Мой Ангел

Когда я захожу в дом, все случившиеся сегодня вечером кажется мне сном. Еще утром я была уверенна, что абсолютно не интересую Макса, а теперь все перевернулось на 180 градусов. Прошел всего день, а ощущение что целая жизнь. С этим парнем так всегда. Я так устала сегодня, что сил ни на что не остается. Быстро принимаю душ и ложусь в кровать. Несмотря на мою усталость мне конечно же не удается уснуть. В голове за секунду проносится столько вопросов и мыслей, что кажется можно сойти с ума. Неожиданно начинает вибрировать телефон, и я вздрагиваю. Кто может звонить мне в такую пору? Беру телефон и где-то глубоко внутри разливается тепло. На экране высвечивает такое знакомое и почему-то уже родное имя «Макс». Но затем меня охватывает паника. Наверное, он передумал, и теперь звонит что бы в очередной раз сказать мне какая я наивная дура. У этого парня настроение меняется по десятку раз на день, я уже ничему не удивляюсь. Я сглатываю, но все же решаюсь и отвечаю на звонок. - Алло. - мой голос кажется слишком дребезжащим. - Прости, ты наверное спала, а я тебя разбудил. Мне не стоило звонить. - Нет, я не спала. Что-что случилось? – мой голос звучит слишком напряженно. - Что? Нет... Я просто... Вот дерьмо. Я просто хотел убедиться, что ты не передумала. У меня вырывается смешок. Но мне становится спокойнее. Он тоже переживает, и для него это так же странно, как и для меня. - Нет, я не передумала. У меня нет привычки менять свои решения. – слышу, как на том конце провода облегченно вздыхают. - Ладно, спокойной ночи. Могу поклясться, что он улыбается. Я чувствую. - Спокойной ночи. Сбрасываю вызов. И после этого у меня получается заснуть. Утром просыпаюсь в прекрасном настроении, я кажется впервые за долгое время с удовольствием иду на работу. День проходит на удивление быстро. Но есть кое-что, что его омрачает. Макс сегодня мне не пишет и не звонит. Вечером думаю набрать ему сама, но передумываю. Вдруг он занят. Всю следующую неделю от Макса так и не было никаких вестей. Ронни сказала, что он сейчас очень занят на работе и дома его тоже почти не бывает. Это немного меня успокаивает. Но я очень скучаю. И это чувство становится для меня открытием недели, я так давно ни по кому не скучала. И это так странно, ведь я совершенно не понимаю какие у нас с Максом отношения. Мы точно не пара, тогда кто мы? Мы друзья? Если да, то это какая-то особая форма мазохизма. И меня очень пугает то, на сколько одержимой я становлюсь. Я готова написать ему сотню сообщений, и позвонить миллион раз и два миллиона если придется, я готова ломится к нему в дверь. Конечно я ничего из этого никогда не сделаю, без особой надобности. Но даже то, что эти мысли посещают мою голову, время от времени, не на шутку меня пугает. Сегодня суббота. Я нахожусь не в самом хорошем настроении. И подумываю написать Максу гневную тираду. Делает субботу еще хуже звонок от мамы. Она сообщила мне неутешительные новости. Терапия не действует, и Эрику, так зовут мужа Кэт, уже ничего не помогает. От этой новости меня начинает трясти. Я так сильно люблю их обоих. Для меня они всегда были идеалом отношений и того, какой должна быть любовь. Я не могу даже представить, как сейчас себя чувствует Кэтти, и даже не хочу думать о том, как она будет справляться с болью, если потеряет его. Почему все так не справедливо? Какой смысл любить, если в итоге в 90 процентов случаев это приводит к огромной боли? Половину дня провожу на диване за просмотром сериалов. Но мои мысли далеки от сюжета. Я все еще думаю о Кэт и Эрике, а еще о том, что Макс не звонит и не пишет уже так долго. Снова думаю о том, что бы написать самой, но не делаю этого. Осознаю, что до сих пор даже не подозреваю чем он занимается, или с чем даже