Седьмой курс

Северус смотрел, как студенты покидают Большой зал, а их деканы следуют за ними. Всем хотелось отдохнуть перед началом следующего дня. Гермиона и Поттер держались в стороне от своих однокурсников. Казалось, что Поттеру не удалось укротить мисс Уизли, а Гермиона не простила ее братца. Драко выглядел неважно. Он был угрюм, мало ел и ни с кем не разговаривал. Панси Паркинсон так и лезла к Малфою. Драко остановился перед выходом из зала и стоял там, глядя, как другие студенты проходят мимо. Поттер был слишком занят беседой с Гермионой, чтобы заметить, что за ними наблюдают. — Добрый вечер, профессор, — Горация Бартрам прошла мимо него и оглянулась через плечо, ожидая ответа. — Профессор Бартрам, — Северус кивнул ей. Она снова удивилась. Видно, это было ее типичное состояние. После минутного размышления, вероятно, потраченного на решение, стоит ли ей попытаться вывести его на разговор, она опустила глаза на ступеньки перед собой и зашагала по ним. От Северуса не ускользнуло, что Бартрам была красива, и он был не единственным, кто так думал. Шеклболт весь вечер пытался произвести на нее впечатление историями со своего первого дня в качестве Аврора, и даже Флитвик так нервничал в ее присутствии, что случайно опрокинул на себя кубок, когда она заговорила с ним. Зал быстро опустел, и Северус остался один. Его разум был удивительно ясным и спокойным, а все мысли — о Гермионе. Она так обрадовалась, когда ее вызвали для получения значка. Минерва настаивала на том, что Гермиона сочла бы эту должность обузой, но он не сомневался, что принял правильное решение. Она никогда не умела держать свои эмоции при себе, и даже если он их не чувствовал, все было написано у нее на лице. Многие студенты все еще боялись его, что было не так уж и плохо. Он чувствовал страх, трепет и любопытство, когда ему приходилось смотреть на одного из них дольше одной секунды. Дети часто были полны неконтролируемых эмоций, и страх был самой простой эмоцией, которую можно было ощутить. Северус провел несколько часов в своем кабинете за чтением. В тот вечер прибыла сова с письмом от Маргарет Уайт. Профессор Снейп,

 Я прибуду в Хогвартс в пятницу утром. Моя мама рада вернуться в поместье после стольких лет; у нее все хорошо. Спасибо за понимание нашей ситуации. Стены поместья не утешают меня, как мою мать; я с нетерпением жду возможности сбежать в Хогвартс. Я должна еще раз поблагодарить Вас за то, что Вы настояли на том, чтобы я заняла должность преподавателя Магловедения. М. Уайт. Северус быстро прочитал записку и отложил ее в сторону, довольный тем, что Маргарет приедет в пятницу. Он расскажет об этом Минерве утром. Ей очень не терпелось встретиться с профессором Уайт. Студенты были слишком молоды, чтобы знать имя Маргарет Уайт. Тетя Маргарет, Барда Уайт, и ее отец, Бернард, были защитниками прав маглорожденных в начале двадцатого века. Уайт использовали свое богатство и социальное положение для борьбы за равные права для полукровок и маглорожденных. Барда была эксцентричной ведьмой, питавшей слабость к молодым волшебникам, а ее брат Бернард был немногословным человеком. Он внес несколько статей, призывавших прекращение господства чистокровок. Маргарет было всего двадцать лет, когда ее отец и тетя были убиты Пожирателями Смерти. Это произошло через год после того, как очередной репортер опубликовал статью, в которой умолял бывших активистов снова заступиться за маглорожленных. Они были первыми жертвами Волан-де-Морта, о которых открыто заявляли Пожиратели. Их смерть заставила замолчать сторонников маглорожденных и полукровок; их убийство не вызвало общественного возмущения, хотя и широко освещалось. Маргарет и ее мать Миранда исчезли. Некоторые говорили, что их убили или взяли в плен, но большинство верило, что они жили среди маглов. После этого Маргарет и Миранде часто приписывали погромы против Пожирателей, а в начале семидесятых их имена иногда писали кроваво-красными буквами на зданиях, как ответ на зверства Волан-де-Морта. Через некоторое время после первого поражения Волан-де-Морта Миранда и Маргарет вернулись в волшебный мир. «Пророк» опубликовал довольно уважительную статью, в которой сообщалось, что Уайт почти тридцать лет жили в мире маглов. Северус искал преподавателя по Магловедению, и его совершенно не впечатлили трое кандидатов, среди которых были волшебник на пенсии, работавший дворником в магловской школе, молодая ведьма-полукровка, чья грамотность оставляла желать лучшего, и Филч, который считал, что достаточно хорошо знает маглов будучи сквибом. И он написал Маргарет Уайт письмо с предложение приехать в Хогвартс. Сначала она отказывалась, ссылаясь на то, что не может оставить мать. Северус продолжал уговаривать ее прийти хотя бы на собеседование. Через три дня она приняла предложение, но при условии, что о своем согласие она объявит после первого сентября. — Не то чтобы я переживаю, — сказала она, когда они встретились. — Но Вы говорите, что в Хогвартсе много чистокровных детей, и я не хочу, чтобы родители решили отправить их в более… компетентную в этом плане школу. — Это мои заботы, мисс Уайт. Вы думаете, что Ваше присутствие в школе может как-то повлиять? Маргарет Уайт была миниатюрной женщиной лет шестидесяти с выгоревшими на солнце волосами. — Я думала об этом, профессор. Я не хочу быть местной знаменитостью. Вполне достаточно присутствия Гарри Поттера. И я не позволю, чтобы Вы выставляли меня напоказ, чтобы укрепить свою репутацию. Вы хотите, чтобы я преподавала — а это