Искушая Судьбу

      — Артур, ты уверен, что это хорошая идея?       Мерлин уже не в первый раз задал этот вопрос. Он постучал пером по столешнице, оставляя на дереве пятна черных чернил, издавая нервный ритм, который заставил Артура протянуть руку, вырвать у него из рук оскорбительный письменный прибор и отбросить его в сторону.       — Да, Мерлин, — снова повторил Артур. — Теперь ты поможешь мне надеть доспехи или нет? Через полчаса у меня тренировка с рыцарями.       Мерлин закатил глаза.       —Я больше не твой слуга, — пробормотал он, как будто Артуру действительно нужно было напомнить. Но все равно встал, чтобы принести доспехи Артура, разложив их на столе в надлежащем порядке, как он всегда делал. Король ухмыльнулся ему, неприятно самодовольно, как обычно, и протянул руки, чтобы его одели.       — Правда, все-таки, эта встреча на высшем уровне? — спросил Мерлин, возясь с пряжкой на нагруднике. — Все просто пахнет неприятностями. Как эта идея может быть хорошей для тебя, ведь все влиятельные, ненавидящие тебя люди будут в одной комнате одновременно? Это убийство, ожидающее своего часа!       — Мерлин, ты пришел сюда, чтобы обсудить регулирование талисманов удачи, а не критиковать мою политическую стратегию.       — Да, ну, я тоже пришел сюда не с намерением одевать тебя, но все же, — сухо возразил Мерлин, застегивая наплечник.       Артур фыркнул.       — Послушай, я знаю, что ты просто беспокоишься о моей безопасности, — сказал он, — и я понимаю, почему ты так беспокоишься. Правда, понимаю. Но когда-нибудь мне придется встретиться с ними лицом к лицу. — Он пожал плечами. — Все, что произошло за последние несколько месяцев, по меньшей мере... скандально, если не сказать больше. Все твои многочисленные секреты, раскрытые моментально, вызвали множество волнений среди людей, которых ты одурачил, и многие из них не верят, что я в их числе.       Мерлин нахмурился, сосредоточившись на особенно упрямой пряжке, которая не хотела сидеть прямо, вместо того чтобы смотреть на Артура.       — Они думают, что я использовал тебя против них, Мерлин, — прямо сказал Артур. — Они думают, что я сознательно — и предательски — держал рядом с собой ручного колдуна, настаивая на том, чтобы никому больше не разрешалось использовать магию, и все для того, чтобы быть абсолютно уверенным, что Камелот имеет преимущество перед всеми другими королевствами в стране. Так вот, я не знаю точно, что они думают о твоей новообретенной родословной на данный момент, но мы можем с уверенностью предположить, что они тоже не будут думать о нас лучше на этом фронте. Поэтому нам нужно поговорить с ними, прояснить ситуацию и убедить их в наших добрых намерениях.       — Но это именно так, Артур, — сказал Мерлин. — Нам нужно поговорить с ними. Мы делаем это, мы вместе. Скажи мне еще раз, почему меня не пригласили на этот саммит?       Артур вздохнул.       — Ты заставляешь их нервничать.       Мерлин усмехнулся.       — Ты знаешь, — настаивал Артур, слегка улыбаясь при одной мысли о том, что Мерлин может кого-то запугать, хотя он уже достаточно видел силу Мерлина, чтобы знать, что любая осторожность была совершенно оправдана. — Ты переменна, которую никто из них не предсказывал. Они не готовы к тебе и не знают, как справиться с ситуацией, которую ты представляешь.       — С другой стороны, я — известная величина, — продолжил он, жестом указав на свою персону, из-за чего Мерлин с недовольным ворчанием погнался за наручами, которые пытался закрепить. — Они все имели дело со мной раньше; они знают, как я действую и что мной движет. Даже если они считают меня виновным в двуличных и коварных действиях, они все равно готовы дать мне возможность выговориться и, по крайней мере, попробуют услышать, то что я скажу.       — Я действительно не думаю, что Один из тех, кто дает кому-либо преимущество в сомнениях, — сказал Мерлин. —Особенно не тебе. Судя по, знаешь ли, десятилетней кровной вражде, которая у вас продолжается. И Анис ищет любой предлог, чтобы развязать войну и посеять раздор между королевствами. И ты это знаешь.       — Мерлин...       — А Саррум из Аматы? Правда, Артур? Этот человек кровожаден и жесток, а также один из самых известных сторонников уничтожения магии во всей стране. Даже твой отец держался от него подальше! Он безжалостный! Он известен тем, что убивает своих союзников и насаживает их головы на пики. И ты хочешь пригласить его в свое королевство — королевство, где ты в настоящее время находишься в процессе легализации магии, которую он так ненавидит, — и ты хочешь сделать это без меня?       — Мерлин, — проворчал Артур, его раздражение наконец победило. — Веришь или нет, но на самом деле мне не нужно, чтобы ты крутился у меня за плечом каждый час каждого дня. Мне удалось прожить девятнадцать лет, прежде чем ты появился.       — Может быть, но это было до того, как все решили нарисовать большой красный круг на твоей спине и использовать тебя как мишень.       — Мерлин, я не могу допустить, чтобы ты был там, — решительно сказал Артур. — Твое присутствие только заставит их всех обороняться, и тогда их будет чертовски трудно победить.       Последняя пряжка защелкнулась, и Артур оттолкнул беспокойные руки Мерлина, чтобы тот мог повернуться и посмотреть ему в лицо должным образом.       — В конце концов тебе тоже придется отстаивать свое дело перед ними, — продолжил он, — но сначала ты должен дать мне шанс, иначе ничего никогда не будет решено, и Альбион никогда не будет мирным и единым, как мы этого хотим.       Мерлин скрестил руки на груди, прикусив язык, чтобы не показаться еще более похожим на наседку, чем уже был.       — Альбион никогда не будет мирным и единым, если ты умрешь, — парировал он без особой надежды, зная, что спор уже проигран.       — У меня десятки рыцарей, Мерлин. Может быть, попробуешь хоть раз позволить им делать свою работу. И кроме того, — добавил он, поднимая свой меч и вращая им, лезвие со свистом рассекало воздух, — ты же знаешь, я не совсем беспомощен.       Настала очередь Мерлина ухмыльнуться. Он открыл рот, но Артур увидел, что его намерение написано у него на лице.       — О, разве у тебя нет собственного королевства, которым ты мог бы управлять? — язвительно спросил он, убирая меч в ножны.       Мерлин издал уклончивый гудящий звук, поджав губы и почесывая густую поросль волос, к которой он все еще не привык.       Артур громко рассмеялся, когда Мерлин впервые объявил о своем намерении отрастить бороду, но он перестал смеяться и вместо этого начал дуться, когда понял, что Мерлин гораздо лучше отращивает бороду, чем когда-либо. Теперь, месяц спустя после своего решения, он держал ее густой и аккуратно подстриженной, и за все это время ни один человек не называл его «мальчиком».       — Технически, — ответил Мерлин на вопрос, пожав плечами. — Но, э-э... не сейчас.       — Что ты имеешь в виду, говоря не сейчас? — озадаченно спросил Артур. —Царствование — это не временное положение.       Мерлин с раздражением плюхнулся в любимое кресло Артура. — Эллисон и Герунд выгнали меня, — признался он. — Из моего собственного королевства! Ты можешь в это поверить? Сейчас все спокойно, поэтому они говорят, что мне нельзя возвращаться, пока я не навещу свою мать.       Артур и сам хорошенько посмеялся над этим. Мерлин подумывал о том, чтобы спустить с него штаны в отместку, но решил, что такая мелкая месть, вероятно, ниже его достоинства теперь, когда он стал королем.       — Правда, Мерлин? — спросил Артур, вытирая слезы веселья с глаз. — Прошло почти два месяца, а ты все еще не разговаривал с ней? Бедная женщина!       — Я был занят!       — Не так занят, как ты был до того, как началась война с Морганой, — возразил Артур. — В твоем королевстве царит мир, твой кузен доказывает, что он эффективный и надежный регент, когда ты занят чем-то другим, и путешествие на большие расстояния занимает у тебя примерно две с половиной секунды. Что мешает тебе отправиться туда?       — Я просто не хотел покидать Картис до того, как получу ответ от Килгарры, — сказал Мерлин.       Выражение лица Артура смягчилось. — Он все еще не придумал, что делать с Эйзусой?       — Нет, — сказал Мерлин, поднимая выброшенное перо, вновь вертя его в пальцах. — Драконы сами являются созданиями магии, поэтому использовать магию для воздействия на них практически невозможно. На самом деле ничего нельзя сделать, чтобы залечить шрамы и старые травмы даже у людей, так что делать это с драконами, безнадежное дело, даже для меня.       — Но ты думаешь, что сила бога могла бы справиться с этим?       