чай сближает

выхожу от Леры и наконец глубоко вдыхаю, морозный воздух жжёт лёгкие, но наконец даёт их ощущение заполненности. на улице холодно. выйдя из дома ветер пыхает на меня ночным морозом, виднеющиеся в темноте деревья тонут в падающих хлопьях снега. ветер обжигает лицо, снег хрустит под ногами, не чета слякоти которая устилала всё вокруг ещё неделю назад. замираю, запрокидываю голову и пялюсь на потемневшее небо, на снежинки кружащиеся в черноте вечера и медленно оседающие на мои волосы и воротник мехового пальто. пройдя по скользкой улице и посидев с минут 20 на остановке я захожу в трамвай, там чуть теплее чем на улице и замёрзшие щёки и нос начинают гореть. садясь на первое попавшееся место в практически пустом травмае смотрю на свои покрасневшие руки, кожа вокруг ногтей кажется совсем красной, да и остальные руки подают признаки лёгкого обморожения, но несмотря на это мне не холодно. у матери так и не получилось заставить меня носить перчатки. оторвавшись наконец от рук я утыкаюсь в заотевшее окно, но ничего разглядеть не получается, так-что я протираю средних размеров пятно рукавом и в него становятся видны силуэты зданий, огни вывесок и фонарей, а так же парочка людей кажется сами не понимающих что они делают на улице так поздно. несколько раз прокручиваю в голове написанное у Леры стихотворение, на самом деле то что она уснула я заметила не сразу, а лишь когда она чуть ли не засопела во сне. я вздрогнула от неожиданности, и вдруг поняла что этот звук ассоциируется у меня с очень похожим сопением Вилли который убеждённо предпочитает лежанкам сгиб моих коленей или локтя. но вопреки ожиданиям я не испытывала неловкости, а наоборот, скорее что-то сродни вдохновению и получилось это: хочу дом у озера, перебирать твои волосы, сидеть часами смотреть как лижут камни волны наклоняться за одним, будет отличный кулон подо мной ломается дерево колени разбила, юбка мокрая ветер треплет ткань, впитывает кровь из рваных ран ткань с крапивой хлопок убийца убийца моральных ценностей ты побрилась налысо чтобы нечего мне было перебирать хочется всадить тебе ручку в глаз наигрались в счастливую пару побыли переводчиками с неизвестного языка парадокс китайской комнаты наш язык лишь функция на неизвестном носителе космополитизм личности искреннее слияние не скоммуниздили а раскулачили отблески человека, пришельца склизкого на которого натянули кожу всё равно зелёный просвечивает препарируй пусть мои внутренности станут наружностями отдай тело учёным пусть убедятся что в грудной клетке пусто нет там души зелёный просвечивает да, я понимаю что звучит не очень мило. но писать что-то доброе было бы очередным притворством, а смысла пихать его в стихи я не видела совершенно. использовать метафорично свои странные мысли было хорошим способом от них избавиться, вроде сегодняшней идеи запустить руку в волосы Леры. ладно, когда пытаюсь об этом думать звучит ещё глупее. так-что я вставляю в уши наушники, еду домой под песни митски и не выключаю музыку до самого засыпания. следующая неделя сливается в одну серую кашу из уроков, прогулок с собакой и бессмысленных переписок. к тому же с кончившимся декабрьским сбором. о Господи. наконец вырвавшись из душного плена кошмара я встаю не обращая внимания на чёрные пятна разбегающиеся перед глазами. подхожу к окну и жадно глотаю прохладный ночной воздух. как только получается сделать нормальный, настоящий вдох приходит ощущение будто до этого я всю ночь не дышала. замечаю лейку на столе и остервенело брызгаю холодную воду себе в лицо, влажные капли на лице раздуваются ветром и я кажется приходу в себя. вот поэтому я и не люблю сон, он чаще похож на издевательство, чем на отдых, а перспектива провести ещё и следующий день, который к слову являлся ещё и выходным, обдумывая свои кошмары мне не хочется, так-что не успев убедить себя что это очень и очень плохая идея пишу Лере. затем откладываю телефон и иду заваривать себе чай понимая что уснуть сегодня уже не получится. хочешь выпить кофе? Я на самом деле пила его раза два в жизни, не хочешь сходить? - ого, неожиданный поворот, я пялюсь в экран пару минут, потому как с просонья мозг не варит от слова совсем. Вау. она сама меня куда-то зовёт. на самом деле тот киносеанс