Love remains the same

***

 — Нарочинская, ты обалдела? — голос Олега возрос на несколько октав, выражая своё недоумение вперемешку с изначальным шоком и некой степенью возмущения. Пятнадцать недель — офигеть можно. Это же почти четыре месяца, а он не сном ни духом. Интересно, собиралась ли она ему вообще говорить, или же планировала снова внезапно исчезнуть без лишних объяснений? Ну нет, этот номер с ним не пройдет. От своего ребенка он ни за что не откажется. Пусть Тамарку он потерял — Эмма имела полное право найти своё счастье и обрести настоящую любящую семью. Он бы никогда не стал этому помехой, даже если бы у него появилась такая возможность. Буквально вчера Эмма прислала ему фотографии маленькой Тамарки — чем старше она становилась, тем больше была похожа на него. А толку то? Он не мог присутствовать при первых моментах — не мог стать свидетелем этих важных достижений в жизни дочери. Он не увидит её первых шагов, как режутся и выпадают первые зубки, не услышит первых слов. Разве что на присланных видео или на экране компьютера, но это не тоже самое, что увидеть это всё вживую. Олег был рад, что Эмма прекрасно устроилась в Америке. Её новоиспеченному мужу выделили частный дом. Зарабатывал он тоже достаточно хорошо — во всяком случае, он в состоянии позаботиться об Эмме и Тамаре. Конечно же больно осознавать, что Тамарка будет называть папой чужого дядю, но такова жизнь. Люди не подвластны её неожиданным переменам, испытаниям и многочисленным перипетиям. Они просто плывут по течению, в надежде когда-нибудь оттуда выплыть в целости и сохранности. Но нет никаких гарантий, что они всё-таки найдут свет в конце тёмного тоннеля. Олег постоянно возвращался в тот самый зимний вечер, когда Эмма сообщила ему о своём решении, а он ничего не мог сделать, кроме как смириться и отпустить. Она нашла свое счастье рядом со своим Котиком, так что, не было никаких сожалений относительно её отъезда. Она даже пригласила его в гости в Америку. А что, почему бы и не поехать и посмотреть, как они там устроились? Ещё вчера он бы моментально согласился, но сейчас, возникшие нюансы заставили его остановиться и задуматься. В частности, женщина, которая постоянно сводила его с ума своими переменами настроения, и которая недавно сообщила ему о своей беременности. Интересно, почему он не заметил в ней значительных изменений? Он ведь отличный врач и прекрасный хирург в конце то концов.  — Скажи мне, пожалуйста: сколько ещё времени ты собиралась скрывать от меня свою беременность, а? Мне просто интересно, — Олег подошёл к ней почти вплотную и посмотрел на нее в упор, прожигая ее своим взглядом.    — Я не собиралась этого скрывать, просто хотела найти подходящий момент, чтобы тебе об этом сообщить. Только и всего. — Марина попыталась найти оправдание своей мнительности.     — Ну и как, нашла? — Олег усмехнулся, продолжая прожигать её своими карими глазами, которые заметно потемнели от услышанного. — За пять дней у тебя не нашлось времени, чтобы сообщить мне о ребенке? Моём ребенке? Я имею право знать, — охваченный своим негодованием и злостью, Олег даже дважды не подумал, как это может звучать со стороны.    — Во первых, нашем ребёнке, — тотчас уточнила Марина, поддерживая твёрдый зрительный контакт, больше походящий на дуэль. Кто расколется первым и выстрелит? Пусть вообще скажет спасибо, что он об этом узнал. Вон пусть женушка ему рожает. Ишь какой, он ещё вздумал её в чем-то обвинять. С ней этот номер не пройдет. — Безусловно, ты принимал непосредственное участие в её зачатии, но я, — указала на себя рукой, — буду её вынашивать ещё как минимум шесть месяцев. И вообще, знаешь что? Ты не имеешь никакого права предъявлять мне какие-либо претензии. Если ты не забыл, ты женатый человек, поэтому скажи спасибо, что ты вообще об этом узнал. Мне не нужны скандалы от твоей благоверной.  — Марина и сама не заметила, как в процессе своей грозной тирады, раскрыла пол ребенка. Когда она это осознала было уже поздно.  — Подожди, ты сказала её? — Олег тотчас расплылся в улыбке чеширского кота, временно сменив гнев на милость в свете услышанной информации. Девчонки — его карма. Тамарка стала неожиданным сюрпризом, но теперь находилась далеко заграницей, а у него появился шанс исправить прежние ошибки — начать с чистого листа. Он ни за что на свете не откажется от своего ребенка, даже если придется судиться. Но он знал, что до этого дело не дойдёт. — Значит, у нас барышня будет?  — У нас, говоришь? — усмехнулась Марина. Как же быстро он изменил свою начальную позицию. — Как же быстро ты поменял своё изначальное мнение. По твоим словам, это ведь только твой ребенок, — она слегка закатила глаза, недовольно фыркнув. Она поражалась его наглости, самоуверенности и высокомерию.  — Я погорячился, Марин, — чувство дежавю вдруг посетило её. Совсем недавно те же самые слова говорил ей совсем другой мужчина, в поисках второго шанса. Почему то из уст Брагина это звучало намного искреннее, что ли. Или же она потихоньку сходит с ума? В любом случае, не стоит сейчас на этом зацикливаться.   — Неужели? Я думала, у тебя это в порядке вещей. Сперва говоришь, а потом уже думаешь, — на подсознательном уровне Марина явно имела в виду не только текущую ситуацию. Прошлое явно давало о себе знать. От него никуда не убежишь. Но если бы они это не пережили, не было бы крохотулечки, которую она теперь так бережно носила под сердцем.   — Марин, прости, — Олег нежно провел ладонью вдоль её запястья, заставляя сердце броситься вскачь. Это было обычным явлением, происходящим всякий раз, когда он к ней прикасался. Кожа просто горела под его пальцами, но сейчас не время для этого. Иначе они окажутся в эпицентре стихийного бедствия. Катастрофа огромного масштаба, потому что так или иначе он женат, и даже если она является матерью его ребенка — случайное стечение обстоятельств. Он сейчас всё равно отсюда уйдет, и отправится домой вместе с женой, которая с удовольствием приготовит ему сырники, приласкает и приголубит. Так всё, нужно срочно это прекращать, иначе она доведёт себя до ручки.  — Ничего, переживу, мне не впервой, — Марина махнула рукой и уже хотела было пройти мимо него, как он бережно схватил её за локоть, тем самым предотвращая её побег:  — Что будем делать?  — Ты сейчас поедешь домой отдыхать после смены вместе с женой, — она специально выделила именно это слово для произведения особого эффекта — А мне ещё нужно здесь немного задержаться? Опрос окончен?  — Марин, — попытался возразить Олег, но она снова его перебила. Достав один из снимков УЗИ из кармана своих хирургических штанов, она протянула его Олегу — Это снимок сегодняшнего УЗИ, если тебе конечно интересно, — закончив свою речь, она аккуратно высвободила свою руку из его хватки и вернулась к рабочему столу, пока Олег жадно и с великим интересом изучал снимок в руке, будто бы это было самой ценной вещью во всём мире. Его дочка. Если повезёт, она родится с небесно-голубыми глазами и обворожительными ямочками на щёчках. Главное, чтобы характер был не Маринин, а то пиши пропало. Он точно поседеет раньше времени. Ну что за женщина? И почему он так легко попадается на её удочку? Господи, какая может быть к черту жена, после этой новости? Ему не то что улыбаться хочется, а свободно парить над облаками, представляя свою будущую очаровательную малышку.   — Нарочинская, ну почему ты такая, а? — сам не понял, как эта фраза вырвалась наружу. Марина перевела взгляд на него и ухмыльнулась.   — В смысле? Какая?   — Колючая, как ёжик. Постоянно выпускаешь свои иголки, как только мы сближаемся, — он конечно понимал, что несёт полную ахинею потому что она права — он женат. Но чёрт возьми, его невыносимо сильно тянет к ней. А что делать с этим влечением, он абсолютно не знал. Эта женщина творила с ним необъяснимые вещи — она имела над ним огромную власть. Интересно, она вообще в курсе этого? Его настроение иногда полностью зависело от её душевного равновесия. Если она злилась, то он тоже был готов рвать и метать. Но проблема в том, что её перепады настроения выводили из себя, выбивая почву из-под ног. Неужели она не видит, что это всё не просто так?  — Брагин, я кажется тебе уже давно сказала, что я злая, — Марина усмехнулась, а затем продолжила.— Тебе не привыкать. Пора уже свыкнуться с этой мыслью.  — Я это уже давно понял. Был бы дурак, не понял бы, — в своей обычной манере проговорил Брагин. Это спорный вопрос, между прочим  — Ну если ты думаешь, что я откажусь от своего ребенка, ты сильно ошибаешься. Вам так не повезет, — Брагин улыбнулся во все свои 32, всё еще находясь в небольшом негодовании.  — Я не собираюсь запрещать тебе общаться и видеться с ребёнком. — Марина поспешила его заверить, что он вправе стать неотьемлемой частью жизни своей будущей дочери. Она никогда бы не поступила с ним так жестоко, это скорее его прерогатива. Это же он спец бросаться холодными словами вроде: «Застегнись, замерзнешь», которые постоянно всплывали в её памяти. Увидев его улыбку, походящую на Шрека из известного мультфильма, Марина продолжила. — Но, Олег, ты женат, и Лена ещё не в курсе нашей с тобой ситуации. Я надеюсь, ты посвятишь её в детали в ближайшее время. Я не хочу лишних проблем.  — Марин, — Олег обошёл рабочий стол и подошёл к ней в плотную лицом к лицу.  — До свидания, Олег. Тебе уже давно пора. Жена уже наверное заждалась, — последняя фраза подействовала на него отврезвляющим образом: он положил подаренный ею снимок в карман и, в сердцах бросив недовольное: — Дура, ты, быстро ретировался с места происшествия.  — От дурака слышу, — прозвучало тихо в ответ, перед тем, как Олег покинул помещение.

***

      Выйдя на воздух, он со всей мочи ударил ногой об асфальт, чтобы успокоить свои расшатанные нервы. Если она думает, что разговор на этом закончен, то очень сильно ошибается. Он ещё даже не начался — основная часть впереди. В глубине души он понимал, что её холодное обращение к нему — защитный механизм, чтобы держать безопасную дистанцию во-избежании повторения недавней страстной прелюдии. Но это было неизбежно, и они оба это прекрасно знали. Это дело времени. После недавней новости, меньше всего хотелось ехать домой вместе с женой, с которой должен был встретиться с минуты на минуту. Нащупав в кармане снимок УЗИ, Олег снова широко улыбнулся. Их ребёнок. Плод их любви. Такой сложной, порой невыносимой, сногсшибательной и катастрофической любви. Он ещё полностью себе в этом не признался, но постепенно осознавал наличие реальных и истинных чувств, отличающихся от страсти или простого влечения. Возвращаться к жене после сего осознания, было бы не только несправедливо, но и подло. Зачем мучаться и жить абы как, если можно поговорить начистоту и решить всё мирным путем? Какой пример он подает будущей дочке, если боится признаться себе в собственных чувствах к её матери? Украдкой взглянув на снимок, он поместил его обратно в карман, и вынул оттуда телефон с Тамаркиными фотографиями. Какая же она хорошенькая — растёт не по дням, а по часам, а он за ней совсем не успевает, играя роль выходного папы, если вообще играет. Увлекшись рассматриванием фотографий, он не сразу заметил приближающийся силуэт близкой подруги.    — Здрасти, — по пути в Склиф Нина здоровалась с прохожими. — Здрасти, — в очередной раз поприветствовала она кого-то, а затем в поле своего зрения заприметила близкого друга, что-то занимательно рассматривающего. Уже несколько месяцев как её беспокоило его душевное состояние. Выглядел он каким-то перевёрнутым и подавленным, что ли. Ну явно семейная жизнь его не радовала. Нина до сих пор не понимала, зачем нужен был весь этот фарс с женитьбой? Он ведь Ленку совсем не любил. Это было видно невооруженным глазом. Вдобавок, между ним и Мариной явно что-то происходит, потому что из их недавнего разговора стало ясно, что вернулась она ради него. Её не проведешь — она видит их обоих насквозь. Здесь явно кроется какая-то интересная история, которую она не прочь изучить от и до.  — Нормально, вообще. Иду, никто меня не видит, внимания не обращает. — наиграно возмутилась Нина, направлясь к нему навстречу. — Че, не не уходил вообще?   — Да, — Олег махнул рукой, мол, он бы и сейчас не прочь здесь остаться, вместо того, чтобы идти домой. Он вполне мог бы остаться в Склифе и отдохнуть в ординаторской, лишь бы никуда отсюда не уходить.    — Здарово, — поприветствовал Олег, явно обрадовавшись встречи с подругой.   — Здарово, — Нина чмокнула друга в щёчку в знак приветствия, тепло улыбнувшись. — Привет.  — Не могу я без неё, — самовольно вырвалось изнутри. На подсознательном уровне он сейчас думал вовсе не о работе, но Нине об этом знать вовсе необязательно. У неё ведь язык без костей — совершенно не могла хранить секреты. — Без кого? — поспешила уточнить Нина, подозревая, что он имел в виду вовсе не работу, но не было причин для дальнейшей дискуссии. — Скорее бы ночь прошла и снова на работу, — вовремя одернул он себя, пояснив значение предыдущей фразы. — Ну, как ночь то прошла? — Нине было интересно всё происходящее в стенах Склифа. Она была любопытна как все женщины, и любознательна, как профессионалы своего дела. — Оперировали, — коротко, ясно и понятно. Он не хотел говорить что во время операции произошел форс мажор с новым главврачом по совместительству матерью его ребенка и люб… Так всё, не нужно бежать впереди паровоза. Она ясно дала ему понять, что не желает с ним сближаться. И даже если он уйдёт от Лены сегодня же, каковы гарантии, что они смогут построить что-то стоящее? К тому же, она не одна, как оказалось. Впрочем, он должен сделать это ради своего будущего ребёнка. Всё, точка.   — Хоть не зря? — поживём увидим. Состояние Вани было тяжело-стабильным. Первые двадцать четыре часа самые критические. Но надежда остаётся, что операция была успешной и у них всё получилось. Время покажет.   — Посмотрим. Смотри, Эмка прислала, фотки Тамаркины, — Олег повернул экран лицом, чтобы Нина смогла чётко разглядеть изображение на нём.  — Ой, я не могу. Держите меня. Вай мэн! — радостно воскликнула Нина, любуясь очаровательной малышкой, которая была очень похожа на Олега.   — Она чем старше становится, тем больше на меня похожа, — с гордостью произнес Олег, в тоже время представляя их с Мариной будущую малышку. Улыбка не сходила с лица именно по этой самой причине. Детей он просто обожал, а ребёнок от женщины, которая регулярно сводила его с ума — предел всех мечтаний. Пусть она злится и делает вид, что ей всё равно, но он просто так от неё не отстанет.   — Просто армянские корни берут своё. Нет, в принципе вылитый ты. — подитожила Нина, все ещё любуясь обворожительной крошкой на телефонном экране. — Ну, как они вообще? Нормально там у них всё? — Эмма до сих пор являлась её близкой подругой, поэтому её дальнейшая семейная жизнь и судьба в чужой стране, были ей вовсе не безразличны.   — Всё прекрасно. Американцы такие добрые люди. Гинекологу нашему дом целый дали, — вау, Америка действительно другой мир. Здесь вон годами в очередях за квартирами стоят, а ему просто так дом дали.   — Ничего себе, — Красиво они живут. Им такое даже и не снилось.   — Ну, вот меня в гости зовут, — почему-то заикнулся Олег. Он ведь ещё ничего не решил, особенно в свете недавней новости.   — Езжай, чё шикарная компания: хирург, анастезиолог и гинеколог. Врямя проведете. — Нина как всегда шутила, слегка прикалываясь и подтрунивая над ним. Главное, чтобы Эмка до сих пор не была на нём зациклена, а то это помешает началу её новой жизни.   — И поеду, — пусть Нина думает, что он серьезно рассматривает это предложение.    — Езжай, — Нина целиком и полностью поддерживала затею друга. Пусть поедет и проветрится, желательно без присутствия жены, но это навряд ли.  — И поеду. Вот сейчас как и… — запнулся, слегка задумавшись, — сяду и поеду, — Олег логически закончил свою мысль.  — Маленький такой вопросик, — Нина не могла оставить всё как есть. Она должна убедиться в его душевном равновесии и семейном счастье, которое вряд ли подлинное или реальное.  — Чего тебе? — Олег удивленно посмотрел на подругу в ожидании её вопроса.  — Ты вообще счастлив? — Нина не могла не спросить об этом, уж больно хорошо она его знала, а его внешний вид больше походил на утопающего, нежели на влюбленного женатого мужчину. — Нинка, ты чего? Руки, ноги, работа, жена красавица под боком. Что ещё для счастья надо? — ну вот, что и требовалось доказать, — он явно пытается увильнуть от темы. Значит не всё так радужно, как кажется, исходя из его слов.  — Ну и слава богу, — Нина не хотела лезть к нему в душу, но она узнала то, в чём и так до этого была почти уверена.   — Ну и ты, ступай с миром, — Ну вот, снова уходит от темы. Ну ничего, разговор ещё не окончен. Они еще вернутся к этой теме, а пока, она оставит его в покое и отправится на работу. — Пойду, — Нина кивнула головой в сторону Склифа, планируя отправиться в том же направлении.  — Ммм, — Олег согласно кивнул головой и снова устремил взгляд на экран телефона.   — Охрана, — оповестила Нина, заметив приближающую к ним Лену, а затем отправилась по направлению в Склиф.   — Привет, привет и пока, — толком не поздоровались, но Нина и не сильно горела желанием делать это.   — Извини, пожалуйста, пристала эта Карина — говорит, заполни заполни, — до ушей донёсся голос жены, выдернув его из глубоких мыслей и новых откровений.   — Ты заполнила? — поинтересовался, наигранно улыбаясь, понимая, что серьёзный разговор и грядущий разрыв — неизбежны. Это должно произойти по приезде домой.   — Ну, конечно, — Лена согласно кивнула головой, тепло улыбаясь мужу. У неё были грандиозные планы на вечер — интимного характера, но она и предположить не могла, что им не суждено было реализоваться.   — Молодец, — Олег улыбнулся, чтобы не показаться подозрительным. В голове он мысленно прокручивал предстоящий разговор с женой, понимая, что после него, его жизнь в корне изменится.  — Поехали домой? Спать? — её игривый взгляд говорил о чем угодно, только не о предстоящем сне. Увы, ей придется сильно разочароваться в этом плане. У него были абсолютно другие планы на этот счёт. — А поехали, — согласился он, и хотел добавить что-то ещё, как она перебила с очередным вопросом.  — Устал? — поинтересовалась она, взяв его под руку и направляясь вдоль аллеи навстречу к его машине, припаркованной неподалёку.   — Нет, не очень, — ответил Олег без лишних заморочек. Успешно добравшись до машины, он снял с неё сигнализацию и уже было открыл водительскую дверь, как очередной вопрос Лены застал его врасплох.  — Как Марина себя чувствует после недавнего обморока? Я хотела узнать как она, но её не оказалось на месте. Ты её не видел, случайно?   — Лен, давай поговорим об этом дома, а? — автостоянка Склифа не место для такого серьёзного разговора. А он будет длительным и сумбурным. — Садись, — он открыл для неё пассажирскую дверь, приглашая сесть вовнутрь.   — Олеж, я не понимаю, — Михалёва растерянно похлопала ресницами, не понимая резкие перемены в настроении мужа. —  В чём дело? Что с тобой?   — Садись, говорю, — она наконец-то села на пассажирское сидение и пристегнулась, всё ещё находясь в полном недоумении.   — Поехали, — Олег сел за руль и, пристегнувшись, тронулся с места. Оба и не подозревали, что за ними наблюдала заинтересованная пара небесно-голубых глаз, обладательница которых направлялась к своей чёрной Тoyota Camry с единственной мыслью:

Всё, конец пустым иллюзиям и надеждам. Реальность горька как желчь, но она моментально отрезвляет, заставляя принять всю действительность происходящего.