Сборник всякого по БС

Сны, где в главной роли был отец, так надоели Малкольму, что ему пришлось что- то с этим делать. Чтобы избавиться от соблазна - отдайся ему. Так он и поступил... В этот день, в Клермонте, Мартин отдыхал на кровати. Запланированных встреч с сыном у него не было, дел тоже, а значит можно было посвятить себе и своим мыслям хотя бы час. Каково же было его удивление, когда бессменный мистер Дэвид, предупредил о надвигающемся госте и не назвал имени этого посетителя, что немного задело Мартина. Все таки, Дэвид был хорошим человеком, а Мартин знал это, потому как видел остальных надзирателей Клермонта и не один из них не уважал своего подопечного, как Дэвид. Он одел ему наручники и вышел, очевидно на обед. На это и рассчитывал пришедший Малкольм. Для того, что он хочет сделать, свидетели не нужны. – Здравствуй, доктор Уитли,– хмыкнул Малкольм, подходя вплотную к черте. Мартин удивленно вскинул брови. – Мой мальчик, я не ждал тебя видеть сегодня. – Это был сюрприз,– Малкольм ослепительно улыбнулся, но глаза выражали нахальность. Мартин никогда не замечал, чтобы сын смотрел так на него. – Так чем я понадобился тебе?– спросил Мартин, подозрительно щурясь на сына. Он пока не представлял, чего хочет его мальчик. Малкольм подошёл ближе переступая черту и отец сделал неосознанный шаг назад. Парень начал стягивать с себя галстук подходя ещё ближе. Мартин пятился задом, вдруг испугавшись. И не зря. Малкольм ловким движением закинул петлю на шее отца, туго затягивая и резко потянул вниз. Хрипло закашлявшись, Мартин упал на колени и выпучив глаза, уставился на сына, что взирал на все это с широкой улыбкой. "Будто безумец" – Ты исполнишь все, что я скажу и это останется между нами. – Малкольм затянул ещё туже, почти перекрывая воздух и Мартин кивнул не в силах противостоять,– Хороший папа,– хмыкнул парень, ослабляя петлю. – Что ты хочешь?– прошептал Уитли, все ещё громко втягивая воздух, пытаясь насытить лёгкие до отказа, потому что чувствовал, что пытка может повториться. – Хочу поиметь тебя,– эта пошлость из уст сына звучала так противоестественно, что Мартин невольно задумался. А такая ли душка Малкольм, каким кажется? Может, он где-то упустил его? – Надеюсь, ты умеешь сосать. Впрочем, плевать. Научишься,– с этими словами, резким движением, Малкольм тянет отца на себя и тот чуть не втыкается лицом в его пах. – Мой мальчик, я удивлён,– тянет Мартин и поднимает голову. На его лице улыбка, что странно выглядит в такой ситуации. – Тебе смешно?– резко бросил Малкольм, затягивая галстук туже. – Нет, что ты... Я доволен. В тебе есть тьма. Не такая, как у меня, но это вполне устраивает ме... – Малкольм не даёт договорить, грубо хватая отца за волосы и оттягивая их вверх. Мартин шипит, но улыбка с его лица не уходит. – Займись делом,– Малкольм отпускает волосы мужчины, одной рукой расстегивая ширинку. Мартин облизывается, что ещё больше удивляет Малкольма. То есть, все это нравится отцу? Парню хочется стереть радость с его лица. Он грубо тянет за галстук и сдавленно вздыхает, когда тёплый язык касается головки его возбужденного члена. Мартин нежно совершает движения языком, вырисовывая один известный ему рисунок. Малкольма пробивает дрожь и он закидывает голову, наслаждаясь манипуляциями отца. – Мне нравится, когда ты такой,– шепчет Мартин, поднимая взгляд и наслаждаясь видом, что ему открывается. Малкольм рвано дышит и когда чувствует, что отец прекратил, опускает голову. – Когда я какой?– он не даёт ответить, хватая отца за волосы и заставляя того взять полностью. Мартин кашляет, пытаясь вырваться. Малкольм перестает его держать и вновь спрашивает. – Или когда я такой?– он нежно проводит по щеке отца, после чего мягко перебирает его кудри. – Когда ты такой, какой настоящий,–шепчет Мартин и Малкольм сжимает его кудри, вызывая этим недовольный вздох у отца. – Тогда дай мне уже кончить и я оставлю тебя в покое,– Малкольм отпускает седые волосы и засовывает руку в карман. Второй, он все продолжает держать галстук, хотя это уже не имеет значения- отец не сопротивляется. – На время,– добавляет парень и Мартин округляет глаза, но лишь на долю секунды. Не то чтобы ему это не нравится. Мартин рад, что его сын нуждается в нем. В таком понятии тоже. Для него не существует правил и запретов. Кому они нужны если две стороны довольны? Малкольм ушёл тогда довольный, а Мартин остался предвкушающим. Что же ещё придумает его мальчик?