Сбой в системе

В глаза бросалось всё: красноватые от ядерно-мятной пасты губы, разрумяненые морозом щёки, убранные ободком волосы, кончики которых всё равно намокли и чуть развились, ободранные как у проблемного ребёнка колени. И клон, обладающий всем ранее описанным, почему-то шёл не в комнату Пика, не в комнату Джокера и даже не в свою. А в комнату то ли недомудреца, то ли полуфилософа. Как же это раздражало. Что эта пародия Аристотеля там с ним делала? Почему он не возвращается?! Вару как обычно развалился на всю кровать лицом в подушки. Почувствовав как просела кровать под чьим-то весом, он поднял голову. Данте аккуратно положил руку ему на спину, проводя ей по позвоночнику. Пятый чуть перекатился к стене, давая возможность королю лечь рядом. Но почему-то тройка лишь уселся ближе к центру по-турецки, продолжая проглаживать ткань футболки на спине. Валет повернулся на бок, устремив взгляд спиралей в красные глаза. Данте принял вызов взглядом, временно убрав руку. День выдался непростым и сил на гляделки практически не было. С тяжёлым стоном зелёный кинул голову на подушку. Было не понятно, закрыл он глаза или нет, но ладонь короля теперь легла на бок, скидывая с него чужую руку. — Ты ведь не объяснишь столь повышенное внимание к моему телу, да? - полуутверждал Вару. — Я изучаю тебя. Большинство клонов открывают двери в свой внутренний мир, тщательно показывая на каких моралях он стоит. А вы, пиковые, так легко себя никому не покажете... Пока у меня есть возможность, я хочу хотя бы физически изучить тебя. Вопрос лишь в том разрешишь ли ты мне это сделать? - мягкая улыбка стала походить на хитрую ухмылку. Валет глубоко вздохнул, потянулся в кровати и ответил: — Делай что хочешь. Мне почти всё равно. - ещё одна ухмылка промелькнула в глазах Данте. Он придвинулся к кудрявому вплотную, положил теперь обе руки на спину и стал тщательно проверять каждый сантиметр тела. Просто изучая. Спустя время пятый стал проваливаться в сон, что позволило бубновому переложить его на спину и продолжить "изучение" на животе. Получилось даже задрать вверх футболку. — Пик грозился убить меня, если я хоть мезинцем тебя коснусь... - тихонько напомнил Данте, взглядом цепляя лёгкий рельеф пресса. — Тогда облапай меня всего. Завтра Джо вернётся, он не даст тебя в обиду.. - поудобнее поправляя подушку, проговорил Вару. В голосе чувствовалось что-то странное. Будто бы приказ в мизерных крупицах. Король усмехнулся на эти слова и полностью стянул футболку, как бы повинуясь. Ведя ладонью по левой ноге, он перебрался к животу приподнимая руку. До ключиц дошли лишь края ногтей. После он наконец лёг рядом с кудрявым, обхватывая рукой торс и продолжая движения. Самоуверенность Вару его же и погубит. Умея полностью скрывать собственные мотивы и морали, умея врать так, что в его бредни поверит даже Куромаку, он так легко выдавал себя сейчас. Эти, пусть и тихие, но так сильно меняющиеся вдохи и выдохи от прикосновений к определённым местам выдавали его с потрохами. Он и не пытался скрывать как сильно его волнуют движения по и около сосков. Ухмылялся каждому заострённому на прессе "мазку". Он обожал внимание к себе и ещё больше тащился от физического внимания к своему телу. Оно и неудивительно. Практически идеальные пропорции, дополняемые густыми мягкими кудрями и слегка островатыми чертами лица. Всё в нём было превосходно, и совершенно всё это перекрывал характер. Хотя стоит сказать что далеко не для всех этот характер был противным. Надоедливым, в местах бесячим, но такой целеустремлённости ещё поискать надо. Жестокость действий иногда пробивала до дрожи, но на то он и пиковый. Несмотря на яркое солнце, на улице был мороз. Два самых морозонелюбивых клона спали, прижавшись друг к другу и укутавшись одним одеялом. Только после четвёртой попытки Феликса поднять этих двоих, Данте пересилил себя и отстранился от, на удивление тёплой, тушки валета. Вару что-то невнятно пробурчал, скорее всего возмущаясь поднятым одеялом, и хотел обратно уснуть. Но вот только шумиха