Помнишь яркость тех цветов?

Сюичи частенько поглядывает на часы во время последнего урока, будто хочет убежать, как ошпаренный. Меж тем ещё и на Каге смотрит, поджимая губы, точно переживает о чём-то. Но заметно всё это не сразу, нужно откровенно пялиться, дабы разглядеть его неспокойное поведение. — Каге, — окликает Сюичи брата после звонка. Каге поднимает взгляд на него, слушает внимательно, убирая всё с парты вслепую. — Я бы хотел сходить в библиотеку. И, может, посидеть там какое-то время. — Я пойду с тобой, — выпаливает без раздумий. Сюичи вздыхает тяжело: этих слов он и боялся. — Ты же читать не любишь… И не усидишь на одном месте, тем более в тишине. Каге осматривается. Почти все из класса вышли, за исключением переговаривающихся с сенсеем Акамацу и Амами. И Кокичи, ошивающегося рядом с ними. — Я не хочу идти один, — говорит Каге тихо, рассчитывая, что народ у доски своим разговором занят. На Оуме он чуть задерживает взгляд. — Знаю, — Сюичи медлит, слова подбирает. — Но, обещаю, всё будет хорошо. Каге брови хмурит, заглядывая Сюичи в глаза. — Уверен? В ответ кивок. Как дети малые. Каге заметно мнётся с ответом. Вид у него, на удивление, потерянный. — Может, прогуляешься? — улыбается Сюичи. — Палящего солнца сегодня нет. — …Может. Понаблюдав за этой сценой, Кокичи идёт в библиотеку позже обычного. Его школьное ложе, читальный зал, как и ожидалось, не пустует — Сюичи сидит за столом с книгой в руках. — Надо же, ты первее меня тут оказался, — лепечет Оума с улыбкой, походя к Саихаре. Тот отвлекается от своего занятия. — Бежал поди? Сюичи моргает. — Эм, — и взгляд отводит. — Нет? Весьма немногословно. И не уверенно. — А ты смешной, — хихикает Оума, пока садится рядышком. — Не думал, что ты и Каге-чан можете отойти друг от друга. Сюичи хмурится, губы чуть кривит. Щёки его алеют едва. Забавная реакция. — Н-не говори так… — Нет, серьёзно, он что, ушёл домой? Без тебя?! Немыслимо, я не могу это себе представить. — Потише, пожалуйста. Мы в библиотеке. — Извините, дежурный Саихара-чан. Излишние наблюдения не повредят, наверное, но после этого ни один из них слова не говорит. Параллельно поглядывая на Сюичи, Кокичи делает домашнее задание. Оума внимание обращает, что листает Сюичи книгу слева направо. — Чего читаешь? — прерывает молчание Кокичи. — Какой-то детектив, вроде, — Сюичи жмёт плечами, головы не поднимает. — Или роман. Кокичи приближается к парню, чтобы взглянуть на текст. Видит он там одну латиницу и подрывается на месте, заставляя Сюичи вздрогнуть от неожиданности. — Ты что, — Кокичи щурится. — Можешь всё тут прочесть? — Ну да. — Всё-всё? Это ж английский! — Ну… да? Где-то в горле щемит больно зависть. — У тебя всё хорошо, Оума-кун?.. Кокичи готов опять проводить вечера у себя, среди картонных стен, лишь бы Сюичи не смотрел на него каждый раз этими глазёнками так недоуменно и пронзительно.

