Новогодние ау

Квартира студия, маленькая до невозможности для двоих, но прекрасно подходящая для живущего в ней Хёнджина. Он и не задумывался о покупке чего-то большего. Начинающему художнику больше ничего и не нужно. Правда одиноко. С разбросанными по комнате холстами, ватманами и кистями не поговоришь. И холодно. До жути холодно в маленькой квартирке, где зимой батареи не включают за неуплату, а купить обогреватель не на что. В жизни Хёнджина было мало хорошего до одного момента. В его жизнь ворвался один невысокий светловолосый рэпер с незамысловатым псевдонимом J.one. Заваливается к нему без спроса и хозяйничает в квартире. «Нормальные люди называют это уборкой» — съязвил как-то Джисон. Но для Джина это вмешательство в личную жизнь. Он трогает его вещи, ещё и перекладывает на другие места. А Джи всегда в ответ возмущается: —Да ты же живешь в свинарнике. Я слышал, про творческий беспорядок, но не настолько же. И это единственное недопонимание между ними. Да и это пустяковое, на самом деле. Парни дружат очень хорошо. Джисон всегда обещает Хёнджину написать для него песню, а тот взамен обещает нарисовать портрет блондина. Предновогодняя суета никогда не нравилась Хёнджину. Он находит её скучной, потому что не любит толпиться в огромных очередях среди злых людей и их огромных, наполненных продуктами тележек. Но он тащится с тележкой за Джисоном, радостно щебечущим про прелести праздника, украшений и вообще всём, что видит. Почему идея — праздновать вместе, так въелась Джисону в мозг? Они могли бы встретиться на следующее утро и обменяться подарками. Но светловолосый стал вести себя, как ребёнок, и Хёнджину пришлось согласиться. Они заходят в квартиру Джина и рэпер широко распахивает глаза, вдобавок прикрывая рот рукой, и художник уже думает, не слишком ли тот драматизирует. Причиной такой драмы стало то, что Джисон не замечает привычного для данного помещения «мусора». —Ты убрался? Сам? И Хёнджину до нельзя хочется ответить: «Конечно, не хотелось спалить подарок раньше времени». Но собирается с силами и молча кивает. —Странно, а обещали тёплый декабрь. И даже язвы по типу: «завтра снег пойдёт, у Хвана чисто», не отнимали у художника хорошего настроения. Он прибывал часто в хорошем расположении духа и это радовало и его друга. После пары минут спокойствия, вновь начались новогодние хлопоты. Джисон закрутился по кухне, сооружая им праздничный стол, а Хёнджину было велено: «повесить хоть одну гирлянду, а то никакой атмосферы праздника. Когда уже всё готово, Джисон радостно смотрит на украшенную комнату и приглашает друга к столу. Джисон крут во всём. И даже не кажется, а является таким. Он не теряет оптимизм, всегда может съязвить и подколоть; имеет хорошее чувство юмора. Только есть одно, в чём он не так уж и хорош, — любовь. Как только дело доходит до неё, рэпер тут же теряется. У него и с дружбой плохо было, пока он Хёнджина не встретил. Даже вдохновение посещает его чаще сейчас. Ближе к вечеру оба парня уже на нервах. Джисон встаёт с дивана. —Хёнджин… Хённи, я тут… Хёнджин внимательно разглядывает парня, расслабленно полулёжа на диване. —В общем вот. Светловолосый протягивает флешку. —Ты хотел, чтобы я записал тебе трек… По-другому бы я не признался. —У меня тоже есть кое-что. Хёнджин встаёт, мысленно стряхивая с себя волнение, и идёт к шкафу. Покопавшись, он вытаскивает запакованный холст. Протянув его парню, художник отходит обратно к дивану. Джисон вслух читает надпись на обёрточной бумаге: —Моему парню. Яркая улыбка озаряет лица обоих и Джи распаковывает картину. На холсте красуется портрет Хана, детальный настолько, что кажется, что сейчас заговорит. Парень улыбается и обнимает художника. —Я хочу быть твоим парнем. —Ты уже.