафальгару оказаться в коридоре, к нему тут же подоспел Бепо с его нодати в лапах, — мы готовы всплывать. — Хорошо, — хирург кивнул. — Проверь, как там Повелитель морей и Мугивара, потом доложишь. — Понял, — белый медведь тут же затопал по коридору, позабыв отдать своему капитану Кикоку. — Смерть — это самый простой путь, да? — хмыкнул Ло, глянув на соломенную шляпу в его руках. — Пожалуй, стоит его немного попридержать. Что думаешь, Мугивара-я? Пространство субмарины стремительно стало заполняться сиреневой дымкой. Шармель громко цокнула языком. — Как трогательно, — протянула она, — аж тошнит. Девушка махнула рукой, и вся картинка расплылась, превращаясь в туман. Охотница сделала глубокий вдох и зажмурилась. Через секунду она уже стояла у края небольшой лужи с прозрачной водой. Вторая недовольно фыркнула. А ведь она проникла в чужую память, чтобы найти больше отрицательных эмоций, которые бы ускорили падение этой души. Ей даже пришлось забраться в те воспоминания, которые скрыты даже от их владельца… Шармель повернула голову в сторону лежащего на выгоревшей земле Трафальгара-старшего. Двоим из Мугивар удалось выбраться из плена собственных кошмаров. Ещё двое пока что ещё являются её узниками. И есть вероятность, что кто-то догадается о дверях, что она оставила. Охотница хищно улыбнулась. Так даже интереснее. Ведь, что бы не сделали Мугивары, это в любом случае приведёт к её победе.