в коридоре этого сделать не дала. Быстро сменив тёплое одеяло на длинные штаны и толстовку, пятый выбрался на кухню. Волосы походили на зелёное перевёрнутое гнездо, однако сам Вару на удивление был вполне бодр. Из-за весьма позднего подъёма завтрак у пятого прошёл в одиночестве, зато в тишине. В дверном проёме мелькнул Пик, но шёл он мимо кухни. В голове сразу всплыли картинки последней ночи, которую они провели вместе. Уголки губ поползли вверх, щёки порозовели, но вспомнив что произошло после этого, Вару резко встал из-за стола, рывком открыл кран и, сполоснув руки, двинулся в комнату. Данте уже вернулся в обратное положение лёжа и сейчас читал какую-то, по мнению Вару, полную лабудень. Пиковый залез на кровать и, выждав около минуты, сел третьему на ноги. Бубновый метнул незаинтересованный взгляд и вернулся к буквам. Такое кудряша совсем не устроило и он бесцеремонно забрал книгу, откладывая её на пол. Данте смерился с невозможностью мирно отдохнуть и уже изучал обеими руками пальцы правой руки валета. Какое-то время пятый наблюдал за уверенными движениями пальцев противсидящего. Как шороховатая кожа водила между пальцами и вдоль них, как обводила каждую линию ладони. В это время король не столько был заинтересован ладонью, сколько лицом зелёного. Вару даже чуть раскрыл губы, склонив голову к плечу, столь ему нравились эти махинации. Наконец пятый вышел из транса, выдернув руку и переложив её на затылок бубна. Он максимально сократил расстояние между их лицами, в последние миллиметры засомневался, но, не получив протестов, преодолел и эти крупицы. Губы соединились. Данте не был против, хотя мысль о более сильном продолжении всё же закралась. Последовал ещё один поцелуй. Вару подключил язык, проводя им по губам обоих. И ещё один. Теперь, после двоякого ощущения от необычного языка, во вкус вошёл и Данте. Ещё один. Они без замкнутости зацеловывали губы друг друга. Ещё. На этом моменте к королю пришла некая мысль, но всё внутри говорило что это приведёт к не тому продолжению. Это будет большой ошибкой. Змеиный язычок попытался стереть эту глупую мысль, но она вновь и вновь долбилась в голову. — Не думай ни о чём. Это будут проблемы будущего тебя... - прошептал, почти приказал, Вару на ухо, будто бы читая мысли и забавно выглядывая из-под очков. Третий лишь усмехнулся, возвращая свои губы к чужим. Хватило трёх напористых поцелуев, что бы Данте исполнил "приказ". Вздохнув перед ещё одним слиянием губ, он переложил руки со спины валета на его бёдра. Неожиданный рваный выдох в поцелуй означал полное одобрение сея действия. И всё таки для бубнового это просто возможность лучше изучить. Это станет ошибкой. В голову пришла идея. И при её выполнении либо всё полетит к чертям, либо остановит возможную смерть обоих. В секундном перерыве между поцелуями, Данте успел стянуть с валета толстовку, а после резко прижать его к себе, переворачиваясь на бок. Вару пару раз несильно дёрнулся, но вырываться не стал. Хотя легко мог. Он был немного выше Данте, да и в физическом плане мог его превзойти. Видимо сейчас его во многом всё устраивало. Потребовалось несколько минут что бы успокоиться и восстановить дыхание. Король всё так же сильно прижимал валета к себе, подбородком убирая зелёные кудри и укладываясь на подушке. Хватило буквально десяти минут что бы тело Вару полностью расслабилось и он уснул. — Чудесный день морозцем кроет бури. Гнева свет и радости отчаянья. Я иду подбрасывая кудри, спасаясь по умолчанию... - тихонько напевал Джокер, в припрыжку двигаясь вдоль дороги. Среди больших многоэтажек наконец мелькнул маленький домишка, в котором находилась огромная квартира клонов. — Интересно, что же Федя задумал... У меня наверное всего сутки. А может он всё таки умер? Нет, я же не такой ублюдок! - всё так же рифмовано размышлял двухцветный вслух. У входной двери послышался привычный звон ключей. Вару моментально подорвался на этот звук и тут же отправился встречать его последнюю надежду на жизнь. В коридоре так же показался Пик, но