Сломанный

И снова непроглядная чернота, пробирающая до косточек. Её можно сравнить с мазутом, такая же вязкая и мерзкая. Только вот жуткого смеха уже не слышно, его заменил раздражительный, бьющий по барабанным перепонкам, писк. —Привет киса, — перед глазами котенка появляется образ Хён Сика. Что сейчас вообще не кстати. Голос в ушах искажается и подстраивается под тембр Пака, —Хотел сбежать от меня? Так вот не выйдет, — Юнги готов отодрать себе уши, лишь бы не слышать этого человека. Готов вырвать глаза, лишь бы не видеть его. Готов стереть себе память, лишь бы забыть. Забыть все те ужасные вещи, которые вытворяли с ним. —Уйди, уйди Пак,— жалобно просит Юнги. За последние пять лет он растерял всю свою гордость перед этим человеком. Котенок готов на коленях вымаливать прощение, если где-то накосячит перед Паком. —Коть, ну ты чего? Разве не помнишь, как нам было весело? —сердце готово выпрыгнуть из грудной клетки. Самого Юнги потряхивает, внезапно к страху подмешивается боль, пронзающая всё тело. Совсем плохо ему становится, когда рассеивается чернота, перед ним всплывают картинки из недалёкого прошлого. Вот мальчишку унижают в столовой, в следующий момент зажимают в туалете, тошно. Ему тошно, омега ненавидит всё: судьбу, которая сделала его слабым омегой, отца с папой, дядю, школу и жизнь в целом. Но все проблемы разом улетучиваются, когда на ладошке ощущается тепло, разливающееся по телу, оно окутывает омегу с ног до головы, даря ощущение защищённости. В нос пробивается запах дорогого алкоголя, точный напиток Юнги определить не может. Котенок слышит шепот такой шершавый и нежный, ласкающий слух. И такой... Знакомый? Юнги его определённо уже где-то слышал. А не он ли спас котенка от всепоглощающей черноты в прошлый раз? —Котенок ты непослушный, — да-да это тот самый голос, Юнги уверен в этом, —Я просил больше не отключаться, ты же всё сделал по своему, поютился и выходи, — и котенок буд-то выныривает из мглы, распахивает глаза и перед ним, тот же самый альфа. Юн видел его во время первого пробуждения, он помог ему выйти из кошмара. — Уважаемый Чон Чонгук, сможете ли вы мониторить здоровье кота? —врач обращается к парню рядом с Юнги. Чон Чонгук. Значит его спасителя зовут Чон Чонгук. —Ну если вы настаиваете, я же неопытный практикант, сбежавший из психушки, — альфа давит язвительную ухмылку и проходит взглядом по всем личностям в кабинете. Его взор останавливается на Намджуне, Чон смотрит долго, как буд-то убивает взглядом. —Настаиваем, я заплачу, только помогите ему, —встревает в диалог Джин. Почему он так рвётся на помощь Юнги? Альфа переводит свой взгляд на старшего омегу и усмехается, Юнги видит в глазах Чона превосходство, и всё больше путается в событиях. —Хорошо-хорошо, но деньги меня не интересуют, — в глазах собравшихся людей читается непонимание. Чон же демонстративно скидывает с себя халат, под которым находятся вещички люксовых брендов. Челюсть половины присутствующих встречается с полом, а Чонгук лишь давит удовлетворенную улыбку, —Согласны ли вы доверить мне целиком процесс лечения этого сахарочка? Он отлежится пару дней в больнице, а потом я заберу его к себе, идёт? У меня нет желания жить у вас, либо в больнице месяц,— Джин смотрит на него взглядом, полным недоверия, и уже открывает рот, чтобы выразить своё недовольство,но Чон опережает его, — Да реабилитационный период длительный, может дойти до двух-трёх месяцев. Только ещё одно условие, жить у меня я не дам, под дверью тоже караулить не желательно, я сам выделю время для посещения. Вы согласны?