Разница взглядов

Пустота. Сяо Чжань всю ночь бегал по предпологаемым местам, в которых может находиться Ван Ибо, но все усилия оказались тщетны. Этот гремлин будто сквозь землю провалился, его нет нигде, его никто не видел и никто не знает где именно тот вообще может находится. Ван Ибо слишком непредсказуем. Сяо Чжань это знает, отчего переживает ещë больше. Он переживает. От этой мысли проявляется странная реакция, мужчина не знает радоваться ли ему от того, что он наконец-то что-то чувствует или переживать от того, что причина этих крох эмоций бесследно исчезла. Чжань не мог усидеть на месте несколько часов, он метался от одного места к другому, объехал весь город в попытках найти парня. Результатов это не дало. Сейчас он сидит в своей квартире и чувствует как его заволакивает пустота. Прошëл всего день, а он уже успел привязаться к этому несносному мальчишке. Хах, а говорят, что привыкание длится двадцать один день. А ещë говорят, что к хорошему привыкают быстрее. А к идеальное, похоже, можно привыкнуть и за сутки. Постоянный шум, движение, грохот чего-то разбитого или просто "Чжань-гэ, смотри что могу!" заменяются звенящей тишиной, которая режет уши искуссно наточенным лезвием. Сяо Чжань думает, что лучше бы лезвие было настоящее, поскольку так он сможет хоть на минуту забыть о пацане. Раньше он такого ни за что не сказал бы, но очень хочется проверить один факт. Правда ли физическая боль заглушает душевную? А долго ли длится этот эффект? Ощущение, будто мужчина скоро свихнëтся. Только сейчас он замечает ту разницу. Ван Ибо был прав, он легко может заставить Чжаня испытывать какие-то эмоции, хватит лишь одного мгновения, проведëнного рядом, чтобы набраться впечатлений на всю жизнь. Вот только это чувство действует как наркотик, с каждой минутой привыкаешь всë больше и становится всë сложнее отпустить. А теперь и вовсе невыносимо. Всë это время Сяо Чжань по-настоящему жил, и эта жизнь и рядом не стояла с той, которую он считал нормальной и правильной. Он с горечью понимает, что всë это время был просто заложником положенного образа жизни, он так же как и все лишь мучился, делая то, что нужно, прикрывая это собственным выбором и мнимым счастьем. Ван Ибо же другой. За день он умудрился продемонстрировать совершенно иную сторону жизни. Она совсем не кажется правильной, скорее бунтарской и абсурдной, но она придаëт настоящее ощущение жизни, а не существования. Именно то, к чему так долго стремился Сяо Чжань, именно то, что его убило изнутри. Он был слишком помешан на правильном, на здоровье, на этой психологии, делающей жизнь счастливее. У каждого человека ведь разное счастье, каждый сам выбирает свой путь. Зачем что-то учить, зубрить, делать как надо даже если не хочется? Ван Ибо живëт весело и счастливо не зная этих тонкостей, потому что он живëт. Он поступает так, как чувствует, а не так как положено или что-то такое. Самое главное — спонтанность. Жизнь становится интересной и необычной, это не идëт ни в какое сравнение с чëтким графиком, расписанием. Это жизнь человека, а не робота. Прочувствовать столько положительных эмоций за один только день, столько новых и нежных чувств, столько объятий и поцелуев человеку, который не находил в них ранее что-то особо приятное, а после сам тянулся к парню. Разве такое можно забыть, просто оставить пройденным этапом жизни? Сяо Чжань открывает пачку чипсов, закидывает туда орешки и сухарики, перемешивает и высыпает в миску. Не потому что это делала Ибо, а потому что ему правда понравилось. Не один здоровый сбалансированный обед ему сейчас не кажется особо вкусным по сравнению с этим импровизированным салатом. Кажется, где-то лежала шоколадка. Смотреть фильмы тоже можно по-другому. Их же не обязательно анализировать, искать какой-то потайной смысл. Это же массовая культура, зачастую не направленная на долгое обдумывание, это просто что-то развлекательное, созданное для поднятия настроения и расслабление. Это тоже нечто новое. Мужчина вспоминает губы Ван Ибо. Тогда тот только засунул кусочек шоколада ему в рот и поцеловал своими, после того как съел чипс. В этот момент парень казался особенно вкусным, они друг друга отлично дополняли. Как один человек может изменить целый