От любви до ненависти и обратно

Это продолжается уже почти два месяца. Это меня бесит. Сама ситуация уже на грани с абсурдом, но, что не сделаешь ради группы... - Осторожней, Риш, - приторно сладким голосом говорю я, заботливо стуча его по спине, пытаясь скрыть довольную ухмылку. Видимо задумавшись, он сделал слишком глубокую затяжку и закашлялся. - Да уж постараюсь, - усмехнулся он и вдруг схватил меня за ремень джинс, притягивая к себе и усаживаю на колени. Тилль, Шнайдер и Оливер синхронно отвернулись и сделали вид, что безумно заняты. Они уже привыкли к таким "проявлениям любви" между нами, Флаке же старательно делал вид, что ничего странного не происходит. - Какого хре... - воодушевленно начал я, но вовремя заставил себя заткнуться, заметив, как остальные прислушались. Мы и правда, наверное, выглядим странно глазами стороннего наблюдателя. Воркуем, перешептываемся, когда никто не смотрит - целуемся, но в глазах явная неприязнь друг к другу. Это приводит всех в замешательство. Но обо всем по порядку. - То есть... Что ты делаешь, мы не дома, Рихард! - опомнившись, изо всех сил пытаюсь придать своему лицу смущенное и в то же время радостное выражение. Судя по тому, что остальные снова занялись своими делами - у меня это получилось. Круспе лишь фыркнул и, положив ладонь мне на плечо, так вцепился в него пальцами, что, пожалуй, синяк останется. Он резко потянул меня на себя, так что я успел только прошипеть "Ты что творишь?!", прежде чем столкнулся с ним нос к носу и почувствовал, как коснулся его губ. Рихард, не обращая внимания на мои вялые попытки отбиться, успел полностью взять ситуацию под свой контроль и уже вовсю целовал меня, пробравшись языком в мой рот, сминая и чуть покусывая губы. Еще немного и я поверю в его искренность! Но, к счастью или сожалению, я знаю, что это искусное притворство - не более. Где-то совсем рядом раздался глубокий, пробирающий до мурашек голос Тилля: - Вы разлепляться собираетесь? Все уже уходят. Ночи вам мало что ли... Я, пытаясь скрыть радость, отстранился, живо подскочив на месте. Схватил куртку и вихрем принялся метаться по репетиционной, убирая гитару в чехол. Желание поскорее свалить, оно такое. Краем глаза я заметил, как Рихард лениво оторвал задницу от дивана и поплелся в сторону кресла, на котором лежала уже собранная гитара. Он медленно, словно тянул время, напялил куртку. Потом еще минуту возился в попытках вытащить из-под нее капюшон. Не выдержав, я подошел, помогая справиться ему с этим нехитрым занятием. Во мне вдруг проснулась жажда мести, поэтому я, гаденько ухмыляясь, стоя у него за спиной, приблизился и коснулся губами горячей кожи шеи. Войдя во вкус, проскользил губами до скул и, наконец оторвавшись, с чувством выполненного долга вышел на улицу, так и не увидев выражения его лица... Мне пришлось ждать его в машине, ибо живем мы теперь, блин, вместе. Но, к слову, ждать мне его пришлось не так уж долго. Всего час... Ладно, шучу. Через пять минут он уже забрался в салон и снова завел свою шарманку о том, как его раздражает моя манера ездить, соблюдая все правила. Я тоже в долгу не остался. - Ты поворот проехал, эй! - справедливо заметил он, переводя удивленный взгляд с меня на окно и обратно. - Там проезд запрещен, - спокойно отвечаю, а сам уже тихо строю план, как ночью буду душить его подушкой. - Я всегда там езжу и ничего! Развернись, пока не поздно! - мигом распалился он, в привычном жесте взмахивая руками. Эх, Круспе, таблеточки бы тебе попить, чтоб нервишки не шалили. - Ты всегда там ездишь, потому что не соблюдаешь ПДД. Напомнить, кто всего неделю назад чуть не влетел в фуру с цементом? - Ты невыносим! - я только ухмыльнулся. Рихард тут же открыл окно, впуская прохладу и легкий ветерок, и закурил, то и дело стряхивая пепел на проезжую часть. - А ты предсказуем, - почти пропел я, сворачивая в знакомый двор и заглушил мотор. Решив его позлить, я быстро выбрался из машины и поспешил открыть перед ним дверь. Его покрасневшая от гнева физиономия - пожалуй, самый приятный бонус за весь сегодняшний день. - Иди ты, - он отпихнул услужливо поданную ему руку и тоже выполз на свежий воздух. - Ну и чем не доволен? Я и двери перед ним открываю, и руку подаю, и взглядом провожаю, а ему все не то! - театрально всплеснув руками, я не выдержал и рассмеялся, ныряя в темный подъезд. Благодаря наипрекраснейшей акустике, его ворчание разносилось по всему подъезду, только поднимая мне настроение, пока мы взбирались по лестнице на пятый этаж. Лифт, как всегда, оказался в нерабочем состоянии. Но даже если бы мы вошли и обнаружили в квартире грабителей, я бы напоил их чаем, прежде чем вызвать полицию. Хорошее настроение - страшная вещь. - Фрау Круспе, проходите, прошу вас, - промурлыкал я, включая свет в прихожей и, быстро скинув ботинки, поспешил удалиться, пока не получил затрещину от уже находящегося на грани