чай сближает

я понимаю что заснула только в момент когда моя ранее откинутая на кровать голова с неё соскальзывает и я дёргаюсь. мне требуется пара секунд чтобы понять что происходит. на экране всё так же идёт сериал, но уже, кажется, даже чуть дальше того момента на котором я вчера остановилась. выровнявшись, размяв ноующие от сна в неудобной позе шею и плечи, наконец снова удобно устраивают и смотрю на вету. она сверлит взглядам дно чашки которую обхватила обеими руками. чашка довольно большая, так-что её пальцы идеально лежат на тонких стенках и косаются самыми кончиками. вскоре я понимаю что она что-то бормочет себе под нос. всё так же не отрывая взгляда от чашки. потом, я даже вздрагиваю от неожиданности, подносит её к лицу и делает глоток. в чашке исчезает даже ветин нос. отставляет чашку и принимается что-то быстро печатать в до этого лежавшем у неё на коленях телефоне. я молча за ней наблюдаю. время от времени она хмурится, что-то стирает и снова печатает. на действие на экране внимания не обращает уже ни одна из нас. я вдруг перевожу взгляд на чайник, присматриваюсь. в янтарной жидкости виднеются веточки можжевельника которые я уж точно не добавляла. сбоку вдруг раздаётся - да, я сделала новый чай. - я дёргаюсь от неожиданности и перевожу непонимающий взгляд на вету. - но в твоём сборе не было можжевельника - она смотрит на меня странно, будто на ребёнка который непонимает очевидные вещи - разумеется, этот я принесла с собой - я многозначительно протягиваю аа, и наливаю тёплую, будто светящуюся жидкость из чайника в свою пустую, остывшую чашку и блаженно грею о неё руки. кажется всё это время в комнате было открыто окно. делаю глоток чая и блаженно закрываю глаза, там нет ни грамма сахара, вета скорее положит в чай цианид чем сахар, но он сладкий, по-правильному сладкий, чувствуется лёгкий вкус ромашки и липы, на вкус просто божественно. хотя это и противоречит моим привычкам, ведь в чае явно нет мёда, вкуса это совершенно не портит. я чувствую на себе ветин взгляд и совершенно уверена что уголок её губ сейчас поднят в подобии довольной улыбки. она всегда любила когда кому-то нравится её чай, да и дело явно было не в желании одобрения. она просто любила восхищение и быть правой, а ещё любила чай. вернувшись к просмотру и всё таки промотав на некоторое, пропущенное нами время назад я понимаю что спинка кровати в качестве опоры меня устраивать перестаёт и на секунду в моей голове мелькает мысль о том что было бы неплохо облокотиться на ближайший потенциально мягкий (и тёплый) объект, то есть на вету. но я быстро её отметаю и пытаюсь соорудить себе что-то на подобии опоры под спину из диванных подушек. а вскоре вете надо уходить, я чувствую что совсем не хочу чтобы это было так, ибо не думала раньше что с ветой может быть так комфортно, это казалось странным, но признаюсь, очень мне нравилось. и я всё так же гоню от себя мысль о том чтобы её коснуться. хотя обнять её на пороге хочется даже сильнее чем в комнате, но я этого не делаю. скоро приедет мать с Максимом, пора прощаться. за ветой закрывается дверь.