Милое дитя

Звон колоколов. На улице вечерело. Путешественница, подходя к собору Барбатоса, обсуждала с Паймон то, как хорошо они поели вместе с Эмбер. Медовое мясо с морковкой... Слюнки текут при виде этого блюда! При первом знакомстве Эмбер обещала угостить их этим блюдом и только сейчас смогла исполнить своё обещание. Паймон, всё ещё облизываясь, поделилась впечатлениями: — Тааак хорошо и вкусно! Паймон довольна! — витая рядом с Люмин, феечка держалась за свой животик. Её белые волокна волос аккуратно и плавно двигались по движениям феечки. Паймон была не только лучшим компаньоном, но ещё и очаровательным и очень преданным. Люмин это поняла за такой недолгий период их путешествия. Повезло ей с таким проводником. Живая консерва, как никак! — Всё же, не зря Эмбер так нахваливала это блюдо! — Рада, что ты наелась, Паймон. Осталось поговорить с магистром Джинн и мы отправимся в новое путешествие. — Поднимаясь по ступенькам, девушка невольно обернулась и посмотрела на большую статую Анемо Архонта со спины. А будет ли она скучать по Мондштату? По его жителям, по приключениям и руинам старого Мондштата..? Она не знала. Её мысли прервали звоны колоколов и визг Паймон: — Ну же, Люмин! Давай скорее, Паймон не терпится узнать, что хочет от нас магистр! — Махая ручками вверх-вниз, фея пыталась вернуть блондинку с небес на землю. — Да-да, идём.. — ..Но знала только одно: надо отыскать брата. А будет ли скучать или нет - узнает уже во время путешествия. Открыв дверь собора, она вздохнула и вошла внутрь.

