Я трахаю любовь, она вся в татуировках

В зале душно, жарко и немного отдаёт потом. Маша чувствует себя как в своей тарелке, отрабатывая удары по груше. Наслаждаясь моментом, погружается с головой в спорт. Конечно же, Крис арендовала под тренировки отдельный просторный зал, где не было никого, кроме них. Удар. Лебедева выбивая всю злость, боль и агрессию, накопившуюся за последние несколько дней. Перенагрузка мышц и изнурительное занятие спортом убивают в ней все плохие мысли и помогают пережить трудные моменты. Краем глаза замечает блондинку, что точно так же отрабатывает упражения. Сдержать ухмылку не удаётся. — Что-то смешное? — от Штрефонд ничего не возможно скрыть. — Да нет, просто бьешь, как девчонка, — шатенка протирает тыльной стороной ладони лоб от липкого пота. — Моя хорошая, — лаского улыбается спортсменка во все тридцать два белоснежных зуба, — Будь тут человек, вместе груши, за два удара я бы нанесла несколько переломов. Мафиози уверена в себе. Она знает, что очень сильная, что лишь внешне кажется, что она немного хрупкая. Ложная иллюзия. — Я все равно сильнее, — задорно смеётся пленница и напрягает мышцы на руках, демонстративно хвастаясь, и целует их. Молчание виснет, немного тяготит. В помещении невыносимо душно. — Проверим? — резко бросает Крис и в ожидание ответа соперницы, смотрит в красивые кофейные глаза. О, да, детка, тебе пизда Лебедева была рада возможности хорошенько въебать мучителю, и наконец-то выплеснуть все эмоции. Уж слишком много об этом было мыслей и желаний. И теперь судьба подкинула возможность воплотить их в жизни. — Мамочке не побежишь плакать, что тебя тетя отпиздила? Штрефонд лишь усмехнулась и кинула напарнице красные боксерские перчатки. Она как маленький ребёнок, одна показуха — Меньше слов, больше дела, Маш, — блондинка уехала рукой на площадку для спаррингов. Ринг был достаточно просторным и красиво сделанным. В черно-красных тонах он смотрелся очень дорого, изысканно и заманил соперниц. Каждая хотела доказать свою физическую силу и превосходство, но победит только одна. — Если простоишь минуту, я отпущу тебя, — Крис, помогая ртом, заклеивает липучку на боксёрских перчатках. Голубоглазая блефовала, ведь она точно знала — выиграет именно она. А сломать уверенность девушки проигрышем будет приятным дополнением. Маша охуела. Но тут же взяла себя в руки. Следующие шестьдесят секунд будут решающими в женской жизни. И шатенка ни за что не упустит возможность съебаться от Штрефонд как можно дальше, даже со сломанными костями. Играем ва-банк, Крис? Супер, детка. — Класс, — улыбнулась спортсменка и приняла стойку, — Простоишь тридцать секунд и можешь меня трахнуть. Голубые глаза загорелись диким пламенем. Да, она могла бы взять и так, но каково послевкусие ее поражения, когда цена столь сладка? Дредастая уже представила как войдёт в столь шикарное спортивное тело, как будет трахать и подчинять его... — Окей, погнали. Начался бой. Первым выпад сделала Мария, довольно хорошо съездив кулаком по красивому властному лицу. Обрадовавшись небольшой победе, пленница даже не поняла, что это был всего лишь отвлекающий манёвр, чтоб противница расслабилась и.... Штрефонд резко делает поворот и в долю секунду заламывает руку младшей, сделав секрет блок. Адская боль сковывает все мышцы, от чего Лебедева кричит. Кажется будто каждая клеточка организма протыкается сотнями раскалённых игл, заставляя спортсменку сжимать челюсти, дабы не показывать, как больно. — Маш, десять секунд, — напоминает злорадным шёпотом старшая практически на ушко, — Лучше сразу сдайся. — Отьебись, — сквозь боль и агрессию шипит девушка, а со лба на пол стекают капли липкого потом. Блондинка лишь сильнее заламывает, удваивая и без того сильные ощущения. Мафиози воспитана профессионалами, а Маша улицей. В этом вся разница. Лебедева — неконтролируемая дурь, мощь, сила, а Штрефонд — тактика, ум, знание приемов. — Я ведь сломаю, — блондинка удивляется такой выдержки соперницы, — Будет очень больно. — Пошла... нах... Шатенка задыхается. От боли темнеет в глазах, пелена застилает рассудок и головокружение практически сбивает с ног. Маша, нет, сука, держись Три. Два. Од… Противница падает за секунду до победы. Находясь в полусознательном состоянии, пытается встать, но ни руки, ни ноги не держат, из-за чего женское тело вновь встречается с полом. Маша ненавидит себя. Ненавидит свою слабость. Ненавидит то, что не смогла дать отпор и проиграла. Наркоторговец хмурится, наблюдая за попытками девушки. Пуленепробиваемая. Никто так долго не выдерживал, а та не сдалась даже на грани потери сознания. Вот такая ей нужна. Стойкая. Которая даже проиграв, все равно сильнее. Подойдя к своей «игрушке», спокойно подхватывает обмякшее тело на руки. Маша липкая. В другой ситуации и с другим