Единение миров

Тьма. Непроглядная, густая тьма охватывала все пространство вокруг него. Дышать было тяжело, грудная клетка сдавливалась от ужасающего напряжения. Все тело ломило, пульсировали от ужасающей боли виски. Мужчина стоял на коленях, не в силах подняться. Он тяжело дышал, пытаясь наполнить воздухом лёгкие. Кислорода была мало, весь здешний воздух был наполнен пылью и сажей, что оседала на стенках горла горькой смолой. Слабость и озноб пробивали все тело. Мужчина, напрягаясь из последних сил, смог поднять голову и посмотреть вперёд. Казалось, все пространство, что его окружало было чернее нефти. Однако же, его взгляд смог зацепиться за что-то, что выбивалось из однообразности этого места. Небольшой, буквально крохотный источник света слабо мерцал где-то вдалеке. Это был его шанс. Нужно было идти к свету. Но как идти, если все его существо, казалось, вот вот разорвется в клочья от неимоверной боли и тяжести, что наливалась в каждой клетке его тела. Первая попытка встать была неудачной: приподнявшись с колен, мужчина чуть ли тут же не упал на пол. Конечности плохо слушались его. Отдышавшись и восстановив дыхание, насколько это было возможно здесь, мужчина предпринял вторую попытку подняться. На этот раз, все получилось, и спустя пару мгновений, он стоял на ногах, сгорбившись в спине. В полный рост было стоять неимоверно тяжело, так что приходилось пригибаться, чтобы атмосфера, напоминавшая вакуум, не так сильно выдавливала его в пол. Первое, и самое тяжёлое, он сделал: встал. Теперь же, нужно было решать другую задачу: идти вперёд. Каждый шаг давался ему неимоверно трудно. Он еле-еле мог приподнять ноги над полом. Они были настолько тяжёлые, что, казалось, к ним присоединена цепь с пушечным ядром. Однако же, никакая тяжесть не могла помешать ему. Как и всегда, его характер и воля к жизни были сильнее всего, что могло встретиться ему на пути. Медленно, но верно, шаг за шагом, он приближался к источнику света. С каждым шагом, он становился все больше и больше, постепенно принимая необычные, округлые очертания. Спустя, как ему показалось, минут десять, он оказался прямо перед светящимся объектом. Он представлял собой овальное отверстие в пространстве, полностью залитое ярким, беловато-золотистым светом. Не в силах больше держаться, мужчина поднес руку к овальному объекту. В ту же секунду, его ослепила яркая вспышка света, а все тело наполнила неимоверная лёгкость. Тут же, в голову врезался до боли знакомый голос, разрезая звенящую тишину будто нож горячее масло. Сначала, мужчина не мог разобрать того, что говорил голос. Затем же, звуки становились все чётче и чётче. В конечном итоге, мужчина смог разобрать только одно слово: — Арнольд...

***

— Арнольд, Арнольд, просыпайся, — неприятно жужжал над ухом голос двенадцатилетнего мальчишки, — если ты сейчас не встанешь, мы опоздаем на обед. Открыв глаза, парень увидел перед собой светловолосого, голубоглазого мальчишку, который тряс его за плечо. — О, Арнольд, ты наконец-то проснулся! — радостно сказал паренек, смотря в глаза собеседнику, — я уж было подумал, что придется окатить тебя водой. — Ха, да не надо водой! Я уже проснулся, как видишь! — тут же ответил парень, поднимаясь с земли и тут же отряхивая кожаные брючата. — Это хорошо, ведь ты же знаешь, как отец сердится, когда мы опаздываем на обед, — отозвался мальчишка, смотря на парня. — Да, знаю, Филипп, — ответил Арнольд, смотря тому прямо в глаза, — ладно, пойдем скорее. Не теряя ни секунды, братья зашагали по небольшой тропинке. Сейчас, они покидали их любимое место – маленькую опушку на берегу ручья, что они оборудовали для ловли рыбы. Место это было найдено пару месяцев назад, во время прогулки по лесу с отцом на охоте. Место и правда было живописное. На песчаном берегу ручья красовался мощный дуб, что своими корнями уходил далеко за пределы это небольшого уголка. На другой стороне ручья – роскошный березовый лес, радовавший глаз идеальной белизной стволов и сочной зеленью крон. На дворе стояло начало июля, так воздух уже был хорошо прогрет. Ребята быстро шагали по небольшой тропинке, идущей сквозь заросли лещины. — Арнольд, тебе что-нибудь снилось? — поинтересовался Филипп у брата. — Хм, вроде нет, — пожал плечами парень. — А мне сегодня снился большой сом, — хмыкнул Филипп, убирая руками ветви кустарника, — у него были такие длинные усы. В общем, в моем сне, я попал в реку и жил там. Я разговаривал с рыбами, и как раз таки там я познакомился с сомом. — Да уж, Филипп, — хихикнул Арнольд, — хорошее же у тебя воображение. Небось наслушался матушкиных сказок, вот и начала сниться тебе всякая всячина. — Ну, наверное, — пожал плечами Филипп, — но я даже рад, что мне снятся такие интересные сны. Как будто сам в сказку попадаешь, — мечтательно произнес Филипп. — Хах, Филипп, какой же ты ещё ребенок, — усмехнулся Арнольд, — я, когда мне было двенадцать, уже помогал отцу в лавке, а ты все ещё слушаешь матушкины сказки на ночь. — А я даже рад, что матушка всё ещё читает мне сказки. Я понимаю, что это скоро прекратится, так что радуюсь каждому вечеру, что она сидит у меня на постели с книгой в руках как последнему, – отозвался Филипп. — Что ж, это и правда так. Так что, ты правильно делаешь. Радуйся детству, пока оно есть, — сказал Арнольд, чуть вздыхая. На этом их разговор на какое-то время прекратился. Мальчики молча пробирались через заросли кустарника. В один момент, где-то впереди по левую сторону тропинки мальчики увидели шевеление. Они на мгновение замерли на месте. — Что это, Арнольд? — спросил Филипп, смотря на брата. — Не знаю, но, кажется, что-то не очень большое, — вглядываясь в заросли, ответил Арнольд. — Пойдем посмотрим, что там, — сказал Филипп, и сделал шаг вперёд. — Хорошо, но нужно быть осторожнее, — кивнул головой Арнольд, двинувшись за братом. Мальчики медленно подошли к кустам, в которых не прекращалось какое-то мельтешение. Взяв палку, Арнольд дал знак Филиппу, чтобы он по его команде раздвинул кусты. — Давай на счёт три, Филипп. Раз, два, три! В этот момент Филипп быстро отодвинул ветви, а Арнольд замахнулся палкой на неизвестное создание. Однако же, спустя мгновение, мальчик опустил палку вниз и взглянул на брата. Оказалось, что то, что елозило в кустах, было всего навсего небольшой лисицей, попавшей в силок. — Да уж, я думал, тут будет что-то посерьезнее этого, — усмехнулся Арнольд, разглядывая животное. Лисица же обеими задними лапами угодила в узел, и теперь беспомощно каталась из стороны в сторону по земле, тщетно пытаясь освободиться. — Арнольд, мы должны ей помочь, — твердым голосом сказал Филипп, подходя ближе к животному. — Ты что, сдурел? — возмутился Арнольд, — Мы опаздываем, у нас нет на это времени. Когда охотник, поставивший силок придет его проверять, он увидит, что попалась лисица, а не какой-нибудь заяц, и сам отпустит ее. Пойдем, — Арнольд взял за руку брата и потянул на себя. Однако Филипп встал как вкопанный, не желая двигаться с места. — Нет, мы не можем ее вот так оставить. Мы не знаем, как долго она здесь, возможно, этот охотник придет сюда, когда она уже умрет. Арнольд, мы должны помочь ей. — Господи, Филипп, мы опаздываем, отец убьет нас, если мы ещё хоть раз опоздаем на обед. — Арнольд, я знаю. Но наш отец справедливый человек, так что он примет наше объяснение опоздания. — Я... — Арнольд замешкался, явно представляя реакцию отца на их оправдание. Ему было сложно поверить в то, что он поверит им. Но, всё-таки, ему тоже было немного жалко лисицу. К тому же, Филипп был прав. Неизвестно, сколько она здесь находится. А также, Арнольд знал, что такие силки не ставятся в одном месте, обычно их располагают в паре десятков мест, чтобы увеличить шанс того, что кто-то в них всё-таки угодит. Зная это, Арнольд понимал, что охотник может далеко не сразу дойти до этого силка. И что, и правда, к тому моменту когда он сюда явится, животное будет уже мертво. Не в силах больше отпираться, Арнольд тяжело вздохнул, а затем сказал, — а, ладно. Давай поможем ей. Только быстро. — Отлично! — радостно сказал Филипп и присел на корточки рядом с животным. Лисица, уже выбившись из сил, перестала дёргаться в тщетных попытках освободиться. Филипп склонился над животным и осмотрел силок, в который оно угодило. — Вот же... — проговорил Филипп. — Что там такое? — спросил Арнольд, посмотрев на Филиппа. — А ты сам посмотри, — хмыкнул мальчонка. Арнольд, вздохнув, тоже присел на корточки и стал разглядывать узел на задних лапах лисицы. — Мда... Вот это задачка, — почесав затылок, сказал парень, — я таких узлов ещё не видел. Ладно, мы его разрежем. Филипп, дай нож, который мы брали. — Нож? Разве он не у тебя? — вопросительно посмотрел на брата мальчик. — Я же вроде как просил тебя приглядеть за ним, пока я кидал камни в ручей, — отозвался Арнольд, — вот черт. Видимо, мы оставили его на ручье, — парень встал в полный рост и потянулся, — пригляди за ней, а я сбегаю за ножом. — Хорошо, — кивнул Филипп. Так как они прошли уже довольно большое расстояние от ручья, дорога туда-обратно заняла у Арнольда целых двадцать минут. Когда Филипп его увидел, он тут же вскочил и подошёл к брату. — Ну что, мы его там все-таки забыли? — Да, хотя бы не потеряли. А то отец бы нас точно убил, — горько отозвался Арнольд, склоняясь над лисицей. Та же в свою очередь тихо лежала на земле, смотря печальными глазами куда-то в заросли кустарника. — Ну, сейчас мы тебя вызволим, — сказал Арнольд и принялся осторожно разрезать тугую кожаную верёвку. На это ушло примерно минут восемь. В конечном итоге, веревка не выдержала и поддалась, высвобождая задние лапы зверька. — Ну все, ты свободна, — сказал Арнольд, поднимаясь на ноги. Лисица же, поняв, что освободилась, тут же подскочила и убежала в кусты. — Ура, мы ее спасли! — радостно прокричал Филипп. — Даже спасибо не сказала, неблагодарная, — буркнул Арнольд. — Если бы она умела говорить, то точно бы сказала, — парировал Филипп, — ладно, пойдем скорее. За полчаса они добрались до дома. Тихонько открыв входную дверь, братья прошмыгнули в дом. Они надеялись не попасться на глаза отцу до ужина, но у них это не вышло. Услышав звуки шагов, Рупрехт Виттебейн — глава семейства — вышел узнать у сыновей, где же они так долго пропадали. — Ну что, чертята, и где вас двоих так долго носило? — грозно сказал отец, исподлобья смотря на сыновей. — Отец, мы... — начал было оправдываться Филипп, но его тут же перебил Арнольд. — Прости нас за то, что опоздали отец. Позволь мне объяснить все. Виноват в этом только я. Дело в том, что по пути с ручья, мы наткнулись на лисицу, попавшую в силки. Филипп уговорил меня освободить ее. Не гневайся на него. Вину за опоздание я беру на себя, и наказание понесу за него я. Отец тяжело вздохнул. Он подошёл ближе к сыновьям. — Арнольд, я тебя не накажу. Ты поступил правильно, как поступил правильно и Филипп. Вы очень справедливые, даже по отношению к зверю. Это меня очень сильно радует. Идите в свою комнату и отдыхайте, — после этих слов, отец обнял Арнольда и Филиппа, а затем они пошли в свою комнату. — Я не ожидал от него такой реакции, — честно сказал Арнольд, расхаживая по комнате, — нет, конечно, я всегда знал, что наш отец великодушный и справедливый, но все же. — А я же тебе сразу сказал, что так и будет, — хихикнул Филипп. — Да, помню. Ты был прав, Филипп. В этот день Арнольд запомнил одну вещь: нужно быть благородным и сострадательным даже по отношению к животным.