пятый совершенно не подал вида что знает о его существовании. Джо сразу же подчеркнул столь холодные отношения пиковых и уже хотел спросить об этом, но восьмой жестом дал понять что потом всё ему объяснит и тут же скрылся за поворотом. — Итак, сколько ты мне дашь часов что бы наверстать упущенное? - с счастливой ухмылкой начал Красный, параллельно снимая верхнюю одежду. Зелёный двояко хмыкнул и ушёл к комнатам. Тринадцатый нашёл его у себя, чему и не удивился. Вару подошёл вплотную к длинноволосому и стал стягивать с него одежду, с каким-то трепетом и увлечённостью рассматривая рельефы тела. Потом он провёл указательным пальцем по шраму и спросил: — Откуда он? Его не было когда ты уходил, - из-под очков выглядывал озадаченный, ни разу не взволнованный взгляд. Джокер чуть медлил, решая что лучше сделать или сказать. После он наклонился и поцеловал валета в губы, не напористо, но глубоко и только потом ответил: — Встреча с Федей — это всегда проблема. Если он тебе не нравится, я могу его полностью исцелить заклинанием, - он поднял голову пикового за подбородок. Вару усмехнулся собственной идее, а потом провёл одним кончиком языка по шраму. По телу Джокера рассыпались мурашки. — Не стоит. К девяти я буду на кухне, не упусти свою возможность..! - Вару вышел из комнаты и направился в душ. Сейчас было семь, а значит у него ещё два часа. Первым делом было решено идти в душ, а потом было бы неплохо перекусить, ибо обед он провёл исцеловывая Данте. Из комнаты Пика доносились голоса. Дверь была чуть приоткрыта и Вару мог чётко слышать разговор. — Я ведь говорил тебе! — Да от куда же мне было это знать!? Ты не говорил что именно может к этому привести! — Грх.. Так, ладно. Я что-нибудь придумаю. Пока что не лезь к нему.. И меня обходи когда он видит.. Было сразу понятно о ком речь, а следующие предложения выдавали ещё одну причину сея разговора. Пятый слушал внимательно и в какой-то момент его передёрнуло от осознания. Он аккуратно глянул в щель, устремив взгляд на лицо тринадцатого. — Ради зелёного.... Он даже не пытается это скрыть!... - громко шепнул сам себе валет. Вару бесспорно был идеальным лжецом. Даже Пик и Куромаку велись на его ложь. Он знал все манёвры лжи, знал всю мимику лжи, знал состояние разных характеров и их смесей во время лжи. А сейчас Джокер совершенно бессовестно, еле заметно закусывал губу, что бы не выдать ухмылку победителя. Он и не попытался перестать сдирать кожу около ногтей, не пытался скрыть беспокойно блуждающий вдоль зубов язык. Он не пытался скрывать того что врёт, но Пик будто ослеп! —...Я верну его к обычной жизни... - слова вырванные из разговора, но именно на них Джо блеснул глазами. Джокер, как и планировалось, нашёл пятого на кухне. Он легко провёл краями ногтей по открытым плечам валета. Вторая рука скользила по внутренней стороне бедра Вару, совсем легонько задевая край недлинных шортиков. Зелёный оставил пару поцелуев на чужой шее. Пиковый потянулся рукой к нижнему краю футболки Джокера, но его руку перехватили, поднося её к губам. Двухцветный лизнул один из пальцев, а после задал совсем нескромный, хотя, как казалось, уместный вопрос: — Нас всё равно услышат, есть смысл идти в комнату? - Вару кивнул головой, намекая что кровать удобнее стола. После этого Джо отпустил его руку, прошептал невнятное "прости" и впился в губы валета, сминая, кусая их, углубляясь как можно дальше.... На десятой секунде всё тело пробила горячая боль... Вару хотелось кричать, но то что крик застрял в горле было даже лучше... Прежде чем Джокер успел смыться, пятый сумел задеть его заранее подготовленным ножом. Глубокий порез на правом плече превратиться в шрам... He stabbed the jack with a knife.... Пятый, после своей маленькой мести, потерял равновесие и всё таки упал на пол. Сил хватало лишь на холодный взгляд и глухой стон... Красный Джокер не собирался возвращать Вару к привычной жизни, он хотел отнять её целиком и, судя по всему, у него это получилось. Или же ещё получится. Джокер пырнул Вару ножом в правый бок...