человеком Штрефонд бы уже брезгливо пошла мыть руки, но не с ней. На удивление шатенка даже не тяжелая и не приносит никого дискомфорта. Передвигая ногами, направляется к раздевалке. Нужно переодеться и можно выдвигаться домой. — Да ну нахуй, — Мария кажется приходит в себя, — давно я так не проебывала. — Все бывает впервые, малышка, — как-то двусмысленно произносит собеседница и отпускает девушку на землю, — Стоять можешь? — Я, блять, не безногая. Шатенка ненавидит жалость. Особенно к ней. — Ты не забывай с кем разговариваешь, — нахмурив светлые брови на переносице, Штрефонд хватает чёрную спортивную сумку, с которое они пришли и ставит на деревянную лавочку. — Ой нахуй, — пробубнила спортсменка и повернувшись спиной, стягивает толстовку через шею. Яркие татуировки украшают даже изящную женскую спину, а красивые очертания фигуры сразу же вызывают долгожданный прилив крови к органам. — А где же мой приз? — блондинка наигранно задумалась, а потом восторженно улыбнулась, — Вот он же. Застрелите меня к хуям, пожалуйста. Маша тихо матерится. До чего тебя довела твоя уверенность? Заебись просто. Молча понимая, что в любом случае если Крис захочет, Маша даст, девушка не спеша подошла к сидящему на скамейке «хозяину» и встала перед ней. Лицо не выражало ничего, кроме похуизма и полного отвращения. — Бери. Так коротко. Просто. На, бери. Как вещь какую-то. Штрефонд повторять дважды не надо. Поднявшись на ноги, и оказавшись практически вплотную, женская натура ликует. Сейчас будет очень горячий секс, который уже сводит с ума не первый день. Схватив шатенку за горло, затягивает в страстном поцелуи. Их губы сплетаются, только у одной от желания, а у другой от слова «обязана». Крышу сознания дредастой просто уносит. Растворившись в поцелуе, ей кажется, что внутри шевелятся бабочки от столь сильного спектра эмоций, а голова немного кружится. Губы мягкие, нежные, полное противоположность хозяйке. Прижимает темноволосую к бетонной стене. Пальцы татуированной уже во всю блуждают по телу, исследуя, изучая его. Это великолепно. — Кричи. Стены звукоизолированы, а крики помогут справиться с болью. Иди нахуй ты со своей «заботой», Штрефонд, ага. Шорты летят на пол. Как и практически все вещи, кроме нижнего белья. Мария старается ни о чем не думать, просто быстренько все перетерпеть. Кажется, она ненавидит Кристину больше жизни. Влажный язык скользит по холодной коже, вызывает неприятные сотни мурашки. Хочет ли Маша секса с ней? Нет. К Крис у неё ничего не было, ни чувств, ни тяги, даже намёка на малейшую симпатию. Рука блондинки тянется к сокровенному месту, как резко щёлкает дверной замок, и в помещение входит неизвестная дама. По синему халату и вёдру со шваброй в руках, было понятно, что это — уборщица. Увидев данную картину, как дредастая вжимает полуголую девушку в стену, та немного испуганно ахнула, пробормотала что-то нечленораздельное по типу извинений и быстро ретировалась из помещения. — Бля, — раздраженно выдохнула накродиллер и ударила кулаком в стену возле женской головы. Девушка зла. Настрой был сбит под ноль и все желание улетучилось, то само напряжение погасло, как догоревшая спичка. Штрефонд это совершенно не понравилось. Схватив серую спортивную сумку, быстро покидает помещение, бросив пленнице уверенно спину: «жду в машине», громко хлопнув деревянной дверью. Казалось, что та слетит с петель к хуям. Как только шатенка осталась одна, обречённо выдохнула от счастья, что в этот раз пронесло и начала одеться. Никогда Мария так не любила уборщиц как сейчас. Она буквально восхваляла эту профессию теперь. Направляюсь к выходу, слышит телефонный звон. Пришла SMS. Достав из кармана мобильный, быстро пробегает глаза по экрану. Сообщение от пользователя Танк [18:37]: «Мах, ты куда проебалась? До тебя хуй дозвонишся, померла что ль? Даже не вздумай, денег на похороны нет.» Усмехается, быстро набирая текст пальцами. Сообщение от получателя Я [18:38]: «На делах мотаюсь, брат. Не ссы, живая я, Каширина.» Ответ не заставил себя долго ждать. Сообщение от пользователя Танк [18:39]: «Давай сегодня встретимся, братан? Погнали в наш бар, бухнем, попиздим. » Понимая, что от Крис согласия не будет, Маше остаётся только съебаться в тихую. Увидеться с другом было сейчас крайне необходимым, Лебедевой казалось, что она на грани нервного срыва, что сейчас нельзя было никак. Наконец-то с кем можно будет поговорить, высказаться, а потом нахуяриться и желательно кого-то отпиздить. Привычная жизнь. Она так по ней скучала… Сообщения от получателя Я [18:40] «В 23:00. У меня лютый пиздец в жизни, разъебем наш бар.» Быстро заблокировав телефон, убирает в штаны и вылетает из зала. Надо как-то успеть свалить из дома. И чтобы ее новая «хозяйка» ничего не поняла… Иначе пизда придёт колоссальная.