***

Прошло несколько месяцев со случая с лисицей. На дворе стояла середина сентября. Воздух ещё не потерял своей теплоты, а листья ещё сохраняли свою зелень. Этот день, девятнадцатое сентября, братья ждали целый год. Сегодня в городе открывается осенняя ярмарка, на которую приходят все жители города, а также съезжается множество купцов из Голландии, Дании, Англии и даже Франции. Этого события ждали каждый год все жители Эмдена. Для торговцев это был отличный шанс увеличить свое состояние, для простых горожан прикупить интересных и труднодоступных товаров. Особенно сильно Эмден любили голландские купцы, которые имели большие связи с местной знатью. Они не только продавали тут свои товары, но ещё и набирали матросов для своих судов. В это время спрос на моряков был как никогда велик. Голландские мореплаватели преодолевали тысячи километров океанских просторов, дабы попасть на новые и не обжитые земли, на которые ещё не ступала нога европейца. В то время все морские державы были опьянены общей авантюрой – колониальной гонкой. Особенно на этом поприще преуспела Испания и Португалия, которые обзавелись обширными владениями на южном из континентов Нового Света. "Новый Свет" – эта фраза тогда у многих стояла на слуху. Отец Филиппа и Арнольда, будучи человеком состоятельным, тоже знал о новых, далёких, неизведанных и неимоверно богатых землях. Он бы, будь его воля, и сам бы отправился покорять и осваивать просторы дальних континентов. Но он не мог помыслить о подобном. Здесь, в его родной Восточной Фризии, был его дом. Здесь была его семья и здесь он и стал тем, кем он являлся сейчас – состоятельным купцом, который имел хорошие связи во власти. Однако, он не мог просто так отказаться от идеи использовать эти новые земли в своих целях. Ещё несколько лет назад он отработал довольно неплохую торговую схему, связанную с заморскими плаваниями, которая приносила ему довольно хороший доход. Рупрехту принадлежали многие лавки на местном рынке, он на свои деньги снаряжал корабли для экспедиций в Новый Свет, а они в свою очередь приносили хорошие дивиденды. Раньше день ярмарки проходил для него довольно сложно и напряжённо: с раннего утра и до позднего вечера он работал на рынке, отслеживая грузы, привезенные в порт. Он покупал товары и перепродавал их, помогал заключать торговые сделки, выступая в качестве посредника. Пусть ярмарка и продолжалась около недели, всё-таки первый день был очень важен. Он по-сути и определял дальнейшее развитие событий последующих шести дней этой ярмарки. Рупрехт Виттебейн, будучи человеком очень состоятельным и влиятельным, имел не только много друзей и партнёров, но и врагов и конкурентов. Так например, в позапрошлом году, его главный конкурент – Мориц Вейнер, успел скупить в первый день большую партию кубинского табака, которую хотел заполучить Рупрехт. Однако же, в прошлом году, удача улыбнулась Виттебейну. Вейнер, не поделив что-то с капитаном французского судна, устроил драку прямо на пирсе. В конечном итоге, его схватила местная стража и посадила в тюрьму. Он потратил очень много сил и средств на то, чтобы избежать наказания, ведь по его вине в ходе этой драки погибло два матроса, а также был причинен большой ущерб французской шхуне. Люди Вейнера, в пылу драки, чуть не спалили судно, под завязку набитое порохом и другими товарами. Благо, пожара удалось избежать. В противном же случае, шхуна могла бы просто напросто подорваться прямо в порту города, что повлекло бы за собой большое число смертей. Но сегодня все было иначе. Сегодня день открытия ярмарки Рупрехт проведет в спокойной обстановке, вместе со своими сыновьями. Он давно собирался привить Арнольду и Филиппу умение держать себя в обществе. На самом деле, насчёт будущего Арнольда Рупрехт уже определился. Его старший сын увлекался религией и историей Крестовых походов, так что будущее священника было ему предначертано. Что же касается Филлипа, то все было немного сложнее. У него была тяга ко всему. Ему нравилась история, немецкий фольклор, естественные науки, астрономия. Он был очень разносторонним ребёнком, так что Рупрехт порой целыми днями ломал голову над тем, как устроить будущее сына. Скорее всего, его судьба будет связана с одной из естественных наук, благо деньги на обучение сыновей мужчина откладывал несколько лет. На дворе стояла теплая погода. Солнце ярко освещало город, а синее небо радовало своей лазурью глаз обывателя. Рупрехт, Арнольд и Филипп шли по мощеной камнем мостовой в сторону портового рынка. — Отец, я так рад, что ты наконец-то взял с собой на ярмарку не только Арнольда, — радостно говорил Филипп, с интересом разглядывая тут и там снующих прохожих. — Да, Филипп, я посчитал, что в этом году, ты готов пойти на ярмарку. Вы сможете выбрать себе по одному подарку, в то время как я поищу что-нибудь для вашей матери, — сказал мужчина, чуть ускоряя шаг. Вскоре, они оказались на большой портовой площади, которая практически вся была заполнена людьми. Арнольд не особо был заинтересован в происходящем вокруг балагане, в то время как Филипп был поражен количеством людей, что были на площади. Он разглядывал каждого встречного с радостным ликованием и восхищением во взгляде. Между тем, они подошли к одной из лавок. За прилавком стоял крупного телосложения мужчина, с растрёпанными рыжими волосами и бледно-зеленого цвета глазами. — Здравствуй, Рихард, — поздоровался с мужчиной Рупрехт, доброжелательно улыбаясь, — как дела с покупателями? — О, день добрый, господин Виттебейн, — мужчина приветливо улыбнулся, — все отлично, людей много, все идёт отлично. О, вижу, вы пришли с сыновьями? — мужчина посмотрел на двух мальчишек, один из которых уже был не мальчиком, а юношей. — Да, Рихард, вот решил вывести своих сыновей в свет, показать, как живёт народ, — усмехнулся Рупрехт, – что ж, ладно, мальчики, — мужчина повернулся к сыновьям, и посмотрел на них, — пройдитесь вместе по рынку и поищите что-нибудь для себя. Мне сейчас нужно обойти ещё пару лавок, а после выбрать подарок вашей матери, — с этими словами, он потрепал сыновей по голове, — а тебе, Арнольд, отдельное задание. Приглядывай за Филиппом, и не дай ему потеряться. Я надеюсь на тебя. — Я не подведу тебя, отец, — ответил Арнольд, кивнув головой. Мужчина же улыбнулся напоследок сыновьям, а затем предоставил их самим себе. Мальчишки же решили не терять времени зря и отправились бродить по площади. Они подходили то к одной лавке, то к другой, но ничего по-настоящему стоящего так и не нашли. — Да уж, вроде такой большой рынок, а ничего интересного не найти, — со вздохом сказал Арнольд, подходя к очередной лавке. — Да ладно тебе, Арнольд, самое главное это не товары, а то, что мы вообще находимся тут. Знаешь, пусть для тебя это и обыденность, а для меня это важное событие. Отец наконец-то взял меня на ярмарку. — Ох, Филипп, — тихо усмехнулся Арнольд, — поверь, на первой своей ярмарке, я был в точно таком же восторге, как и ты. Но сейчас, когда для меня подобные мероприятия стали чем-то обычным, у меня уже нет того задора, что у тебя сейчас. — Уверен, что и в десятый раз, когда я приду на эту ярмарку, я буду также рад, как и сейчас, — сказал Филипп, на что его брат лишь тихо усмехнулся. Между тем, они подошли к лавке с довольно интересными товарами. Это была оружейная лавка, и на ее прилавках красовалось множество разнообразных кинжалов и шпаг. Внимание Арнольда сразу же привлек один из клинков, который очень сильно выделялся на фоне остальных. Он был очень необычной формы, сильно изогнутый и неимоверно острый, с резной ручкой, видимо сделанной из кости какого-то животного. Парень тут же понял, что попросит у отца в качестве подарка. — Что-то заинтересовало, юноша? – с хитрой ухмылкой спросил пожилой продавец. — Да, будьте добры, расскажите подробней о этом кинжале, — Арнольд указал пальцем на интересующий его клинок. — О, прекрасный выбор, молодой человек. Рад, что Вы заинтересовались им. У него очень и очень занятная история, скажу я Вам. Позвольте начну немного издалека, чтобы Вы точнее могли себе представить, насколько редок и ценен этот образец. Дело в том, что этот кинжал я привез с собой из Нового Света, сторговавшись за него с одним испанцем на Кубе. Больших трудов мне стоило убедить его продать мне этот кинжал. Раньше, он принадлежал вождю племени дикарей, живущих в испанских колониях. Именно этим клинком, как говорил мне испанец, вожди этого племени приносили людей в жертву своих кровожадным богам, — старик с упоением рассказывал свою историю, а парень внимательно слушал его. От отца он уже успел пару раз услышать словосочетание "Новый Свет", однако никогда особо не задумывался, что имел в виду под этими словами мужчина. Арнольд сгорал от интереса, который возрастал с каждой секундой, что он представлял себе, как какой-то дикарь приносит человека в жертву этим кинжалом. Почему у них это считается нормой? Правдива ли была история, что рассказывал ему старик, или же он просто старался набить цену своему товару? И самое главное: где же этот "Новый Свет"? — Ну так что, будете брать? — вдруг вырвал парня из размышлений нетерпеливый голос старика. — А, да, буду. Но, у меня нет с собой денег. Можете пожалуйста отложить его на пару часов, а потом я вернусь с отцом и мы купим его, — сказал парень, смотря в глаза старикашке. — Хм... Ну хорошо, надеюсь, ты придешь. А то, знаешь ли, такой товар долго лежать не будет. Так что советую не откладывать покупку. — Хорошо, я Вас понял. Ладно, Филипп, пойдем выберем и тебе что-нибудь, — сказал парень, поворачиваясь к брату. Какого было его удивление, когда он не обнаружил рядом с собой Филиппа. – Филипп? — парень тут ж заволновался и стал быстро оглядываться по сторонам, — вот проклятье, неужели он не мог подождать меня? — парень отошёл от лавки на пару шагов, все также оглядываясь. "Господи, я его потерял. Нужно срочно его найти, а то он точно попадет в какую-нибудь передрягу..."