мир, заставить полностью пересмотреть свои взгляды на жизнь, привить другие привычки? У многих это не получается годами, а кто-то спонтанно врывается в чужую жизнь и не оставляет от неë и следа, полностью меняя человека и его мировоззрение. И на это потребовался один только день... И почему человек, который показал Чжаню что-то нереальное, совершенно новое, какую-то параллельную реальность, открыл глаза на настоящее так быстро ушëл? Перевернул жизнь и приучил к себе мужчину, а затем просто бесследно исчез... Сяо Чжань не верит. У Ван Чжочэна не было и капли беспокойства на лице, он совершенно не переживает об этом, а значит знает где именно находится Ибо, но отказывается говорить. Он же переодически так пропадает... Может ещë вернëтся? Столько поцелуев, касаний, объятий... Вдруг Сяо Чжань просто напугал парня? Осознание накатывает, словно ловина. Ван Ибо испугался таких быстрых развитий событий и извращëнного богатого дяденьку, поэтому подыграл, чтобы не вызывать подозрений и быстренько свалил, пока была возможность. Огромная волна пустоты, тоски, тревоги, самобичевания, волнения, неприязни к собственной персоне, а он находится дома один всего-лишь час... А впереди ещë целых шесть пустых и бессмысленных дней... Быть или не быть? А разве есть выбор? Сяо Чжаню кажется, что большинство людей так и не определились, они находятся в подвешенном состоянии и далеко не потому, что не могут определиться, а потому, что им просто не дают. Разве можно сделать выбор "не быть"? Это порицается обществом? Значит можно выбрать "быть"? Но ведь это же самое обществе зачастую не даëт человеку раскрыться и это самое "быть". Голова слегка кружится. Сяо Чжань смеëтся, но это больше похоже на нервный смех. Банка пива выпадает из рук и катится по полу, оставляя после себя мокрую дорожку, а затем останавливается, давая возможность содержимому вылиться наружу и принять форму небольшой лужицы. Не зря тогда купил... По щеке Чжаня бежит слеза. Солëная, одинокая, она проделывает небольшую дорогу, очерчивая скулу и исчезает из-за одного движения руки. Кажется, именно в этот момент мужчину прорывает на все те чувства, что он копил долгие месяцы. Вся боль, всë отчаяние, всë понимание насколько бессмысленна жизнь и как больно она порой бьëт. Всë это бесчувствие, безразличие, которые не давали пройти ни одной эмоции, заслоняя Сяо Чжаня непреодолимой стеной. Ван Ибо разбил эту стену вдребезги. За один день ему удалось вернуть чувства Сяо Чжаню, обратить его внимание на буйство красок вокруг, разнообразие вкусов, на жизнь и на то, что еë можно прожить счастливо, не обращая внимания на общепринятые стандарты "счастливой жизни", а просто действуя так, как хочется, научил искать своë персонально счастье, которое подходит намного больше всех этих грëбанных стандартов. Правда существуют не только положительные эмоции. Печаль, обида, потеря. Это ведь тоже чувства и их Сяо Чжань тоже не испытывал очень давно. Одно безразличие и познание всей бессмысленности. Пришло время расплатиться за все эти относительно спокойные дни бурей эмоций и безудержным рыданием от понимания, что этот источник эмоций ушëл. Где-то в два часа ночи мужчина решает, что необходимо поспать. Он ложится в кровать, рядом прижимается Орешек, видившая, что с хозяином что-то не так. Чжань прижимает к себе ближе пушистый комочек, но это слабо помогает. Не хватает. Чего-то сильно не хватает. Он встаëт с кровати, включает свет в соседней комнате. Слишком пусто. Слишком тихо. Слишком холодно. Долгое бодрствование и немного алкоголя берут своë. Следующим утром Сяо Чжань идëт на работу, ставя начальника перед фактом. Этот отпуск сейчас только добавит боли ему только пробудившемуся и ещë довольно шаткому эмоциональному состоянию. Суббота. У Сяо Чжаня просто не осталось выбора, господину Мэн больно смотреть на то, как его будущий зять изводит себя на работе, тот приходит намного раньше своих коллег, а уходит только после полуночи. Всë его время стала занимать лишь работа и на это больно смотреть. Мужчина сильно похудел и выглядит поникшим даже больше, чем до того момента, когда взял отпуск. Он явно перерабатывает. Сяо Чжань же с начальником категорически не согласен. В свободное время появляется