Ложечка мёда

      Дом встретил их тишиной, незнакомой и даже самую малость гнетущей. Привыкшие к неугомонному шуму двух любимых хохотушек, Ждановы с порога поспешили создать видимость обыденной суеты. В гостиной включили телевизор, на кухне кофемашину и старенькое радио. Андрей потянулся за мобильным, чтобы позвонить родителям с допросом о том, что успели натворить родные непоседы. Катя взяла на себя автоответчик и выслушала все возмущения Зорькина, а следом и Малиновского по поводу нежелания Ждановых принимать в этом году целый дом гостей. Так решил муж, но Катя была с ним целиком и полностью солидарна.       Хотелось чуть больше уюта. Чтобы только их небольшая семья, без изысков и лишней суматохи, которую ежегодно устраивают крёстные для маленьких Ждановых. Андрей изъявил желание встретить этот Новый год в более спокойной атмосфере: порадовать дочек долгожданными подарками, уделить внимание родителям, а после боя курантов посвятить время только друг другу.       — Всё как-то на бегу, — незадолго до предстоящих выходных жаловался он жене, проверяя наличие необходимых документов для встречи. — Надоело! Устал! Хочу покоя, — выдохнул он, закрыл портфель и поднял измученный взгляд к её лицу. — Давай устроим маленький праздник?       — Ну нет, так дело не пойдёт, — нахмурилась она, скрестив руки на груди. — На маленький я не согласна. Зачем нам маленький? У нас семья не такая уж и крохотная. Вот небольшой…да, пожалуй, небольшой можно, — задумчиво кивнула Катерина и немедленно оказалась в объятиях мужа. — Андрюш, я буду только счастлива! Но с Колькой и Ромой сам говори. А то подумают, что это мой каприз, ещё обидятся.       — Взрослые мальчики, должны понимать…       — Взрослые мальчики ничего не понимают и требуют объяснений, — заявила Катя, появившись на кухне после прослушивания автоответчика. — Ромка сказал, что не намерен лишать принцесс Деда Мороза, а Коля согласен ему подыграть, уже ищет костюм Снегурочки. Кажется, наш небольшой праздник подвергается изменениям без нашего ведома, — вздохнула она, присев за стол. — Что там наши хулиганки? Уже успели что-то разбить?       — Только сердце Маргариты Рудольфовны, — улыбнулся Жданов, покручивая в руках мобильный. — Отказались наряжаться к столу. Бабушки им платья подарили, просят примерить, но наши удирают от них. Кстати, Валерий Сергеевич поддерживает борьбу за свободу Зебры и Единорога.       — Нашли костюмы? — ахнула Катя. — Я же их спрятала!       — Кать…       — Когда только успели?       — Катюш…       — Ты расстроился, да? — посмотрела прямо в глаза, коснулась ладонью его руки. — Я им сейчас сама позвоню, ещё раз всё объясню. Они поймут. Ты же знаешь, я умею быть настойчивой!       — Настойчивая моя, — улыбнулся, перехватив её пальчики, поднёс маленькую ладошку к своему лицу и прижался щекой к серединке. — Пусть будет так, как будет. У нас с тобой весь вечер впереди. Давай просто отложим всё на завтра? Я так скучал…       В дверь коротко позвонили. Пришлось отвлечься на курьера. Пока Андрей сервировал стол, Катя наспех принимала душ, смывая усталость и тягостные мысли. Вернулась к мужу расслабленной и такой уютной в своей домашней одежде, что Жданов на некоторое время выпал из реальности. Сидел напротив своей женщины с мечтательной улыбкой на губах, любовался, восхищался, радовался, что она рядом, у них нет никаких срочных дел и можно просто побыть вдвоём. Без спешки, разговоров о работе и необходимости отпускать её к другим людям. Здесь и сейчас она принадлежит одному ему. И это осознание чертовски кружило голову!       — Не смотри на меня так, — взмолилась Катя, протягивая ему бокал для вина.       — Кать, скажи, ты счастлива? — внезапно сорвалось с его губ.       — Ты чего, Андрюш? Что за вопрос?       — Обыкновенный, — пожал он плечами. — Ты…мы…у нас же с тобой всё хорошо? Ты не жалеешь, что тогда дала нам ещё один шанс…?       — Андрей, нет! — поспешно воскликнула Катя. — Даже не начинай! Мы уже с тобой всё это проходили. Хватит! Если только…       — Что «только»?       — У тебя появились сомнения, — несмело предположила она.       — Чушь! Глупость! Не говори больше так!       — И я тебя о том же прошу, — вздохнула и слабо улыбнулась. — Я же тебя люблю! Этого уже не изменить. Зачем каждый год этот допрос устраиваешь?       — А может мне нравится, как ты мне в любви признаёшься, — наконец расслабился мужчина, ярко улыбаясь. — Кать?       — Что? — просияла она в ответ.       — И я тебя! Слышишь? — протянул руку к её лицу, ласково очертил контур скулы. — Я тебя очень люблю! Спасибо за то, что поверила. Я бы сейчас без тебя совсем никак…       Потока выступивших слёз удалось избежать только благодаря звонку встревоженной бабушки. Маргарита не выдержала стресса и позвонила сыну в надежде поговорить с невесткой по поводу нежелания девочек становиться настоящими девочками. «Я же хочу как лучше, — возмущалась Жданова, едва не рыдая. — Бантики такие красивые, блёсточки, новые резиночки, а они…они соорудили с дедами трассу и гоняют по ней машинки. Откуда у них вообще взялись эти машинки?!». Огорчать Марго новостью о том, что всю эту мальчишескую дребедень им подарил дедушка Паша, Катя не стала, но клятвенно пообещала обсудить с малышками их поведение и в следующий раз порадовать бабулю и бантиками, и блёсточками, и даже платьицами. Не представляла, каким образом можно добиться желаемого, но и слушать Марго в то время, как Андрей обиженно сопит ей в шею, становилось невыносимо. Наспех завершив разговор, Катя на мгновение замерла с мобильным в руке, размышляя о чём-то, а затем вовсе его отключила.       — Умница, — довольно подметил муж и коснулся поцелуем её щеки. — Чай будешь?       — Буду, — кивнула Катя и отложила телефон на подоконник. — А потом разожжём камин, ладно? С ним уютнее.       Андрей суетился у плиты, а она не сводила с него восхищённого взгляда. Впервые за долгое время можно было позволить себе прочувствовать мгновение и насладиться присутствием любимого рядом. Стоит только руку протянуть, и он станет ещё ближе, необходимее, важнее. «Иди ко мне», — тихо прошептала она, когда муж поставил перед ней чашку ароматного чая и намеревался присесть напротив. Улыбнулся понимающе, исполнил её маленькую прихоть и тотчас спрятал всю в своих объятиях, но не прошло и минуты, как нехотя отстранился от жены и бросился к одному из шкафчиков.       — Совсем из головы вылетело, — воскликнул Жданов, открывая дверцу. — Я же тебе купил. Твой любимый. Больше недели назад, — тихо бормотал Андрей, отыскивая что-то среди баночек со специями. — А мы же практически не виделись, вот я и забыл.       — Ты о чём?       — А вот, — развернулся с улыбкой на губах и протянул ей небольшой бочонок. — Мёд. К чаю, как ты любишь!       Она удивила своими слезами не только мужа, но и саму себя. Откуда только взялась эта сентиментальность? Ну, подумаешь, любимый человек решил порадовать своим вниманием! В первый раз, что ли? Да он же регулярно дарит ей подарки, засыпает своих девочек цветами и украшениями, приучая дочерей к милым знакам внимания. С чего бы ей рыдать в три ручья из-за обыкновенной ложечки мёда, заботливо опущенной мужем в чашку с чаем?       — Ну ты чего, Катюша? — ласково спрашивал он жену, нежными интонациями срывая с её губ новые всхлипы.       — Сама не знаю, — отзывалась она, улыбаясь сквозь потоки слёз. — Просто…и вообще…а я…и ты… Андрей! Я больше не хочу работать в банке, — заикаясь, всё же высказалась она и затаилась, глядя на мужа огромными мокрыми глазами.       После секундной паузы, не разглядев на его лице ни капли понимания услышанных слов, Катя принялась детально объяснять суть своего решения. Слёзы постепенно высыхали, с каждым высказанным доводом в голосе отчётливее слышалась твёрдая уверенность и…мольба. Только бы понял и не осудил.       — Наконец-то! — облегчённо выдохнул Жданов и рассмеялся, встретив недоумение в любимых глазах. — Я уж думал, что всё, — махнул рукой, — затянуло мою жену это болото — не вытянуть. Это же совсем не твоё, Кать!       — Ты так считаешь?       — Я в этом убеждён! — горячо заверил он её и подкрепил свои слова лёгким прикосновением губ. — Ты же должна гореть! Идеей, командой, целью…да чем угодно, лишь бы глаза светились!       — Не светятся? — приблизив к мужу заплаканное личико, Катя смешно округлила глаза и радостно улыбнулась, получив в ответ поцелуй в нос.       — Мы это исправим, — клятвенно пообещал ей Андрей. — Есть у меня на уме одно местечко, — хитро улыбнулся он, но в ту же секунду во взгляде мелькнуло беспокойство. — Или ты уже всё решила?       — Решила! — поспешно кивнула Катерина. — Только не знаю, примут ли меня.       — Они будут самыми настоящими идиотами, если упустят такой шанс, — отозвался Жданов, приложив немало усилий, чтобы скрыть своё огорчение. — Ты же хотела у камина посидеть? Я пойду разведу огонь…       — А потом расскажешь, что у нас нового в компании произошло. Мне же нужно быть в курсе всех кадровых перестановок! — не глядя на мужа, изъявила своё желание Катя и зачерпнула чайной ложкой немного мёда из бочонка.       — Вот умеешь же ты… Кать, правда?       — Вы же не упустите такой шанс, Андрей Павлович? — робко улыбнулась Жданова. — Я могу быть Вам полезной. У меня столько идей! Столько предложений! — приближалась к мужу она, не отрывая взгляда от его глаз. — Вы не пожалеете! — горячо выдохнула в любимые губы и рассмеялась, оказавшись на его руках.

***

      Уже завтра настанет время суеты. На кухне воцарится атмосфера предпраздничной подготовки, в гостиной зазвучат оживлённые беседы, которые изредка будут прерываться шумными поздравлениями новоприбывших гостей.       Уже завтра этот дом будет полон родных голосов, задорного смеха и важных слов.       Завтра их семья вновь ненадолго воссоединится, чтобы подарить друг другу новые воспоминания, наполниться теплом на весь предстоящий год и в очередной раз осознать, какое же всё-таки счастье быть частью большой и любящей семьи!       Всё это будет завтра, а пока…       Она полюбила вид из этого окна ещё до того, как приняла предложение Андрея стать его женой. Всякий раз, переступая порог этой квартиры, Катя первым делом распахивала шторы, опускала взгляд к огромному дереву, растущему прямо посреди парка, и ждала…       Ждала, когда…горячая ладонь ожидаемо опустится на плечо, щека за мгновение до поцелуя начнёт гореть огнём, а на губах расцветёт нежная улыбка.       Андрей всегда бесшумно подходит сзади, прижимает её спиной к своей груди и обязательно шепчет на ушко нечто нежное, значимое только для них двоих.       Не в этом ли счастье?