Артур снова взял у него перо. На этот раз Мерлин использовал магию, чтобы вернуть его, для пущей убедительности ударив Артура по голове. Артур щелкнул его по уху, и Мерлин милостиво воздержался от ответных действий и позволил всему этому перерасти в еще один подростковый поединок.       — Все создания магии рождены Старой Религией, — продолжил Мерлин, как будто его не перебивали, — включая меня. Если и есть что-то, что может изменить дракона на фундаментальном уровне, так это божество, чья сила проистекает из того же источника. Проблема в том, чтобы найти того, кто готов помочь мне в этом начинании. Боги и богини точно не известны тем, что слышат мольбы людей.       — Ну, если и есть кто-то, кого они будут слушать, так это ты, — сказал Артур в своей лучшей попытке подбодрить. — Великий Дракон скоро что-нибудь придумает, и ты все решишь в кратчайшие сроки.       Мерлин слабо улыбнулся ему. — Да, конечно. Я просто ненавижу видеть Эйзусу таким.       — Как он?       — Трудно сказать, так как он не может говорить, но очевидно, что некоторые из его старых ран все еще причиняют ему боль, — сказал Мерлин. Он прижал ладони к глазам, подавляя волну вины, которая всегда угрожала захлестнуть его, когда думал об испытании, которое позволил пережить своему маленькому дракону. — Однако он выглядит здоровее, — добавил он, — теперь, когда о нем должным образом заботятся.       — Это хорошо, — сказал Артур с улыбкой. Ему понравилась Эйзуса, когда он посетил Картис. Всякий раз, когда у него появлялось свободное время между официальными встречами с королевским советом и неофициальными экскурсиями по королевству, Мерлин настаивал на том, чтобы взять его и Гвен, он проводил его на Насесте, уговаривая пугливое существо есть котлеты с его руки.       — Я мог бы отвезти тебя в гости, если ты хочешь его увидеть, — предложил Мерлин самым невинным тоном.       Артур смерил его очень равнодушным взглядом.       — Я так не думаю, Мерлин. Эллисон имел на это право. Ты... — Он указал пальцем на Мерлина. — ...едешь в Эалдор, или мне придется сопровождать тебя туда самому.       — У тебя через два дня встреча на высшем уровне, у тебя нет времени никуда меня сопровождать, — проворчал Мерлин.       — Вот именно, и я буду очень зол, если мне придется выкроить время из своего очень напряженного графика, чтобы обнять тебя и твою мать и заставить вас поговорить друг с другом. Так что отправляйся. Прямо сейчас, давай. У меня есть дела, которые нужно сделать.       Артур сделал прогоняющие движения в его направлении. Когда Мерлин не сразу вскочил, чтобы повиноваться, он стащил Мерлина со стула и подтолкнул его к двери.       — Но я должен найти Мордреда и Сесилию, — запротестовал Мерлин. — Кто знает, куда они подевались? Наверное, целуется где-нибудь в нише. И Рейма! Рейм, наверное, все еще собирает припасы. Или потерялся! Он легко теряется. Может пройти несколько дней, прежде чем мы его найдем. Однажды я попал в ловушку в туннелях под стенами и несколько часов не мог найти выход...       — Я гарантирую тебе, что все они в конюшнях, готовые к выходу и ждущие, когда ты пошевелишь своей задницей.       С этими словами Артур быстро вытолкнул Мерлина за дверь и закрыл ее за собой. Мерлин уставился на дверь, удивляясь тому, на что пошел Артур, чтобы просто подразнить его; вещей, которые Артур должен был сделать, даже не было в его комнате, и он просто заперся, чтобы Мерлин больше не мог медлить.       Мерлин почти убедил себя сделать так, как ему было сказано, когда Артур внезапно снова появился в дверях.       — Кстати о Мордреде, он действительно нужен тебе в этой поездке? — спросил он.       Мерлин нахмурился.       — Эм. Я полагаю, что нет.       — Как ты думаешь, я мог бы одолжить его на несколько дней?       Мерлин поднял бровь и спросил:       — Зачем?       — Для использования в качестве связующего звена, — сказал Артур, прислонившись к дверному косяку. — Он хорошо проявил себя во время подготовки к битве, убедившись, что Герунд и Леон были на одной волне. У других монархов наверняка возникнут вопросы о тебе, на которые я не смогу ответить, поэтому я подумал, что мог бы каждый вечер составлять список вопросов, которые Мордред мог бы отвезти в Картис, чтобы получить ответы на них.       — О, так Мордред может встретиться с другими монархами, а я нет? — спросил Мерлин, просто в целях разъяснения, а не в последнюю очередь потому, что он явно раздражался из-за того, что его оставили в стороне.       — Мерлин, в последний раз, когда ты видел лорда Байярда, ты обвинил его в измене, — сказал Артур, пощипывая переносицу. — И ты жонглировал при дворе королевы Аннис, как дурак. Дай им немного времени, чтобы привыкнуть к мысли, что ты — королевский чародей с драконами из легенд и пророчеств. И, кроме того, на самом деле он тоже не будет присутствовать на саммите, просто будет передавать сообщения.       Мерлин снова закатил глаза и сказал:       — Хорошо. В любом случае, я не очень нуждаюсь в его защите. Леди Сесили будет более чем достаточно. Хотя я уверен, что они с Мордредом будут оплакивать разлуку, — добавил он с довольно многозначительной усмешкой.       Артур усмехнулся.       — Я думаю, что молодые влюбленные смогут выдержать несколько дней разлуки, — сказал он. — Отправь Мордреда на тренировочную площадку, когда отправишься, хорошо?       — Да, хорошо.       На этот раз, когда Артур закрыл дверь, она осталась закрытой. Мерлин покачал головой, зная, что Артур просто ждет, когда он уйдет, прежде чем отправиться на тренировку. Но теперь Мерлину не оставалось другого выхода, как повиноваться. Когда-нибудь ему придется встретиться со своей матерью, и казалось, что все сговорились против него, чтобы убедиться, что время пришло. Он встряхнулся и направился к конюшням.

***

      Она смеялась на бегу, высокие травы щекотали ее ноги, когда она проходила сквозь них. Ветер швырял ей волосы в глаза, но она достаточно хорошо знала эти леса, чтобы это не мешало ее полету. Какая-то фигура пронеслась мимо нее, чуть не сбив ее с шага. Темноволосая голова мелькнула среди деревьев перед ней, расстояние между ними увеличивалось по мере того, как Мордред использовал свои более длинные ноги.       — Эй! Подожди меня! — закричала она, заставляя себя бежать быстрее.       Мордред оглянулся и улыбнулся ей, замедляя шаг, чтобы она могла догнать его. Однако она не остановилась, когда подошла к нему. Вместо этого она прыгнула на него, повалив на землю. Он вскрикнул от удивления. Они покатились, ударившись о землю, нисколько не заботясь о пятнах травы, которые покроют их одежду, или о том, как родители будут ругать их, и ей, наконец, удалось прижать его.       — Вот так, — сказала она решительно. — Я выиграла.       — Ты уверена в этом? — спросил Мордред.       Она нахмурилась, глядя на него сверху вниз. На самом деле, она должна была предвидеть это, но ей все же удалось удивиться, когда ее отбросило назад не что иное, как воздух. Затем Мордред оседлал ее ноги, держа ее запястья опущенными и выглядя ужасно самодовольным по этому поводу.       — Это жульничество! — сказала она.       — Не тогда, когда ты тоже обладаешь магией, — возразил Мордред. — Ты могла бы сделать то же самое со мной.       — Ты же знаешь, что моя магия не настолько сильна. Не так, как у тебя, — сказала она, стараясь не казаться такой ревнивой. — Ты мог бы сделать все на свете, Мордред. Я едва могу разжечь огонь, и то если очень сильно сконцентрируюсь.       — О, ты могла бы сделать больше, чем это, — сказал он успокаивающе. — Ты просто слишком молода. Ты разовьешь свою магию, когда станешь старше. По крайней мере, так говорят старейшины.       Она оттолкнула Мордреда от себя, чтобы сесть, обхватив руками колени. — Но ты уже развил, — сказала она. — Ты даже моложе меня, и ты уже сильнее половины взрослых в лагере. Если ты еще даже не дорос до своих способностей, то станешь одним из сильнейших когда-либо!       — Я не знаю об этом, — сказал Мордред, откидываясь на пятки и кусая губу.       — Правда, Мордред, — настаивала она. — Ты мог бы стать лучшим, если бы постарался.       — Я действительно стараюсь!       — Возможно. — Она вырвала горсть травинок из земли и рассыпала их вокруг себя, затем потянулась за новой горстью. — Хотя ты, наверное, мог бы постараться еще больше.       Она подняла глаза и увидела, что Мордред хмуро смотрит на нее, но он улыбнулся, заметив, что она смотрит.       — Пойдем, — сказал он. — Мы должны вернуться до того, как твоя мать придет за нами.       Она позволила ему снова поднять ее на ноги, и они побежали к дому.