***

Филипп же между тем, пока брат разговаривал с продавцом, решил пройти чуть дальше. Он прошел примерно метров двадцать, затем остановился около одной из лавок. То была книжная лавка, ассортимент которой был довольно большой. На нескольких полках красовались пара десятков книг, пестря яркими переплетами. Мальчишка бегал глазами по книгам, надеясь найти что-нибудь интересное. Так и не найдя ничего стоящего, мальчик уже собирался уходить, но в последний момент его взгляд зацепился за большую книгу в сером переплете, на обложке которой золотыми буквами было написано: "Атлас мира". "Атлас" – это слово было незнакомо мальчику, и ему было интересно узнать, что оно значит. — Добрый день, господин, можете пожалуйста рассказать, что это за книга? — спросил мальчик, посмотрев на невысокого мужичка, что стоял за прилавком. — Добрый день, молодой человек, — отчеканил мужичок, — конечно я могу рассказать, что это за книга. Это атлас, ты разве не слышал о таком раньше? Мальчишка отрицательно мотнул головой, на что мужичок хмыкнул, и продолжил: — Атлас, мой юный друг, это сборник карт континентов, морей и океанов, который нужен для изучения географии. География – это наука о земной поверхности и расположения на ней стран, океанов и различных других объектов. Филипп очень внимательно слушал продавца, с интересом вслушиваясь в каждое его слово. — О-о-о, это звучит очень и очень интересно, — протянул мальчик, не отрывая глаз от книги, – а сколько стоит этот атлас? — Восемьдесят серебром, молодой человек, — ответил продавец, — но, я вижу, что ты очень заинтересован в нем, так что, пожалуй, я могу скинуть цену до семидесяти серебряников. Только Филипп хотел сказать, что ему нужно отлучится, чтобы найти отца и брата, как вдруг его окликнул знакомый голос. Мальчик обернулся на голос, и тут же увидел перед собой запыхавшегося Арнольда. — Господи, Филипп, я тебя везде ищу! — сказал раздражённо Арнольд, — почему ты не сказал, что пойдешь дальше?! Только я отвлекся, и ты тут же куда-то пропал. Филипп, ты что, не помнишь, что отец сказал мне за тобой приглядывать? А если бы с тобой что-то случилось? У меня сердце в пятки ушло, когда я тебя не обнаружил рядом! — выпалил старший брат, смотря в глаза Филиппу. — Прости, Арнольд. Я больше так не буду, — опустил взгляд младший, — но, смотри, зато я выбрал себе подарок, — Филипп поднял взгляд на брата, а затем указал пальцем на атлас. — Атлас? Это по-моему книга с картами, да? — Совершенно верно, юноша, — вмешался в разговор продавец, ставший невольным свидетелем сцены разговора братьев, — Вашему брату очень понравилась эта книга. — Да, спасибо, я догадался, — сказал в ответ Арнольд, — ладно, Филипп, пойдем, найдем отца. Я тоже выбрал уже кое-что для себя, так что нам нужно поторопиться. Затем, Арнольд посмотрел на продавца и сказал: — Можете пожалуйста немного подождать? Деньги у нашего отца, так что нам нужно отойти и взять их у него, чтобы расплатиться. — Хорошо, я подожду вас, — коротко ответил мужичонка, кивнув мальчикам. Арнольд и Филипп, попрощавшись с продавцом, отправились на поиски отца. — Кстати, — начал разговор Филипп, — Арнольд, а что ты выбрал для себя? — Я приметил очень необычный кинжал в оружейной лавке. Продавец сказал, что он привез его из Нового Света, но, даже если это и не так, этот кинжал все равно очень красивый. — О-о, интересно, Арнольд. Слушай, а что это такое, этот Новый Свет? Я пару раз слышал, как отец говорил о нем, но никогда не мог понять, о чем он. — О, Филипп, это очень хороший вопрос, — улыбнулся Арнольд, смотря на брата, — но, я отвечу тебе на него чуть попозже. После того, как мы купим тебе твой атлас. Филипп же, не став больше донимать брата вопросами просто шел за ним, думая о том, что насколько удивительно совпало то, что им с братом приглянулись вещи из этого неизвестного Нового Света. Возможно, это был какой-то знак судьбы... Но в тот момент Филипп не особо заострил на этом внимание. Спустя минут пятнадцать-двадцать ходьбы по площади, мальчики наконец-то нашли отца, который стоял около лавки с различными украшениями. — О, мальчики, а вот и вы. Я как раз хотел идти вас искать, — улыбнулся Рупрехт, смотря на сыновей, — ну что, выбрали себе подарки? — Да, отец, — сказал Арнольд, — я присмотрел для себя необычный кинжал в оружейной лавке, а Филиппу приглянулся атлас. — Что ж, отличный и очень интересный выбор, сыновья, — сказал Рупрехт, – а я как раз купил для вашей матери одну красивую вещицу, — он показал мальчикам небольшую, но очень красивую брошку. Она имела круглую форму, а сама была выполнена из серебра. В центре окружности красовался небольшой бриллиант, который ярко сверкал на солнце. — Отец, она очень красивая. Матушке точно понравится, — сказал Филипп. — Не сомневаюсь в этом, — ответил Рупрехт, — ну что ж, пойдёмте тогда купим то, что вы выбрали, мальчики. С этими словами, Рупрехт направился в сторону оружейной лавки, а сыновья последовали за ним. Первый день ярмарки закончился довольно быстро. На часах уже было начало девятого вечера, и мальчики сидели в своей комнате, радуясь своим подаркам. — Арнольд, смотри, — сказал Филипп, перелистывая страницу атласа, — вот что такое оказывается Новый Свет. Это два континента, что находятся за океаном, очень далеко от нас. — Да, Филипп, так все и есть, — хмыкнул Арнольд, лёжа на кровати и разглядывая свой кинжал. Мальчик же решил, что брату не очень интересно сейчас с ним говорить, и решил поделится свои восторгом с отцом. Выйдя из своей комнаты, Филипп быстрым шагом направился к рабочему кабинету отца. Оказавшись у массивной дубовой двери, мальчишка постучался в нее, а затем сказал: — Отец, ты не занят, можно мне зайти? Тут же, из-за двери послышался ответ: — Нет, сын, не занят, заходи. После того, как Филипп получил положительный ответ, он потянулся к ручке двери. Повернув ее, он открыл дверь и вошел в кабинет отца. Филиппу очень редко доводилось здесь быть, поэтому это помещение всегда вызывало в нем невероятный интерес. Сам по себе кабинет был не очень большой. В середине его стоял большой письменный стол, по обе стороны которого располагались большие шкафы с книгами. На стене за столом, за спиной отца, висела небольшая картина, на который был изображен хвойный лес. Сам же отец сидел за столом, читая какую-то книгу. Как только Филипп вошёл в кабинет, Рупрехт поднял на него взгляд. — Отец, прости что побеспокоил тебя, просто мне хочется с тобой поговорить кое о чем. — Все хорошо, Филипп, я рад, что ты зашёл. Что же ты хочешь со мной обсудить? Мальчик же подошел к отцу и положил перед ним на стол свой атлас. Открыв его на нужно странице, он указала пальцем в него, а затем произнес: — Расскажи мне про Новый Свет. Мужчина же, будто заранее зная, в каком ключе пойдет дальнейший разговор, вздохнул и произнес: — Ну хорошо, Филипп. Я вижу что тебе очень интересна эта тема, так что я не могу тебе отказать. Что ж, начнем с того, что Новым Светом называются два больших заморских континента, что располагаются к западу от Европы. Я думаю, ты уже это понял судя по тому, что ты уже успел полистать атлас. Что ж, теперь, нужно рассказать, когда люди узнали о этих землях. В 1492 году, почти сто лет назад, итальянский мореплаватель Христофор Колумб открыл эти земли в одной из своих морских экспедиций. Именно с тех пор, многие мореплаватели, а также торговцы, миссионеры, и многие другие люди стали посещать те земли, и даже строить и основывать там свои поселения. Знаешь, в свое время, мне тоже была интересна эта тема. У меня были мысли о том, чтобы отправится туда. Но потом, я отказался от этого. — Но почему, отец? — с интересом спросил Филипп, заворожённый рассказом отца. — Дело в том, что именно тогда, когда я принимал решение о том, чтобы отплыть туда, господь бог свёл меня с вашей с Арнольдом матерью. Мы сразу же полюбили друг друга. Тогда я понял, что я должен остаться здесь. Поэтому я и отказался от этой затеи, мальчик мой. Филипп же внимательно слушал отца и думал, что ещё спросить у него. Его разум захватила мысль о том, что там, за огромным океаном, люди основывают новые города, исследуют новые земли. В нем проснулось тогда неимоверное желание, которое впоследствии переросло в цель. Побывать в Новом Свете. Думая об этом, мальчик посмотрел на отца. — Отец, а когда я вырасту, ты позволишь мне отправится туда? Мне очень интересно узнать, что же там, — сказал Филипп, смотря мужчине прямо в глаза. Он же, в свою очередь, вздохнул ещё тяжелее. — Ох, Филипп, Филипп, — вновь вздохнул мужчина, — я не могу тебе этого пообещать. Меня радует твой энтузиазм, но... Но я не хочу, чтобы ты потратил на это свою жизнь. Это очень далеко, да и тем более, это очень рискованно и опасно. Поверь мне, я знал очень многих молодых людей, которые также горели идеей о том, чтобы отправится за океан. И почти все из них, после нескольких лет скитаний, возвращались домой с пустыми карманами и испорченным здоровьем. Их жизни ломались из-за неправильного выбора, и я не могу позволить тебе сделать его. Я уверен, что ты сможешь проявить себя и здесь, дома, стать достойным человеком. — Но отец, неужели я не буду вправе сделать этот выбор самостоятельно? Я понимаю, что ты волнуешься за мою судьбу, но это же будет моя жизнь, — грустно вздохнув, ответил Филипп. — Пойми, сынок, ты ещё слишком мал, но, все-таки, постарайся понять одну вещь. Нашу жизнь определяют не наши желания и не наши интересы, а наши потребности. Именно потребности делают нас теми, кто мы есть, и теми, кем нам суждено быть. Тебе нужно учится, потом работать и обеспечивать свою семью. Филипп, ты не можешь бросить все и отправится на другой край света только потому, что тебе этого захотелось. Я понимаю, сейчас ты ещё не хочешь и не можешь это понять. Но, придет время, ты чуть вырастешь, и тогда ты поймёшь, что подобные мечты – это пустое. Нужно жить настоящим, и тем, что тебя окружает на самом деле, — он потрепал сына по голове, а затем обнял его. Филипп же молча прижался к мужчине. Он был расстроен таким ответом отца, но он не в силах был сейчас спорить с ним. — Хорошо, отец, я подумаю над тем, что ты сказал, — выдавил из себя Филипп, смотря на мужчину. — Хорошо, Филипп, я рад, что ты прислушался ко мне. Теперь, иди спать, уже довольно поздно. Мальчик же кивнул и направился к выходу. — Спокойной ночи, отец, — сказал Филипп, посмотрев на мужчину. — Спокойной ночи, сынок, — ответил Рупрехт. Покинув кабинет отца, Филипп быстро направился в свою комнату. Войдя в нее, он закрыл за собой дверь, а затем сел на свою кровать. — Ну что, о чем говорили с отцом? — сказал Арнольд, приподнявшись на своей постели. — О том, что не стоит и думать о путешествии туда, — грустно сказал Филипп. — А, он наверняка сказал тебе о том, что жизнь определяют потребности, а не желания? — Да, именно. Он и тебе это говорил? — спросил Филипп, подняв глаза на брата. — А ты думаешь, что я не разговаривал на эту тему с отцом? — улыбнувшись, ответил Арнольд, встав со своей кровати. Подойдя к кровати Филиппа, он сел рядом с ним, — знаешь, я понимаю, что тебе неприятно, но отец прав, Филипп. — Эх, неужели и ты туда же, Арнольд? Я понял, не надо мне объяснять, почему отец прав, — мальчик глубоко вздохнул. — Ты вечно не дослушиваешь до конца, братишка, — сказал Арнольд, — я хочу сказать, что отец прав, что потребности определяют нашу жизнь. Но, кто сказал, что твоя или моя потребность состоит в том, чтобы всю жизнь прожить здесь? Филипп непонимающим взглядом посмотрел на брата, ожидая продолжения фразы. — Я имею в виду то, что кто сказал, что нашей с тобой потребностью не может быть путешествие туда? — с ухмылкой спросил Арнольд, ожидая реакции брата. — Боже, Арнольд, я понял, о чем ты! — лицо Филиппа тут же озарилось улыбкой, — Да ты голова, конечно! То есть... Ты хочешь сказать, что когда мы вырастем, мы с тобой отправимся в Новый Свет? — не до конца веря своему счастью, спросил Филипп. — Именно это я имею в виду, братишка, — улыбнулся Арнольд. — Ура-а-а-а! — завопил от радости младший и обнял брата. — Ну-ну, попредержи коней, братец, — смеясь, ответил Арнольд, — пусть я и хочу того же, что и ты, я ещё и понимаю, что это будет очень и очень непросто. Путешествие туда разделит нашу жизнь на до и после. Так что, чтобы мы не повторили судьбу тех ребят, о которых нам говорил отец, нам нужно с тобой быть готовыми к этому испытанию. — Да, я согласен, Арнольд, — сказал Филипп, смотря на брата, – но как нам подготовиться? — Что ж, мы, во-первых, должны не разглашать наши с тобой намерения раньше времени. Пусть отец живёт спокойно и думает, что мы с тобой больше не грезим этой авантюрой. А во-вторых, мы должны выучиться и овладеть той профессией, что будет востребована в этом новом мире. — Хорошо, Арнольд, я тебя понял, – Филипп кивнул, освобождая брата из объятий. — Вот и славно, братишка. Что ж, а теперь, я думаю, нам пора спать. Я жутко устал за сегодня, если честно, — зевнув, сказал Арнольд. — Ха, да, денёк выдался насыщенный, — кивнул Филипп, — ну тогда, спокойной ночи, Арнольд. — Спокойной ночи, Филипп, — сказал парень, улегшись в свою постель.

