Silent Cry

можно я поцелую тебя? можно я просто поцелую тебя? можно я? я хочу прикоснуться к тебе не как к другу, мне так стыдно, что я чувствую это, что я чувствую это к тебе. какие на вкус твои губы. бан кристофер чан по горло в дерьме и продолжает погружаться. сложно не смотреть, не думать, не представлять, не вспоминать ночи вместе, не думать, думать, думать. чан не может заснуть, потому что могильная плита тревожности прижимает его все сильнее, раньше проблемы со сном не осознавались так явно, потому что кроме них была гора других проблем, но теперь после нескольких приемов у психиатра (вы должны понимать, что вы не только лидер, но и человек, позвольте себе чувствовать не только ответственность за других, быть слабым нормально, рыбка, если накрывает истерика — что? истерик у вас не было? рыбка, вы даже сейчас на грани — если накрывает истерика, гуляйте, гуляйте, выгуливайте эмоции, на крайний случай смойте истерику в душе, это менее эффективно, но тоже работает) после нескольких приемов и новой таблетницы в подарок от ребят, чану лучше. но у него буквально больше не получается плакать. он не может страдать из-за этих чертовых антидепрессантов, и периодически он чувствует себя таким безэмоциональным и черствым. как будто из тела бан чана вырвали самого бан чана и вставили в оболочку куклу, а самого бан чана утилизировали за ненадобностью. тело-тело-тело. если отрезать ему голову, он выглядел бы почти красивым, но этот огромный уродский нос все портит, этот нос, губы, щеки, он весь — просто сборник всего того, как нельзя выглядеть, если ты хочешь быть айдолом. как он вообще? его взяли из жалости. что если все те негативные комментарии на самом деле правда? может он на самом деле недостоин быть здесь. чан открывает глаза и садится на постели. он вспоминает: тшшш, все хорошо, все хорошо. чан идет в студию поработать над музыкой. сна ни в одном глазу. энергии тоже не так много, но его толкает загнанность и тревожность, нужно отвлечься, нужно перевести ход мыслей на что-то безопасное — барабаны, биты, вокал сынмина или джисона, здесь рэп или оставить проигрыш для хореографии. чан хорош в создании музыки. не лучший, конечно, но это то, чему он посвятил жизнь. это то, что в целом составляет его жизнь. — Почему это звучит так грустно? как давно он здесь? ты думаешь? ха-ха, не знаю, просто я подумал, что… чан не договаривает. он смотрит феликсу в глаза и растерянно повторяет: ты думаешь? почему я никогда не замечаю, когда ты приходишь? веснушки распускаются, как бутоны вишни весной — так это видит бан чан, когда феликс улыбается. — Ты доверяешь мне? Тебе со мной комфортно? да — думает чан. поедим рамен вместе? — произносит он. я не смог заснуть. без тебя так холодно — думает чан. феликс ищет что-то в лице чана. потом он улыбается, и у чана сбоит сердце. какой же он красивый, господи, как же ты влип, бан кристофер чан, какой же ты отвратительный. кто позволил тебе? — Можно мне добавить вокала в следующем альбоме? Я все еще не уверен, но я много работал, чтобы стать лучше в этом… что бы ты ни попросил, я отдам тебе. — Конечно, думаю, это будет здорово. Может как раз на этом треке и потестим? — Крис? Можно я..? Мне некомфортно спать одному, и если тебя это не смущает, не мог бы я, пожалуйста, вернуться, я чем-то обидел тебя в прошлый раз, я больше этого не допущу, пожалуйста, позволь мне, мне так одиноко в комнате в одиночестве, конечно, если тебя это раздражает, я попрошу нуну заказать мне мягких игрушек, чтобы засыпать ими кровать, но ты не показывал, что злишься на меня, и я подумал… Прости, это бред, прости, не бери в голову, — Феликс выпаливает на одном дыхании, кончики его ушей алеют (чан определенно не подбирает слово «очаровательно» к этому явлению). феликс выглядит болезненно беззащитным в этот момент. какой же он ребенок, какой же он восхитительный, прекрасный ребенок. чан закрывает глаза, феликс взрослый мужчина. но он помнит их всех такими детьми! трейни они с феликсом проводили так много времени вместе, и феликс был… его несовершенный корейский, проблемы с пониманием даже простых фраз. чан не осознает, в какой момент он начинает улыбаться. он тепло смотрит на феликса и говорит: да. возвращайся. это сделает меня счастливым — не говорит он, я привык просыпаться раньше и смотреть, как ты спишь, как твои веснушки образуют созвездия, какой ты, когда сонный и нелепый, неловкий глупый котенок, феликс, я так хочу касаться губами твоих волос и щек, хочу держать тебя в объятиях и засыпать вместе, какой вообще шанс, что я мог бы понравиться тебе, мой глупый, восхитительный, очаровательный ребенок — не говорит чан, но феликс смотрит на него, будто умеет читать мысли. боже, это было бы неловко. *** чанбин пытается пошутить, что для хорошего настроения чану не хватало только феликса в постели, но его быстро затыкает минхо. шепчет на ухо что-то (чан слишком далеко и не слышит ни слова), чанбин бледнеет и сглатывает. чан не знает, как минхо комбинирует в себе самого ласкового человечка на свете, человечка суни-дуни-дори, человечка, который любит кошек и хани? хани. хани! и змею. В минхо странно уживаются противоположности. чан