— старший омега в растерянности, он кидает взгляд в сторону еле дышащего Юнги и говорит. —Ладно, мы согласны, — в венах кипит ярость, Джин готов накинуться на молодого альфу и избить до полусмерти. На каком основании этот мелкий пиздюк тут права качает? Врачи потихоньку удаляются из кабинета, даже Намджун решает уйти и, не видя сопротивления со стороны своей омеги, выходит покурить. Юнги просто смотрит глазами-блюдцами на Джина и молчит. Юн хочет что-то сказать, уже открывает рот, но его голос пропал, испарился. Юнги в панике бросает взор на Чонгука и одними глазами просит о помощи. —Что? Что с ним? Почему он не может говорить? — плохая идея была оставлять старшего омегу в кабинете. После неловкой паузы Чонгук выпроваживает и его с упаковкой успокоительного. Вернувшись к омеге, Чон замечает зареванные глазки, альфа аккуратно присаживается на кровать и спокойно начинает свой разговор. —Ну-ну малыш, не плачь. Это временная защита организма во время стрессовой ситуации, она скоро пройдет, — Чон тянет свои руки одеялу, под которым лежит омега. Котёнка захлестывает паника. Юнги боится того, что пришло альфе в голову. Он вцепляется пальчиками за край ткани и залезает под одеяло с головой. Чонгук не может сдержать улыбки, ребенок ещё совсем, только вот по какой причине этот котёнок здесь? Это предстоит выяснить. Альфа аккуратно пододвигается ближе к омеге, хватает край одеяла и резким движением выдергивает из рук зареванной омеги. Юн всхлипывает, пытается вырваться, он хочет оттолкнуть альфу, сбежать. Котёнок готов прям на глазах врача выйти из окна, потому что надоело. Ещё и этот странный альфа, мало ли что ему пришло в голову, а омега даже на помощь позвать не сможет, — Котенька, я правда тебя не обижу, не бойся, — Чон гладит омежку по торчащим прядкам, — Вылезай, — на что получает лишь злой в перемешку со страхом секундный взгляд, — Ты–маленькая, вредная омега. Думаешь, мне хочется с тобой возится? Нет. Я могу оставить тебя врачам, которые понятия не имеют, как с тобой работать. И скорее всего ты умрёшь от передозировки, если твой много уважаемый папаша не переведет тебя в другую больницу. Хотя, судя по твоему скверному характеру, ты не дашься даже самому опытному специалисту города. Тебя в любом случае придётся накачивать сильными препаратами, и пока ты будешь находиться в состоянии "овоща", осматривать и лечить. Ты этого хочешь? — у омеги поджилки трясутся. Зачем идти на такое зверство? Вот Юнги тоже не понимает. Он смотрит на ухмыляющегося альфу, ком обиды сам по себе подкатывает к горлу, ему даже сдохнуть нормально не дают. В глазах застывают слезы, грудь вздымается с молниеносной скоростью. Омега напугана и потеряна, альфа же бессовестно пользуется состоянием котенка. Его руки скользят по омежьему телу, забираются под футболку, не видя сопротивления со стороны омеги, альфа приподнимает беленькую кофточку, хмурится и с вызовом смотрит на Юнги. Омега смотрит в ответ загнанным взглядом, кошачий пульс учащается, тело пробивает дрожь, на открытой коже выступают еле видные мурашки. —Успокойся, я обещал не делать тебе больно так? — альфа взял руку содрогающейся омеги в свою, — Малой, ты по каким причинам тут вообще? — омега судорожно выдыхает и в воздухе вырисовывает пальцем волну. Аля, дай что-то, я напишу. Альфа подаёт ему телефон, где Юнги набирает одно слово – "антидепрессанты" и отдаёт телефон обратно. Прочитав сообщение глаза Чона расширяются, а челюсть отлетает в дальний угол комнаты, из его рта сыпится не одна тысяча матов, —Придурок, нахуя таблетки глотал? Ты вообще знаешь, как они действуют на гибридов? — Чон тормошит Юнги за плечи, омега в свою очередь судорожно облизывает губы и пытается отодвинуться от рук альфы. Тело горит, руки альфы остаются невыносимым жжением на коже, все внутренности скручиваются в противный узел, запах альфы обжигает лёгкие подобно сигаретному дыму, воздуха категорически не хватает. Не это он чувствовал в своё первое пробуждение. — Полежи, я сейчас вернусь, — снаружи Чон держится просто прекрасно, а внутри него мечется маленький мальчишка, потерявшийся в стрессовой ситуации. Альфа выходит из кабинета, и к нему подлетает взъерошенный Джин. — С-с ним всё хорошо?