***

Шли годы, братья взрослели. За те десять лет, что прошли с того момента, когда Арнольд и Филипп договорились о том, что когда они вырастут то отправятся в новый свет, произошло очень много разнообразных событий, что кардинально поменяли жизнь их семьи. Первое, и самое печально событие – смерть их матери. Она умерла после продолжительной болезни. Филиппу тогда было семнадцать, а Арнольду двадцать. Братья очень тяжело переживали смерть любимой матери, особенно это касалось Филиппа, который был намного ближе к ней, чем Арнольд. Также, утрата любимой женщины, буквально выбила почву из под ног Рупрехта. Он тяжелее всех переносил ее смерть, и, если это событие сплотило и закалило братьев, то уже немолодого Рупрехта Виттебейна оно сломало. У него начались проблемы с алкоголем и картами, он пытался хоть как-то заглушить боль. С каждым годом его состояние, как моральное, так и физическое только ухудшалось. Дела стали идти намного хуже, и, в конце концов, он был почти разорен. Его радовало лишь то, что он успел дать образования своим сыновьям, что у него хватило на это сил, денег и времени. Последнее, что он мог дать сыновьям, он отдал в полной мере. Не смотря на то, что он не мог больше нормально жить после смерти жены, он прикладывал очень много усилий, чтобы его сыновья не сломались так же, как он. Он старался контролировать их учебу, и пытался использовать свое влияние и связи что у него остались для того, чтобы максимально упростить дальнейшую жизнь сыновьям. Он был горд и рад за Арнольда и за Филиппа. Арнольд избрал путь священника и окончил духовную семинарию, а Филипп же поступил в университет на факультет философии. К моменту, когда оба его сына закончили обучение, Рупрехт понял, что он скоро умрет. То, что отцу осталось не долго, понимали и сыновья. В один из ненастных октябрьских вечеров, после ужина, братья зашли в покои отца. Рупрехт был совсем плох и уже с неделю лежал в постели в своей комнате. Когда молодые люди вошли в комнату, они приблизились к отцу. Филипп сел на кровать отца, а Арнольд же остался стоять напротив. Он же и начал говорить. — Отец, ты меня слышишь? — спросил с тяжёлым вздохом Арнольд. — Д...да... я слышу тебя... Арнольд, — еле шевеля губами выдавил из себя мужчина. — Отец, послушай. Мы с Филиппом должны успеть кое-что тебе сказать. Точнее, попросить тебя о благословении. — Благословении? На что?... — все таким же слабым голосом сказал Рупрехт. — Мы решили, что отправимся в Новый Свет, – твердо сказал Арнольд, — я знаю, ты всегда был против этого, ты всегда считал, что это безумная авантюра, и что мы должны жить здесь, но... — Нет, сын... — резко перебил Арнольда мужчина, — я... Я не против. Вы... Правы. Вы должны это сделать, если уже решили. Я понимаю... — он резко закашлялся, — понимаю... Что мне не долго осталось. Я скоро отдам Богу душу, и больше никак не смогу вам помочь. Я... Я благословляю вас, сыновья мои, пусть... — он снова закашлялся, но, после, продолжил, — я надеюсь, что Господь Бог не отвернется от вас, и вам всегда будет сопутствовать удача. Самое главное... Будьте вместе. Не потеряйте друг друга, и чтобы не случилось, держитесь вместе. — Мы обещаем, отец, — сказал Филипп, — все будет хорошо. — Я рад это слышать... — Рупрехт уже еле-еле мог произносить слова, — я люблю вас, мальчики мои... — только и успел сказать мужчина до того, как он перестал дышать и его сердце замерло навсегда. Арнольд опустился на колени и перекрестил отца. — Мы всегда будем помнить то, что ты для нас сделал отец. И мы всегда будем любить тебя, — тихо проговорил молодой человек. Филипп же, последовал примеру брата, и встал на колени пред телом отца и начал читать молитву. Так закончился земной путь Рупрехта Виттебейна. Прошло полгода после смерти отца. За это время братья успели похоронить его со всеми почестями, а также проститься с родным городом. Собрав нужную сумму денег, братья смогли завербовать голландское судно. Отплытие в новый свет наметилось на май 1593 года. Само плавание должно было составить примерно три месяца, так что братья должны были прибыть в голландскую колонию на восточном побережье Северной Америки в сентябре. Плавание прошло довольно спокойно. Братьям очень повезло с судном, так как капитан небольшой торговой шхуны был знаком с их отцом. Узнав о желании братьев попасть в Новый Свет, он с радостью предоставил свои услуги, не взяв ни гроша с Арнольда и Филиппа. "Сыновья Рупрехта для меня как родные" – сказал капитан "Амелии" Робин ван Лиест, договариваясь с братьями о их перевозке в Америку. Стоит отметить, что и само плавание прошло очень удачно: судно ни разу не попало в шторм, а братья успели хорошо сдружиться с капитаном и командой матросов. 13 сентября 1593 года "Амелия" пристала к небольшому портовому городку Оодрен на восточном побережье Северной Америки. После того, как судно было разгружено, братья попрощались с капитаном. – Дай бог вам удачи, ребята. Ваш отец точно гордился бы вами, – такими тёплыми словами попрощался Робин ван Лиест с Арнольдом и Филиппом. С этого момента, с этого самого дня, в жизни братьев наступила новая глава. Они реализовали свою мечту. Они оказались в Новом Свете. Но что было делать дальше? Ответ нашелся довольно быстро и спонтанно. Вечером того же дня, когда они прибыли в Америку, братья зашли в небольшой трактирчик. Там они познакомились с рабочим, что приехал в Оодрен с поручением из другого города – Аалендсхафа. Аалендсхаф был самым крупным городом в этой части побережья, и туда стекалось множество переселенцев, что прибыли из Европы, дабы попытать счастье и обрести новую жизнь здесь. После пары часов общения с этим рабочим, которого звали Вилмар Ригель, Арнольд и Филипп приняли решение: они поедут в Аалендсхаф. По прибытии в Аалендсхаф Филипп и Арнольд остановились в местном общежитии для переселенцев. Там люди жили некоторое время после приезда для того, чтобы определиться с дальнейшей деятельностью в городе. Тут братьям тоже повезло. Город был достаточно молодой, он был построен всего пару лет назад. Рабочих рук тут хватало с лихвой, а вот деятелей умственного цеха был большой дефицит. Это и сыграло на руку братьям: благодаря полученному образованию на Родине, Арнольду и Филиппу не составило труда найти себе место в городе. Арнольд стал епископом местной лютеранской церкви, а Филипп устроился учителем в местную школу. Поднакопив денег, мужчины построили небольшой домик на окраине городка. Так прошло почти семь лет. За этот продолжительный срок, мужчины смогли довольно неплохо обжиться в городе. Более того, они стали одними из самых влиятельных людей в Аалендсхафе, вошли в состав городского совета. С ними советовались, к их мнению прислушивались. Их жизнь шла очень спокойно и размеренно, и, казалось, ничто не может нарушить ее уклад. Но летом 1600 года все изменилось.

***

Лето 1600 года выдалось очень теплым и солнечным. В то воскресное утро Арнольд с семи утра проводил проповедь в небольшом каменном аббатстве, что располагалось в центре городка. Филипп же проснулся довольно рано и успел позавтракать вместе с братом. После небольшой трапезы, Филипп проводил брата на службу, а сам решил подумать над тем, чем же ему сегодня заняться. В воскресенье школа была закрыта, а дети вместе со взрослыми шли с утра пораньше в церковь и проводили там несколько часов, слушая проповедь. Сам же Филипп за последние годы сильно отдалился от церкви, что не могло не расстраивать его брата. Однако, Арнольд понимал, что Филиппу больше интересны науки, нежели слово божье, так что он никак не упрекал младшего брата. Пару раз конечно, бывало, пытался вернуть Филиппа на путь истинный, но эти попытки никогда не заканчивались успехом, так что вскоре Арнольд отказался от этой затеи. Где-то через полчаса после того, как Арнольд ушел из дома, Филипп всё-таки придумал, чем себя занять. Он решил немного прогуляться по лесу и подышать свежим утренним воздухом. Выйдя из дома, он свернул направо и пошел по небольшой тропинке, что вела к лесу. Горожане часто пользовались этим маршрутом, когда шли в лес на охоту или рыбалку, так что эта дорога Филиппу была известна. После минут десяти ходьбы, тропика делала развилку, разбиваясь на два направления. Остановившись и на секунду задумавшись, Филипп продолжил путь по левому ответвлению тропы. Через примерно милю он должен был выйти к небольшому озерцу. Его посещали не часто, так как клев там был не очень хороший. Филиппу в это утро хотелось побыть наедине со своими мыслями и природой, так что он намеренно пошел по левой части тропинки, дабы ненароком не набрести на какого-нибудь рыбака, возвращавшегося с утренней рыбалки. Между тем, погода стояла замечательная, и Филипп с улыбкой на лице неспешно брёл по тропинке, осторожно переступая торчащие то тут, то там корни деревьев. Он глубоко вдыхал свежий воздух и наслаждался бодрящим запахом хвои с тонкими нотками смолы. Он вслушивался в щебетание птиц, что резвились на ветках, в монотонный стук дятла, пытающегося добыть личинку из коры. Мужчина сам не заметил, как вышел к окраине озерца. Утреннее солнце ярко освещало водную гладь, а его лучи отражались от воды как зеркала и немного слепили мужчину. Он решил обойти озерцо вокруг и дойти до небольшого песчаного пляжа, что располагался на другой его стороне. Тут тропинка закончилась, и Филиппу пришлось пробираться через редкие заросли лещины. Под ногами хрустели сухие стволы вереска и опавшие ветви сосен. Вскоре, Филипп дошел до небольшого песчаного пляжа. Выйдя на песок и дойдя до кромки воды, он нагнулся к водной глади. Опустив ладонь в воду, мужчина убедился, что вода не такая уж и холодная. Тут же ему в голову пришла интересная идея. Чуть отойдя назад и присев на песок, он снял башмаки и тонкие носки из сукна. Оголив ноги и задрав штанины своих брюк до колена, он поднялся с песка, попутно отряхивая ладони от песчинок. Вновь приблизившись к воде, он осторожно ступил на нее, погружая стопу левой ноги в холодный влажный песок. Тут же, последовала вторая нога. Мужчина улыбнулся и стал осторожно прохаживаться по самой кромке озера. Прохладная вода бодрила. Тут же ему вспомнилось далёкое воспоминание из детства. Тот случай на реке, произошедший с ним и его братом почти семнадцать лет назад. В тот день они с Арнольдом, прямо как и он сейчас, встали довольно рано и отправились на речку. В их любимое место. Там они успели искупаться и немного порыбачить. Потом брат уснул, и Филиппу пришлось будить его. Тут же в голове стали всплывать картины из детства. Они были смутные, затертые и размытые. Однако, несмотря на это, хронология событий была ясна и четка. Вот они с братом идут по тропинке и замечают шевеление в кустах. Как оказалось, это была лисица, попавшая в силок. Почему то, как показалось мужчине, он только сейчас задумался: а что было дальше с этим животным? Филипп пытался вспомнить, задавался ли он этим вопросом тогда, в детстве, и не мог дать четкого ответа. Скорее всего, конечно думал, но прошло так много времени, и так много событий произошло в его жизни, что Филипп не мог вспомнить, было ли это, или нет. Ему хотелось думать, что он думал об этом тогда. Та атмосфера, что стояла сейчас на этом озере, та погода, что была сегодня — все это напоминало ему детство. Казалось, он даже улавливает запахи, запахи тех далёких лет, когда он был ребенком, и которые просто не могли быть сейчас здесь. Филиппу казалось, что он чувствует запах свежеиспеченного яблочного пирога, что готовила их мать. Казалось, что он ощущает горький, но такой родной запах отцовского табака, что всегда стоял в его кабинете. Также, казалось, что вокруг стоит запах скошенной травы и земли, который он чувствовал во время игр в рыцарей в поле с братом. Филипп вдыхал как можно глубже, чтобы распробовать, чтобы ощутить эти запахи. Он понимал, что это всего лишь игра его сознания, которая активизировалась из-за приятных детских воспоминаний, но, Господи боже, какая же это была правдоподобная игра. Каждый вздох приносил Филиппу наслаждение и удовлетворение, все внутри пело и дребезжало от счастья, такого искреннего, детского счастья. По щеке мужчины пробежала маленькая скупая слезинка. Квинтэссенция этого счастья, что, казалось, он уже не способен будет ощущать никогда. Все тело было таким лёгким и воздушным, что казалось, он может сейчас взлететь. В этот момент он впервые задумался о том, почему люди так хотели летать. Почему Леонардо Да Винчи в свое время так стремился создать летательный аппарат. Он понял то, что не мог понять тогда, сидя в городской библиотеке за трудами современников великого итальянца, что описывали его изобретения. Он понял, что самый большой, сакральный смысл полета намного больше, важнее, шире и глубже простой радости от того, что ты смог преодолеть законы физики. Нет, дело было в другом, и Филипп это очень четко понял именно сейчас. Полет — это великое счастье человеческой души, великая мечта каждого. Полет — это детство, это беззаботное, не омраченное ничем чувство счастья, лёгкости. Полет — это любовь к жизни, само осознание понятия истинного счастья. Это было настоящее, искреннее счастье, то счастье, о котором писали многие поэты и которые воспевали в своих песнях барды. Тогда-то Филиппу и стали понятны те догмы, что он усвоил и принял ещё с детства. Счастье не в деньгах, не в славе, не во власти. Что такое власть, когда есть это великое, священное чувство лёгкости и полнейшего единения с окружающим тебя миром? Филипп будто бы провалился в самый невероятный сон в своей жизни. Это чувство, чувство свободы и счастья наполняло его сердце. Действительность, обыденность и жизненный опыт. Все это меркло по сравнению с тем, что он чувствовал сейчас. Если бы встал выбор, пережить последние несколько лет, которые были насыщенны самыми разнообразными событиями, достижениями и победами, или же ещё хоть на минуту продлить то состояние, в котором он пребывал сейчас, он не колеблясь выбрал бы второе. Но, потихоньку, сознание брало верх над сердцем. Чувство лёгкости уходило, возвращая мужчину с небес на землю. Ноги начинали потихоньку замерзать, а запахи детства испарились. Мужчина не был расстроен, ну разве что совсем немного. Он был неимоверно рад испытать то, что он испытывал последние пару минут. Через несколько мгновений, Филиппу окончательно вернулось ощущение реальности. С улыбкой на лице, он вышел на песчаный берег из воды. Дойдя до своих башмаков, он сел рядом с ними и прикрыл глаза, наслаждаясь тёплыми лучами Солнца, что грели его лицо. Спустя пару минут, его ноги высохли, а приставшие к ним песчинки осыпались. Стряхнув оставшийся песок, он надел носки, а затем натянул башмаки. Встав и ещё раз глубоко вздохнув, мужчина направился домой. Он покинул пляж и уже стал пробираться через заросли кустарника, когда как вдруг, внезапно, услышал плеск воды. Сначала он подумал, что ему показалось, но, когда звук повторился, Филипп обернулся и обомлел. Из воды, прямо из воды на берег стали выходить один за одним люди. Вода, бывшая с самого начала кристально чистой, окрасилась в бирюзовато-фиолетовый цвет. Филипп не поверил своим глазам. Он тут же спрятался за ствол сосны, что стояла рядом и стал наблюдать за тем, что будет происходить дальше. Люди, как ему на первый взгляд показалось, совершенно не отличавшиеся от горожан, что он видел каждый день, между тем вышли на берег и стали осматриваться. Что сразу же поразило мужчину, так это то, что их одежда была абсолютно сухая. Но как такое возможно? Может, он просто задремал на пляжу, и ему сейчас это всё снится? Филипп бы охотно поверил в это, но, ущипнув себя за руку, а потом за щеку, он понял, что не спит. Сразу же после этого, ему пришла в голову другая идея. Он мог просто перегреться на солнце, а сейчас, на фоне его воспоминаний, ему это просто мерещилось. Но и эта версия была не правдоподобна. Филипп просто не мог поверить в то, что видел. Ещё минуты две продолжалась неопределенность на пляжу. За это короткое время, Филипп успел приметить еще одну особенность гостей из озера. Это их уши. Они были неестественно заострены, и были похожи на уши эльфов из старых немецких сказаний. Но, как оказалось позже, это было не самое удивительное. Больше всего поразила Филиппа магия. Самая настоящая магия, которая никак не могла быть объяснена с научной точки зрения. Один из пришельцев с озера, начертив палкой на песке какой-то символ, создал... Лёд! Огромную глыбу льда, которая выросла прямо из песка! Но... Как это было возможно?! Филипп никак не мог объяснить себе этого. Этих, так скажем, людей, на пляже было четверо. Они то и дело чертили на песке символы, и сразу после этого происходило что-то невероятное: то появлялся огромный световой шар, то на песке вырастал розовый куст. Это было за гранью понимания, за гранью восприятия. Филипп был просто в невероятном шоке от происходящего. Когда же, минут через десять, гости ушли туда, откуда пришли, Филипп тут же побежал на пляж, дабы осмотреться. Он был прав. Он и правда видео то, что видел! Огромная глыба льда и прада существовала, это не было его фантазией. На ощупь она была очень холодная. Розовый куст кололся и пах как и обычные розы. Разве что световой шар растворился в воздухе бесследно, но это была небольшая потеря. Окончательно убедившись в том, что он не бредит, Филипп быстро побежал домой. Через полчаса он вернулся с пустой книгой. Он стал записывать то, что видел. Он нарисовал пару рисунков этих людей по памяти, а также перерисовал розовый куст и ледяную глыбу. Сделав все необходимые записи, он решил вернуться домой. Ещё по пути к дому, он принял для себя четкое решение: он будет приходить на это озеро каждый день и ждать прихода "гостей". Он будет записывать все, что увидит. Ещё одно решение, что принял Филипп по пути домой состояло в том, что пока что никто не должен узнать о том, что он видел. Все население города было очень набожное, так что если бы они увидели что-то подобное, то явно бы пришли в ужас, а ещё, явно бы объявили охоту на "гостей". Возможно, досталось бы и самому Филиппу. Ведь он увидел ведьм, и никому не рассказал. А значит, точно в сговоре с ними. За семь лет он уже успел хорошо изучить местное население. Поэтому, никто не должен был узнать, что происходит на этом озере. Судя по всему, "гости" побывали тут впервые, так как некоторое время были в замешательстве. Филипп был уверен, что они придут ещё раз. Он точно это знал. Придя домой и раздевшись, он пошел в свою комнату и стал продолжать вести записи в дневник. Он описывал свои мысли и размышления насчёт произошедшего. После нескольких часов раздумий, он проголодался и пошел на кухню, дабы приготовить обед. Тем более, Арнольд должен был скоро вернутся домой. Пока Филипп готовил нехитрое кушанье, он четко для себя понял: его жизнь обрела наконец новый, и очень интересный смысл. Узнать, кто такие эти "гости", и откуда они приходят. Следующие пару недель Филипп, пусть и не каждый день, но через день заходил на озеро. На его удачу, всего несколько раз у него не получалось увидеть "гостей". А так, они исправно приходили, а Филипп тем временем пополнял записи в своей книге. За эти пару недель, он успел узнать, что язык "гостей" очень похож на человеческий. Это не могло не радовать его. В один из последний своих визитов на озеро и наблюдений за гостями, он четко решил для себя , что в следующий раз он больше не будет прятаться за стволом дерева и просто наблюдать. Он выйдет и попробует поговорить с гостями. Пусть ему и было немного не по себе, однако, за эти пару недель гости ни разу не давали повода подумать, что они могут представлять какую-либо угрозу. Филипп все эти две недели пытался не привлекать к себе лишнего внимания. На его счастье, брат тоже не задавал никаких наводящих вопросов, так что пока что врать ему не приходилось. Однако в этот раз Филипп не рассчитал время, и вернулся домой больно поздно. Войдя в дом, он прошел на кухню, где застал брата за чтением Библии при свече. — О, ты наконец-то вернулся Филипп. Где же ты бродил в такой поздний час? Неужто по пути в библиотеку ошибся зданием, и ненароком зашёл в наш кабак? — усмехнулся Арнольд, пытаясь пошутить. — Нет, Арнольд, — смеясь, ответил Филипп, снимая куртку, — просто засиделся за книгами, уж больно интересно мне изучать то, что есть в местной библиотеке. — Мне кажется, ты за эти семь лет все по двадцать раз перечитал, — усмехнулся Арнольд, смотря на барата. — Нет, даже сейчас я нахожу то, что раньше не читал, — улыбнулся Филипп, — ладно, Арнольд, я довольно сильно вымотался. Я пойду уже спать, так что, спокойной ночи, — Филипп напоследок кивнул брату и направился в свою комнату. — Доброй ночи, Филипп, — сказал Арнольд, смотря брату вслед. Он уже хотел было вернуться к чтению, когда его глаз зацепился за брюки брата. Они все были в каком-то репеннике и зелёный полосах от травы. "Как можно так ходить в библиотеку, чтобы у тебя все штаны были в репне?" — подумал Арнольд. "Что-то тут не так" — пронеслось у него в голове.