я умею. Уайт с большим энтузиазмом относилась к преподаванию, и, прожив среди маглов большую часть своей жизни, она была самым квалифицированным профессором на этой должности почти за всю историю Хогвартса. С ее серьезным отношением к делу было очевидно, что они с Минервой станут близкими подругами. Возможно, это и подкупило Северуса взять ее на эту должность. Первый день занятий прошел гладко. Северус весь день расхаживал по коридорам, помогая потерявшимся первокурсникам найти нужные лестницы, или просто пугал их своим присутствием. СОВ сдадут в среду, после чего количество студентов резко сократится. Студенты и преподаватели были взволнованы. В то же время студенты радовались, что до среды они свободны от домашней работы. После обеда Северус решил прогуляться на свежем воздухе. Пробираясь через ветви ивы, он услышал всплеск. Что-то вырвалось из поверхности озера в нескольких метрах от берега, и когда Снейп повернулся, то увидел хвост. Русалки обычно не появлялись на поверхности, и их почти никогда нельзя было увидеть. Северус сел на пенек, который был хорошо скрыт веткой, и стал ждать. Вскоре раздался еще один всплеск, и появилось худенькое тело, а затем еще одна фигура. Это были мужчина и женщина, размахивающие руками, потом они снова погрузились в воду, издавая странные шипящие звуки. Они появились на поверхности во второй раз, но уже в объятиях друг друга и целовались. Северус почувствовал себя подростком, наблюдающим за парочкой, и встал. Внезапно самец завизжал и выскользнул из объятий самки, как будто кто-то потащил его за хвост под воду — так и оказалось. Появилась русалка постарше, она схватила молодую за спутанные зеленые волосы и потащила под воду. Все стихло. Северус вышел из-под ивы и смахнул несколько листьев со своей мантии, прежде чем вернуться в замок. Проходя мимо класса Защиты по пути в свой кабинет, Северус заметил, что дверь была приоткрыта. — Банши, — сказали голоса почти в унисон. Первокурсники. Северус заглянул в класс. — Очень хорошо! — Бартрам ободряюще улыбнулась ученикам. — А как выглядит банши? На это последовало полдюжины невнятных ответов, а несколько ребят подняли руки. — Как женщина! — Да, верно, мисс Тиллер. Пухлый светловолосый мальчик поднял руку выше и чуть не упал со стула. — Мистер Фрэнк, что-то еще? — У нее длинные волосы, и если ты не убьешь ее до того, как она закричит… ты умрешь! — Верно. Крик банши смертелен. Кто-нибудь знает, как убить банши? В дальнем углу класса зашептались три девочки, а половина факультета Когтевран почти дремала. — Отрубить голову, — устало предложил мальчик с первой парты, не поднимая руки. — Почти, мистер Дав. Надо сломать ей шею. Обезглавливание — тоже способ, но довольно рискованный. Тело и кожа банши — как сталь, они невосприимчивы к магии. Она убьет вас своим криком, а вы и глазом не моргнете. Девочки перестали шептаться, а Когтевранцы выпрямились. Бартрам встала и начала ходить между рядов. — Слабое место банши — это ее шея. Банши не тратят время на физическую борьбу, когда чувствуют магию. Они будут кричать. Однако, когда банши кричит, она закрывает глаза. Вы должны сломать ей шею, прежде чем вас убьет ее крик. Кто-нибудь может назвать заклинание, с помощью которого можно было бы сломать шею банши? Северус пошел дальше. У Бартрам, казалось, получалось преподавать у первых курсов, но на них было легко произвести впечатление. Он даст ей еще день или два на то, чтобы она привыкла к школе, а потом официально начнет посещать ее уроки. Северус бродил по коридорам, вспоминая свой первый год преподавания. Это было ужасно. Его репутация опередила его, и все как один называли его «сальноволосым ублюдком». После того как он вступил в ряды Пожирателей и стал шпионом, работать стало намного проще. — Простите, профессор. Гермиона стояла перед ним, держа в руках стопку книг, из собранных в пучок волос торчало перо. — Да, мисс Грейнджер? Она взяла книги в другую руку, а свободной рукой начала обыскивать карманы своей школьной мантии. — Извините… сэр… у меня есть записка… Профессор Вектор послала меня в библиотеку за этим… вот здесь, — она протянула ему клочок пергамента. — Хорошо, мисс Грейнджер. Гермиона сунула записку обратно в карман и прижала книги к груди. — Профессор… — она нервничала. Возможно, снова собиралась поблагодарить его за то, что получила должность старосты школы, но это было бы не только ненужным, но и неуместным. Это было не одолжение, и он надеялся, что она это понимала. Она заслужила эту должность. — Какие-то проблемы, мисс Грейнджер? — Ах, нет… нет, сэр. Просто… мне нужно вернуться в класс. Северус приподнял бровь. — Можете идти. Гермиона посмотрела в пол, слабо улыбаясь. — Профессор, Вы стоите прямо перед дверью. После нескольких секунд Северус отошел в сторону. — Простите, я не знал, что профессор Вектор теперь преподает в этом кабинете. Гермиона улыбнулась. — Только седьмой курс, — сказала она. — Чтобы мы могли работать над своими проектами в любое время. Она подошла к двери, снова перекладывая стопку книг в другую руку. Северус направил палочку на дверь, осторожно приоткрывая ее на несколько дюймов. — В следующий раз воспользуйтесь сумкой, мисс Грейнджер. За повреждение книг взимается штраф. Он отвернулся и пошел дальше по коридору. Маргарет Уайт приехала в пятницу, незадолго до завтрака. Отсутствие энтузиазма и любопытства по поводу ее появления было еще одним доказательством того, что студенты не знали, кто она такая. Как и предполагал Северус, они с Минервой сразу же подружились.