***

В кошельке денег на сторонние расходы мало, бюджет можно выделить только на две самые дешёвые ручки. Однако юноше требуется ещё и подобие блокнота для записей, для чего он, собственно, в канцелярский и зашёл. Можно было бы взять какие-нибудь старые листы или черновики да сцепить это всё скрепкой, найденной на полу, но в этот раз хочется, чтобы всё было по красоте. В меру его возможностей. Приходится купить одну дешёвую ручку и новенькую, но самую скучную тетрадь с однотонной обложкой. Проходя через длинный коридор общежития, лестничные пролёты и скопления людей, Кокичи добирается до своей комнаты. Даже с закрытой дверью донельзя шумно, к чему парень привык только отчасти. По крайней мере, мысли свои он пока ещё может слышать. Оума раскладывает купленное перед собой на подоконнике, глядит мельком на людей на улице. Что ему уже известно? Открывая пустую страницу тетради, Кокичи бросает раздражающий колпачок от ручки подальше от себя. Саихара Сюичи, Саихара Каге, выводит он катаканой, не зная, какие использовать кандзи. Этот момент был пропущен в первый день, когда близнецы появились в школе. Сейчас относительно иероглифов есть только догадки. Каге немного выше ростом, иногда агрессивный, не самый социальный. Сюичи доброжелательный, робкий, наивный. У Каге много царапин и шрамов на руках. Редко разлучаются. Кто из них старше? Кокичи ставит знак вопроса, пусть и не думает, что это сильно важно. Когда их день рождения? Также пока неизвестно. Сюичи правша. А Каге? Кокичи поклясться готов, что видит периодически, как Каге пишет и правой, и левой рукой. Ему же не кажется? Он хорошо отличает братьев друг от друга. Или у него от сбитого режима сна двоится в глазах? Из хобби или досуга понятно, что Сюичи нравится чтение, а Каге лишь к физической активности питает какую-то симпатию. Оума делает паузу, смотрит на написанное. Сюичи владеет английским, начинает новый абзац. Взгляд цепляется за чужую фамилию. За пару месяцев он уже привык её слышать, но в апреле она резанула по ушам, заставила припомнить что-то. Недолго думая, Кокичи лезет в интернет. И, если честно, он не особо удивляется тому, что видит. Находит выпуск какого-то журнала прошлых годов, где на обложке мелькала актриса по фамилии Саихара. Вместе с тем, есть информация о сценаристе с такой же фамилией. Первые кандзи у них идентичные. И светятся в медиа они вместе. Кокичи тщетно пытается найти больше информации на японском, но терпит крах. И это выбешивает. А статья на английском переполнена незнакомыми словами и в принципе не хочет восприниматься, напоминая об этой больной теме во второй раз за день. Оума ненавидит этот язык за то, насколько он для него недоступный. Перегоняя текст через переводчик, Кокичи тут же жалеет — всё написанное относится исключительно к кино. Единственное, что понятно — предполагаемые родители близнецов известны где-то там в индустрии, но в узких кругах. Карьера у них успешная, более двадцати лет уже этим занимаются, а данных до обидного мало. В академии, конечно, отпрыски и не таких богачей учатся, но факт всё равно занимательный. Оказывается, Кокичи смотрел парочку работ, к которым эти люди прикладывали руку. Повод ли его маленькое расследование пересмотреть их? Не-а. Это всё ещё могут быть не те, кого он искал. Усталость ломит в костях, спать хочется. Он перечитывает то, что успел написать. Больше пока ничего не вспоминается. Света из окна становится всё меньше, на улице медленно сгущаются сумерки. Ему и вправду настолько нечего делать?

***

Возможно, Оума ведёт себя как сталкер. Но компромат хочется иметь на всех чисто ради собственного спокойствия. В пределах академии Кокичи последние пару дней глаз не сводит и с Сюичи, и с Каге. Из-за последнего тяжело наблюдать в открытую, Каге отчего-то имеет мерзкую привычку оглядываться по сторонам слишком часто для нормального человека. И Кокичи не может везти всегда, поэтому Каге его-таки замечает в один момент после уроков. И в глазах у него мелькает злоба. Привычная тактика отступления «хихикнуть и тут же убежать» играет против Кокичи, ведь на секунду он забывает, что Каге, чёрт такой, бегает быстрее половины учеников в этой школе. Оуму вдруг хватают за руку, тянут назад, а инерция тащит их обоих вперёд. Кокичи, рефлекторно зажмурившись, не успевает понять, как он и Каге рядом оказываются на полу коридора под звуки чего-то звонко рассыпавшегося. Немногочисленные группки других учащихся, идущие мимо по своим делам, поглядывают на них сверху вниз. — Вы чего творите?! — говорит им издали откуда-то голос Каэде, явно не очень довольной этим всем. Кокичи подскакивает на ноги, поправляет свою сумку на плече. Перепроверяет, не отлетел ли после такого его брелок или не выпало чего. — Ты, — Каге резко оказывается перед ним, хватает за ворот рубашки. У Кокичи уголки губ сами собой вверх ползут от нервного смеха: он в такой ситуации оказывался уже слишком много раз. — Следишь за нами. Каге не запыхался ничуть, нависает угрожающе. Оума ловит себя на странной мысли, что Сюичи он с таким выражением лица представить не может. — Вот ещё, — хмыкает. — Опять считаешь, что мир вокруг тебя вертится? — Мальчики, хватит, — Акамацу подходит и разнимает их, придерживая за плечо Каге. Кокичи вдыхает поглубже и отходит на пару шагов, видит подошедшего следом за Каэде Сюичи. — Так и до отстранения от занятий дойти может, а оно вам не надо, поверьте. — Прости, Акамацу-чан, — Оума улыбается, словно ничего и не произошло. Каге отпихивает от себя руки девушки, на что получает очередное замечание, и наклоняется, чтобы поднять свою сумку и ещё что-то, выпавшее из неё ранее. Кокичи приглядывается. На полу лежат учебники, тетради, бутылка с водой. Пара маленьких коробочек. И, освещаясь солнцем из окна, блестит фольга от бесчисленного множества запечатанных пайеток с таблетками.

***

Сегодня Кокичи намеревается спать в общежитии, а не в академии, в голове много мыслей накопилось и они вот-вот перепутаются. Ему есть, что записать. У Каге с собой очень много лекарств. Гадать Оума не любит, но поверить в то, что Каге в теории сидит на каких-то препаратах, он вполне может. Особенно в то, что он их не пьёт. Стоит отбросить поспешные выводы. Кто знает, были там витаминки, успокоительное или обезболивающее. Зацепки имеются. К чему? Остаётся надеяться, что к чему-то интересному, иначе не спит Кокичи зря.