Ловушка воображения

      Чифую переживал.       Чифую очень переживал.       Такемичи застрял в туалете больше, чем нужно. Нет, мальчишка все понимает, многое может произойти, но, знаете, это «немножечко» беспокоило его. Учитель же рассказывал новую тему, показывая что-то ученикам на доске, но Мацуно было совсем не до учебы. Странные события все никак не укладывались в голове. Насколько может быть вероятным то, что персонажи книги могут стать живыми людьми? Ну, не выпрыгнули же они со своей книги и убежали куда подальше от тех ужасных событий? Хотя, кто его знает.       — Чифую? — тихо позвала одноклассника Хината, замечая состояние друга, — Все хорошо?       Златовласый мальчишка слегка кивает, обращая внимание на Тачибану, которая сидела спереди него. Девушка поджала губы, явно собираясь о чем-то спросить еще, но ее отвлек учитель, который решил проверить то, как ученики справились с заданием. Голубоглазый же ничего не записал, что уж там говорить о задании, благо, его не спросили.       Как только звонит звонок, Мацуно хватает свою сумку и выбегает с класса, обеспокоенно оглядываясь по сторонам. Чертыхнувшись, он смотрит на свой телефон. Чифую несколько раз писал сообщения и ждал ответа на них, но Ханагаки, будь он неладен, как будто, сквозь землю провалился. Ну, или же, его смыло в туалете.       — Чифую, — раздается над ушком знакомый голос.       — Казутора! — хватается за сердце мальчишка, — Да тебе бубенчик надо повесить! Задолбал так внезапно появятся!       Ханемия неловко улыбается, Баджи, который ходит вместе со своим другом, слегка фыркает, рассматривая взволнованного паренька. Чифую набирает знакомый номер и ждет, когда его ненаглядный писатель возьмет трубку.       — Директор сказал, что не хочет принимать детей без документов, — начал жаловаться Казутора, — А на все прочее, лиш…       — Погоди, не до тебя сейчас! — шикает недовольно голубоглазый, вновь набирая номер Такемичи.       Раздаются долгие гудки, и спустя три гудка, слышится знакомый голос. Мальчишка не выдерживает.       — Блядь! Ханагаки, я чуть не посидел, ты куда, еб твою мать, делся?! Чего ты, блядь, меня успокаиваешь?! Да, блядь, я спокоен, как монах! Где?!       Казутора слегка испуганно вжимается в удивленного Кейске. Кареглазый прижимает к себе друга и поглаживает его по спине, пытаясь таким образом успокоить, пока Чифую в красках матерится, не обращая внимания не посторонних. Ученики же начинают обходить блондина другой дорогой, лишь бы не попасть под его горячую руку.       — Сиди там и не рыпайся! Сейчас приду, — громко выдыхает Мацуно, отключаясь и массируя устало виски, — Так, — он уставился на парочку, — Вы идете со мной. Отказы не принимаются.       Баджи с Ханемией лишь кивнули в ответ и последовали за златовласым юношей, который слишком агрессивно топал своими кроссовками. Троица оказывается в классе музыки, который был закрыт на ремонт. Ханагаки, сидящий на полу с каким-то парнем, заметив лучшего друга, испуганно икает и прижимается к Манджиро. Тот удивленно поднимает брови вверх.       — Такемичи! — грозно рыкает Чифую, — Я тут с ума, значит, схожу, а он!       — Чифую, — неловок кашляет Такемичи, а после берет Сано за руку и говорит: — Чифую, знакомься, это Манджиро Сано.       — Ч-черный импульс?       Мацуно даже о своей злости забыл, удивленно уставившись своими голубыми глазками на светловолосого мальчишку, который неуверенно пожал плечами. Не любил Майки слушать о черном импульсе, из-за которого в его жизни столько проблем было.       Тяжело вздохнув, Чифую присаживается рядом с парнями, прикрывая глаза. Писатель неловко улыбается и шепчет слова прощения, на что золотоволосый лишь недовольно мычит. Казутора же подползает к своему новому знакомому, нагло укладывая свою голову на его коленях и довольно жмурясь. Чифую за это время так устал, что даже гнать этого паршивца не хочет.       — Ма, — карие глаза удивленно смотрят в оксидовые, — Майки?       — Баджи? — неверующее говорит Сано, а на глазах появляться слезы, — Баджи!       Манджиро набрасывается на друга детства, крепко сжимая того в объятиях, не веря в то, что смог вновь его увидеть. Ханемия недовольно косится на них, поджимая губы, а после прикусывает нижнюю губу до крови. Голубоглазый юнец вновь издает тяжелый вздох и слегка треплет «незнакомца» по волосам.       — Чифую, я, кажется, поломал нескольким людям жизнь, — твердо заявляет Ханагаки, смотря на то, как Майки не отлипает от Кейске, громко рыдая. А ведь он только недавно успокоился.       — Такемичи, ты дурак? — искренне негодует его друг, Казутора же заинтересовано слушает.       — Сам такой, — фыркает в ответ тот, — Но, это ведь правда…       — Такемичи, ты просто писал книгу, — хмурится Мацуно, — Это тоже самое, если бы мы, например, писали сочинение. Откуда ты мог знать, что эти, — он кивает головой на притихших «персонажей», — Оживут в нашем мире.       — Ну, зато, — слегка усмехается молодой писатель, — Персонажи моей истории довольно симпатичные. Майки вообще такая пуся!        «Пуся» на подобные слова слегка хмурится, а вот Баджи начинает громко хохотать, за что получает сильный щелбан от первого.       — Ты им внешность не придумывал, если не забыл, — закатывает свои глаза Чифую, — Им просто повезло такими появится.       — Чифую, ты такой противный.       Присутствующие, немного узнав друг друга получше, начинают разбирать все, что знают, по полочкам. Такемичи задумчиво косится на героев своей книги, все еще не веря, что они настоящие. На вид обычные люди и не скажешь, что они когда-то были придуманы им же.       — А что, если переписать историю? — предполагает писатель, почесывая подбородок.       — Не выйдет, — кивает головой Манджиро, устроившись около своего создателя, — Дальше писать он может, — пальчиком указывает на Такемичи, — и некоторые события произойдут в этом мире, но, уж точно, не переписать. Даже, если ты удалишь что-то, это уже не поможет.       — Как то, что находится у меня в черновиках, смогло стать настоящим? — хмурится блондин, поглядывая на мальчишку, — Майки, ты ведь что-то знаешь.       — Я знаю не так много, как ты хочешь, — вздыхает Сано, оглядывая класс музыки, — Тем более, автор ты.       — Э, намекаешь на то, что я должен знать больше тебя, — кивок, — Но понятия не имею ничего об этом…       — И так, что мы имеем, — Чифую устало садится на стул, поворачивая голову на доску на которую он записывал важные детали, — Кейске, Казутора и Манджиро с истории Такемичи появляются в нашем мире. Кафе «Токийская свастика», соответственно тоже оттуда. Значит, убийство человека в моем районе, это дело кого-то из вас и этот человек, как я понял, тоже из истории Такемичи.       — Я никого не убивал, когда попал сюда, — сразу же говорит Майки, хмурясь.       Казутора с Кейске переглядываются и неловко отворачиваются, стоит лишь Мацуно бросить на них свой взгляд. Ханагаки вдруг понимает, что, помимо него и Чифую, здесь одни убийцы. Стало немного страшно, но, они ведь не убьют своего создателя?       — А как работает черный импульс? — задает вопрос Ханемия.       — Я не могу четко ответить на этот вопрос, — задумчиво тянет обладатель черного импульса, — Меня просто накрывают эмоции, а дальше, все как в тумане. Я, вроде как, понимаю, что творю, но остановится не могу.       — Такемичи? — устало вздыхает златовласый мальчишка.       — А, ну, я, как-то, не подумал об этом, — мило улыбается юнец, неловко бегая голубыми глазками.       — Твою мать, Ханагаки!       — Я просто делал зарисовки, что ты от меня хочешь? — слегка возмущенно говорит Такемичи, пододвигаясь к Манджиро и поглаживая его по спине, — Если бы я знал, что такое произойдет…       — Так, есть ли еще какие-то опасные людишки, которых ты придумал? — хмурится Мацуно, потирая свой нос.       — Ну… Саус, но, по идеи, его убил ЧИ, — Сано недовольно хмурится, — Ну, есть Кисаки…       — Постой, Кисаки? Тетта Кисаки? — удивленно выдает голубоглазый и, чуть ли, не падает со стула.       — Ага…       — Ты, все же, решил списать персонажа с человека? — понимает его парень.       — Ну, Кисаки умный, пусть и ботаник, — Ханагаки берет Майки за руку и несильно сжимает, тот же никак не поймет, чего добивается его создатель, совершая подобные действия, — Я подумал, что было бы классно, будь он каким-то злым гением.       — Еб твою мать, Ханагаки, — чуть ли не хнычет его лучший друг, — То есть, где-то сейчас в нашем мире, ходит копия нашего школьного Кисаки Тетты, Кисаки, который и мухи не обидит, только его злая версия?       — Ну, наверное, — неуверенно бормочет писатель, — С ним еще должен быть тип один, его я уже сам придумал. Ханма Шуджи.       — Если он списывал внешность и характер с живого человека, то тот персонаж не появится в этом мире, — качает головой Сано, — Это вызовет диссонанс.       — Ну, это конечно радует, а то меня немного пугает, что наш Кисаки смог бы стать злым гением, — вздыхает Мацуно, смотря на то, как Баджи уверенно усаживает Ханемию себе на колени и целует в шею, — Кстати, твои «персонажи» и сами себе любовную линию нашли, а ты еще заморачивался.       В это же время, Тетта вышел из учебного заведения в школьный дворик. Сейчас будет урок физкультуры, но у него есть справка, поэтому, прогул ему поставить не должны. Вместо того, чтобы просто сидеть на скучном уроке и тупо смотреть на то, как другие играют в мяч, мальчишка решает отдохнуть. Юноша присаживается на скамейку возле дерева и достает книгу, собираясь погрузиться в очередной интересный сюжет иного мира.       — Кисаки, — любовно говорит чужую фамилию какой-то странный парень, — Наконец-то я тебя нашел!       — А ты еще кто такой? — хмурится Кисаки, поправляя свои очки.       — Твоя любовь, мой дорогой!