***

Внутри собора было почти пусто. Многие жители, как и монашки, ушли укладываться спать. Но этот собор был живым даже будучи пустым: красивые витражи, большие люстры, дубовые скамейки и запах благовоний из Ли Юэ даровали ему некую жизнь. Поговаривают, что если молишься искренне, то прислушавшись, можно услышать само дыхание Лорда Барбатоса... Ах, кстати, о Барбатосе. Возле входа подвала стояла маленькая компания из трёх человек: Джинн, Венти и светловолосая маленькая девушка, схожая на Джинн. Подойдя к ним, магистр их поприветствовала: — Рада, что пришла, Люмин. — Джинн, подняв руку, медленно жестом ладони указала на девочку с хвостиками. — Это Барбара. Она хочет вернуть Небесную Лиру. Венти, почесав затылок, сразу почувствовал, что дело запахнет жаренным. Но пока не спешил рассказать о том, что его Лира сломана. Люмин, посмотрев на Барбару, поприветствовала её, помахав рукой. — «Так вот как выглядит Барбара..» — подумала Люмин, посмотрев на Венти. Тот же был спокойным, как Южный ветер и молча слушал мини-Джинн. — Да хранит вас ветер! — Она положила руку на грудь и слабо улыбнулась, тем самым приветствуя. Венти улыбнулся. Какое милое дитя. — Пусть моё положение не столь значительно, как у действующего магистра Джинн, но... — Барбара опустила взгляд на мраморный пол, будто она расстроилась. Но сомнения сразу развеялись после того, как она продолжила свою речь, сжав свои маленькие ладошки и подняла свою голову. — Я хочу поблагодарить вас за помощь от лица всего Мондштата! — Сложив ладошки вместе, она заулыбалась "ярче". Венти, как и путешественница, приметили это. Люди не зря поговаривают, что от улыбки Барбары становится светлее на душе. — К счастью, всё закончилось благополучно. Я и представить боюсь, к чему привела бы полномасштабная война с драконом. — Она, сложив руки за спину, посмотрела на сестру, которая заговорила сразу после её речи: — Ах.. Теперь нам не нужна помощь Фатуи. —Девушка скрестила руки. Свободной рукой она поглаживала свои кончики золотистых волокон, призадумавшись. — Должно быть, они сейчас в ярости. У них не осталось рычагов давления на Ордо Фавониус. Их дипломатическая миссия вернётся домой ни с чем. — Блондинка усмехнулась, разводя руками, тем самым подчёркивая последнее предложение своим жестом. Венти хотел вставить и свои подошедшие стихоплёты, но неожиданно его перебила Барбара. — Да-да, это всё прекрасно, но вернёте ли вы Небесную Лиру? Власть действующего магистра имеет свои границы. — она сложила руки по бокам, нахмуриваясь. Неужели ей невтерпёж? — Сенешаль хочет вернуть лиру... — Её лицо было серьёзным, будто копируя Джинн. Протянув руку, она стала дожидаться возвращения священного инструмента. — Эээ... Инструмент у нас.... Вот только... — В этот момент путешествиница и Венти хотели придушить Паймон: кто потянул её за язык сказать, что лира у них!? Сохраняя спокойствие, Люмин глянула на Венти. Архонт же, почувствовав взгляд, посмотрел на путешественницу. Оба перекидывались мыслями о том, как же вернуть лиру и не пострадать от причитаний монашки. Заметив это волнение, Барбара заговорила, тем самым привлекая внимание их обоих. — Не переживайте. Я не собираюсь брать с вас плату, церковь - это некоммерческая организация. — Поспешила успокоить их Барбара, но двое засомневались ещё больше. Вдох... Выдох... Люмин, достав Священную Лиру, протянула Барбаре. Девушка в испуге ахнула. Её глазки сузились, пристально смотря на сломанную лиру. Паймон, смотря виновато, начала тыкать друг об друга своими указательными пальчиками, выражая неловкость и стеснение. Бард, почёсывая затылок, хотел уже оправдаться, как вдруг пастор вскрикнула: — АААААА! — Венти, как и Паймон, спрятали свои виноватые глазки по разным уголкам собора. — СВЯЩЕННАЯ ЛИРА! Все взбудоражились: Барбара выглядела так, будто сейчас упадёт в обморок. Ей было плохо, очень плохо. Упав на колени, она сложила руки в замочек и начала извиняться.. — Молю тебя, Барбатос, помилуй это несчастное создание! — Венти, удивлённо смотря на девушку, лишь молча подумывал, как же отреагирует Пегг, когда узнает, что перед ней сейчас сам Архонт. Но об этом ей пока рано знать, эта мысль невольно улыбнула барда. А также он думал, о ком же именно говорит Барбара: о нём или о Люмин? Было бы забавно, если о нём. — Как же так...!? — взвыла она, смотря куда-то вверх, словно ища ответы на свои вопросы. Вздохнув, Венти сложил руки по бокам и опустил голову. Ему не хотелось слушать извинения за то, что он же сломал свою "священную" лиру. Он решил как-то сгладить свою вину. — Позволь мне взглянуть... — он протянул свою руку. Люмин, не раздумывая, сразу отдала инструмент. Поглаживая основания лиры и проводя пальцами по струнам, тот вспомнил былое время с улыбкой. Прикрыв глаза, мальчик опустил инструмент. Вдруг, его косички засветились: лира поднялась в воздух и засветилась приятным зеленоватым светом. Потоки воздуха вскружились вокруг лиры, окутывая её магией. Барбара, наблюдая за всем этим, удивлённо хлопала глазками. Это выглядело очень красиво и невероятно! На момент она даже подумала, что перед ней сам Барбатос, но как священное божество может быть бардом? Глупости какие... Магия Венти, окутавшая лиру, начала восстанавливать лиру в её прежнее состояние. Раздался мелодичный звон и яркая вспышка магии, сообщающая, что процесс завершился: слабый поток ветра развеялся по зданию, чутка приподнимая волосы находившиеся здесь людей. Золотая лира плавно опустилась на руки Венти, будто бы осенний листочек, которого проводил ветер от "дома" до земли. Встав, Барбара, чуть ли не со слезами на глазах, потянула ручки к лире и взяла её. — Как!? Священная Лира! — обняв её крепко, она прикрыла глаза. Венти смотрел на неё с доброй и нежной улыбкой, положив правую руку на бок. Это дитя его впечатляло. Он слышал её молитвы. Как-то однажды, он со скуки насчитал, что её обращения к нему намного больше, чем у других. Но кто бы знал, насколько она ответственно относится к своей службе и к чужим вещам! Ему стоит поучиться в неё... Смотря на то, как Барбара обнимает его лиру, барду хотелось погладить её по голове, но это было бы крайне странно и несдержанно с его стороны. Паймон, подлетая чуть ближе, чтобы рассмотреть, прокомментировала: — Вау...! О, дай и мне посмотреть! На что ей ответили резким отказом: — Ну уж нет! Паймон обидчиво надула губки и вернулась к Люмин. Слишком грубо... Пообнимавшись с лирой, Барбара взглянула на барда. Тот надеялся увидеть улыбку или хотя бы услышать благодарность в его адрес, но вместо сладких ожиданий он получил это: — Не знаю, как вам удалось починить Небесную Лиру, но вы к ней больше не притронетесь! — она смотрела на его лиру с такой заботой, обнимала и будто бы защищала как своё дитя... Архонт лишь забавлялся такой картиной. Милое дитя... Барбара, нахмурившись, поспешила удалиться на нижний этаж, явно не намереваясь продолжить разговор. Милое, но неблагодарное дитя. Обернувшись, Венти хихикнул: — В таком случае нам стоит поскорее уйти. — сложив руки на бок, Венти подмигнул. Джинн, как и Люмин, сначала не поняли, о чём говорит он. Поняв по их взгляду, что они в недоумении, юноша сделал умный вид и, подняв указательный пальчик, начал расхаживать и объяснять: — Потому, что на самом деле, я не починил лиру... — резко обернувшись в другую сторону, его изумрудные глаза были подняты на потолок собора. — ...это всего лишь иллюзия.. — Его взгляд переместился с потолка на Люмин. Тот всё также держал осанку, серьёзный взгляд и руку с указательным пальчиком. Чуть приблизившись, тот, заулыбавшись, подмигнул и прошептал, прикрываясь рукой, будто бы специально, чтобы магистр не услышала: — И продлится он недолго. — ЧТО!? — вскрикнули все трое, посмотрев на озорного Архонта. Тот же, понимая, что ему пора, махнул рукой и побежал. Паймон, махая руками, заругалась: — Ну ты и бродяжка, Венти! — хихикая, Венти был уже около двери. Не теряя времени, Люмин побежала за ним. Паймон, изображая из себя стражника, закричала: — А ну стоять! Джинн, наблюдая за всем этим, лишь покачала головой... Что бы сказала её сестра, узнав, какой на самом деле её горячо любимый Архонт?