был первым разом когда мы общались вне компании. да собственно в последнее время мы всё реже собираемся всей компанией. странное ощущение, хотя её, кажется, это совсем не колышит. ну разумеется, а чего расстраиваться от уменьшения общения с "выборкой". после всех её шуток меня не покидает ощущение что она постоянно проводит эксперименты. тру глаза и смотрю на время - 13:54 - понятно, опять пол дня. надо что-то ответить - давай)) - идея кажется неплохой, да и повторюсь, я даже рада проводить с ней время вне компании. она наконец начала признавать меня "не столь примитивной как остальные" видимо под этим подразумевается что я интересная личность. да и "буллинг" Почти сошёл на нет. хотя её едкость никуда не делась. уже во время завтрака я замечаю что от неё пришёл ответ - сегодня - даже без вопросительного знака, за что же она его так не любит. ещё там была ссылка по всей видимости на ту кофейню куда мы должны были пойти - ок, в четыре? - но она уже не в сети, откладываю телефон и продолжаю завтракать прикончив свой завтрак, я допиваю чай стараясь принять осознание того что ветин октябрьский (хотя сейчас далеко не октябрь) сбор кончился, а значит нужно что-то делать так как снова пить тот, как выражалась Вета «массмаркетный мусор» мне категорически не хотелось. телефон вибрирует и я вижу что сообщение пришло от веты - хорошо, где встретимся? - я пару секунд думаю - давай около моего дома, а то я за оставшееся время далеко не уеду, Вета коротко отвечает - ладно - и я иду собираться. звонок в дверь раздаётся ровно в 16:00, я хмыкаю, ну конечно, чего я ожидала от веты. открываю дверь и там и вправду стоит Вета. на ней всё то же меховое пальто и полосатый зелёно-коричневфй шарф, но в этот раз на ней свитер в сине-зелёно-коричневые ромбы и чёрная юбка в мелкие цветы. я улыбаюсь - ээ, подожди секунду - и быстро одеваюсь. выхожу на улицу и мы снова здороваемся, отходим от дома негромко болтая, определённую тему выделить сложно ибо она варьируется от удобства носков с пальцами, до расстройств Иисуса. выйдя из двора я говорю - так, ну тут нужно пару остановок на автобусе, а потом можно на метро. Вета кртвится - давай как-то по-другому, я терпеть не могу метро - я мученически вздыхаю - так не получится, потом ещё пешком очень много чесать придётся. а на метро быстро - Вета нарочито недовольно закатывает глаза - ладно - я довольна исходом и мы идём к автобусной остановке. уже в метро, стоя в поезде говорю - Вета, так на какую нам.. - я перевожу на неё взгляд и запинаюсь, вот почему она не хотела ехать в метро. её пальцы сжимающие поручень побелели, кольца скрипели по металлу поручня в моменты тряски поезда, создавая очень неприятный визг. Вета стояла ровно и кажется прилагала максимальные усилия чтобы не двигаться, широко распахнутые глаза с расширенными глазами смотрели прямо перед собой, но кажется, ничего не видели. вид у неё был жуткий. Я пробираясь ближе по трясущемуся вагону и берусь за поручень поверх её руки. Вета шипит и пытается выдернуть руку, я закатываю глаза - не веди себя как ребёнок - она зло окидывает меня взглядом, но кажется решает не тратить силы не перепалку. какое-то время стоим так. поезд прибывает на станцию, открываются двери и наружу льёт поток из людей, но к счастью мы стоим у дверей с заблокированной стороны поезда. под общий шум я аккуратно беру её за плечо, в этот раз она даже не возмущается, разворачиваю её Так что теперь её спина упирается мне в грудь, немного подумав оставляю руку на её плече, кажется Вету немного отпускает, я замечаю это по тому как расслабляется её рука на поручне под моей. странное ощущение. обычно она чуть ли не дерётся с теми кто хотя бы дотронется до неё, а сейчас кажется не возражала. наоборот, она кажется даже расслабилась от этого. стоять так чуть ли не уткнувшись носом ей в затылок казалось правильным. с одной стороны я жалела что затащила её в метро, ведь знала о её панических атаках, но алчная часть меня говорила что это того стоило. древесно-шитровый арамат её духов исходил даже от волос, но не бил в нос, наоборот, хотелось ещё больше принюхаться. странное чувство. поезд прибывает и я тащу вету к выходу, поднимаясь на эскалаторе она забирает руку и отходит, я и не пытаюсь её удержать.