***

На следующее утро Филипп очень рано проснулся. По его подсчётам, именно сегодня гости должны были появится утром, так что нельзя было терять ни минуты. Тихо выйдя из своей комнаты и убедившись, что Арнольд спит, он оделся на скорую руку, и, захватив с собой карандаш и книгу, покинул дом. Как только входная дверь закрылась, Арнольд поднялся с постели. "Куда его черт дёрнул идти в такую рань? Сегодня у него нет занятий в школе." Встав с постели, он посмотрел в окно и увидел, что Филипп идёт по тропинке в лес. "Что за чертовщина? Что он забыл с утра пораньше в лесу? Мне это совсем не нравится." Быстро девшись, Арнольд решил пойти и проследить за братом. Тихо выйдя из дома, он направился по тропинке в лес. Он старался идти не очень быстро, чтобы не быть замеченным братом. Через минут двадцать ходьбы на горизонте показалось небольшое озеро. Арнольд, будто чувствуя, что его брат пошел именно к этому озеру, стал медленно идти к нему. Пробираясь через заросли кустарника, он увидел несколько силуэтов, стоящих на пляже. Подойдя ближе, Арнольд понял, что один из пяти людей, стоявших у озеро точно был его братом. Спрятавшись за стволом дерева, Арнольд стал прислушиваться к разговору брата и незнакомцев. — Я... Я просто поражен, — говорил Филипп, смотря на незнакомцев, — я впервые увидел вас пару недель назад тут же не поверил своим глазам. Вы создали огромную глыбу льда прямо из песка, начертив на нем какой-то символ. — О, Филипп, вы так мило удивляетесь простым для нас вещам, — нежно проговорила девушка с голубого цвета волосами, — видите ли, мы умеем колдовать и без символов, но такая магия нам доступна только в нашем мире. Мы и сами были удивлены, когда попали сюда в первый раз, — призналась голубоволосая, — мы не поняли, где очутились, и поэтому не отходили далеко от озера. Озеро — это портал в наш мир, через который мы можем попадать сюда. Если вы хотите, мы сможем провести Вас и все Вам показать. — О, боже, это было бы невероятно! — радостно сказал Филипп. Весь этот разговор Арнольд стоял в оцепенении и просто слушал, открыв рот. Он не мог понять, что происходит. Услышав слово магия он чуть не ахнул. "Так они ведьмы?! Господи Иисусе, во что ввязался мой брат!? Видимо, они очаровали его каким-то проклятым зельем или своим колдовством, и он не понимает, что делает." Все тело Арнольда била мелкая дрожь. Руки его немели, к губы непроизвольно шептали молитвы. Услышав то, что Филипп согласился пойти вслед за этими ведьмами, в их мир, в голове у Арнольда щелкнуло. Понимая, что медлить нельзя, он быстро вышел из-за дерева и направился на пляж. Выйдя из зарослей кустарника, он во все горло закричал: — Именем Иисуса Христа и святой Девы Марии, приказываю вам, ведьмы, отпустить моего брата и вернуться в свой Тартар, откуда вы вылезли! Все обернулись на него и застыли от ужаса. Филипп же, увидев брата, тут же побледнел и пытался что-то сказать. Но Арнольд был настроен решительно и тут же продолжил: — Филипп, брат мой, услышь меня! Эти ведьмы заколдовали тебя, отойди в сторону и позволь мне прогнать этих проклятых колдунов! — Филипп, что это... — только и смогла сказать сказать голубоволосая ведьма, как ее тут же перебил голос Филиппа. — Бегите, скорее, бегите! — крикнул мужчина, увидев, как его брат тянется за пистолетом, что успел взять с собой из дома. Ведьмы, тут же бросились в озеро. Арнольд же, достав пистолет, прицелился в голубоволосую. — Отойди, Филипп, я спасу тебя! — Не надо меня спасать! — крикнул Филипп, сбивая барата с ног. Он успел вовремя. Арнольд уже нажал на курок, но к счастью, пуля полетела в воздух, не задев ни одну из ведьм. — Черт побери, Филипп, что ты творишь?! — закричал Арнольд, пытаясь скинуть с себя брата. — Я?! Это ты что такое творишь?! Какого дьявола ты вообще тут делаешь, ты что, следил за мной? — Да, я следил за тобой, Филипп! Скажи спасибо, что я пришел вовремя, иначе эти проклятые ведьмы утащили бы тебя с собой! — Утащили? Ты что, не понимаешь? Я сам был на это согласен, Арнольд! Пойми, то, что ты здесь увидел, это невероятное научное чудо. Я только смог установить с ними контакт, а ты все испортил! — Филипп, что ты, черт возьми, такое несёшь?! Какое ещё научное чудо??? Они околдовали тебя, пойми, ты не в себе! — Это ты не в себе! — крикнул Филипп отряхиваясь, — это ты не в себе, Арнольд! — Филипп стоял спиной к озеру, практически у самой кромки воды, — ты ослеплён свой религией! Господи, вот почему я отказался от этого, потому что ты, как и все остальные в этом городе, не можете принять то, что на свете есть что-то кроме веры! Есть наука, факты, и, как оказывается, существует ещё и магия! — Филипп, — сжав зубы и кулаки от раздражения, сказал Арнольд, — ты ослеплён их чарами! Я знаю, что ты человек науки, но я не позволю тебе сгубить себя! — Арнольд сделал шаг ближе в брату, максимально сократив расстояние между ними. — Я бы не сгубил себя! Господи, Арнольд, я наконец-то нашел то, что меня действительно заинтересовало в жизни! То, что, могло бы стать смыслом моей жизни! — Филипп достал из-за пазухи книгу и показал ее брату, — вот, смотри! Это, эта книга, это был труд всей моей жизни! И ты все разрушил своей проклятой религией! Эти слова имели эффект разорвавшейся бомбы. Глаза Арнольда загорелись от ярости, и он крикнул брату: — Проклятая вера, значит?! Ну тогда и гори в аду со своими ведьмами и своей книжонкой! — с этими словами, Арнольд толкнул брата в грудь. Филипп попятился назад, а затем, потеряв равновесие, упал спиной в фиолетовую воду озера. Тут же его тело стало растворятся и исчезать в воде. Филипп закричал: — Арнольд! — только и успел крикнуть Филипп, до того как окончательно исчезнуть прямо на глазах брата. — Господи, Филипп!!! Что я натворил?!?! — крикнул во все горло Арнольд и ту же прыгнул в озеро вслед за братом. Тут же, его глаза застлал белый свет, а дыхание перехватило.