слишком много возможностей подумать и почувствовать. А это каждый раз оказывается слишком больно. Не понятно что ещë лучше: ничего не чувствовать или ощущать непрекращающуюся боль, терзающую круглосуточно. Он старается завалить себя работой, меньше есть, чтобы не было особо сил на бодрствование, потому что заснуть с избытком энергии уже невозможно. Почему? Почему так больно? Почему его мысли терзает какой-то мальчишка, с которым он знаком всего лишь день? Почему именно этот пиздюк вызывает так много эмоции? Почему именно от исчезновения Ибо так больно и невыносимо? Все эти вопросы Чжань задаëт себе ночью в душе, наконец-то позволяя себе выплакаться. Становится легче и сил потрачено не мало, поэтому сегодня не должно быть проблем со сном. Он предусмотрительно взял на дом кучу работы и сделал то, на что обычно уходит дня четыре за сутки. Если после этого его не вырубит, тогда он не знает что ещë способно его вырубить. Мужчина выходит из душа, включает свет в гостиной, проходит в свою комнату и именно в этот момент слышит стук в дверь. Смотрит на часы и гадает кого могло принести в это не детское время. 1:52. Сяо Чжань открывает дверь и видит перед собой Ван Ибо. Мужчина, кажется, перестаëт дышать. Наверное, это галлюцинация, появившаяся из-за переработки. Слишком тяжело поверить в реальность происходящего, но как же хочется, чтобы это оказалось правдой, а не плодом воображения. Сяо Чжань боится даже двигаться, чтобы не спугнуть. Сглатывает слишком громко. Какой же он красивый. Ван Ибо немного мнëтся на пороге, боясь войти или попроситься в квартиру. Он не рискует даже смотреть на Сяо Чжаня, а тот, в свою очередь, боится и слово сказать, чтобы видение не развелось. Он рассматривает парня. Такого красивого и желанного, с такими мягкими волосами, которые непослушными прядями падают на лицо, потому что скейтер всегда лохматый, а укладка это "не по-пацански". Светлая кожа с слегка розоватыми щëчками. Такая нежная, оо, как же Чжань отчëтливо помнит эту нежность. Такая ссадина на одной из них... Ссадина. Наверняка парень где-то упал... Упал же? Мужчина начинает судорожно обследовать парня взглядом на предмет ещë чего-то из ряда вон выходящего, но кроме небольшой неопрятности и вышеупомянутой ссадины не замечает ничего. Он хватает парня, протаскивает его в квартиру, усаживает на диван и просто смотрит. Любуется. А парень лишь скромно прячет глаза. Стесняется. —Ибо, что случилось? Где ты был? —Чжань-гэ... Хочется обнять. Как же хочется обнять, защитить, укрыть, это волнение за скейтера просто невыносимо, хоть и в разу лучше прежнего состояния. Ван Ибо теребит край огромной футболки. —Гэ, я был у родителей. Тут такое дело... Ибо молчит, собираясь с силами. Сяо Чжань решает ему не мешать и терпеливо ждëт. —Я с просьбой... Мне тут надо... Такое дело... Понимаешь... Всë. Выдержка закончилась. Сяо Чжань резко поддаëтся вперëд, обнимая Ибо. Он невероятно рад снова почувствовать это тельце в своих руках, снова прижать его к себе, вновь вдохнуть лëгкий запах сандала, зарыться носом в мягкие пряди, провести его кончиком по изящной шеи. —Гэ... Чжань чувствует, как тело в его руках содрагается, трясëтся, затем Ибо начинает тихо всхлипывать, вцепляется в него как можно сильнее и тихо плачет. Мужчина обнимает крепче, позволяет парню выплеснуть все эмоции, а у самого сердце замирает. Что могло случится с этим непробиваемым человеком, которого лишь заколяют трудности, что он сейчас сидит и тихо плачет в плечо своего гэгэ... —Чжань-гэ... — Наконец говорит он. — Мне очень неудобно, просить но... Сяо Чжань легонько пытается отстраниться, чтобы посмотреть на собеседника, но парень лишь ближе прижимает его к себе. Не хочет отпускать. Мужчина чувствует, как это маленькое тело содрагается в его руках и понимает, что он нужен Ибо. Очень нужен. Особенно в этот момент. Поэтому лишь прижимает крепче, позволяя парню ощутить необходимую ему заботу, тепло, защиту. Ван Ибо не так уж часто всë это просит, он заслужил. —Поговорим завтра? Сейчас тебе нужно успокоиться. Ван Ибо соглашается. Они сидят в обнимку несколько минут, парень вжимается в Чжаня всем телом, стараясь забрать как можно больше нежности. Кажется, он сильно соскучился по мужчине, отчего