***

Выбежав из собора, юноша, смеясь бежал к лестнице. Неожиданно, позади него появились чёрные дыры.. От них веяло чужим и зловещим.. Венти, бежа, почувствовал это, но не успел оглянуться: на него напали сзади! Как же это по-крысячьи! Благо, что путешественница вышла на улицу за ним. Отогнав двоих потоком ветра, та призвала меч и побежала в атаку. Те, кто отвлекал внимание, прекрасно справились этим заданием и провалились сквозь землю. Зато появился другой персонаж... Стук каблуков, щелчок и вдруг, подул сильный ледяной ветер. Паймон застыла во льду и упала. Архонт же отразил атаку, но его ноги примёзли! Обнаружив досаду, тот растерялся. Люмин хотела поспешить на помощь, как вдруг, сзади на неё набросились агенты Фатуи и придавили её своей массой тела. Выдохнувшись, девушка упала и болезненно застонала от "мягкого" падения на землю. Юноша, осознавая, в какой он безвыходной ситуации, взглянул на того, кто разрушил их идиллию. Усмехаясь, к нему подходила женщина: медленно, грациозно, осанка прямая и надменный взгляд... Сзади неё стояли маги-Фатуи. Красиво одетые в масках женщины в фиолетовом одеянии. Обаяшки-симпатяжки, по-другому не скажешь. — Ха-ха, кто это у нас тут? Правитель Мондштата или мелкий грызун? — Её аккуратно сложенные светлые волосы развеялись благодаря морозному ветру, исходящий от её магии. Плащ, как и гордая грудь, подпрыгивал, следя за ходьбой хозяйки. Пытаясь выбраться из западни, Венти дёргался как осиновый листок, то время как Синьора подходила всё ближе и ближе к беспомощному Архонту.. — Слоняется по улицам в поисках объедков... — Подойдя к тому, она резко схватила того за подбородок и подняла голову барда, рассматривая его лицо. В её глазах играли огоньки злорадства и надменности. Покручивая голову Барбатоса, она продолжила оскорблять того, больно давя на щёки. — Местным должно быть неловко называть тебя божеством.. Нахмурившись, Венти решил дерзануть и дать отпор злодейке: — Грызуны поедают... Гадких паразитов! Его лицо отпустили. Раздался громкий шлёп. Бард вдруг ощутил на себе сильную пощёчину. Опустив голову и переводя дух, тот вновь посмотрел на Синьору, но уже не так смело. Он смотрел на неё со злостью и страстным желанием дать отпор этому паразиту! — Замолкни, грубиян... — Заметив его нахмуренное милое личико, та усмехнулась. — Архонт, который бросил Мондштат на производ судьбы.. Силу у тебя совсем не осталось. Вдруг, вокруг Архонта появилось сияние и сильные потоки ветра. Его лазурные косички засветились ярким бирюзовым светом. Внутри него кипели чувства отвращения к этой женщине и гнева. Благодаря этим чувствам и был создан сильный поток ветра, сносящий всё на своём пути - торнадо. Агенты Фатуи, заметив, что оно движется в их и Синьоры сторону, поспешили исчезнуть и прикрыть женщину. Вовремя отскочив, предвестница была только рада такому ходу событий - быстрее выдохнется. Что насчёт Люмин.. та испугалась, но ветряные потоки вовремя рассеялись, не вовлекая её в стихийную ловушку. — Ты смеёшься надо мной? — освободившись от льда, Венти отскочил и помог встать Люмин. Призвав меч, та стала дожидаться нужной команды для атаки. — Сравниваешь мою силу с той, что даровал тебе хозяин? Сердце Синьоры было холодным, как лёд, но также обладало горячей страстью к своей работе. Её эго превыше всего. Она не терпит тех, кто позволял себе её оскорблять. С такими она сразу расправлялась. Замерев и нахмурившись, женщина призвала поток морозного ветра, сдувая героев. Подбежав к Архонту, Синьора резко воткнула свою руку в грудь Архонта, нащупывая нужный предмет. Замерев от боли в груди, тот услышал зловещий тон предвестника Фатуи: — Не разговаривай так со мной! — Его сердце будто остановилось.. упал на землю, Венти не мог прийти в себя. Он не слышал, как Синьора усмехалась над ним, рассматривая его Сердце Бога, как раздался звук меча и голос стражников, как путешествиница отважно сражалась с магистром Джинн против Синьоры. Как в конце концов Фатуи ушли ни с чем...