чувствует себя счастливым и полным энергии. и вечерами он возвращается в теплую постель. чан занимает работой и событиями все свое время. выкладывается в студии, в данс-зале, на репетициях. чан может больше, больше, больше. феликс смотрит на него встревоженно и просит пощадить себя, не нагружать так сильно, чтобы потом не стало хуже. чан отмахивается. Ночами он обнимает феликса со спины, и они идеально складываются в паззл, торчащая жопка приходится на бедра чана и в согнутные коленочки феликса вмещаются колени чана. Ночью чан вдыхает запах шампуня феликса и думает о том, что мечтать больше не о чем. у феликса мерзнут руки, и он греет их об голый живот чана, и это, ну, это то, что происходит между друзьями? чан не знает. он не очень хорош в дружбе. *** хенджин просит чана задержаться после репетиции. паника в голове бан чана набирает обороты с каждой секундой: что-то случилось? он хочет уйти из группы? его обижают? он заболел? что, что, что — что происходит у вас с феликсом? — спрашивает хенджин, и хотя это должно было расслабить — все в порядке, его ребенок в порядке, все хорошо, бан кристофер чан, можешь выдохнуть, выдохнуть не получается. что происходит у них с феликсом? если бы он знал! что? что за странные вопросы? ха-ха — чана почему-то трясет, пальцы дрожат с такой силой, что тяжело завязать шнурки. — почему ты спрашиваешь? феликс что-то говорил? хенджин молчит. господи, да что, что? скажи хоть что-нибудь! — он ничего мне не рассказывает и сливает тему, когда я спрашиваю о тебе. что происходит, чан? вы что-то скрываете? вы вместе? вместе? что что чан не готов отвечать сейчас. он нервно смеется. не говори глупостей, джинни, мы ничего не скрываем, просто непривычно спать в разных комнатах — не больше. вечером чан рассказывает о разговоре феликсу. «не больше» вертится в его голове. для феликса он лишь способ пережить стресс. чан не спрашивает об этом напрямую. феликса эта тема неожиданно задевает, но чан правда не понимает, что он чувствует. смущение? ярость? все вместе? феликсу неловко, что другие думают, что он гей? — Куда он лезет, это не его дело! Кто его просил вмешиваться! — чан опять залипает. и опять. и опять. он долго смотрит на губы феликса, их форму. составят ли идеальный паззл их губы, как это сделали их тела? феликс ловит его взгляд, и кончики его ушей загораются. его возмущения сдуваются, как воздушный шар, и заканчивает он уже шепотом: — Прости, что из-за меня тебе приходится проходить через это. чан чувствует вину, потому что это все не из-за феликса же, это из-за него, извращенца, который пялится на губы друга и думает о том, как чудесно они совмещаются в кровати. ты не виноват, шепчет он в волосы феликса, прижимая его к себе крепко-крепко. как ты вообще можешь быть в этом виноват. почему-то домашняя футболка чана становится мокрой в том месте, где к ней прижималось лицо феликса. но как он может его осудить? как он вообще что-то может? чан не знает, что происходит между феликсом и хенджином за закрытыми дверьми, но хенджин смотрит на чана виновато. хенджин и феликс не разговаривают до конца недели. чан ненавидит себя за то, что создает конфликты, а не устраняет их. какой вообще из него лидер? *** однажды вечером укладываясь в кровать и ворочаясь, пока чан полулежит на постели с телефоном в руках, феликс случайно задевает своими губами край губ чана, и это сверхновая. они оба смотрят друг на друга, не в силах осознать, что именно сейчас произошло, но потом чан успокаивающе улыбается и распахивает объятия, чтобы феликс наконец устроился удобно. феликс выглядит ошеломленным и почти напуганным. будет ли он еще более напуган, если я скажу, что хотел бы продолжения? — думает чан. феликс влезает в его объятия и выглядит готовым разрыдаться. кажется, будто он сам не понимает причины (его нижняя губа надулась и выдалась вперед, и это — перестань думать об этом, бан кристофер чан!) чан прижимает его к себе и укутывает в одеяло. слегка укачивает. что-то тихо напевает, пока феликс не перестает дрожать в его объятиях. все хорошо, говорит он. ты не специально. я понимаю и не злюсь. как я могу на тебя злиться? феликс что-то бурчит, и больному мозгу чана слышится «мне жаль, что я не специально» бан чан слишком трус, чтобы переспросить. он просыпается с больной спиной, и феликс лежит прямо на нем, на его груди, и их ноги сплетены вместе, и руки чана сцеплены в замок на спине феликса. чану страшно нужно в туалет, но он смотрит на феликса и не может ничего с собой сделать. он пытается звать его, но шепот слишком тихий, чтобы достигнуть адресата. феликс, пожалуйста! феликс во сне находит другое решение проблемы. его ладошка спускается по прессу чана и останавливается на ягодицах. — пожалуйста, папочка, — говорит он сквозь сон. чан сбрасывает феликса на другую сторону кровати и выбегает из комнаты. какой позор. *** феликс спрашивает, можно я тебя поцелую? он безнадежно пьян после грейп джус. феликс совсем не умеет сопротивляться алкоголю. чан говорит: нет. чан не добавляет «спроси утром», потому что феликс отшатывается от него раньше, чем он успевает сказать хоть что-то. придурок. господи, какой же он придурок.