***

Филипп очнулся в небольшом домике на мягкой постели. В первые мгновения ему показалось, что все то, что с ним произошло, было сном. Но, оглядевшись по сторонам, он понял что все это было на самом деле. Напротив него, на стуле, сидела голубоволосая ведьма. Когда девушка увидела, что Филипп пришел в себя, она сказала: — Ох, Филипп, Вы в порядке! Слава Титану, Вы живы! Как Вы себя чувствуете? — она улыбнулась, посмотрев на него. — Да, Амелия, все хорошо, — ответил Филипп. Он ту же вспомнил, что произошло, и как он попал сюда. Посмотрев на девушку, он спросил: — А что с моим братом? — Не беспокойтесь, Филипп, с ним все в порядке, — ответила девушка, указав на кровать за своей спиной. На ней лежал Арнольд, — он ещё не приходил в себя. Отдыхайте, а когда он очнётся, поговорите с ним, пожалуйста. Он очень сильно напугал нас, — девушка посмотрела на Филиппа, а затем удалилась из комнаты. Минут десять спустя, Арнольд очнулся и приподнялся на постели. — Господи, Филипп, мне приснился ужасный сон... — проговорил мужчина, — мне приснилось, что тебя околдовали какие-то ведьмы, а после этого мы попали в их мир, — мужчина взглянул на брата. — Это не сон, Арнольд, — сказал Филипп, смотря на брата, — только никто меня не околдовывал. И мы прямо сейчас, как я понимаю, находимся в мире ведьм. Арнольд, услышав это, хотел подорваться с кровати и начать искать выход отсюда. В его глазах читался страх и непонимание. Однако прежде чем паника охватила брата, Филипп подошел к нему и положил руку ему на плечо. — Арнольд, прошу тебя, успокойся, — Филипп тяжело вздохнул и сел рядом с ним, — позволь мне все тебе объяснить. Пообещай мне, что выслушаешь меня, хорошо? Арнольд же кивнул головой в знак согласия. Спустя минут двадцать, Филипп закончил свой рассказ и стал ждать реакции брата. — То есть, ты хочешь сказать, что мы не умерли и не попали в ад? И, даже если это так, то эти ведьмы будут относится к нам хорошо и не попытаются нас убить? — с недоверием проговорил Арнольд, смотря в глаза брату. — Арнольд, — серьезным тоном сказал Филипп, — во-первых, я хоть и далёк от религии, но все-таки знаю, что в аду за тобой никто ухаживать не будет. Во-вторых, мы с тобой проснулись в теплых постелях, с обработанными ранами, а не у чертей на вертеле. Если бы они и правда хотели нас убить, то давно бы сделали это. Или, ты думаешь, что они стали бы нас выхаживать только для того, чтобы потом нас прикончить? Ты и сам понимаешь, что это глупо, Арнольд, — Филипп тяжело вздохнул, — прости меня, брат. Я должен был рассказать тебе раньше, и, возможно, ты бы проще перенес это все. Я боялся твоей реакции. Пару минут они сидели молча. Арнольд пытался переварить происходящее. Затем, взглянув на брата, он наконец произнес: — Ты прав, Филипп. Если бы они хотели нас убить, то сделали бы это сразу же. Да и... Это место и правда не похоже на ад. Мне все равно сложно все это понять и осмыслить, но... Я постараюсь быть сдержанней. Я, скорее, всего, очень сильно напугал их оружием. — Еще как, — хмыкнул Филипп, — ладно, Арнольд. Спасибо тебе. Я рад, что ты прислушался ко мне. Поверь, я тоже в шоке, и мне тоже... Отчасти тревожно. Но, помнишь, что говорил нам отец? — Всегда держитесь вместе, чтобы не случилось. Я помню, Филипп, — Арнольд посмотрел на брата, — ладно, позови... Их, и скажи, что я не опасен. Мне, как и тебе, хочется узнать, где мы очутились, и как нам вернуться обратно. Филипп кивнул, а затем вышел из комнаты. Спустя пару мгновений, он вернулся в сопровождении голубоволосой ведьмы.

***

Вечером того же дня Филипп, Арнольд, Амелия и ее друзья ужинали все вместе. Филиппу и Арнольду уже успели рассказать историю Кипящих Островов. Также, им успели рассказать и о том, как же ведьмы смогли попасть на Землю. — То есть, вы и сами до конца не понимаете, как это вышло? — спросил Филипп, смотря на Амелию. — Да, все так и есть, — ответила девушка, — мы просто пошли погулять в лесу, когда наткнулись на это озеро. Вода была необычного, фиолетового цвета, это нас заинтересовало. Мы решили потрогать ее, а в итоге, попали в ваш мир. — Что ж, если вы попали к нам через это озеро, то через него же мы сможем и вернуться, — сказал Арнольд, — и, чем скорее это случится, тем будет лучше. — Арнольд, разве ты не хочешь побыть ещё здесь? Ну, конечно, если вы, ребята не возражаете, — сказал Филипп. — О, нет, нет, что вы. Оставайтесь сколько хотите, — сказала Амелия, — но, всё-таки, Филипп, если ваш брат так хочет вернуться домой, мы не в силах отказать. Вы можете вернуться в свой мир, и просто приходить навещать нас. — Это было бы чудесно, Амелия! Арнольд, ты согласен? — спросил у брата Филипп, смотря ему в глаза. — Да, меня это вполне устраивает, — сухо ответил Арнольд. — Значит решено. После ужина мы проведем вас к озеру и вы вернётесь домой, — сказала Амелия. После ужина, собравшись в дорогу, Амелия, Филипп, Арнольд и их спутники отправились к озеру. Путь был пройден примерно за полчаса без каких либо происшествий. Оказавшись у озера, Филипп взглянул на Амелию. — Спасибо, за то что не бросили нас, Амелия. Мы... — Филипп посмотрел на брата, — ну или только я буду обязательно навещать вас. Арнольд же промолчал, смотря на водную гладь. — Хорошо, Филипп, мы будем ждать Вас. И Вас, Арнольд, тоже, — улыбнулась Амелия, а затем добавила, — если Вы конечно пожелаете прийти сюда вновь. — Вряд ли, — ответил Арнольд, — все-таки, подобные приключения не по мне. Но, я тоже благодарен вам, что вы так хорошо к нам отнеслись, — мужчина вздохнул и посмотрел на брата, — ну что, Филипп, пойдем? — Пойдем, — ответил Филипп и кивнул брату. Напоследок взглянув на Амелию, мужчина развернулся к озеру и только хотел сделать шаг вперед, как вдруг вечернюю тишину нарушил страшной силы и громкости звук. — Что это?! — прокричал Арнольд. Тут же под ногами путником затряслась почва, и они почти все разом упали на землю. — Это землетрясение! — крикнула Амелия, — нужно уходить отсюда! Все, как по команде поднялись на ноги, стараясь удержать равновесие. Путники скоординировались и стали быстро бежать прочь от озера, однако далеко уйти им не удалось. Буквально сразу же, как они начали бежать, произошел ещё один толчок, который был в разы сильнее первого. Все тут же вновь упали на землю. — Какое же оно мощное! — прокричал Филипп. Никто из присутствующих не знал, что делать дальше, и каждый уже внутренне готовился к самому худшему, однако, внезапно, все затихло. Ещё пару минут никто не рисковал подниматься на ноги, однако, когда стало ясно, что все позади, путники стали медленно вставать с земли. — Боже мой, что это было? — спросил Арнольд, который, казалось был поражен до глубины души. — Это землетрясение, Арнольд, — ответил ему брат, отряхивая брюки, — это такое геологическое событие, которое случается на стыке материковых литосферных плит. — Что ж, это ничего мне не дало, ну ладно, — отозвался Арнольд, — и часто тут такое у вас? — спросил мужчина, смотря на Амелию. — Нет, это происходит очень редко, да и если это случается, то не с такой силой. Ладно, думаю, вам стоит поскорее вернутся в свой мир, пока толчки не возобновились. Филипп и Арнольд кивнули друг другу и вновь повернулись к озеру. Одновременно войдя в воду, они стали ожидать перемещения домой. Однако... Ничего не произошло. — Почему мы всё ещё здесь? — спросил Арнольд, – переместились сюда мы в мгновение ока, а вернуться не можем уже пару минут нахождения в воде. — Амелия, что случилось? — задался таким же вопросом Филипп. Амелия и сама не понимала, что случилось. У нее была лишь одна догадка: землетрясение могло что-то изменить, и поэтому возникли проблемы с перемещением. Подойдя ближе к кромке воды, она внимательно вгляделась в озеро. — Вода... Она больше не фиолетовая, — только и смогла произнести она, — посмотрите, она прозрачная. Арнольд и Филипп присмотрелись к воде. И правда, она имела совсем другой цвет, нежели обычно. — Видимо, землетрясение повлияло на что-то, из-за чего вода потеряла свой цвет. Значит, мое предположение о том, что цвет воды и ее способность перемещать существ в другие миры связаны оказалось правильным. — Филипп, это все замечательно, но что нам делать? — растерянно спросил Арнольд. — Видимо... — Филипп задумался, — видимо, нам придется остаться здесь на какое-то время, пока мы не узнаем, что произошло, и как нам вернуться домой.

***

На следующий день после происшествия на озере, Амелия решила отвести Арнольда и Филиппа к главе Костеграда — города, что располагался в грудной клетке Титана. Встреча прошла довольно напряжённо. Глава города очень настороженно отнёсся к вести о том, что на Кипящих Островах появились чужаки, да ещё и из чужого мира. — Что ж, — подытоживая результаты встречи, сказал глава города, — я понимаю и полностью одобряю ваше желание вернуться в свой мир в самые кратчайшие сроки, — он взглянул на братьев, а затем посмотрел на Амелию, — однако, я не могу просто закрыть глаза на тот факт, что первая встреча людей и ведьм прошла, мягко скажем, плохо, и чуть не закончилась трагедией. Исходя из этого, у меня нет никаких оснований полагать, что вы, вернувшись в свой мир, не созовете армию головорезов, для того чтобы уничтожить нас. Филипп только открыл рот, чтобы что-то возразить, однако Арнольд положил руку ему на плечо и сказал: — Нет, Филипп, не надо. Глава прав, и он защищает интересы своего народа. Мы и правда не можем сейчас доказать ему, что мы не несём никакой опасности для Кипящих Островов. Но... — он взглянул на главу, — мы готовы доказать Вам это, любыми способами. Филипп, слушая брата, кивнул и посмотрел на главу города. Тот, в свою очередь, с недоверием посмотрел на братьев и задумался. Спустя несколько минут размышлений, он наконец-то произнес: — Хорошо, так и быть. Я дам вам шанс проявить себя. Если вы докажете свою лояльность и то, что вы не будете нести для Кипящих Островов никакой угрозы после возвращения в свой мир, я, так и быть помогу вам вернуться домой. — Хорошо, глава, мы приложим все силы для того, чтобы вы удостоверились в наших благих намерениях, — сказал Филипп, а Арнольд кивнул в знак согласия. — Хорошо. Тогда я поручу Амелии приглядывать за вами, а также, передавать вам мои приказы. Если вас больше ничего не интересует, то вы можете идти. — Подождите, глава, — сказал Филипп, — у меня есть один вопрос, и надеюсь, Вы сможете дать нам на него ответ. Глава задумался, а затем, почесав затылок, сказал: — Так и быть. Какой у тебя вопрос, человек? — Как Вы думаете, это из-за землетрясения портал перестал работать? — спросил Филипп. — Да, скорее всего, — ответил мужчина, — если вы говорите, что вода в озере была фиолетовая, значит, по всей видимости, в это озеро попала кровь Титана. Именно она способна открывать порталы в другие миры. — Кровь Титана? — переспросил Арнольд, смотря в глаза главе города. — Да, кровь Титана. Что ж, я ответил на ваш вопрос, — он сузил глаза, а затем продолжил, — так что вы свободны. Сегодня вечером я передам вам первое задание. — Хорошо, — сказали братья чуть ли не хором. Попрощавшись с главой города, Амелия, Филипп и Арнольд направились домой. — Как ты думаешь, Амелия, — обратился к девушке Филипп, — что это будут за задания? – Ох, я даже и не знаю, — ответила девушка, — если честно, это может быть все что угодно. От помощи в строительстве нового здания, до опасной миссии по охране торгового обоза от бандитов. — Интересно, — ответил Филипп, — ну что, Арнольд, видимо и тут нас ждёт интереснейшая жизнь, наполненная приключениями, — он улыбнулся брату. — Да, видимо так и есть, – усмехнулся Арнольд, — думаю, такова наша с тобой судьба, братец. — Наверное, так и есть, — ответил Филипп. Тем временем, троица уже дошла до дома Амелии.