***

Ему снился сон... В этом сне он был таким безмятежным и беззаботным. Ему снились ветряные астры, чьи лепестки забавно крутились под слабым ветерком, птицы, преодолевающие препятствия для того, чтобы уютнится в своих гнёздах и бабочки... Красивые и разные. Ему снились милые луга и родные синева. И почему он всё это замечает, когда случается несчастье? Он лежал у большого дуба и слушал песню.. Кто пел ему? Об этом он не задумывался, он просто лежал с закрытыми глазами и слушал, наслаждаясь прекрасным девичьим голосом. Мгновение.. Бард почувствовал опасность. До жути знакомую.. Открыв глаза, перед ним явился теневой силуэт Синьоры, жутко улыбающегося. Её кошмарная версия выглядела намного зловещее, от неё исходило темно-алой энергией. И она была... Огнём. Большим, алым огнём. Вокруг неё сгорала трава, листва, небо окрашивалось в чёрный, а мир потерял краски. Это сильно напугало его. — Мы ещё не закончили, крысёныш! — замерев, Венти вновь ощутил, как его грудь разрывается на тысячу кусочков. Достав его сердце Бога, Синьора смеётся, называя его ничтожеством. Венти падает и рассыпается, будто кристальная ваза.. Вся природа заливается тёмно-алыми красками, а смех Синьоры заглушает прекрасное пение безымянной певицы.. Очнувшись на кровати, Венти резко приподнялся. Кошмарный сон его жутко напугал. Синьора... От этого имени всё внутри сжимается. Дотронувшись до своей груди, тот почувствовал своё Сердце.. Но как? Она же забрала его! Облегчённо вздохнув, Архонт посмотрел в окно. За окном был поздний вечер.. Темно, одиноко и прохладно. Глубокий выдох... Барбатос, пытаясь себя успокоить, мысленно и с горечью представил о том, что если бы у него всё же забрали Сердце. Этого нельзя допустить. Вдруг, дверь открылась.. Забравшись обратно под одеяло, Венти изобразил, что он всё также без сознания. Прикрыв чуть глазки, тот увидел того, кто навещал его каждые 3 часа - это Барбара. Девушка несла поднос с чаем и яблоком. Приметив яблоко, бард мысленно улыбнулся. Теперь он в предвкушении, когда же девушка покинет его временные покои. Но увы, у неё другие планы на него. Поставив поднос на тумбочку, Барбара уселась рядом и с грустным взглядом посмотрела на лицо юноши. Рассматривая его черты лица, она всегда делала один и тот же вывод: он был очаровательным мальчиком. Его странный цвет волос выделял его из толпы, а недлинные и тонкие косички выглядели так по-детски на нём. Длинные ресницы, аккуратные губы и маленький носик. Сколько же на самом деле ему лет? Когда-нибудь она задаст этот вопрос.. Но пострадавший в бою не просыпался больше дня. А бард об этом не подозревал... Тот думал, что очнулся спустя 30 минут или чуть больше времени. Но никак не целый день! — Венти... Очнись пожалуйста. Почётный рыцарь Ордо Фавониус волнуется за тебя, как и я.. — посидев ещё так немного, её ладошка переместилась с колен на волосы юноши. Она их медленно гладила, стараясь не растрепать их. Вдруг, сердце Венти замерло - Барбара начала напевать больно знакомую мелодию. Точно... Это песня из его сна. Не уж то ему снилась Барбара..? Без сомнений, он прекрасно слышит её и никак не может перепутать её голос и голос из своего сна. Расслабившись, Венти вновь начал потихоньку засыпать под чарующий голос пастора. Страх, что он ощущал после кошмара, потихоньку отступил. Милое дитя.. Мне так спокойно с тобой.