Рихарда. - Ландерс, ты же доиграешься, - прошипел он, будто из воздуха возникая у меня за спиной. Я вздрогнул и выронил чашку, в которой только что имел желание заварить чай. Она с приглушенным стуком ударилась о поверхность стола, но не разбилась. По спине пробежал холодок, когда его руки сомкнулись на моем торсе, а край кофты методично пополз вверх, оголяя живот все больше и больше. Да, Рих, я уже и сам понял, что переступил границу дозволенного. Исчерпал лимит хамства, так сказать. Но эта игра оказалась настолько азартной... В общем, трындец мне, по-простому говоря. - Руки, - предостерегающе прорычал я, хоть и занимал положении жертвы. - И что ты мне сделаешь? Снова блеснешь своими недалекими шуточками? - зашептал мне на ухо Рихард, опаляя кожу жарким дыханием. Усмехнувшись, он, видимо решив не церемониться, ловко расстегнул пуговицу на джинсах и юркнул ладонью под жесткую ткань. Задохнувшись эмоциями, я со свистом втянул воздух и постарался держать себя под хотя бы подобием контроля. Ну, не везет мне сегодня, что поделаешь! Так и не сумев сдержаться, я резко, звонко и, судя по его недовольному вскрику, довольно больно шлепнул ему по руке, тут же разворачиваясь и с размаху награждая Круспе хлесткой пощечиной. Он пошатнулся и, привалившись спиной к стене, схватился за больное место, ошарашенно смотря на меня. - В следующий раз не будешь руки распускать, - холодно заметил я и удалился, скрываясь в спальне. Щеки все еще горели, поэтому я сдавленно тихо застонал, когда лицо коснулось прохладной наволочки. Ох, никогда меня еще совесть так не мучила. В конце концов, он играл. А вот я свою роль не вынес с достоинством. Мог бы отшутиться, да ускользнуть... Тем более он даже толком ничего сделать не успел. Только мне все же не понятно, зачем надо устраивать весь этот цирк, когда на нас никто не смотрит? Нет же свидетелей, так почему бы тихо-мирно не разойтись по комнатам, да не посмотреть телек, например? Не далее, как вчера, он припер меня к стенке, не дав даже куртку снять... Мда, похоже очаровательная задница Круспе сама тянется к приключениям, не согласовываясь со своим обладателем. Ладно, это все конечно замечательно, только мне теперь что делать? Готов поспорить, что эта гадюка крашеная возненавидит меня еще больше... Что-то невнятно пробубнив в подушку, я перевернулся на другой бок и в конце концов провалился в сон. Я проснулся от собственного вопля. Резко сев в кровати, все еще тяжело дыша, я принялся лихорадочно вертеть головой, оглядывая комнату на предмет вампиров, привидений и прочей нечисти, что так бессовестно гоняла меня на протяжении всего сна. Сон. Всего-лишь ночной кошмар. Чуть угомонив разыгравшееся воображение и убедив себя, что вешалка - есть вешалка и никто не может стоять за ней, я снова откинулся на подушки, закрывая глаза. Еще чуть-чуть и я снова погружусь в глубокий сон, но обязательно должно что-то помешать. И этим "чем-то" оказывается сонный Рихард, приползший из своей комнаты на мои вопли. Похоже, я его разбудил. - Ты че орешь, Ландерс? - зевнул он и окинул комнату подозрительным взглядом. Ухмылка не сходила с его лица. Такое ощущение, что у него нерв защемило, нельзя же постоянно так ходить! - Кошмар приснился, - неохотно признался я, покрепче обнимая подушку. По идее, он должен понять, что я не настроен продолжать диалог. Понять-то понял, но вот уходить явно не спешил, зараза. - О-о... - многозначительно протянул он, изображая сочувствие и опустил филейную часть на край моей кровати. Я недовольно фыркнул и с силой выдернул из-под него край одеяла. - Малыш Пауль до сих пор боится чудищ, живущих под кроватью? Я где-то здесь видел плюшевого медведя... Принести? Он протянул ко мне руку и, с издевкой поглядывая на охреневшего меня, принялся поглаживать по голове. Я дернулся, отодвигаясь и снова садясь. Уже успел смириться с мыслью, что выспаться мне перед записью не удастся. - Хватит капать ядом, Круспе. Ты спал? - он молча кивнул. - Ну вот иди и спи дальше! Че приперся-то? - Голосить так не надо, - он пожал плечами, наконец вставая. Я молча вздернул бровь, теперь уже смотря ему в глаза. Ох, сколько в них было насмешки. Хитрые, холодные серо-голубые глаза. - Угу. Учту... - решив, что если соглашусь, то он быстрей смотается, пробормотал я. Впервые за сегодняшнюю ночь мои надежды оправдались. Рихард подошел к двери, шлепая босыми ногами по полу, взялся за ручку, но почему-то медлил. Я, не отрываясь и затаив дыхание, следил за ним. Его изящные плавные движения завораживали, я и впрямь чувствовал себя, как кролик перед удавом. Он медленно обернулся, кинув на меня последний взгляд и скрылся в коридоре. Я невольно прислушался. Шаги постепенно утихали и вновь воцарилась звенящая тишина, давящая на сознание. Не издав больше ни единого звука, я очень медленно улегся и, подложив угол одеяла под щеку, закрыл глаза, даже не думая заснуть.