Young love

Феромоны пары становятся гуще. Они заполняют всю комнату, смешиваясь и одурманивая разум обоих. Сан вновь накрывает губы омеги своими, проникая языком в его рот, и начинает проходиться им вдоль зубов и нёба. Старшекурсник, кое-как оторвавшись от пухлых губ, переходит к шее Чона, где лучше всего чувствуется запах мандаринов, полюбившийся ему и заставляющий сильнее хотеть парня. Чхве встаёт и снимает с себя чёрную водолазку, оголяя свой пресс и грудь, тем самым цепляя взгляд Уёна. — Хён, быстрее, — стонет омега, когда чувствует мокрые поцелуи на шее и ключицах и с удовольствием поддается им, а внизу живота уже ощущается тёплый узел. — Мне больно. — Больно? — удивляется Сан, отрываясь от его набухших и порозовевших сосков. Чон кладет ладонь на низ живота, где чувствуется сильное покалывание и тепло. — Здесь, внизу. — «Сколько же времени у него не было альфы?» — думает про себя альфа и слегка хмурится. Чхве стягивает с Уёна боксёры, освобождая его вставший член, по которому стекает предэякулят. Омега гортанно стонет, когда Сан проводит прохладной ладонью по органу, и его живот начинает сильнее тянуть, приливая ещё больше возбуждения. — Хён, пожалуйста, — призывно раздвигая ноги, молит Чон. Альфа, увидев большое количество стекающей по ягодицам смазки, гулко сглатывает. Если бы не подавители, он мог уже накинуться на Уёна и вжать его в кровать. Чхве снимает с себя остатки одежды и, найдя в прикроватной тумбочке пачку презервативов, берёт один квадратик, открывая его зубами. Сан раскатывает его по своему налитому кровью члену и пододвигает к себе омегу за бёдра. — Потерпи немного, — шепчет ему на ухо альфа, оставляя лёгкий поцелуй на губах, и опирается руками по обе стороны головы Чона. Чхве постепенно входит в разгоряченное и влажное тело парня, а тот вздрагивает и жмурится, ибо давно не принимал в себя альфу. Сан делает резкий толчок и останавливается, давая им обоим привыкнуть. — Блять, ты такой узкий, — выдыхает сквозь зубы Чхве и мокро целует Уёна в губы, отвлекая его от боли. — Прошу, двигайся, — омега двигает бедрами навстречу, призывая к более смелым действиям. Альфа улыбается. Он выходит, а затем входит до упора, от чего по комнате раздаётся шлепок кожи о кожу, а Чон выгибается в спине и закатывает глаза. Чхве нравится его реакция, поэтому он делает ещё несколько таких движений. Но потом Сан начинает совершать частые толчки, выбивая из парня всё больше стонов. Уёну хорошо, слишком хорошо. Пелена удовольствия застилает его взгляд, до побеления костяшек сжимает под собой простыни и облизывает пересохшие губы, с которых срываются стоны, ласкающие слух старшего. — Обними меня,— просит омега, потянувшись руками к Чхве. — «А он любит нежности,» — думает про себя альфа и ненадолго останавливается. Он заводит руку за спину Чона и, подняв его, сажает на свои бедра. Уён кладёт руки на широкие плечи Сана и начинает сам насаживаться на его горячий член, что при каждом движении задевает простату головкой. — Хён, мне так хорошо… ах! — мелодично стонет омега и опаляет шею Чхве прерывистым дыханием, оставляя на его коже красные полосы от ногтей, ибо парня охватывает неконтролируемая приятная дрожь. — Уён, мой Уён… — словно в бреду шепчет Сан. Он целует грудь и ключицы Чона, часто проводя языком по светлой коже. — Мой омега. Феромоны окончательно сгущаются, смешиваясь и заполняя всю квартиру. Любой другой бы уже задохнулся, но не эти двое. Прямо сейчас для них не существует никого, кроме друг друга.

***

Омега просыпается около полудня из-за того, что ему сильно хочется пить (конечно, после такой-то ночки). Течка уже поутихла, но не закончилась. Уён только сейчас чувствует, что лежит не на подушке, а на чужой руке. Повернувшись, он утыкается носом в обнажённую грудь. В голове начинают проясняться воспоминания, и Чон понимает, что переспал с хёном. С чёртовым, доставучим хёном. Но, увидев умиротворенное лицо альфы, Уён невольно улыбается и трётся носом об его грудь, не задумываясь о своих действиях и вдыхая лёгкий запах хвои. — Уже проснулся? — слышится сонный низкий голос старшего. Омега, вздрогнув, отпихивает его от себя, и это выходит настолько сильно, что Сан падает с кровати. — Ай, блин, Уён, — Чхве потирает поясницу, прикрывая глаза. — Чего пугаешься? — А нечего так резко говорить, — отмахивается Чон и кутается в одеяло. — Как ты себя чувствуешь? — обеспокоено спрашивает альфа. Он встаёт с пола и, опираясь одной ногой на кровать, приближает руку ко лбу Уёна. — Жар вроде спал. На удивление, парень даже не хочет отстраниться, и просто, как ночью, доверяется Сану. Омега, хоть и не полностью помнит, что произошло между ними, но не жалеет об этом. Чхве очень заботлив по отношению к Чону, и ему это нравится. Хён нравится… — Эй, Уён, ты спишь что-ли? — альфа щелкает пальцами перед лицом Уёна, и тот, моргнув, возвращается из своих мыслей. — Что «нравится»? — Ты, — на автомате отвечает омега и, поняв, что ляпнул, тут же краснеет. — Ну надо же! Чон Уён, дерзкий и неприкасаемый омега, признался в своих чувст… — не успевает договорить Сан, как в его лицо прилетает подушка. — Ещё раз что-то такое скажешь, и я тебя не подпущу к себе! — недовольным тоном поясняет парень, но после его прижимают к кровати, из-за чего одеяло спадает, оголяя его тело. — Ты ведь не хочешь этого, да и я не допущу, — старший шепчет ему в самые губы и, вдохнув полной грудью запах мандаринов, уверенно говорит. — Я люблю тебя, Уён. От неожиданного признания глаза Чона расширяются, а сердце отбивает чечётку. — Меня манит к тебе ещё с самой первой встречи, — альфа негромко начинает выкладывать всё, что хотел сказать Уёну. — Твой уверенный взгляд, дерзкий характер и прекрасная улыбка — всё это привлекло меня в тебе, Уён. Я раньше не думал, что смогу в ком-то настолько сильно заинтересоваться, а в конечном счёте — влюбиться. Придя в себя от сказанных слов, омега обнимает Чхве за шею и притягивает к себе, увлекая того в поцелуй. Он выдается резким, переходящий в более плавный и чувственный. — Прекрати, иначе я помру от смущения, — тычась в шею Сана, отвечает парень. — «Такой милый,» — мелькает мысль в голове альфы. Он касается своим лбом лба Уёна, заглядывая в глубокие карие глаза, где плещется красивый блеск.