отдаленно связана его работа. Во всем этом круговороте мыслей не замечаю, как засыпаю. Мне снится сон из детства. Тот от которого я просыпалась в истерике посреди ночи долгих три года. Тот, из-за которого у меня начались панические атаки. Тот, из-за которого мама таскала меня по разным психологам и клиникам. Тот, который казалось сведет меня с ума. И я не сомневаюсь, что так бы и произошло если бы в один момент эти кошмары не прекратились, когда мне было 14. И вот сейчас это снова произошло. Я просыпаюсь от собственного крика, со лба каплями стекает пот, сердце бешено бьется, в горле огромный ком, дышать почти невозможно. Я задыхаюсь. Воздух! Мне срочно нужен воздух. Огромными усилиями мне удается сползти с дивана. Хватаясь за все, что попадется под руку я двигаюсь в сторону входной двери, но ощущение что все происходит в замедленной съемке, я начинаю злится на себя и свою медлительность. Кажется, проходит целая вечность прежде, чем мне удаётся выбраться из дома. И вот я уже сижу на крыльце, глубоко дыша и пытаясь унять бешеное сердцебиение. Совсем как раньше, будто и не было этих спокойных годов в моей жизни. Когда мне удается прийти в себя, первым делом хочу позвонить маме и все ей рассказать, но потом понимаю, что это плохая идея, она будет волноваться, совсем как раньше. Возможно это просто единичный случай, и больше такого не повторится, возможно это просто случайность. Но я уже знаю, что это не так. Я знаю, что теперь все изменится, но все еще не хочу терять надежду. Возвращаюсь в дом. Сажусь на диван обнимая свои колени. Понимаю, что плачу только после того, как ощущаю соленый привкус на губах. Из этого состояния меня вырывает телефонный звонок. На экране высвечивает имя «Макс». Мне почему- то сразу становится легче. Прочищаю горло, не хочу сейчас объяснять почему рыдаю. - Алло. - Диана! Прости что пропал, было много работы. Ты сейчас занята? - Ничего, я понимаю. Нет, не особо... - Что-то случилось? Что с голосом? - Нет, все хорошо. Я просто спала. - Хорошо. Будь готова через пол часа, я заеду. Кажется, он поверил, это хорошо. Что? Пол часа? Я совсем не готова куда-то ехать сейчас. И все же осознаю, что оставаться одной сейчас явно не лучший вариант. Беру себя в руки и иду переодеваться. Не могу сосредоточиться. Все валится из рук. Холодный душ кажется приводит меня в норму, но не на долго. Я постоянно возвращаюсь в ту ночь, когда все произошло. Картинки одна за одной всплывают перед глазами. Я так долго боролась с этим, так долго хотела забыть. И я думала мне удалось. Я не готова сейчас снова вернуться в тот ад, который пережила. Только не снова. Сползаю по стене и начинаю плакать - от безысходности, от понимания того, что точно не смогу выдержать это еще раз. Из этого водоворота мыслей меня вырывает грохот, с которым распахивается моя дверь в комнату. Ощущение, что она почти слетела с петель. На пороге стоит Макс. Он тяжело дышит и выглядит испуганным. Не сразу находит меня взглядом, но когда мы устанавливает зрительный контакт он подлетает ко мне, садится на колени передо мной, нежно берет моё лицо в руки и заглядывает в глаза. - Диана, что случилось? Входная дверь была открыта, ты не отвечала, я подумал что-то слу... Ты плачешь? Почему ты плачешь? Я пытаю отвернуться, но он не дает мне этого сделать. Я не знаю, что ему сказать. Я не могу рассказать ему сейчас. Я просто не готова снова об этом говорить. Поэтому решаю выдать ему лишь часть правды. Рассказываю ему о Кэтти и Эрике, о том что он умирает, и ему уже ничем нельзя помочь. Все это время он обнимает меня и гладит по голове. От этих простых жестов начинаю плакать еще сильнее. Потому что вру, потому что не могу сейчас иначе. Потому что теперь все будет по-другому. С этой самой минуты.