***

Братья не думали, что доказывание своей лояльности затянется надолго. Первоначальные предположения Филиппа предрекали им три-четыре месяца пребывания на Кипящих Островах, Арнольд же говорил о полугоде или годе. Однако, ни Филипп, ни Арнольд не оказались правы. Незаметно, в повседневных заданиях, работе и приключениях прошло три года. И, если Филипп ещё мог себе представить, что без труда прикипит душой к Кипящим Островам, то то, что Арнольд также сильно полюбит это место, не ожидал никто, в первую очередь сам Арнольд. На удивление, жизнь здесь пришлась ему по вкусу. Ему нравилось проводить время с братом, попадать с ним в разного рода передряги, что были связаны с поручениями главы города. Однако, несмотря на то, что ему очень понравились кипящие острова, он все также сильно хотел вернуться домой. В один из самых обычных дней, когда братья сидели и ждали очередного задания от главы, Амелия пришла домой очень радостной. — Филипп, Арнольд, у меня есть для вас новости! Я только что была у главы города и он сказал, что вы наконец-то убедили его в своих благих намерениях, и теперь вы можете вернуться домой! Мужчины не поверили своих ушам. — Что?! Этого не может быть! — сказал Филипп, смотря на девушку, — ты не шутишь? — Нет, я не шучу! — она улыбнулась и подошла к братьям, — я сама была в шоке, когда услышала. Бежала как можно быстрее домой, чтобы вам рассказать поскорее. Ещё, глава просил вам передать, что ждёт вас у себя в пять часов вечера. Ему нужно будет обсудить ваше последнее задание, как раз таки связанное с вашим возвращением. — Хорошо, Амелия, спасибо за отличные новости! — Филипп поднялся со стула и крепко обнял девушку. Та обняла мужчину в ответ и прикрыла глаза. "А они чертовски хорошо смотрятся вместе" — отметил про себя Арнольд и улыбнулся. День пролетел очень быстро, и вскоре на часах было без пяти пять вечера. Братья уже были в здании мэрии города, ожидая, когда их позовут в кабинет главы. Амелия сидела рядом с ними и активно беседовала с Филиппом. Вскоре, к ним подошел служащий, и сказал, что глава готов их принять. Братья и ведьма тут же поднялись со своих мест и вошли в кабинет главы. Он, как и всегда, сидел в своем кресле, откинувшись на спинке. Это был крупного телосложения мужчина, с рыжими волосами, что доходили ему до плеч, и желтыми, ярко-янтарными глазами, что казалось могут видеть все потаенные уголки души собеседника. Сегодня, к удивлению братьев, он был в довольно хорошем расположении духа, пусть и все равно серьезен, как всегда. — Что ж, друзья мои, — поприветствовал он их, — садитесь скорее. Амелия вам уже успела сообщить хорошую новость. Я, все взвесив и оценив вашу работу за последние пару лет, пришел к выводу, что вы и правда достойны доверия. И, как мы и договаривались, я позволю вам вернуться домой с правом возвращаться на Кипящие Острова когда вам этого захочется. — Спасибо, господин Клоторн, мы Вам очень признательны, — сказал Филипп, широко улыбаясь. — Но, однако, я не просто так дам вам ключик от вашего мира и все. Это было бы слишком просто, — Максимилиан Клоторн усмехнулся. — Да, от Вас было бы глупо ожидать подобного, — усмехнулся в ответ Арнольд. — Да, ты прав, Арнольд, — улыбнулся мужчина, — но, однако, это задание будет напрямую связано с вашим возвращением. Как вы уже знаете, портал в другой мир способна открыть только кровь Титана. Прошерстив архивы наших библиотек, я узнал очень занятную вещь. На Кипящих Островах есть шахты, где в давние времена наши предки добывали кровь Титана, для путешествий в другие миры. Но это не так важно для вас. Задание ваше состоит в том, чтобы добыть для меня кровь Титана, которая нужна городу в качестве очень мощного источника энергии. Взамен же, вы получите часть добытой крови, и сможете создать портальную дверь, которая будет открываться ключом с кровью титана. То есть, другими словами, не придется вечно лазить через озеро, – Клоторн вновь усмехнулся. — Хорошо, господин глава, мы с радостью выполним Вашу просьбу. Где конкретно находятся шахты, и из чего именно нам предстоит добывать кровь Титана? — спросил Филипп. — Я дам вам карту, где указано местоположение шахт. Что касается самой крови, то ее необходимо добывать из вен Титана. Это большие образования из зелёного камня, вы ни с чем их не перепутаете. Также, я предоставлю вам небольшую команду рабочих, чтобы вы справились быстрее. — Спасибо, господин Клоторн, когда нам приступать? — спросил Арнольд. — Да хоть сегодня, — ответил Максимилиан, — Амелия знает, где найти рабочих, так что можете приступать прямо сейчас. Напоследок хочу пожелать вам удачи, — он улыбнулся и привстал с кресла. — Спасибо Вам, господин Клоторн, — ответил Арнольд. Вскоре, братья и Амелия покинули главу города и отправились вместе с картой в поселок рабочих на окраине Костеграда. Встретившись с командой, они отправились по карте к шахтам. Прибыв к шахтам, рабочие разбили небольшой лагерь, а затем принялись за работу. Уже за первые пару часов работ, они успели добыть некоторое количество крови Титана. Амелия собрала ее в несколько небольших стеклянных колб. Сделав небольшой перерыв, мужчины продолжили работать. Солнце уже склонялось над горизонтом, а работы все продолжались. В шахтах было темно, и лишь керосиновые лампы освещали их. Мужчины работали не покладая рук. Амелия же, между тем, отправилась домой, попрощавшись с братьями. — Не задерживайтесь тут, вам будет нужно отдохнуть, — мягко сказала она, смотря в основном на Филиппа. — Хорошо, Амелия, мы обещаем, что не будем задерживаться, и если что продолжим завтра, – с улыбкой ответил Филипп. После того, как Амелия ушла, работа продолжилась. Сумерки уже сгущались, и приходилось включать все больше и больше ламп. Работая кирками, братья только и успевали смахивать пот со лбов. — Даже не верится, что скоро мы вернёмся домой, Арнольд, — сказал Филипп, смотря на брата. — И не говори, Филипп, – отозвался Арнольд, — как думаешь... Что подумали горожане, узнав, что мы пропали? И самое главное, что мы им скажем, когда вернёмся? — Я даже не думал об этом, Арнольд, — честно признался Филипп, — главное вернуться, а там мы уже поймём, что сказать. — И то верно, — сказал Арнольд, занося кирку для очередного удара по камню. От сильного удара порода раскололась и Арнольд увидел в небольшой трещине фиолетово-темно-зеленое свечение. — Мужики, я нашел ещё крови! — радостно сказала Арнольд и нанес ещё один удар киркой в то же место. Однако вместо того, чтобы просто начать вытекать из трещины, темно-зеленая жидкость резко брызнула прямо на лицо мужчине. Тут же по всему телу Арнольда прошла волна обжигающей, просто нестерпимой боли, от чего мужчина закричал во все горло и попятился назад, хватаясь за лицо. — Господи, Арнольд, что случилось?! — ужаснувшись, Филипп подбежал к брату. В это же момент, шахту сотрясло ужасающим толчком. Землетрясение. Начавшись на ровном месте, оно было неимоверно сильным. Стены шахты задрожали и начали осыпаться, балки, поддерживающие потолок, стали трещать и ломаться. Затем, одна из балок, не выдержав напряжения, переломилась надвое и на рабочих тут же начал обваливаться потолок. И что самое страшное, вместе с камнями, на рабочих стала литься та самая темно-зеленая жидкость, что ранила Арнольда. В первые же минуты обвала, все рабочие, что были в шахте погибли от сильных ударов по голове обваливающимися с потолка камнями. В воздухе встали огромные клубы пыли, а все фонари поразбивались, и света практически не было. Закашливаясь от пыли, Филипп пытался вытащить брата, который продолжал неистово кричать от боли. — Арнольд, я тебя вытащу! — кричал Филипп, пытаясь тащить брата вперёд. — Филипп! — закричал Арнольд, открыв лицо, которое было страшно изуродовано зелёной жижей, — спасайся! Брось меня! Ты не успеешь выбраться, если будешь тащить меня! Мне на ноги упал камень и я не смогу встать! — Нет, Арнольд, я не могу тебя бросить! — прокричал Филипп. — Господи, ради всего святого, Филипп, беги!!! — закричал Арнольд, и в этот момент струя зелёной дряни облила сверху Филиппа с ног до головы. Тут же грохот в шахте разорвал неимоверный силы крик, наполненный ужасной болью и страданиями. — Господи, Филипп!!! — Арнольд закричал во все горло и подполз к брату, который извивался на полу и корчился в страшных муках. — Арнольд, помоги мне...!!! — Филипп не мог сдержать криков, и вскоре он сорвал голос, отчего он смог только хрипеть. — Филипп, что мне делать?!?! Пожалуйста, умоляю, тебя, не умирай!!! — на глазах Арнольда навернулись слезы, а адская пульсирующая боль пронизывала все тело, от чего он практически не мог пошевелиться. — Прости... За все, Арн... Я тебя... Люблю, брат... — только и смог прохрипеть Филипп, пока его агония не завершилась, а тело превратилось темно-зеленое месиво, которое стало застывать и превращаться какую-то каменную корку. Землетрясение утихло. Грохот камней затих, и в шахте слышалось лишь жалобное мычание последнего выжившего в ней человека. — Господи, прости меня... — только и мог лепетать Арнольд, корчась от боли. Все мысли смешались в одну кашу в голове. Воспоминания мелькали перед глазами мужчины. Детство. Случай на озере и спасение лисицы. Ярмарка, игры с братом в лесу. Университет. Смерть отца и матери, путешествие в Новый Свет. Кипящие острова. Счастливый Филипп, радующийся, что скоро вернётся домой. Тут же образ его сменился на кричащего в предсмертной агонии несчастного. — Я тебя тоже люблю, Филипп! — со слезами на глазах проговаривал тридцатипятилетний мужчина. — Господи, если ты слышишь меня, облегчи мои страдания и забери меня в свои объятия! — молил Арнольд, уже не надеясь на то, что Господь его услышит. Все затихло. Арнольд уставился влажными глазами в потолок. Внезапно, тьма, что была в шахте озарилась непонятным синим свечением. — Так, так, так, что я тут вижу, — прозвучал очень странный, искаженный голос, — бедный человек попал в очень затруднительное положение и уже готов умереть? Арнольд, собрав последние силы в кулак, обернулся на голос. Первое, что он увидел, это странное жёлтое пятно на фоне синего свечения. Затем, приглядевшись лучше, он смог уловить черты жёлтого пятна. Оно имело треугольную форму, и, просто напросто парило в воздухе. Именно оно, как понял мужчина, и говорило с ним. — Я конечно не Господь Бог, но и ты не мученик, как Иисус Христос, — усмехнулось пятно и тут же приблизилось к мужчине. Он смог разглядеть его лучше: это... Видимо, это был какой-то демон. Он имел треугольную форму и один глаз, что уставился прямо на Арнольда. Также, у него были тонкие руки и ноги черного цвета, и ещё шляпа такого же оттенка. — Кто... Кто ты такой? — только и смог выдавить из себя Арнольд, смотря на демона. — Меня зовут Бил Сайфер, но ты, Арнольд Виттебейн, можешь назвать меня своим другом. — Откуда ты знаешь мое имя? — спросил мужчина, смотря на демона. — Ох, Арни, я знаю очень и очень много, но не это тебя должно сейчас волновать. Ты, как я погляжу, находишься в очень затруднительном положении, и я могу тебя спасти. — Но зачем тебе это? — закашливаясь от пыли, проговорил Арнольд. — Время тик-так, Арнольд. Через полторы минуты эта дрянь окончательно разъест твое лицо и ты умрёшь такой же страшной смертью, как и твой брат. Ну так что, ты согласен? — демон протянул руку для рукопожатия Арнольду. — Согласен! — крикнул Арнольд и пожал руку Биллу. В этот же момент его ослепила вспышка белого света.