раздаëтся тепло по всему телу. Они слишком долго друг друга не видели. Слишком соскучились. Кажется, не только Сяо Чжань тяжело переживал это расставание. И вновь мужчина поражается этому мелкому гремлину. Он способен перевернуть весь мир сног на голову в одно мгновение, вернуть вкус жизни всего одним поцелуем, довести чуть ли не до депрессии одним исчезновением и залечить все душевные раны одним лишь объятием. Какой ещë человек способен так действовать на кого-то? Почему у этого Ван Ибо такое сильное влияние на Сяо Чжаня? Почему самому мужчине так хорошо и тепло, когда он прижимает к себе свою маленькую дерзкую радость? Почему его сердце так болит, когда его малыш плачет? И целесообразно ли так доверять своë эмоциональное состояние одному человеку, который, кажется, способен без проблем управлять Сяо Чжанем? И почему на это так плевать? Лишь бы был рядом. Парень накормлен и моется в душе, а Сяо Чжань в это время понимает, что просто не может нарадоваться тому факту, что Ван Ибо просто существует, что он просто находится рядом, а объятия и поцелуи вообще могут снести крышу. Открывается дверь, скейтер выходит из душа, скромненько обматавшись полотенцем, закрепив его на груди. Сяо Чжань смотрит на сырые волосы, которые парень, видимо, успел помыть, на мокрую светлую кожу, по которой текут многочисленные капельки воды, на длинные чëрные ресницы, которые тоже не остаются сухими и с которых иногда капает на щëки, на припухшие от тëплой воды губы. Ван Ибо выглядит намного спокойнее, чем в тот момент, когда только приехал. Кажется, горячий душ помог ему полностью расслабиться, а вот Сяо Чжань лишь заелозил на месте, не в силах оторвать взгляда от этих влажных губ. Всë внутри заволакивает странным чувством необоснованной нежности, хочется обнимать, целовать, прижимать к себе, даже не так, вжимать в себя, быть как можно ближе. Мужчина не справляется с своим порывом, поднимается с места, кидается к парню, обнимает, обхватывает его нижнюю губу своими и сминает, всасывает, кусает, понимая как же сильно скучал по этой нежности, по своему мальчику. Именно своему, потому что он не собирается его больше делить ни с кем, понимает, как плохо без него и как не хочется его куда-то отпускать. Ван Ибо смело отвечает на поцелуй, будто сам давно по этому скучает. Он обнимает шею Чжань-гэ, зарывается пальцами в его волосы и мужчина понимает, что до этого и не подозревал насколько могут быть приятны и желанны чужие прикосновения. Сяо Чжань раздвигает языком чужие губы и проникает глубже требовательно и жадно, Ван Ибо только сильнее прижимается к нему. Руки беспрепятственно исследуют чужое тело ещë немного мокрое от воды, ведут по его плечам, лопаткам, чуть приспуская вниз полотенце, чтобы оголить как можно больше кожи. Сяо Чжань скучал. Сильно скучал. Не менее сильно скучал и Ибо, судя по тому как яро он ластится и жмëтся в ответ, как он идëт навстречу прикосновениям и сам льнëт к рукам Чжань-гэ. А когда он тихонько простонал в поцелуй от удовольствия, мужчина понял, что такими темпами скоро вовсе потеряет контроль. Сразу вспомнился омегаверс и альфы в состоянии гона. И не спрашивайте его откуда он знает про такие штучки, ответит, что ошибка молодости. Воздуха становится критически мало, поэтому расцепиться просто необходимо. Сяо Чжань чуть отстраняется, смотрит на поплывшие глаза Ван Ибо, прикасается к лицу ладонью, ведëт большим пальцем по щеке, стараясь не задевать ссадину, о ней он спросит позже, переходит на губы, останавливаясь на нижней. —Какой же ты красивый. — Выдыхает он. Ван Ибо радуется, что горячий душ может служить оправданием его красного лица. —Не такой красивый как Чжань-гэ. Ван Ибо чувствует ещë один поцелуй на своих губах. Лëгкий и нежный. Настолько ласковый, что заставляет подкашиваться ноги. Впервые за несколько дней он чувствует себя в безопасности. Рядом со своим Чжань-гэ. Мужчины с силой отлипляются друг от друга, Ван Ибо одевается и они наконец-то идут спать. Они лежат, тесно прижавшись друг к другу, а Сяо Чжань просто не может прекратить осыпать парня поцелуями. Легкие прикосновения касаются губ, щëк, носа, лба, подбородка. Полностью успокоившись и расслабившись Ибо засыпает в тëплых долгожданных объятиях Чжань-гэ.