— руки старшего омеги подрагивают, сам он еле держится на ногах. Чонгук не знает, что сказать омеге, который явно не вывезет правду, а врать альфа никогда не умел. Как помягче объяснить человеку, что тот котенок, бьющийся в агонии, ходит по грани смерти? — Присядьте пожалуйста, я вам сообщу когда его состояние восстановится, — Чон кидает эти слова Джину и убегает к управляющим. Джин стоит в ступоре ещё пару секунд, а потом пытается догнать Чона. Но Намджун его перехватывает, ведёт к скамеечкам и успокоивает, или хотя бы пытается. Чон в это время ищет ингалятор и незанятого специалиста. Он догадался, что это его запах так подействовал на омегу, по этой причине альфа будет наблюдать за действиями врача через специальное стекло и подсказывать. Врача Чонгук всё же находит, парочка идёт в процедурную, там врачишка подхватывает пшиколку и уходит к кабинету. Чон идёт медленнее, чтобы его запах точно не контактировал с ингалятором. Минуя Джина с Джуном, он заходит в соседнюю дверь, граничащей с палатой омеги. По ту сторону стекла врач уже начал выполнять свою работу. Чон наблюдал за состоянием Юнги, и когда заметил страх в глазах омеги, аккуратно позвал. —Котёнок, не волнуйся. Он тебе правда поможет, дышать легче? —в ответ он получает слабые кивки и улыбается. Малыш смущается и отводит взгляд. "Прелесть" мелькает где-то в голове Чонгука, — Ли, дай ему жаропонижающее, вколи обезболивающее и можешь идти, деньги переведу на карту. У Юнги глаза на лоб вылезли. Какие деньги? Зачем? За то что врач попшикал этим балончиком перед его лицом, чтобы омега не умер? Бред же, разве нет? —Хорошо, мистер Чон. Можете обращаться в любое время, с вами приятно иметь дело, — язвительная улыбка, и Юнги пытается сдержать рвотные позывы. Ему так противно от этого врача, он хочет вырваться и убежать к тому. Кто сейчас стоит за стеклом и строит смешные рожицы для того, чтобы хоть как-то отвлечь омегу от обжигающей боли.К тому, кто так мило зовёт " котёнком". Юн даже не помнит имя этого альфы, но уже отдал ему своё маленькое, израненное сердечко. Омега залипает на альфу и очухивается, только когда ему вводят обезболивающее. Юнги не чувствует боли, но слезы сами по себе текут по омежьему лицу, срываются с мордочки и впитываются в скомканное одеяло. Чонгук замечает слезы, перестаёт кривляться и спрашивает. —Котёнок настолько больно? —Юнги хочет позвать его, но не может. Омега шепчет: "Всё хорошо, не волнуйся", и улыбается. Улыбка не живая, скрывающая всю боль. Боль, которую не всем дано разглядеть, точнее никому. И Чон не контролируя себя, вылетает из комнатки и спешит к тому маленькому комочку. Чонгуку не важен то факт, что он толком не знает мальчишку, что минутами ранее был готов застрелить омегу за излишний страх, альфе как-то похуй на взволнованную парочку за дверью. Сейчас важно одно. Быть рядом. Чон влетает в кабинет, выхватывает у удивленного врача ингалятор, на автомате пересаживает Юнги к себе на колени и обвивает руками тонкую, омежью талию. Чон понимает, так нужно, страх того, что омега может умереть от удушья, отошёл не второй план. Юнги плачет и утыкается носиком в плечо альфы. Омега вдыхает запах альфы и закашливается, Чон прыскает пару раз ингалятором и целует в пушистое ушко. —Всё хорошо котёнок, я рядом.