***

Арнольд очнулся на полянке около шахты, где они ещё вчера устроили привал с рабочими. Он огляделся по сторонам. В первые минуты ему показалось, что все, что с ним случилось в шахте, было сном. Однако, дотронувшись до лица, ужасная боль вновь прошла по всему телу, а пальцы коснулись чего-то неприятного и вязкого. — Хах, Арни, ты думал, что тебе это все приснилось? Ты был бы рад такому раскладу, я знаю. Но, это не так, и твой брат, как и все остальные, и правда погибли там. Арнольд обернулся на неприятный, но уже знакомый голос. За его спиной левитировал демон, который смотрел ему прямо в глаза. — Зачем ты меня спас?... Билл, — сказал мужчина, надеясь, что он правильно запомнил имя треугольного демона. — Хороший вопрос, Арни, — ответил Билл и стал летать вокруг мужчины, — я знаю, что ты не глупый, и поэтому понимаешь, что за свое спасение ты должен сделать кое-что и для меня. — Да, это я уже понял, Билл, — ответил Арнольд, смотря в глаз демону. — Не буду юлить и сразу скажу: мне нужно, чтобы ты вернул к жизни Титана, — он воздал руки к небу и усмехнулся, — прежде, чем ты задашь ещё миллион вопросов, зачем мне это, я скажу, что ты узнаешь это, но позже. Давай я лучше расскажу тебе, что ждёт тебя. Ты, мой дорогой друг, мне будешь нужен для этого дельца. Видишь ли, хоть я и спас тебя из шахты, как ты уже успел понять, эта дрянь, что ранила тебя, никуда не исчезла. Эта зелёная жижа, что убила твоего брата и искалечила тебя называется кровь глупцов, это по сути, та же самая кровь Титана, только испорченная. Видишь ли, тот, кто послал тебя в эти шахты, знал о ее существовании, но не предупредил тебя. — Ты хочешь сказать, что... Что Клоторн подставил нас? — проговорил Арнольд. — А ты смышлёный малый, Арни, меня это очень радует. Да, он подставил вас намерено. Видишь ли, вы не нужны были ему живыми. Но как от вас избавится? Ах, точно, если... Вы все погибните во время несчастного случая, ни у кого не возникнет лишних вопросов. Слушая все это, Арнольд не мог поверить словам демона. Его мозг отказывался поверить в то, что Клоторн и правда хотел от них избавиться, но голос Билла звучал убедительно, а доводы были очень весомыми, так что уже через несколько минут сердце Арнольда наполнилось гневом и ненавистью к главе города. — Так вот, Арнольд, к чему же я веду, — выдернул мужчину из его собственных мыслей голос демона, — а к тому, что ты мне очень и очень нужен в моих планах. Видишь ли, возродить Титана это дело нелегкое, и для того, чтобы это сделать, нужно обладать двумя вещами: огромной властью и огромным запасом времени. И, я могу дать тебе и то, и другое. Твое проклятье, Арнольд, очень сильное, и даже я не могу его снять. Однако же, ты можешь превратить его в свое преимущество. Видишь ли, кровь глупцов является очень сильной магической субстанцией, которая уже дала тебе огромный магический потенциал и силы. А также, ты будешь жить вечно. Правда в одним условием. Для того, чтобы жить, тебе нужно будет потреблять магию палисманов других ведьм. Арнольд слушал Билла, раскрыв рот от удивления. Он не мог ещё принять все то, что ему говорил демон. — Вот, Арнольд. Что мне нужно от тебя. Ты обладаешь огромной магической силой. Ее недостаточно для того, чтобы возродить Титана, но вполне хватит для того, чтобы захватить власть на этих жалких островах. Пойми одну вещь, Арни, он никогда не хотел вам помочь. Он тихо ненавидел и боялся вас, улыбаясь вам в глаза. Но теперь, когда ты обладаешь такой силой, ты сможешь подчинить эти земли себе. Сможешь отомстить тому, по чьей вине погиб твой брат. А еще... — Билл нарочно сделал паузу, для того, чтобы Арнольд сам спросил у него: — И что ещё? — в нетерпении спросил мужчина. — Ты сможешь вернуть Филиппа к жизни, — сказал Билл, — я помогу тебе с этим, как только ты возродишь для меня Титана. — Хорошо, Билл, я согласен, — ответил Арнольд, смотря на демона. — Вот и хорошо. Сейчас, Арнольд, у меня есть дела далеко отсюда. Я вернусь через сто лет, чтобы посмотреть, как твои успехи. Удачи тебе и до нескорой встречи, — Билл рассеялся, а затем испарился в воздухе. Арнольд очнулся от сна на той же самой поляне рядом с шахтой. Очнувшись, он уже знал, нужно делать.

***

Голубоволосая девушка быстро шла по коридорам мэрии, направляюсь к кабинету главы города. Без стука открыв дверь, она прошла внутрь. — Господин Клоторн! — чуть ли не крича, сказала девушка, обращаясь к главе города. Он же стоял у окна спиной к ней, молча наблюдая за происходящим на улице. — Господин Клоторн! — уже срываясь на крик произнесла Амелия, — Филипп, Арнольд и все рабочие погибли! — Я знаю, — безразлично ответил глава города, медленно поворачиваясь к девушке, — ужасная трагедия, да, да. Амелия замерла на месте. Она поняла, что что-то не так. И вскоре ее опасения подтвердились. — Видишь ли, моя дорогая, — начал Клоторн, — эти люди были слишком опасны для нас. Они очень много знали. — Что?... — только и смогла выдавить из себя Амелия, — то есть, Вы... — Подстроил это? — усмехнулся Максимилиан, — да, сделать это было проще простого, на самом деле. Эти глупцы были так окрылены мыслью о том, что могут вернуться домой, что загнать их западню было очень и очень просто. — Нет, нет... — ноги девушки подкосились и стали ватными, — я Вам не верю... — Верить мне или нет, Блайт, это дело лично твое. На самом деле, мне это безразлично. Самое главное, что эти двое сгинули. Это для меня, и для всех нас, самое главное. — Вы чудовище! — на глазах девушки навернулись слезы, а в голосе слышалась ненависть. — Я всего лишь забочусь о своем народе, Амелия, — спокойно ответил Клоторн, — когда-нибудь, и ты это поймёшь. Они были угрозой нашему укладу. Пойми, дикая магия — то, что держит нас всех вместе, то, что нас объединяет. Эти люди очень умны, и хитры. Они наверняка бы попытались извратить суть нашей жизни, отравляя головы нашей молодежи мыслями и о том, что нужно жить как-то иначе. Люди любят порядок, а порядок для нас губителен. Только хаос, который живёт за счёт дикой магии, способен обеспечить стабильность. — Вы сумасшедший... — тихо ответила Амелия, опустив взгляд. — Ты свободна, Блайт, у меня больше нет желания продолжать этот разговор. Напоследок, прислушайся к моему совету: не лезь не в свое дело или против меня. Иначе ты очень сильно пожалеешь об этом. Но она не дослушал до конца. Как только Максимилиан договорил, он услышал громкий хлопок дверью. — Вот и славно, Блайт, — проговорил он, а затем сел за стол и начал разглядывать ампулы с фиолетовой жидкостью. — Плевать на нее. Я добился того, что хотел. Теперь, дело за малым: создать дверь в мир людей.

***

Амелия, стоя на коленях в лесу, быстро закапывала что-то в ямке. Все ее руки были перемазаны землёй и кровью, а по лицу струился пот. Сегодняшний день был одним из самых трудных в ее жизни. Она, каким-то невероятным чудом смогла выкрасть дверь в мир людей прямо из-под носа у Клоторна. Однако, за ней сейчас идёт большая погоня, так что времени на то, чтобы спрятать дверь у нее было очень мало. Быстро закопав дверь, она тут же вскочила и побежала через лес куда глаза глядят. — О, Титан, лишь бы они меня не догнали! — говорила вслух девушка, оббегая стволы деревьев в ночных сумерках. Она бежала ещё минут пятнадцать. Сил больше не осталось, и она решила остановиться буквально на пару минут, чтобы перевести дух. Остановившись у дерева и облокотившись на него, девушка тяжело дышала, жадно глотая воздух. Только собравшись с силами для нового рывка, она почувствовала крепкую руку на своем плече. Она попалась. Ей конец.

***

То утро в Костеграде началось необычно. В одиннадцать часов утра, почти весь город собрался на центральной площади перед мэрией для того, чтобы лицезреть действие, которое последний раз происходило чуть больше года назад: публичная смертная казнь. Люди толпились около на скорую руку сколоченной деревянной сцены, на которой стояла небольшая кафедра для говорящего и сама виселица. Гул и гвалт стоял в толпе, но громкий звук трубы заставил всех замолчать и устремить свой взор на сцену. На нее, медленной, но уверенной походкой вышел глава городского совета — Максимилиан Клоторн. Его боялись и ненавидели многие жители города, но никто не смел перечить его власти. Приблизившись к кафедре, он посмотрел на толпу и начал говорить: — Дорогие жители Костеграда! Сегодня мы все собрались здесь лишь для одного: наказать предателя наших идеалов и наших принципов, ведьму, посягнувшую на священность власти республики и саму идею о том, что дикая магия является самым правильным и единственным способом жить и управлять нашими силами. Клоторн сделал жест рукой, после чего на сцену вышел палач и его жертва: голубоволосая молодая ведьма. Амелию подвели к виселице и заставили подняться на ящик, что стоял прямо под петлей. — Амелия Элиза Блайт. Вы обвиняетесь в попытке свержения власти и дестабилизации нашего общества. Вы согласны с обвинением? — Нет! Я не согласна и никогда не буду согласна! Послушайте, он... — Амелия не успела договорить, как ей тут же заткнули рот куском ткани, а на шею ей надели петлю. — Она даже перед лицом смерти не способна раскаяться в содеянном, сограждане! Эта ведьма опасна для всех нас! Все ведьмы, собравшиеся на площади молчали. Кто-то отводил взгляд, кто-то же с каменным лицом слушал речь главы города, стараясь не смотреть на несчастную девушку. —Итак, дорогие сограждане. Амелия Элиза Блайт приговаривается к смерти через повешение. Прошу палача немедленно привести приговор в исполнение! — сказал Клоторн и посмотрел в глаза Амелии. "Прощай, жалкая дрянь." — подумал про себя он. После этих слов, палач с силой выбил ящик из-под ног девушки. Она зажмурилась от страха, ожидая смерти. Но... Перестав чувствовать ящик под ногами, Амелия, к своему огромному удивлению, все также осталась на том месте, где и была. Вокруг нее витала фиолетовая аура, говорящая о том, что кто-то специально удерживает ее силой магии. "Что за?!?!" — пронеслось в голове у Клоторна, как вдруг он услышал такой знакомый, и от этого страшный голос. — Неужели ты думал, что это все сойдёт тебе с рук, Клоторн? — все обернулись на голос мужчины, что вдруг поднялся прямо из толпы и перелетел на сцену, — ну что, помнишь меня? — сказал Арнольд, ухмыляясь и смотря Клоторну прямо в глаза. Тот был в ужасе. Ноги его подкосились от страха, а дыхание перехватило. — Ну-ну, что ты так испугался, будто призрака увидел? — усмехнулся Арнольд, подходя ближе к Клоторну. Лицо мужчины с правой стороны было разрезано страшным зелёным шрамом, что ещё сильнее пугало Клоторна. — Ты... Ты не должен был... — заикаясь, сказал глава города, пятясь назад. — Не должен был выжить, да? — Арнольд все также напирал на противника, — на твое несчастье, я выжил, и я пришел отомстить. Тут же, Арнольд обернулся к толпе и громко крикнул: — Жители Костеграда! Я — Арнольд Виттебейн. Меня многие знают, как и знали моего брата, Филиппа. Стараниями этого ведьмака, — он указал рукой на Клоторна, — мой брат и несколько рабочих погибли в шахте. А я выжил. И я пришел открыть вам всем глаза на того, кто сейчас вами правит. Это ничтожное создание только и может лгать и напоказ вам всем казнить несчастную девушку. Я же могу дать вам то, что вы все заслуживаете: реальную власть закона и порядок, спокойную жизнь. Вам не придется больше боятся за себя и свои семьи. Мне нужно от вас лишь одно: откажитесь от дикой магии. Посмотрите на мое лицо. Дикая магия, и тот, кто ее восхваляет, сделали это со мной. Я прошу вас прислушаться ко мне и поверить мне. Доверясь мне, вы спасёте свои жизни и жизни ваших детей от тирании этой республики! Народ тут же взорвался аплодисментами. Все стали кричать и скандировать: "Долой республику, долой Клоторна!" Максимилиан понял, что он проиграл. Он проиграл все. Он, пока Арнольд был отвлечен, попытался сбежать. Ничего не вышло, и он тут же был схвачен той же магией, что держалась в воздухе Амелия. —Народ Костеграда! Эра казней, пыток и смертей окончена! Кровавый тиран свергнут, и его ждёт незавидная судьба. Но, я хочу, чтобы вы решили, как закончится его жизнь. В темнице или в петле? — Арнольд посмотрел на толпу, ожидая ответа. — В петле, в петле, в петле!!! — в один голос закричали люди. — Что ж, Клоторн, — Арнольд посмотрел на Максимилиана. В его глазах читался страх и мольбы о пощаде, — народ сделал свой выбор. После этих слов, палач подставил ящик обратно под ноги Амелии, и та смогла освободится. Вынув шею из петли, она спрыгнула с ящика и с огромной благодарностью в глазах посмотрела на Арнольда. В тот же момент, в петлю с помощью магии был помещен Клоторн. Тут же Арнольд перестал контролировать его тело магией, и мужчина опустился ногами под ящик. — Палач, — обратился к среднего возраста мужчине Арнольд, — исполни свой последний приговор! Клоторн, услышав это, тут же заревел и стал дёргаться, но палач был не непреклонен. Подойдя к ящику, он напоследок посмотрел в глаза бывшему диктатору. — Прощай, мразь, — прошипел палач с ухмылкой на лице и в следующую секунду выбил ящик из под ног Клоторна. Петля на его шее тут же затянулась и стала душить его. Из глаз его брызнули слезы, а изо рта вырвался последний вскрик. Через пару минут, Клоторн перестал дёргаться и его тело безвольно повисло в петле под радостный гул толпы. — Народ Костеграда! — вновь привлекая внимание толпы к себе сказал Арнольд, — ваш прежний диктатор мертв!!! — с этими словами, толпа вновь взорвалась радостными криками. — Вместе с ним умерла и республика! Я объявляю новый путь развития Кипящих Островов: отныне и навсегда, я объявляю Кипящие Острова Империей, а себя — ее Императором. Отныне, Арнольда Виттебейна больше нет. Входя в должность Императора, я объявляю себя Бэлосом — самым разумным и справедливым, истинным правителем Кипящих Островов! Толпа ещё пуще взорвалась радостью. На смену кровавому диктатору пришел новый правитель — справедливый и благородный Император Бэлос. — Да здравствует Император Бэлос! Да здравствует Император Бэлос! Бэлос! Бэлос! Бэлос! — громогласно скандировала толпа.