Вечер лжи

Паша достал телефон, набирая номер Кикира, резко Александр опустил его руку с телефоном, показывая что не надо звонить сейчас. Мужчина подошёл и сел на кровать к Музыченко, убрав волосы с шеи, он начал щупать пульс. — Спит. А может и бессознания. — Сообщил Бабурин и тут же продолжил: — Паш, поищи нашатырку и принеси воды. Личадеев тут же ушёл за тем, что ему указал принести Саша. Александр с жалостью посмотрел на закрытые глаза Юрия и грустным тоном произнёс: — Юрок… Ты ведь завязал со всем этим. Почему снова начал? — Он убрал пряди волос с лица и погладил тыльной стороной руки холодную щеку. В голову начали лезть воспоминания, поэтому Саша грустно усмехнувшись, начал прогонять их прочь. Через несколько минут прибежал Паша. — Тут блять не возможно ничего найти… — Возмутился парень. Бабурин взял нашатырный спирт, вылил его на ватку и поднёс к носу Юры. Тот очнулся почти сразу, недоумевающе он посмотрел ему в глаза, таким замученным и испуганным взглядом, резко взгляд сменился на неловкость и злость. Скрипач не мог выдавить из себя и слова, поэтому Саша сразу дал ему стакан воды. — Выпей, у тебя обезвоживанье. — Твёрдо указал мужчина и повернул голову к Паше. Тот удивлённо смотрел за всем этим в проходе, не шевелясь. Допив, Юра всё-таки смог выдавить из себя слова: — Какого хуя вы тут делайте? Оба… — Сначала он посмотрел на бывшего молодого человека, а затем плавно перевёл взгляд на озадаченного Павла. Его голова вновь упала на кровать, закрыв глаза он продолжил: — Сань… Уходи прочь отсюда, пожалуйста. — Ух ты ж бля, вот так значит у нас благодарность теперь выглядит? — Гневно спросил Саша. — Юрок, ты ведь обещал сука, что не будешь больше… — Никому я ничего не обещал, отъебись. Уходите, оставьте меня в покое! — Закричал Юра хриплым голосом, не открывая глаз. — Я не просил приходить! Я не просил твоей помощи! Паша нахмурил брови и ядовито произнёс: — Аня очень за тебя переживала… Почему ты думаешь только о себе? — Хах, Пашок… Раз ты здесь, убери своего мудака отсюда. — Мудака значит? — Оскорблённо спросил Бабурин и встал с кровати. — Я мудак, потому что люблю тебя? Музыченко сделал болезненное лицо и закрыл его руками. — Завали ебало, умоляю. Я не то что не люблю тебя, я тебя ненавижу. — Сквозь зубы сказал Юр. Он подогнул колени, обняв их руками и уткнулся в них лицом. Павел посмотрел в лицо Саше, где застыло отчаянье и безнадёжность. Он стремительно направился к выходу, Паша остановил его за плечо на пороге и произнёс шёпотом: — Он на эмоциях щас, останься, ты ему нужен. — Думаю ты ошибаешься. — Он отдёрнул плечо и пошёл на улицу. Паша остался с ним в комнате. Не решительно, но всё же, он подошёл к Юрию, посмотрев с той же тоской и пониманием. Он положил руку и погладил его волосы, но мужчина лишь дёрнулся, поэтому рука Павла остановилась в воздухе. — Если ты хочешь узнать почему так произошло, то я всё ровно ничего не скажу, можешь идти. — Нет, Юр, я… — Уходи! — Да не истери ты! — Павел коснулся его руки и взял ладонь в свою руку, крепко сжав. — Что не так? — Я не хотел чтобы всё так получилось, чтобы меня видели таким… Не говори остальным, ладно? — Музыченко сжал его руку, она показалось ему тёплой. Он переплел их пальцы и, приподняв голову, Юра посмотрел на сидящего рядом Пашку. — Глупый. — Тихо произнёс Юра. Он устало улыбнулся и откинул голову назад себя. — Всё таки, поезжай домой, не нужно тебе тут быть. — Полуоткрытые очи давали знать о его состоянии. — Уверен, что помощь не нужна? Могу остаться на столько, сколько потребуется. — Широкие голубые глаза с тревогой вглядывались в его лицо. — Тебя там Саша ждёт, езжай. — Тихо и хрипло приказал скрипач. — Звони, если что. — С трудом убирая руку из его руки, сказал Павел и направился