Ловушка воображения

      — Кисаки? — удивленно спросил Ханма, невольно уставившись на своего «товарища».       Тетта же залез на дерево и крепко ухватился за его ствол, сидя на веточке. Знаете, Кисаки довольно тихий и неприметный человек, поэтому, он всегда подозревал, что кто-то из «таких» захочет как-то использовать его. Но этот подозрительный тип не просто подошел, откуда-то зная его фамилию и имя, так еще и лезть начал! Нет, ну, какой придурок стал бы лезть с поцелуйчиками к малознакомому человеку?       — Помогите мне! До меня домогается какой-то имбецил! — громко закричал мальчишка.       — Я попрошу! — возмутился Шуджи, недовольно пожимая свои губки и смотря снизу-вверх на парня, — Ну, Кисаки, ты меня забыл, что ли?       — Да я тебя первый раз в жизни вижу! — возмутился Тетта гневно смотря своими сизыми глазками на странного молодого человека.       — Ты обиделся на меня! — что-то понимая говорит «оно» и хлопает в ладоши, — Ну, Тетточка, слазь. Давай мириться.       — Пошел нахуй, извращенец!       — Я не настолько старый!       Чифую подходит к окну, собираясь открыть его, чтобы освежить помещение, и застывает, не веря своим глазам. На тихое «Такемичи» от златовласого, собираются все присутствующие и заинтересованно смотрят на школьный дворик со второго этажа. Ханагаки странно крякает, прижимаясь к плечу Манджиро. Сано же недоуменно косится на своего создателя, а после вновь возвращает свой взор на двух парней во дворе.       — Ты тоже это видишь? — неуверенно говорит Мацуно переводя свой взгляд на лучшего друга.       — Да… — кивает головой писатель, неуверенно теребя руках кофты Майки, тот громко фыркает, — Кажется, Кисаки нужна помощь.       — Ну, зато вы нашли еще одного персонажа, — пожимает плечами Баджи.       — А что вы собираетесь дальше с ними делать? То есть, с нами, — хмурится Ханемия поглядывая на мальчишек, останавливая взгляд золотистых глаз на новом знакомом, — Чифую, ты ведь не отправишь нас обратно?       — Почему ты задаешь этот вопрос мне? — нахмурился Чифую, облокачиваясь об подоконник, — Не я вас создал.       — А, — Такемичи приобнимает обладателя черного импульса за плечи, — Жить дружно в нашем мире?       Спасать Кисаки пошли всей толпой. Тетта, заметив своих одноклассников, сразу же начал подавать всякие знаки и громко кричать о том, что его пытается изнасиловать какой-то наркоман. Ханма, обиженный до глубины души, хватается за сердце и говорит, что его друг самый ужасный человек в мире. Школьник же посылает его куда подальше.       Когда Шуджи, на расстоянии от своего товарища стоит и ноет, держит Кейске, Тетта спускается с дерева и громко ворчит. Только после того, он обращает вниманием на Такемичи, который решительно хватает своего одноклассника за плечи и говорит:       — Кисаки, нам нужно серьезно поговорить.       Юношу запихивают в тот самый класс музыки, а «странный тип», почему-то, тоже идет с ними. Ханагаки сказал, что этого «извращенца» это тоже касается. Отличнику явно подобное не по душе и он желает, как можно скорее уйти от этих ненормальных людей. Тетту усаживают на стул, Ханма же оказывается рядом, довольно улыбаясь, поглядывая на своего друга. Мальчишка мысленно считает до десяти, лишь бы не ударить этого паршивца. Он его до жути бесит.       Такемичи начинает свой рассказ.       — Ага, — недовольно хмурится Кисаки, потирая свой нос и поглядывая на взволнованного писателя, — То есть, эти люди, — указывает на «несуществующих» в этом мире людей, — Твои выдуманные персонажи, но каким-то образом они стали живыми? — кивок, — Мацуно, он головой ебнулся?       — Да это правда! — возмущенно восклицает блондин, — Все эти люди тебе подтвердят, что я не вру!       — Что за бред? — закатывает сизые глаза парень, — Ты думаешь я поверю в подобное?       — Тетточка, — Ханма пододвигается к мальчишке и слегка касается чужого плеча за что сразу же получает ощутимый шлепок, — А этот человек не врет. Мы ведь тоже…       — Отошел от меня, педофил! — грозно рыкает юноша, поправляя очки и вновь обращая внимания на Ханагаки, — И вообще, я живой нормальный человек!       — Кисаки, — подает свой голос Чифую сидя между Казуторой и Кейске, — Я знаю, это звучит слишком странно, но так оно и есть.       — Хорошо, допустим, я поверю во всю эту лабуду, тогда у меня есть несколько вопросов, — вздыхает Тетта, поднимая указательный палец вверх, — Во-первых, почему именно персонажи с истории Ханагаки, а не другого человека? — писатель неловко пожимает плечами, прижимаясь к Манджиро, — Если так рассуждать, то тогда персонажи каждой книги могут существовать в нашем мире, а мы даже не подозреваем об этом, — Чифую невольно думает о том, что хочет попасть в какой-то мир из прочитанных им манг, — Но, тогда, разве это не вызовет какой-то разлом в мирах? — Кисаки складывает руки в замок, — Предположим, то существует несколько параллельных миров, но они никак не пересекались с нашим, до этого момента. В этих мирах могут находиться другие люди, существа, энергия, материя и прочее, — Баджи ничего не понимает, но почему-то умно кивает головой, — Если брать каждое произведение писателей, как отдельный параллельный мир, который существует по типу нашего, вы хоть представляете какое нескончаемое количество миров будет существовать или уже существуют? — Такемичи стало немного не по себе, — А теперь представьте, если те персонажи будут выбирать другие действия, которые идут не за запланированным сценарием, тогда выходит с каждым новым выбором создается новая параллель, — Сано поджимает губы, а глаза его слегка темнеют, — Допустим, я встретил вот этого пе… — Шуджи обиженно надувает губы, — Человека. Другой же я мог сейчас находится на уроке физкультуры, как и вы двое, — указывает рукой на Мацуно и Ханагаки, — Между прочим, или же я мог спокойно читать свою книгу.       — То есть, я правильно понял, — задумчиво тянет Чифую слегка ерзая на месте, — Что, из-за каждого сделанного выбора, наш мир делиться на похожие?       — Я не утверждаю, а лишь предполагаю, — кивает головой Тетта, — Но, по сути, все может быть. Так же с этими «персонажи», — молодой человек указывает на присутствующих «героев», — Если они появились в этом мире, против воли автора и пошли за другим сценарием, то их мир мог поделиться на двое, — Кейске недоуменно косится на Казутору, забавно хлопая своими карими глазками, — То есть, персонажи книги Ханагаки в своем мире могут находится и делать все то, что он описал, но в другой параллели они как-то смогли преодолеть пространство и попасть в наш мир, — «ботаник» слегка облокачивается об спинку стула, — По факту, мы ведь тоже можем быть лишь чей-то выдумкой.       — Боже, я ничего не понимаю, — сдается черноволосый юноша укладывая свою голову на, опешившего от такого действия, плечо Мацуно.       — А я говорил, что из Кисаки идеальный злой гений вышел бы! — довольно улыбается Такемичи.       — Вот за это я просто и обожаю Тетточку! — вставляет свои пять копеек Ханма.       — Я не разрешал называть меня по имени! — рыкает вновь мальчишка, забавно нахохлившись и грозно смотря на «странного типа».       — Ух, какой грозный, — Шуджи шутливо погрозил пальчиком.       — Ханагаки, за гения благодарю, но вот за злого… — сизые глаза с явной угрозой уставились в голубые, писатель же невинно улыбнулся и спрятался за спину Сано. Майки думает, что его слишком часто за последнее время стали использовать, как щит. — Что же, я, конечно, слышал, что есть люди, которые бывали в других измерениях и прочее, но не особо в это верю.       — Что ты думаешь об этой ситуации? — Мацуно невольно косится на Казутору, который решил последовать примеру своего друга и также положил свою голову на другое плечо златовласого.       — Наш мир с миром их истории должен быть как-то связан, — тянет задумчиво Кисаки, — Если вы мне сейчас не вешаете лапшу на уши, то должно быть какое-то взаимодействие, — Манджиро прикусывает щеку с внутренней стороны, — Либо в возможности при определённых обстоятельствах проникновения из одного мира в другой, на подобии неких дверей между нашими мирами, либо в существовании в этих мирах определённых мест, где они пересекаются.       Все присутствующие удивленно косятся на Тетту. Вот вам и тихий мальчик.       — Ахуеть, — выдает Баджи пораженно смотря на «отличника», — Что-то интересное и совсем непонятное.       — Что же, второй вопрос, — продолжает Кисаки, — Допустим, персонажам книги удалось найти некий разлом или же туже дверь в наш мир. Хорошо, но существует бесконечное число параллельных вселенных, отличающихся друг от друга как очень незначительно, так и весьма значительно, — Такемичи восхищенно выглядывает из-за спины обладателя черного импульса, — Почему именно наш мир? Потому что Ханагаки является автором сего произведения? А если бы они попали в мир, где Ханагаки даже и не думал начинать карьеру писателя, а, допустим, стал гопником, — Мацуно громко фыркает, представляя своего друга в образе плохиша, — Изменилось бы что-то? Что же, это, пожалуй, мы не узнаем. Так вот, вернемся к моему вопросу, — парень поднимает руку вверх, указывая пальчиков в потолок, описывая воображенный круг, — Подозревали ли вы, персонажи истории, что все происходящее в вашем мире лишь выдумка одного человека? Если да, то как вы это поняли? Как смогли найти «разлом» и появиться здесь? Я не верю в то, что вы просто взяли и появились в этом мире, потому что захотели.       — Это сложно объяснить, — раздается тихий голос Манджиро, — Я не могу отвечать за всех, но, в какой-то момент, меня, как будто, озарило, — светловолосый юнец слегка хмурится, вспоминая детали, — Сначала все шло по сюжету, а потом у меня начало пробуждаться странное чувство, — он тяжело вздыхает, — Некоторые мои воспоминания, как будто, кто-то стирал и обновлял, это было странно, но я помнил прошлые действия и что там произошло. Кен-чик, мой лучший друг, должен был быть зарубленным мечом изначально, но в новых воспоминаниях его подстрелили, и он попал в кому.       — А… Если так вспомнить, то у меня постоянно менялись воспоминания о нашей встречи с Кейске, — протянул Казутора поглаживая голубоглазого паренька по руке, — Я тогда думал, что схожу с ума.       — Я частенько переписывал моменты в которых не был уверен, — слегка нахмурился Такемичи.       — А что насчет «двери»? — спрашивает Чифую, явно заинтересованный в происходящим.       — Не могу сказать, — отрицательно покачал головой Сано.       — Если ты скажешь, что-то может кардинально поменяться? — понимает его отличник, потирая свой подбородок и размышляя о чем-то.       — Кисаки, это может значит то, что эту «дверь» лучше иной раз не трогать, — проговаривает серьезно Шуджи, подпирая свой подбородок рукой и поглядывая на своего товарища.       — Как там тебя? — хмурится Кисаки, обращая внимание на «педофила», — Ханма?       — Можешь звать меня по имени, сладкий, — подмигивает ему парень.       — Понял, — Тетта поправляет очки и мило улбыается, — Верзила сдёргоумка.       — Что в этом, что в том мире, все такой же, — вздыхает Шуджи, прикрывая глаза.       — Искреннее сочувствую другому мне, который тебя терпел все это время, — фыркает мальчишка.       — Хотя, знаешь, может за поцелуйчик я и соглашусь что-то рассказать, — ухмыляется молодой человек, пододвигаясь к юноше.       — Обойдусь, толоконный лобъ.       — О чем этот человек говорит? — шепчет на ухо Мацуно Кейске, — Что еще за сдер… сдур… Лоб… Это вообще какой язык?       Златовласый мальчишка лишь покачал головой, радуясь, что у них в «команде» появился «злой» гений.