в сторону выхода. Личадеев тут же взял телефон в руку и набрал Анну. — Ну, что он там? — Обеспокоенно поинтересовалась женщина. — Спал, телефон на беззвучке, всё хорошо в общем, не переживай. — Что-то не так, ты что-то недоговариваешь?! — Воскликнула Анна. — Всё точно так, как я сказал. — Не растерявшись произнёс Павел. — Ну смотри там. Доброй ночи. Они распрощались. Паша вновь сел в машину, но Бабурин лишь поникши посмотрел на него. Павел похлопал его по плечу и сказал: — Его можно понять… И ты тоже пойми. Саша устало уронил голову на руль, его состояние оставляло желать лучшего. Аккордеонист опрокинулся на сиденье и посмотрел на крышу авто. — Я так устал. Поехали домой. — Тихо произнёс парень. — Пашок, бывших ведь наркоманов не бывает, да? — Послышался тихий голос, которого раньше Паша не слышал. — Юра тому пример. Щас никто ему не поможет, если он сам не захочет. Ты переживаешь? Мужчина молчал, но позже хмуро произнёс: — Нет. Зло выдохнув, Павел промолчал. Александр в последний раз посмотрел в окна квартиры Юры и, повернув ключ, выехал со двора. Чтобы развеять ситуацию, Личадеев включил радио. На душе по прежнему было тревожно, но он не показывал этого. Резко раздался звонок от Анисимова, Паша сомнительно посмотрел на экран. — Саша? Бабурин глянул на парня, но через секунду взгляд был вновь направлен на дорогу. — Пашок, завтра какие планы? — На свидание хочешь позвать? — Усмехнувшись, спросил Личадеев. Кикир посмеялся, но затем серьёзно продолжил: — Если ты настаиваешь на свидании, то можно, конечно. А если серьёзно, то я завтра в студию. Позвонил Ане, Диме, они оба за, а вот по поводу Юрца… Хз. Паша растерялся, кашлянув он произнёс: — Ты звонил ему? — Звонил, ответил не сразу только. — А когда ты ему звонил? — Несколько минут назад, а что? — Интересуюсь. Так что он сказал? — Ну, то что он не знает. Планы какие-то у него. — Захочет — приедет. — Я тоже так подумал, но голос у него был какой-то замученный, случилось что-то. Нервная усмешка выскочила сама. — Ты что? Он же лечиться. — С холодным сарказмом, сказал парень. — Не, Пашок, я серьёзно щас. — Да забей ты, было бы, блять, реально удивительней, если бы ты сказал: «Пиздец, у него голос был какой-то счастливый». Вот тут ахуели бы все. А то что ты сказал — уже привычно. — Напомни, с какого момента такая хуйня происходит. — Не убирая телефон, Кикир накинул курточку и вышел на балкон своей квартиры, наслаждаясь ночной прохладой. Не было желания курить, хотелось лишь вспомнить былое. — Санёк, нахуя тебе это? Ты всё и так помнишь, не буду я снова вспоминать те дни. — Ты куда-то едешь? Слишком шумно на заднем плане. — Да, домой еду, давай я тебе перезвоню как приеду, ладно? — Как скажешь, бро. — Тихим, разочарованным голосом сказал Анисимов и скинул. Он остался стоять на балконе, красивый вид на оживлённый город, падающий снег. Руки стали замерзать, но Саша начал дышать на них, чтобы маленько согреть. На душе было как обычно — тревожно, поэтому так и не сдержавшись он вытащил одну сигарету из пачки и закурил. Его мысли, тревоги разрушил звонок на телефон. Он взял в одну руку и ответил, это был Паша. — Ты спрашивал когда это началось? — Верно. Хотелось бы послушать эту историю с твоей стороны. — Ну значит, пару месяцев назад, после того как у него случился срыв. После того как вы поругались или что-то типа того. Он начал вести себя странно, хотя за день до этого мы не плохо ладили, даже поговорили о чём-то. Он стал сам не свой, точнее сначала мне показалось это нормальным, но это затянулось на неделю, затем две. Он был серьёзный, ну никак раньше, не улыбался особо, не лез ни к кому, очень на него не похоже было. Сразу обстановка поменялась, атмосфера в студии. Новая песня «Наружу изнутри» была какой-то грустной, хотя и первая не особо весёлая. Так вот помню, пытался с ним поговорить, когда это ещё только началось, случайно положил руку на его, а он как ошпаренный её одёрнул, зло покосившись на меня. Саша молча и внимательно слушал его историю, всё так же стоя на балконе, его тело уже трясло от холода, но он продолжал там стоять. -… Затем на второй неделе, он начал рассуждать очень серьёзно, ни одной шутки блять… Ни одной выкинутой, глупой фразы из его уст. Тогда уже все дружно стали его опрашивать о происходящем, а он грубо уходил от этой темы, потом он прекратил выпивать, но очень много курил. Стал спокойным, реагировал на всё точно так же. Честно, я всё ещё скучаю по тому Юре, который был когда я только пришёл. Такой тактильный, смешной, тот, кто умел развеять обстановку. — Неужели это из-за меня? — Я так не думаю. Может и я в этом виновен, устроил им встречу с Сашей, когда знал что ему больно его видеть. — Да и как бы, тут сложно понять главную причину. Так что не виним себя. — Ответил Саша с небольшим сомнением в своих словах. — Ты ведь и сам не согласен со своими словами? Так ведь? — С ухмылкой спросил парень. — Ты частично прав. Ладно, рабочую часть мы обсудим завтра, сейчас нужно отдохнуть, тебе тоже советую. — Саша скинул трубку, и, закрыв балкон, вышел оттуда. «Вечно он что-то не договаривает, ведь явно есть то, в чём я не в курсе, он так тщательно что-то скрывает… Вот блять».

***

Следующий день. Утром было пасмурно, снегопад. Кикир очищал машину от снега, ожидая пока она прогреется, чтобы поехать на студию. В это время Павел уже добирался до туда на метро, слушая дефолтный утренний плейлист в наушниках, думая о своём. Они были в студии в четвером, Анисимов как обычно прочитывал почту, проглядывая статистику, ради своего личного интереса. Остальные сидели с задумчивым видом на диване. Павел положил голову на руку, его лицо было нахмурено, Анна смотрела в одну точку, словно тоже раздумывая над чем-то. Дима стоял рядом и подбрасывал барабанные палочки, но на вид тоже показался напряжённым. — Думаете он приедет сегодня? Я вас уверяю… — Произнёс Дима, нарушив тишину. — Саш, Паш позвоните ему кто-нибудь. — Сказала Анна, массируя виски. — Не понял, а почему мы? — С широким взглядом посмотрел на неё Павел, сидя в 20 сантиметрах от неё. Она загадочно улыбнулась в ответ и повернула голову в другую сторону. — Так, я понял. Пойду позвоню тогда. Санёк, ты со мной? — Уже поднявшись с дивана, спокойно спросил Личадеев, глядя на единственного человека, который занят делом. — М? Что? — Недоразумевающе посмотрел на него Кикир. — А… Да щас, погоди секунду. Паша накинул свой плащ и вышел в коридор. Стоя в ожидании, он достал телефон из кармана, решив почитать новости. Парень облокотился на стенку возле дверей, внимательно читая то что происходит в Питере. Взгляд упал на свежую новость. «Мужчина не справился с управлением и врезался в проезжающую, на встречной полосе, машину. Как сообщают в больнице: Молодой человек находится в тяжёлом состоянии, его срочно госпитализировали». Ошалевший взгляд упал на фотографии машины, не дочитывая до конца, он произнёс: — О боже… — Личадеев закрыл рот рукой, тревожность поднялась. — Знакомая тачка… Кикир вышел ровно в ту секунду, когда Павел медленно начал спускаться вдоль стены. Телефон был на полу, экраном вверх. Личадеев был заметно напуган. — Пашок, с тобой что? Неважно выглядишь. Паша дрожащей рукой взял телефон с пола и протянул Анисимову. Басист нахмурился и принялся читать. Его лицо не проявляло никаких эмоций, ведь фотки машины ни о чём ему не говорили, но ниже было написано ФИО этого человека, это и ввело его в шок. — Братан, мне жаль, а ты уверен.? Голос парня сорвался на крик: — Я! Уверен!